darklady4 (Александр_Маракулин) все записи автора
Наверное, для истинных поклонниц Александра Маракулина этот рассказ не будет новым, однако я наткнулась на него недавно. И мне очень понравилось!)
Кошмар на улице Кузнецкий мост или как проводят день "звезды" и их поклонники.
Глава 1. Поклонники.
Солнце жизни - светлый Дыбский!
Суббота. Слякотный зимний день. Противный мокрый снег густыми хлопьями сыпется с неба и, задуваемый ледяным ветром, попадает под капюшоны и за шиворот людям. Под ногами жидкая каша из снега, воды, соли, противогололедного реагента и еще какой-то гадости. И все это Москва, самый центр города, улица возле служебного входа театра Оперетты. Три часа дня. Общая масса поклонниц еще не пришла, а те, кто уже здесь, радостно обсуждают у кого из артистов машина грязнее, почему большая часть из них ходит пешком и ездит на метро в театр; кто сколько сигарет выкуривает в день и сколько литров водки надо Петкуну с Маракулиным, чтобы они достойно спели весь спектакль.
Новоприбывшие с радостными воплями здороваются со знакомыми, те, кто пришел в первый раз, боязливо озираются. "О! Да это же постоленковская "Honda"!", - восклицает одна из них, показывая на одну из самых грязных машин на стоянке.
И снова продолжается обсуждение: сколько раз и с кем спал Петкун и сколько он же дней или недель не мыл голову. Время неумолимо приближается к половине четвертого, толпа поклонниц достигла своих наибольших размеров и теперь с нетерпением топчется на улице. Большинство с фотоаппаратами, меньше с цветами.
Вдруг радостный крик потрясает округу: "Ура!!! Дыбский приехал! - кричит кто-то из толпы. И взор всех присутствующих обращается к паркующейся машине отечественного производства, немытой, наверное, уже год. Оттуда, согнувшись в три погибели, вылезает Владимир Дыбский - "Российский Гренгуар", как он обычно подписывается. Он сразу же попадает в плотное оцепление из поклонниц. Написав всем добрые слова и со всеми сфотографировавшись, он вскоре исчезает за стеклянной дверью.
Толпа вновь начинает бурно обсуждать, почему это никто не подарил Дыбскому цветов; кто сколько раз его поцеловал и сколько фотографий с ним у них теперь будет. Но это обсуждают его поклонницы, а поклонницы Постоленко и остальных артистов тихо стоят и отсчитывают минуты до окончания дневного спектакля и ждут своих любимых.
Но дневной спектакль только что закончился, а к вечернему продолжают подходить актеры. Полным молчанием встречает толпа Голубева, при этом еще и отвернувшись от него. И правда? Чему радоваться?
Толпа начинает постепенно замерзать, но тут появляется "его светлость" Петкун. Как всегда с немытой башкой, в синем пальто и с сигаретой в зубах. Опять молчание! Но! Ведь не дай Бог чего сказать! Могут же и в глаз дать. Петкун квазимодской походкой проходит в Оперетту! Все! Половина народа сваливает домой, окончательно окоченев. Вторая половина остается ждать. А ждать уже остается недолго! Недолго, но не интересно. Лучше посмотрим, что происходит в данный момент в другом месте, оно не так далеко отсюда, даже близко…
Глава 2. Певцы в театре.
Во сне и наяву я
Все время представляю,
Как "Camel" я смакую
И водкой запиваю.
Замученный Дыбский влетел в гримерку и плюхнулся на стул, зашвырнув подальше свою сумку. В этот момент к нему ввалился Голубев. Они молча обменялись взглядами.
- Что сидишь? - спросил Голубев. - Неужели тебе поклонницы надоели?
- Да так. Не знаю. Но нельзя же так надоедать! - воскликнул Дыбский в порыве гнева, вдруг охватившем его.
- Нашел на что жаловаться, вот бы мне так, - вздохнул огорченно Голубев.
Он сел на стул, который затрещал под его тяжестью.
- Ты че тут расселся? - спросил Дыбский, очнувшись из задумчивости. - Мне гримироваться вообще-то надо!
- Уже ухожу, ухожу! Что-то ты злой сегодня…
Оглушительно громко захлопнувшаяся дверь известила о том, что Голубев вышел.
А теперь оставим Владимира вместе с его мечтами о тихих поклонницах и последуем за Голубевым. Выйдя от Дыбского, он столкнулся с летящим по коридору после дневного спектакля Маракулиным в сутане, гриме и с сигаретой в зубах. За ним с сигаретой в одной руке и бутылкой водки в другой шел Петкун. Пролетев мимо Голубева, они зашли в гримерку Маракулина.
- Это ж надо было так обкуриться, чтобы даже друга не заметить! - воскликнул удрученно Александр и тоже пошел гримироваться.
Мы же обратим внимание на две персоны, пролетевшие мимо господина Голубева. Зайдя в гримерку, Петкун сразу же поставил водку на стол и скинул свое бомжовское пальто рядом с таким же маракулинским.
Вдруг, как только два друга собрались выпить, точнее в тот момент, когда они пили, с улицы послышались крики: "Маракулин! Выходи!". В связи с этим вся сутана оказалась в водке и пепле от сигареты, Маракулин, подавившись, истошно кашлял, а комнату наполнял громкий хохот Петкуна.
Дверь отворилась, и показалась голова Макарского.
- Что у вас тут случилось? - спросил он недоуменно.
- Да ничего страшного…, - ответил Петкун сквозь смех.
- Ничего?! - подал недовольным тоном голос Маракулин. - Я из-за этих…, - он показал за окно, - …этих… чуть не подавился…. А, кстати, ты уходишь, Антон?
- Да сейчас уже иду.
- Попроси их, чтобы они потише себя вели или лучше пусть по домам едут!
- Саша, Саша! Тебе это не поможет, - добавил Петкун, переставший, наконец, смеяться.
- Ладно, я пошел! - ответил Макарский и ушел, хлопнув дверью, за которой Маракулин с Петкуном увидели Постоленко с двумя новыми пассиями.
- Слав, а что это за новые девки у Постоленыча? - спросил Маракулин.
- У него и спроси. Я не знаю. Что я должен всех его баб по имени знать, - буркнул себе под нос Петкун.
Глава 3. Певцы в столовой.
Напиться бесполезно,
Прогневал баронессу,
Передо мной "Пельмешка",
А денег больше нету.
Первое, что бросается в глаза, когда входишь в столовую театра Оперетты "Пельмешку", это трое молодых людей, сидящих за столиком: один юноша и две девушки. Юноша сидит, развалившись на стуле так, что мало не покажется. Все его тело съехало со стула куда-то под стол, а ноги его разъехались почти на шпагах.
Над столиком, за которым они сидят, висит большой плазменный экран. На нем показывают какой-то дебильный мультик. Так вот, юноша сидит в таком довольно странном положении, уставившись при этом глазами в телевизор. Он смотрит это с таким умным видом, как будто политические новости.
На столе перед ним стоит огромный бокал безалкогольного пива, из которого он иногда выпивает маленький глоточек, правда, не отрываясь от экрана. Две девушки сидят напротив друг друга, смотря восторженными взглядами на юношу и не закрывая не на секунду рот, болтают обо всем на свете. Юноша же временами поправляет свои белокурые волосы.
Итак, как вы, наверное, уже догадались это Александр Постоленко - секс-символ для некоторых девушек, для остальных заболевший "звездной болезнью" молодой человек, фальшиво поющий, да еще и с невзрачной внешностью. Две девушки - это его новые пассии. Даже не новые, а очередные. Именно те, которых видели Маракулин с Петкуном.
Данное времяпровождение иногда прерывают другие молодые особы, подходящие взять автограф и сфотографироваться с "секс-символом"…
В это время оставшиеся стоять на улице поклонники, совсем окоченевшие, ждут тех, кто еще не вышел. В этот момент из стеклянной двери вылетает, правда квазимодской походкой, перекосившись куда-то на бок, Тимур Ведерников.
- Тимур, можно с тобой сфотографироваться? - спрашивает одна из поклонниц.
- Уйди, я жрать хочу! - слышит она в ответ.
Да уж очень у нас любезные артисты, он также убегает в "Пельмешку" чего-нибудь перекусить.
Вскоре туда же отправляется небритый, но как всегда очаровательный Сергей Ли. Известно также, что там иногда едят Шульжевский с Секириным. А по слухам, специально для Маракулина есть комплексный поздний ужин с 23 до 24 часов.
Светикова же с Дольниковой едят в небольшом ресторанчике в Камергерском переулке.
Петкун употребляет только водку, говорят, что даже не закусывая.
Где едят Дыбский, Голубев, Макарский и другие артисты навсегда останется для нас тайной, а может… может и нет. Но вернемся к нашей теме, а точнее на улицу к нашим дорогим поклонникам, к которым я причисляю и себя.
Глава 4. И снова улица.
Стой!
Не покидай меня безумная мечта…
Продолжая околевать, остатки поклонников терпеливо ждут остальных артистов. О, мой Бог! Какое развлечение! Но для кого-то это действительно интересно! Каждый ждет кого-нибудь!
И вот появляются долгожданные артисты: Антон Макарский со своей женой и Светлана Светикова. Толпа сразу же кидается к ним, но… получает только половину желаемого. Макарского сразу же утаскивает за собой жена, а на растерзание толпы остается Светикова. Какой-то молодой человек подходит к ней и просит с ней сфотографироваться.
- Да, да! Да, конечно! - отвечает она таким тоном, как будто он предлагает ей переспать с ним…
Светикова раздает автографы, фотографируется и собирает цветы аж полчаса! За это время успевают уже уйти домой Постоленко, Бурко, Ведерников и все остальные артисты, которые играли в дневном спектакле, за исключением Маракулина. Он остается торчать в Оперетте до конца вечернего спектакля.
Толпа народа редеет с каждой минутой. Остаются самые стойкие. Часы показывают 6 часов вечера. Спектакль начался. Снег перестал идти, но начинает подмораживать. А Маракулин все продолжает сидеть в Оперетте, курить свой любимый "Camel" и пить в антракте водку с Петкуном…
Эпилог.
Настало время, пробил час,
Я завершаю свой рассказ…
Вот, пожалуй, и конец этой забавной истории, немного выдуманной, а может быть фантастичной…. Я не знаю. Но все же некоторые факты вполне достоверны….
И еще! Это не издевательство над мюзиклом Notre-Dame de Paris и артистами, которые там играют, а всего лишь рассказ, написанный поклонницей этого мюзикла после многочасового стояния возле служебного входа в ожидании любимых артистов.
До встречи у служебки!!!