Сомнения приходят потом, так же как и мысли о формулировках. Самообман. Это тоже попытка самообмана. Механизм включается автоматически. Симптомы – болезненно морщишься на свет, дыхание через каменную плиту, которую кто-то положил на грудь, а в голове не разборчивый шум. Давление. Ощущение давления изнутри. Знаешь, так давит… Где-то это уже было. Самое забавно, что отвлекают мелочи. Как раз сегодня устанавливают проводку для новой двери. Для или от. Не важно. Приличествующее району. Люди. Чужие. По делу. Они не знают меня, они не знали меня там и улыбаться легко. Легко быть понимающим и вежливым. Им всё равно и у них нет вопросов. Им совершенно всё равно кто и какой я. Дело пяти минут. И как-то успокаиваешься, становишься тише и давит уже не так обстоятельно. Просто и понятно. А дверь оказывается вскрыть нельзя. Забавно. Очень удачно, что это стало известно теперь. Хорошо что ключи ни разу не теряли, выносить всю стену – это как то совсем уж экстрим. Отвлекает. Почти забываешься. Почти. Пока я жду настойчиво долбит в виски – а в чем тут шутка? Что в этом могло быть смешного? И я начинаю объяснять. Назойливый монолог внутри. Для себя. Это видимо нервное. В чем тут шутка? И дело не в этом, и даже не в другом. Всё совсем не то чем кажется. Я почти сожалею и вдруг вспоминаю что год назад примерно в этих же числах было так же. Не так, но так же. Форма была иной, а заряд такой же. И да, подобных шуток я не понимаю. Я не вижу в них ничего смешного. Это простой вопрос – или подобное интересует, или нет. Ничего личного. Никаких обид. Меня на самом деле это мало волнует. Просто всё и всегда сводится в одну точку – я точно знаю, что возвожу в абсолют, которого на самом деле нет. Но ничего другое меня не волнует, не придает заинтересованности. Мираж. Обман зрения. Поверить, окрылиться, обмануться, стать нормальным. Принимать, признавать, быть. Только ничего это нет. Выдумка. Фантом. Я почти жалею, тем более что всё не правильно понято. Ну причем здесь это? Ну шутка. Ну не понятная для меня. И что? Просто совпало, а дело совсем в другом. Но объяснять я не хочу, потому что в этом нет смысла. Объяснения никуда не ведут. Что объяснять? Помешательство? Тем более точно не установленное. И мне надоело притворяться, мне надоело играть в сдержанность, мне надоело быть вежливой – просто больше это не весело, да пользы в этом тоже никакой. Вот если бы у меня была справка, пусть даже о шизофрении было бы проще. Я просто доставал бы её периодически и показывал – симптомы, диагноз, течение, развитие, циклы. Но у меня её нет. И что с того, что у меня достаточно мозгов, чтобы осознавать картину в целом? Что с того? Всё равно это условно. Предположительно. И не важно, что мои предположения всегда оказываются верны. Это опять же не связанные друг с другом моменты – там были верны, а тут могут быть ошибочны. Объяснять. Что? Что у меня ощущение как если бы я весь день проваливаюсь в обморок, но почему то остаюсь в сознании? Что я не могу сосредоточится и с задержкой понимаю что когда голоден надо есть? О чем это говорит – ни о чем. Набор пустых фраз. Конечно я уже жалею. Точнее я одновременно жалею, упрямо не жалею и злорадно – «и правильно, и хорошо что так, и так и надо» и тут же рядом отстраненно как не со мной, не для меня, не обо мне. Плюс, минус и ноль – всё как обычно делится на три. Шутка. Бред какой то. А в чем здесь шутка? И где тут повод обидеться? Ведь именно это ты подумал? Что я обиделась? Идиотизм. Любой человек при желании может быть разумным – если твои отдельные потребности не соответствуют потребностям в целом можно всё взвесить и выбрать что важнее. В этом нет ни шутки ни спора. Это просто. И ничего такого. Не повод «для». И я не о том. Говорила совсем не о том. Я пыталась объяснить ощущение которое появилось уже давно. Нечто что во мне растет. Я пыталась передать ощущение и объяснить что вполне понимаю всю искаженность любых попыток интерпретации почему и откуда оно. Почему именно такое и что оно такое. Констатация – есть ощущение. У меня, из меня, во мне. Не знаю. Слова всё время уводят от темы. Они живут собственной жизнью и складываются в свои собственные рисунки. Всё меньше и меньше хочется говорить. И даже точность перестала увлекать. Какая разница как если в итоге всё равно поймут не правильно? Какая разница… Еще четыре часа которые выпали из памяти. Я смотрю на часы, смотрю в блокнот с временем пробуждения и понимаю что больше четырех часов выпало из памяти. Я их не помню. Есть смутное ощущение что всё таки были, но нет четкой картинки. За минусом четырех часов. Похоже как если бы вдруг пришел в себя. Например, от головной боли, которая не давала сосредоточиться и превращала весь мир в размытые линии. А тут вдруг приходишь в себя и понимаешь, что уже вечер. Ну условно вечер, это уже по ассоциации. Притворство. Все эти попытки записывать – притворство. Увести себя дальше. Вывести из уравнения и представить отвлеченно. Да. Я почти жалею. Вот теперь мне хотелось бы ткнуться носом в твои ладони и слушать твои объяснения которые к произошедшему отношения не имеют. И притворится и обиженной и расстроенной и снова обрадованной. Как если бы на самом деле утешил. Да. Сейчас мне этого хотелось бы. Это тоже. Рефлекс. Мозг настойчиво подбрасывает объяснения и определения. Те которыми можно придать смысл. Приводящее в систему. Сделать упорядоченным хаотичное. Придать систему и порядок. Создать здание интерпретаций и превратить бред в досадное недоразумение. Но я уже слишком давно. В этом всём. С собой таким, если так будет понятнее. Я уже почти жалею и почти думаю, а что было бы если. Неее. Если бы я был другим. Если бы я мог просто думать, просто делать и просто жить. И от этого «почти» хочется плакать. Не всем, кому то одному, условно одному из нас. Вообще то я всегда на приступы реагирую как ребенок или животное, видимо затрагиваются именно высшие функции, тогда как простые остаются не тронутыми. Я забиваюсь в угол и пытаюсь притворится что нет ни меня, ни состояния, ни вообще ничего. Ничего нет. Переждать, отвернуться, забыть. Но с каждым разом забывать всё труднее. Именно это и не забывается. Остаются отдельные штрихи. Полностью не получается. И играть в адекватность с каждым разом дается все труднее – постоянно шепчешь себе – это всё временно, это не просто сейчас и только сейчас, это на самом деле целиком и полностью только сейчас и ты можешь позволить себе абсолютно всё, потому что ты именно в этом и закончишься. Завтра тебя не будет. И спросить будет не с кого. Зачем мне ждать какой то мифической смерти, когда каждый день части картинки складываются в новый рисунок. Калейдоскоп. Только внутри. Дело даже не в том как это всё воспринимается снаружи, это внутри очень трудно принять. Постоянное желание привести в систему. Упорядочить. Сделать осмысленным. Попытка самообмана – разумеется. Вариантов только других нет. И на самом деле вообще ничего не могу объяснить. Как только начинаешь говорить включается программа безопасности и выдаешь версии вполне правдивые, но столь оторванные от ситуации в целом, что они даже не лживы, они просто не несут никакой практической ценности. Никуда не ведет. И самое страшное, что я всё-таки понимаю что пытаюсь добиться – повернуть назад, вернуть всё обратно. Чтобы оставалась иллюзия шанса. Протянуть еще чуть-чуть. Отложить время. Выиграть пару дней. Мне всегда было интересно только одно – вот всё это конечно хорошо и понятно, но что было бы если бы результат оказался не предсказуемым. Что было бы если бы нашелся идиот который не проникся бы глубиной проблемы. И что тогда бы мне пришлось делать? Собственно способность выдерживать у всех разная, но рано или поздно ломаются все. Так или иначе. И все возвращается в правильное русло. А вот если бы нет? Тогда как. Весело. Вот этот ад я тоже могу представить. Расписать в деталях. Забавно. Ситуация полностью тупиковая, но с разными вариантами решений. Ответ же всегда один. Всё это грустно на самом деле, потому что бесперспективно. И разговор всегда идет в двух, если не всех трех плоскостях. Только отдельные уровни не показывают картины в целом. Но это я уже говорила. И кажется несколько раз. Вокруг да около. Да. Даже с собой не хочется называть. То есть знаешь, видишь, но не называешь. Без имен. Иллюзия безопасности. Не сказал, значит возможно всё и не так. Не с тобой. А голова всё еще болит. Тянет. У меня на голове терновый венок на пару размеров меньше – сдавливает по окружности и тянет. Интересно вот если дотрагиваешься холодными пальцами до висков, то чувствуешь – вот это голова твоя, а вот если не дотрагиваться, то как чужая. Нечто абстрактное нигде не существующее. И так во всем. Оно вроде бы есть, а вроде бы его нет.