>Жены декабристов. Прасковья Михайловна Муравьёва: «Бог ей воздаст за её любовь,которую описать не возможно!" |
Прасковья Михайловна Муравьёва, урождённая Шаховская
Прасковью Михайловну Муравьёву, урождённую Шаховскую, обычно не упоминают, говоря о декабристках, хотя, думается, зря, ибо в Сибири она была (правда, в несколько иных условиях, чем другие жёны декабристов), причём приехала туда первой.
Среди основателей Союза Спасения был ещё один Муравьёв – Александр Николаевич. Его иногда называют кузеном Никиты Михайловича, но это совершенно неправильно. У Никиты и Александра Михайловичей, Артамона Захаровича, Михаила Сергеевича Лунина и братьев Муравьёвых-Апостол был общий прадед – Артамон Захарович-старший, а проследить степень родства с ними Александра Николаевича очень сложно, хотя и имели они общего предка - Ивана, по прозвищу Муравей, жившего в XV веке (по моим подсчётам, они девятиюродные братья, если позволительно так выразиться). Тем не менее, духовными родственникам они, без сомнения, были.
Панорама Бородинского сражения
Александр Николаевич прошёл с первых дней всю Отечественную войну 1812 года (про Бородино позднее писал: «Я видел эту ужасную сечу, весь день присутствовал на ней, был действующим лицом, употребляем был Барклаем-де-Толли, при котором весь день находился и исполнял его приказания», - а под Барклаем, как известно, было убито и ранено пять лошадей) и заграничный поход - до взятия союзниками Парижа, вернулся в Россию в 1814 в чине подполковника. С 1815 служил полковником Генштаба – и основывал тайные общества! В 1817 году именно в его доме происходило совещание, на котором обсуждался проект цареубийства. Однако в 1818 году он женился, вышел в отставку и отказался от участия в тайной организации. Почему?
Отставка, несомненно, была вызвана обидой: в январе 1818 года во время крещенского парада, устроенного императором Александром I в Москве, четыре унтер-офицера совершили ошибки, а царь наказал за это Муравьёва, посадив на гауптвахту, что для полковника, отличившегося в боях, было страшным оскорблением. Он ещё надеялся получить извинение от императора («Я сего последнего желаю не ради моего возвышения, но ради чести моей, которая оскорблена, страждет и не иначе восстановлена быть может, как когда в общем мнении меня оправдают»), но тщетно. Казалось бы, обида должна была подстегнуть его на решительные действия, но вышло всё наоборот. И, видимо, главная причина – его женитьба.
А.Н.Муравьёв
В декабре 1816 года он познакомился с княжной Полиной, как её звали в семье, Шаховской. Позднее он всегда отмечал дату первой встречи и приказал выгравировать надпись в память об этом событии на внутренней стороне своего обручального кольца. Свадьба состоялась в октябре 1818 года.
Прасковья Михайловна Шаховская (в замужестве Муравьева)
«Женишься – переменишься»,- говорит пословица. Так оно и вышло. И.Д.Якушкин вспоминал: «Жена его, бывши невестой, пела с ним Марсельезу, но потом в несколько месяцев сумела мужа своего, отчаянного либерала, обратить в отчаянного мистика, вследствие чего он отказался от Тайного Общества».
О Прасковье Михайловне написано немало. Кое-кто даже считает, что семью Шаховских, где было восемь дочерей, Грибоедов сатирически изобразил как семью Тугоуховских, но сёстры Шаховские не были глупенькими княжнами из комедии. Начитанные, образованные, сильные духом, они пытались противостоять судьбе. «Княжна Полина» направила мужа на путь религии и забот о семье и хозяйстве. «Такая дружеская доверенность, такое любовное равенство в брачном союзе привлекают благословение Божие!» - писал сам Муравьёв о своём супружестве. Может быть, сказалось и то, что была она на четыре года старше мужа и это как бы уравнивало её с много испытавшим полковником…
Есть сведения о другой Шаховской – жене декабриста Фёдора Петровича. Сразу отвечу на возможный вопрос о родстве. Род Шаховских ещё в XVI веке разделился на несколько ветвей. Семейство «княжны Полины» относилось ко 2-ой ветви, Фёдора Петровича – к 7-ой. В полном смысле слова «седьмая вода на киселе».
Муравьёвы любили друг друга, но жизнь их вряд ли можно назвать счастливой: из пятерых детей, родившихся до 1825 года, выжила только дочь Софья, а в начале 20-х годов у Прасковьи Михайловны обнаружили признаки чахотки.
Муравьёв был арестован в Москве 11 января 1826 года, и уже через день жена выехала вслед за ним в Петербург, где была до самого отъезда в Сибирь. Рассказывали: «Эта верная супруга ежедневно, в условленный час приходила под слуховое окошко, которое освещало камеру её мужа и, не видя друг друга, они грустно утешались мыслью, что находятся рядом». Только в апреле получила она свидание с мужем. Встреча была тяжела: «Это был не тот сильный молодой человек, с которым она рассталась. Муравьёв, с серым, усталым лицом, с длинной бородой, плохо одетый, протянул к ней дрожащие руки; сколько ей надо было иметь сил, чтобы скрыть чувства, разрывавшие сердце».
Муравьёв был поначалу осуждён по шестому разряду, но, «по уважению совершенного и искреннего раскаяния», приговорён только «к ссылке на житьё в Сибирь, не лишая чинов и дворянства».
Его увезли из Петербурга в ночь с 26 на 27 июля 1826 года. Прасковья Михайловна ещё раньше получила разрешение ехать за ним и выехала практически одновременно с мужем. Ей (единственной!) разрешили взять с собой дочь четырёх с половиной лет, но запретили ехать вместе с мужем, а позволили только следом, Муравьёв же должен был ехать не в своём экипаже, а на телеге. Вместе с Прасковьей Михайловной ехали сестры Варвара и Екатерина, а до первой станции их провожала вся семья Шаховских.
Прасковья Михайловна Муравьева с дочерью Софьей перед своим отъездом с дочерью и сестрами к мужу в ссылку
Княжна Варвара Михайловна Шаховская, сестра П.М.Муравьевой
Княжна Екатерина Михайловна Шаховская, сестра П.М.Муравьевой
Встреча Муравьёва с родными была на станции Пелла. «Какой трогательной сцены мы были свидетелями! – писала невестка Муравьёвой. - Мы… остались у окна, и Полина одна пошла навстречу своему мужу. О, как они были счастливы... Через минуту бедная Полина упала без чувств. Александр был слишком слаб, чтобы отнести её наверх... Радость их была велика, но к ней примешивались скорбные воспоминания о... заключении и предвидение очень тяжёлого будущего для всех…»
Вместе им разрешили ехать только после Иркутска. После тяжёлого пути, подчас пешком, когда Прасковья Михайловна несла на руках дочь, они добрались до Верхнеудинска, где прожили год и два месяца.
Верхнеудинск 19 в.
Климат Забайкалья оказался полезным для здоровья Муравьёвой, здесь у неё родилась дочь Прасковья – «забайкальская сибирячка», как её ласково называли. А 16 марта 1828 года А.Н.Муравьёв получил место иркутского полицмейстера и оставался в Иркутске до 1832 года. Здесь у них родился последний ребёнок – сын Иван.
Иркутск 18 -19 вв.
Семья Муравьёвых была обязана держать свой дом открытым для общества, но устраивали они не балы и обеды, а вечера для друзей, где говорили на научно-философские темы, музицировали. И, конечно же, их гостями бывали декабристы и их жёны. М.Н.Волконская писала, что Муравьёвы приняли ее «с распростертыми объятиями». Душой дома была Прасковья Михайловна. В.Ф.Раевский писал о ней: «Нельзя было не уважать этой благородной, образованной и добродетельной женщины». А норвежский учёный Х.Ганстен, посетивший их в Иркутске, писал: «У неё был ум мужчины, тело женщины и сердце ангела».
Тобольск,19 в.
Летом 1832 года А.Н.Муравьёв был переведён председателем в Тобольское губернское правление, а 30 октября «вступил в исправление должности тобольского гражданского губернатора» и прослужил в ней до 25 января 1834 года, когда был переведен председателем судебной палаты в Вятку.
В Тобольске умерла пятилетняя Прасковья, Патинька, всеобщая любимица. Этот удар подорвал силы её матери. «Любезная моя жена очень расстроена здоровьем. Она всякий день худеет более и более», - писал Муравьёв брату жены.
Вятка 19 в.
В Вятке здоровье Прасковьи Михайловн резко ухудшилось. Её сестра писала иркутскому знакомому: «Бедная моя сестра вам всем кланяется… О, как мы… жалеем об Иркутске, мы были так истинно счастливы там - может быть, мы и сохранили бы дражайшую нашу Патиньку, если бы мы не покинули вашу страну».
Прасковья Михайловна так и не оправилась после смерти дочери, но продолжала заботиться о муже и детях. В начале декабря 1834 года она тяжело заболела. А.Н.Муравьёв стал хлопотать о переводе на службу в южные губернии, но было уже поздно… П.М.Муравьёва умерла 29 января 1835 года.
Её похоронили в Москве, в Симоновом монастыре (могила не сохранилась). Мужу было разрешено сопровождать тело жены, но воспрещался въезд в столицу, и специальный агент следил за исполнением этого предписания.
Прасковья Михайловна Муравьева
Впереди у него было ещё почти тридцать лет жизни. Он вернулся на государственную службу, достиг высоких чинов, участвовал в Крымской войне, в подготовке крестьянской реформы, в конце жизни стал сенатором.
А.И.Герцен писал, что Муравьёв «до конца своей длинной жизни сохранил безукоризненную чистоту и благородство» и на закате жизни стремился воплотить в жизнь юношескую мечту.
Он не забывал о былых единомышленниках. Именно к нему, тогда губернатору в Нижнем Новгороде, «под крылышко» приехал из Сибири после амнистии на службу И.А.Анненков, не раз Муравьёв сражался с жестокостями местных помещиков.
В 1841 году он женился на Марфе Михайловне Шаховской – младшей сестре Полины. Она приехала в Вятку летом 1834 года ухаживать за сестрой, и её заботам та незадолго до смерти поручила детей и мужа.
М.М.Муравьёва
Эта линия рода Муравьёвых пресеклась на детях Александра Николаевича. И Софья, унаследовавшая от матери чахотку (писали, что она отличалась красотой и необыкновенными сердечностью и приветливостью), и Иван умерли, прожив недолго и не вступив в брак. Во втором браке детей у него не было.
Софья и Иван Муравьёвы
И никогда не забывал он свою верную спутницу жизни, о которой из Сибири писал: «Бог ей воздаст за её любовь, которую описать невозможно!»
Источник:
https://zen.yandex.ru/media/arhkot/bog-ei-vozdast-...mojno-5d35bf7f35c8d800adc8e7f3
Дополнено иллюстрациями Яндекс.картинки
Рубрики: | жизнь замечательных людей |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |