Ночь выборов |
Украина получила парламент восьмого созыва. Избранный в условиях войны. С олигархами, без коммунистов, без тех, кто откровенно ненавидит страну, но с теми, кто и сейчас готов следовать в российском направлении. Этот парламент уже ругают. Ему прочат непростое реформаторское настоящее. Он разношерстный и неоднородный. Но, тем не менее, у тех, кто туда избран, есть шанс вписать одни из самых ярких и значимых страниц в историю украинского парламентаризма. Может быть, так и будет. За вчерашний вечер и прошедшую ночь мы побывали в штабах четырех из семи (по версии разных экзит-полов — ред.) избранных в Верховную Раду политсил. Как мы их выбирали? И какова их первая реакция на наш выбор? Об этом — наш сегодняшний репортаж.
Спускаясь по ступенькам мраморной лестницы отеля «Интерконтиненталь» на нулевой этаж, где находился пресс-центр «Оппозиционного блока» (абсорбировавшего бывших членов Партии Регионов), невольно вспомнила съезды приснопамятной партии в Международном выставочном центре. Не могу забыть голубую дорожку, которую обычно стелили для Януковича, и по которой он заходил в зал.
В последние годы живого доступа ни к кому из тогда правящей бело-голубой элиты не было, мы все смотрели съезды на экранах пресс-центра. А теперь, вот, демократия, регионалы снова в доступе, но уже как оппозиция.
Почти восемь процентов голосов, набранных «Оппозиционным блоком», согласно Национальному экзит-полу, не показались мне чем-то удручающим. Всего 8 % людей не поняли революцию. Не так уж много, учитывая колоссальный пропагандистский ресурс, работавший на Донбассе в период Януковича, включая церковь Московского патриархата на Юго-Востоке, это ведь не шутки — там же издавали молитвословы, с молитвой Архангелу Михаилу за раба Божия Януковича. Эти несколько процентов сторонников «Оппозиционного блока», наверное, друзья, персонал, работавший в структурах регионалов, и отдельная часть внушаемой и некритичной паствы из УПЦ МП. Из фракции регионов в двести десять людей осталось человек двадцать пять-тридцать, плюс десяток мажоритарщиков. Имеют право на представительство, мы же демократическая страна.
Не заходя в зал журналистов, увидела 11-ый номер списка, Вадима Новинского, крупного бизнесмена родом из России, получившего гражданство только в 2012 году, который по телефону кому-то отчитывался: «Да, проходим и еще мажоритарщики».
— Что значит социальные пряники? — недовольно переспросил он. — Курс гривны в стране был восемь, стал четырнадцать. Покупательная способность людей упала, а пенсии и зарплаты бюджетникам остались на прежнем уровне. И мы будем добиваться, чтобы все это было хотя бы проиндексировано на процент инфляции. Поддержит ли это коалиция — мы не знаем. Мы будем всячески стараться добиваться. Пряники — это не про нас. Мы говорим реальные вещи.
— Перед началом войны, мы говорили, что нужен мир, а потом — выборы. Вы вот скажите, нормально проводить выборы во время войны?
— Вас ждет Борис Викторович ( вероятно, Колесников — авт. ), — попыталась прервать наш разговор помощница Новинского, он решительно направился на выход.
— Вы любите Украину? — он услышал этот вопрос и остановился.
— Очень люблю. Очень, — он продолжил разговор, и его голос прозвучал искренне, — у нас патриотизм понимают так: оденут вышиванку, правую руку держат у сердца, а левой воруют. Может, люди вышиванку не носят, украинского языка не знают, но честно платят налоги, создают рабочие места.
— Не переводите ответ в другую плоскость, — закончил он разговор.
Вадим Новинский вежливее многих своих партийных соратников, может, из-за религиозности. Он, наверное, по-своему любит нашу страну, раз взял гражданство. Но у него свое видение, как ее осчастливить: церковь — только Московского патриархата, интеграция с Россией, Таможенный союз. Насильственное осчастливливание масс было исторической традицией там, откуда он приехал. Но верующим людям, свойственно каяться и переосмысливать поступки — мы подождем.
На нулевом этаже «Интерконтиненталя» был обустроен большой роскошный пресс-зал. Зайти туда можно было, минуя еще один, — что-то вроде банкетно-фуршетного предбанника со столиками, где всем желающим подавали кофе, чай и воду. Чуть раньше гостей угощали бутербродами и печеньем. За столиками, то там, то тут, стояли герои списка «Оппозиционного блока» — Татьяна Бахтеева, Юрий Павленко. Основными месседжами выступающих были жалобы на нарушения и давление во время выборов. Спикеры заявляли, что ожидают куда более высокий результат, чем заявлено экзит-полом, и минимум десяток депутатов-мажоритарщиков. Юрий Бойко закончил пресс-конференцию и уже выходил.
— Боже упаси, — кинул он через плечо.
Ответа на вопрос, поздравлял ли его Дмитрий Фирташ, не последовало.
На экранах, выведенных в зал, широким планом показывали то Шуфрича, то Рабиновича.
Недолго попрепиравшись с Вячеславом Пиховшеком по поводу люстрационного закона, который он назвал антиукраинским и преступным, я зашла в зал. Как-то разговор с членами и преемниками этой партии у меня всегда получается хоть и спокойный по тону, но задиристый по сути. Просто, когда увидела еще одного члена списка, Юрия Павленко, то рот сам открылся, и вырвался вопрос:
— Я нормально мирюсь с собственной идентичностью и сам с собой. У меня нет никакого внутреннего конфликта. Кто бы ни был президентом — Кучма, Ющенко, Янукович — я принципов не изменял, но они корректировались с точки зрения нового опыта и новых знаний. Я десять лет занимаюсь защитой прав людей. И у меня была поддержка от всех президентов. Я ни в чем не изменился, — ответил он.
Тут мое внимание привлек человек, которому СМИ приписывают контроль в будущей Раде чуть ли не над сотней депутатов. Сергей Левочкин пришел в предвыборный штаб, за ним потянулись журналисты. Экс-глава администрации Януковича Сергей Левочкин, уступая журналистам, в этом самом банкетном предбаннике, таки дал короткий брифинг. Сказал, что внеочередные парламентские выборы 2014 года происходили в условиях «беспрецедентного давления, многочисленных нарушений и запугивания». А еще пообещал, что в парламенте будет следить за властью, чтобы реформы были эффективными.
— Такими же эффективными, как в прошлом году? — съязвил кто-то из журналистов.
Но этот вопрос потонул среди вопросов российского телеканала, который жаждал подробных рассказов о нарушениях.
— А вы рады показателю партии Ляшко? — снова вклинился украинский журналист.
— Какому?
— Это вопрос к Радикальной партии, — ухмыльнулся Сергей Владимирович (судя по всему, он был рад).
Я хотела попасть на пресс-конференцию президента, но, на всякий случай, еще раз заглянула в пресс-зал. Там по скайпу выступал работающий у нас наблюдатель из России, который описывал ситуацию в одном из округов. В его пересказе не было ничего пугающего, ужасов не описывал. Но все же можно интерпретировать и заострить при желании даже «до описания дул автоматов на округах». Дело житейское — оппозиционное.
Арсенал: бутерброды от Ибрагима, конфеты «Рошен» и непростой вопрос коалиции
«Мистецький Арсенал» — замечательное место для предвыборного штаба. Его неспроста облюбовала команда Петра Порошенко. Это место какое-то обжитое. Не видела ни одного человека, кто бы там на чем-нибудь не побывал: День Львова, выставка импрессионистов, икон и антикварной церковной утвари, Пинзель, книжный форум. Само пространство какое-то пластичное, оно как-то очень естественно меняется и разумно организовывается. Сегодня боковые площади «Арсенала» были разделены разными перегородками: была как бы кухня, откуда выносили канапе, прозрачные стены перегородили целую серию ньюзрумов, а по центру была сцена и стулья для журналистов.
Пахло бутербродами. Симпатичный афроамериканский бандеровец из Синегала Ибрагим деловито разносил канапе с салом, колбасой, узвар, соки и конфеты «Рошен».
Несмотря на непраздничный для блока Порошенко результат экзит-пола (команда президента рассчитывала на больший результат для себя, хотели провести сто двадцать людей по спискам и восемьдесят по округах), тут была праздничная обстановка. Пришло множество людей, переживших свою личную оппозицию в период Януковича. Журналисты, эксперты, разные люди из президентской команды — даже в самом факте голосования заключалась какая-то праздничность. Если конечно, волеизъявление свободное. Мы прошли в зал, куда должен был приехать глава державы, и нас даже не думали пропускать через тройной кордон охраны. По атмосфере это было, как референдум о признании независимости. Наверное, потому что этими выборами мы еще раз подтверждали нашу независимость.
Петр Порошенко приехал на пресс-конференцию прямо из зоны АТО. Поприветствовал всех, поблагодарил людей за ответственный выбор, отметил, что это парламент без коммунистов, и такой приговор им вынес украинский народ. Еще пообещал, что квотный принцип распределения постов больше применять не будет, а количество парламентских комитетов сократится.
Несколько раз пресс-конференцию прерывали шутки. Вопрос Евгения Киселева глава державы предварил шутливым замечанием: «Добро пожаловать, рад вас видеть» (намекая на недавнюю попытку не пустить его в Украину). Сворачивая конференцию, глава державы заинтриговал сообщением, что ему должны позвонить, вызвав волну интереса: «А кто должен?»
Петра Алексеевича пытались раскрутить на вопрос, будет ли Яценюк премьером, или он все-таки назначит «своего человека» Гройсмана. Президент просил не допытываться, сказал, что десяти дней, которые отводятся законом для результатов выборов, более чем достаточно, чтобы завершить переговоры по коалиции, а также — в вопросах избрания спикера и формирования правительства. Уточнил, что блок Петра Порошенко будет основой для формирования коалиции, что «Народный Фронт» он видит партнером по коалиции, а премьером назначит того, кого подадут народные депутаты. Одним словом, имя Яценюка не прозвучало. Но позже мы узнали, что первая встреча между Яценюком и Порошенко уже прошла.
«Народный фронт»: в парламенте каждый второй хочет быть президентом
К 23-м часам в отеле «Киев», где расположился штаб «Народного фронта» и Арсения Яценюка, депутатов уже почти не было. Кто-то праздновал, кто-то ушел на эфиры. Я довольствовалась беседой со старыми знакомыми, людьми из окружения лидеров политсилы.
— Будете скандалить, требовать у президента пост премьера? — немножко бесцеремонно спрашиваю я.
— Ну, общество хочет видеть Арсения Петровича премьер-министром и по всем соцопросам считает его успешным на этом посту, — отвечал мой старинный знакомый.
— В парламенте каждый второй хочет быть президентом. Эти цели не противоречат друг другу.
— Можно провести реформы жестко за триста дней и сломать хребет кому-то. Арсений Петрович предпочитает это делать мягко, — продолжал мой визави рекламировать лидера своего списка.
Простившись со своим собеседником, подошла к политтехнологу Сергею Гайдаю, который проводил кампанию «Народного Фронта».
— Нет. В 2004 году не было содержательной политики, была битва личностей. Юля хотела перебрать на себя полномочия. Она не воспринимала Порошенко. Сейчас есть очень конкретное содержание, вокруг которого надо объединяться: соглашение, реформы, выход из кризиса, противодействие агрессии. Нынешний политикум более прагматичный и в чем-то циничный. Он, скорее хирург, который делает операцию.
— Не знаю, я — политтехнолог, и не отвечаю за мечты политиков.
— Благодаря чему ваша кампания оказалось такой успешной?
— Совпадение многих факторов. Хорошее содержание, попадание в общественные настроения, дисциплина кампании, действенные месседжи, много факторов.
Одним из последних увидела в штабе кандидата из списка «Народного фронта», заместителя министра внутренних дел Николая Величковича.
— «Оппозиционный блок» жалуется, что вы нарушали его права. Что вы скажете? — расспрашиваю милиционера-почти-депутата.
— На сайте Министерства внутренних дел есть интерактивная карта. Когда мы узнавали о нарушении, сразу вносили это на сайт и начинали разбираться. Кроме того, на участках присутствовало невероятное количество общественных активистов, журналистов, и я не верю в системные нарушения. «Оппозиционный блок» еще в статусе ПР сам грешил нарушениями, поэтому сейчас говорят о давлении, чтобы чем-то объяснить свой низкий результат. Но мы обещали и будем задерживать нарушителей, независимо от того, к какой политсиле они принадлежат.
Николай Величкович также похвалил премьера и сказал, что «Народный фронт» будет предлагать Арсения Яценюка на пост премьера снова.
Политические силы президента и премьер-министра вместе набирали под триста голосов. Когда писался материал, результаты голосования за партийный список БПП и НФ показывали два равных столбика. Пока графики выглядят издевательским графическим принуждением обеих политсил к компромиссу. Правда, мажоритарщиков у БПП наберется больше. Ну, как-то договорятся. И если, даст Бог, таки договорятся, то численность демократической коалиции будет впечатлять.
А если приплюсовать партию «Самопомощь», у президента набирается убедительная конституционное большинство. Штаб партии «Самопомощь», кстати, был первый, куда я поехала, учитывая неожиданно высокий результат этой политсилы. Их офис был похож на большинство офисов международных организаций. Демократично, гостеприимно, без размаха. Ну, как-то по-западному. Две комнаты пресс-центра, плюс гостевая зона на втором этаже, буфет. Печенье, фрукты, чай, кофе. Изучая офис, раззнакомилась с парнем, выглядел как компьютерщик и хорошо шутил.
— Ярослав, вы депутат? — любопытствую.
— Не...
— Да, 14-ый номер.
— Да, — соглашается он.
Как-то невзначай мы заговорили о новизне и тепле. Он принялся рассказывать, что у него дом сделан по последнему слову энергосберегающих технологий, солнечные батареи и всякие другие альтернативные источники энергии и новомодные штуки. Я пообещала, что мы придем к нему с фотографом, и его это не испугало.
Позже заглянула в список, чтобы узнать, к кому напросилась в дом. Оказалось, что Ярослав Маркевич, IT-предприниматель, герой войны, создатель и финансист инициативы «Стоп-террор».
За ночь я побывала в четырех штабах, но штаб «Самопомощи» был первым и единственным, где результаты екзит-пола (13%) встречали стоя и аплодисментами. Такой он, запрос на новые лица.
Верят как-то в их искренность. Впрочем, эта партия грозится стать еще той возмутительницей спокойствия. Кроме курса на реформы, лидеры партии заявили на пресс-конференции такие инициативы, как отмена депутатской неприкосновенности, расследование всех «котлов», историй с окружением (кивок в сторону Минобороны), расследование, кто выпустил Януковича, и почему сдали Крым ( вольно или невольно, но «Самопомощь» ткнула пальцем минимум в двух будущих партнеров по коалиции — авт. )
После брифинга мы попросили объясниться.
— Народный депутат не должен иметь такого колоссального разрыва в правах. Он не должен бать неприкасаемым, прятаться за мандат. Он должен лечиться не в «Феофании», а в обычной поликлинике. Правоохранители и прокуроры будут честно делать свою работу, — сказал Егор.
Уже на выходе поинтересовалась у Семена Семенченко, второго номера списка «Самопомощи», правильно ли очищать армию во время войны.
— Разве управляемость системы не важнее качества в период войны? — спросила я комбата «Донбасса». — Где вы наберете новых генералов?
— Их можно вырастить из полковников, которым солдаты доверяют, — сказал он.
Ну, что же, «Самопомощь» праздновала заслуженную победу. Наверное, они имеют право на ошибки и резкие движения. Надеемся, что если ошибки и будут, то они не обойдутся дорого ни этой политсиле, ни обществу.
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |