В следующий вагон он попал уже одним из первых, ибо точно смог предугадать место, где откроются двери. У него даже было несколько секунд, чтобы оглянуться вокруг, осмотреть местность в поисках интересных людей, с разочарованием понять, что интересные люди давным-давно кончились, и уставиться в окно с безразличным видом. До своей остановки ему было ехать минут пятнадцать, и за это время, он точно знал, проиграется примерно пять песен, состав вагона поменяется процентов на 70, а он полностью сольется со стенкой.
О, вот и дом. Все такая же старая хрущевка с облупившимся фасадом и бабушками у подъезда, похожими на перекормленных голубей. Поздоровался, прошел мимо, как всегда, услышал шушуканье : «Вот, двадцать один парню, а все никак девку не заведет!» «А может, он голубой? Питерец же, не местный, у них там всякая шандаболия разрешена…ой, извините, извините»
Да, у него не было девушки. Нет, конечно же, была, но виртуальная, поэтому все считали, что он нездоровый. А что, девушек домой не водит, машинами не увлекается, деньги лопатой не гребет, да что ж это за человек-то такой!
Ну а за реальность своей виртуальной девушки он не поставил бы ни рубля своей честно проученной стипендии. Временами он думал, что это очень хорошо сконструированный бот, ну или просто его расшалившееся воображение. Где доказательства того, что они общались? В истории? А если произойдет сбой в системе, сотрутся все данные, сотрется и она, а значит, ее никогда не было, и все его часы, проведенные в бурной дискуссии с человеком, были проведены впустую? Все равно, что смотреть в монитор часами, даже не осознавая происходящего.
Да и все равно была она, а не есть. Недавно они поссорились на какой-то мелочи, она, разгневанная, удалила его из списков контактов и вот уже 2 недели они друг другу и слова не сказали. Вот она, виртуальная ссора. Лучше бы тарелки побили, думал он иногда, ведь тарелки побил – и спокойнее стал, инстинкт разрушения удовлетворил, а так поссорились, эмоции есть, а срывать не на ком. И вот они подтачивают тебя изнутри, неутоленные, жадные до твоих нервных клеток, до тех пор, пока ты не сорвешься на том, кому ты действительно дорог.