Серия сообщений "Словцов Иван Яковлевич и его семья":Выбрана рубрика Словцов Иван Яковлевич и его семья.И я в Сибири жил...Часть 1 - Словцов Иван Яковлевич. Биография
Часть 2 - Ещё раз о родстве И.Я.СЛОВЦОВА и П.А.СЛОВЦОВА
Часть 3 - Начало метеорологических наблюдений в г.Тюмени
Часть 4 - Тюменское Александровское реальное училище
Часть 5 - Музей И.Я.Словцова 1
Часть 6 - Музей И.Я.Словцова 2
Часть 7 - САТИРА, ПРОЕКТЫ И РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА
Часть 8 - «СТАРЫЙ ОМСК. ИЛЛЮСТРИРОВАННАЯ ХРОНИКА СОБЫТИЙ»
Часть 9 - РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА: Загородный сад
Часть 10 - Сын - Словцов Б.И.
Часть 11 - Внучка - Словцова Е.Б.
Часть 12 - Отец Словцов Я.К. и семья брата Василия
Часть 13 - Дед Словцов К.И. и остальные предки
Часть 14 - ФОТО
Часть 15 - Биография И.Я.Словцова. Находка Ю.Мандрики 1.
Словцов Иван Яковлевич. Биография |
Дневник |
Как много это имя говорит краеведам Сибири. Музей имени Словцова…Музейный комплекс имени Словцова… Теперь вот ещё улица имени Ивана Словцова. Ни одного памятника. Кто он? Возможно, многие тюменцы скажут: исследователь Сибири, создал музей в Тюмени. Когда? Как? Где, с кем и чем ещё жил? Знают единицы. Словосочетание «Иван Яковлевич Словцов» - в Тюмени это знакомый с молодости бренд, а не реальный человек. Давно было, ничего сенсационного не открыл, революций не совершал… И всё же вся его жизнь для того времени, социальной среды, места, где он жил – это настоящая революция в образе мыслей и всей жизни. Столько успеть сделать позитивного, столько работать головой, руками, ногами, сердцем – только единицы из многомиллионной России способны на это. Человек-индиго! – как модно говорить сейчас (имеется в виду светлый, духовный и мудрый).
Биография Ивана Яковлевича приведена сейчас на десятках интернет-страниц, её пишут, переписывают, подновляют студенты, историки, краеведы и даже Словцоведы (есть и такие).
Сибирский педагог, исследователь Сибири и общественный деятель Иван Яковлевич Словцов родился в г. Тюмени 11 ноября 1844 года в семье священника – протоиерея Благовещенского Собора Я.К.Словцова и его жены Анны Фёдоровой; крещён 13 ноября в Благовещенском Соборе. Восприемники: протоиерей Тобольского Софийского кафедрального Собора Петр Андреев Фелицын; губернский секретарь Тюменского окружного суда Гаврило Фёдоров Тиханов и сестра протоиерея Словцова священническая дочь Параскева Корнильева-Словцова.
Образование получил в Тобольской гимназии и, подобно многим сибирским общественным и научным деятелям, на физико-математическом факультете Казанского университета, по окончании которого в 1865 г. прибыл в Омск и 17 декабря того же года определился на службу в Главное Управление Западной Сибири.
С 5 апреля 1870 по 1 июля 1879 гг. И.Я.Словцов преподавал естественную историю в Сибирской военной гимназии, расположенной в г.Омске.
В 1868 г. вместе с И. А. Сулоцким, П.А. Золотовым и Ф.Л. Чернавиным был в числе членов-учредителей Общества исследователей Западной Сибири.
18.07.1871 женился на Елизавете Степановне Гуляевой (1851, С-Петербург - 1925, Ленинград) - дочери горного чиновника в Барнауле С. И. Гуляева (1805-1888) - известного краеведа и собирателя фольклора. Сын Борис родился 08.01.1874 в Омске.
В 1876 г. Словцов участвовал в международном конгрессе ориенталистов в С.-Петербурге, где был вице-президентом в сессиях Сибири.
В 1877 г. И.Я.Словцов был одним из членов-учредителей ЗСОИРГО и в первый же год совершил экспедицию в Кокчетавский уезд Акмолинской области. В "Записках" ЗСОИРГО Словцов опубликовал ряд важных в научном отношении работ, посвященных археологии, палеонтологии, ботанике, зоологии Сибири.
В 1877 г. в Омске была проведена однодневная перепись населения. Будучи секретарем Акмолинского статистического комитета, Словцов, обобщив и проанализировав данные переписи, издал в 1880 г. в 2-х томах "Материалы по истории и статистике Омска", посвятив их генерал-губернатору Н.Г. Казнакову. Это ценнейший статистический источник по истории Омска.
По оценке специалистов, И. Я. Словцов осуществил статистическое описание Омска с такой роскошью, что и спустя несколько десятилетий оно не было превзойдено ни в одном из других сибирских городов. Труд И. Я. Словцова открывается "Исторической хроникой Омска" – первым систематическим изложением 150-летней истории города. В качестве источников Словцов использовал материалы архивов Акмолинской области и Главного Управления Западной Сибири, "Домовую летопись" капитана И . Г . Андреева, работы омского краеведа П. А. Золотова и др. Особую ценность представляет приложенный к его очерку план Омска и Омской крепости 1803 г.
Составители "Старого Омска" включили словцовскую хронику в книгу, снабдив ее примечаниями и предварив вступительной статьей о роли И. Я. Словцова как первого историка Омска.
Словцов был одним из образованнейших и интереснейших людей в Омске. По воспоминаниям Г.Е. Катанаева, "не было, кажется, ни одного проезжающего через Омск с научными целями натуралиста, который бы, пользуясь хотя бы и краткой остановкой в этом городе, не счел бы необходимостью прежде чем уехать из него не побывать у Ивана Яковлевича для наведения тех или иных справок по интересующим их вопросам исследований или для пополнения своих сведений о крае данными, имеющимися у него как знатока края". Среди этих путешественников были А. Брем и О. Финш, высоко оценившие знания Словцова и музей, собранный им.
В 1879 году И.Я. был назначен директором открывшегося в г. Тюмени Александровского реального училища, в котором и проработал последние 27 лет своей жизни. В училище И.Я. преподавал естественную историю и географию, результатом его педагогического опыта явились два учебника: «Краткая физическая география» и «Обозрение Российской империи сравнительно с важнейшими государствами»; первая из названных книг выдержала четыре издания, вторая — пять изданий.
Из Омска в Тюмень И.Я.Словцов перевез свою богатейшую коллекцию, которая стала основой учреждённогоим богатого естественно-исторического Тюменского краеведческого музея.
И здесь, в Тюмени, И.Я. предпринимал свободными от службы летними месяцами поездки в Тавдинский, Пермский и Туринский края, в это сибирское Приуралье, «страну кедра и соболя», как озаглавлена одна из его статей; исследовал он также и Богословский горный округ на Урале с известными железоделательными заводами. В окрестностях самой Тюмени И.Я. производил раскопки (большую известность получили проведенные им в 1883-85 гг. на берегу Андреевского озера археологические раскопки), обнаружившие обширное городище каменного века, в котором были найдены многочисленные орудия и утварь; коллекции этих археологических находок, а также собранные лично И.Я. коллекция чучел птиц и зверей, гербариумы, подборы геологических и палеонтологических предметов — все это наполнило музей.
Музей пополнялся также достопримечательностями, которые несли к И.Я. со всех сторон обыватели Тюмени и ее округа; не было человека, специально интересующегося изучением края — население само не замечало, что есть в его районе «достопримечательного», но появился в лице И.Я. энергичный собиратель - и те же самые инертные, как будто, обыватели расшевелились и с увлечением, схожим несколько со спортивным азартом, взялись за поставку «в музей» различных раритетов, из которых особенно ценны почти полные скелеты первобытных мамонта, быка и носорога.
Музей составлял собственность И.Я., но в начале 1900-х годов часть его была куплена тюменским купцом Н.М. Чукмалдиным, предполагавшим подарить этот музей городу Тюмени; у Тюмени не нашлось, однако, помещения для музея, и он был подарен г. Чукмалдиным Тюменскому реальному училищу.
И.Я. Словцов, занятый и службой, и научной работой, находил всё же время для корреспонденции и статей по разным вопросам в тобольских и екатеринбургских газетах; здесь помещал он статьи по различным местным вопросам, а также остроумные фельетоны на различные темы местной общественной жизни.
В 90-х гг. был деятельным сотрудником неофициальной части Тобольских губернских ведомостей, где опубликовал свыше 30 статей, посвященных краеведению и современной ему общественной жизни Тюмени.
В 1906 г. Словцов по болезни вышел в отставку и уехал к сыну в С.-Петербург, где умер 19 октября 1907 г.
Сын Ивана Яковлевича - Б.И. Словцов - известный ученый профессор-физиолог, умер в 1925 году.
Похоронен Иван Яковлевич рядом с супругой на Никольском кладбище Александро-Невской Лавры в С-Петербурге.
Род Словцовых внесен в 3-ю часть дворянской родословной книги Казанской губернии по определению Казанского дворянского депутатского собрания от 15.11.1891, утвержден указом Герольдии от 31.01.1892.
Действительный статский советник, член Стокгольмской Академии наук, удостоен медалями Русского географического общества и Линеевской медалью Стокгольмской Академии, действительный член археологических обществ Берлина и Финляндии.
Награды: кавалер орденов Св. Анны 3 и 2 ст., Св. Станислава 2 ст., Св. Владимира 4 ст.
Метки: Словцов Иван Яковлевич. Биография Словцов Тюмень |
Ещё раз о родстве И.Я.СЛОВЦОВА и П.А.СЛОВЦОВА |
Дневник |
Словцов Яков Корнилиевич и, соответственно, Словцов Иван Яковлевич, не являются прямыми потомкоми Словцова Петра Андреевича, историка Сибири.
Основание для такого вывода - Государственный архив в г.Тобольске. Ф.154, оп. 8, д. 116, листы 29-29 об. – ревизская сказка «1795-го года февраля 16 дня Тоболской епархии Тоболской губернии Тюменской округи Фоминского села приходской двуприходной Сретенской церкви находящияся при ней в действителном служении священники».
Их ветки разошлись в предыдущих коленах:
//s018.radikal.ru/i505/1206/40/af3b4c085528.jpg
http://www.myheritage.com/site-family-tree-119323291/web-site-web-site- семьи-кейзер?lang=RU
Метки: Словцов П.А. Словцов И.Я. Словцов Я.К. родство Словцовых мифы о родстве Словцовых враньё о родстве Словцовых |
Начало метеорологических наблюдений в г.Тюмени |
Дневник |
В начале Х1Х столетия наблюдается интенсивное развитие регулярных метеорологических наблюдений в Западной Сибири. Толчком послужило новое распоряжение Министерства просвещения, призвавшее учебные округа более решительно приступить к организации метеорологических станций. К циркуляру была приложена инструкция для ведения наблюдений, составленная Академией Наук, указывалось, где можно получить поверенные приборы. В Западной Сибири открываются метеорологические станции при уездных училищах. Так в 1832 году были открыты станции в Тобольске, Таре и в Березово.
Первые метеорологические наблюдения в Тюмени начались 01.01.1845 г. при Тюменском уездном училище.
Первым наблюдателем (01-03.1845 г.) был исполняющий должность Штатного смотрителя училищ, Протоиерей Яков Словцов. Наблюдения проводились 3 раза в сутки (10 часов утра, 2 часа пополудни, 10 часов вечера). Наблюдали за температурой воздуха, направлением ветра, состоянием атмосферы и за количеством воды или снега, выпавших в течение суток. Читать далее
Метки: Начало метеорологических наблюдений в г.Тюмени Словцов Я.К. Словцов |
Тюменское Александровское реальное училище |
Дневник |
Тюменское Александровское реальное училище
Открылось27 сентября 1879 г. – первое среднее учебное заведение в Тюмени.
1879 год в истории Тюмени был ознаменован открытием первого среднего учебного заведения. Тюменское реальное училище было учреждено на основании решения Государственного Совета от 25 апреля 1878 г. Инициатором учреждения был генерал-губернатор Н.Г. Казнаков. Расходы на строительство здания и церкви училища (около 200 тыс. рус.) взял на себя купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин Тюмени П.И. Подаруев, который в то время являлся городским головой.
В 1878 же году на углу Телеграфной и Царской улиц (ныне улицы Красина и Республики) было построено роскошное здание, выполненное в стиле ренессанса по проекту архитектора Петербургского университета Воротилова. Торжественное открытие училища состоялось 15 сентября 1879 г. и в этот же день были проведены первые занятия во временном помещении, так как здание было еще не достроено. Об открытии реального училища в Тюмени былo доложено Императору Александру II, который ответил поздравительной телеграммой. 18 ноября 1879 г. Тюменскому реальному училищу в честь Императора и с его дозволения было присвоено наименование Александровского.
Через год, 30 августа 1880 г., состоялось освящение полностью построенного здания. Свой второй учебный год (1880-1881) реалисты начали в новом училище с уютными комнатами, просторными коридорами, высокими потолками. Старинный документ свидетельствует: "В верхнем этаже помещалась домовая церковь, 8 классов, отдельно рисовальный класс, ученическая, библиотека, актовый зал, класс для занятий гимнастикой в зимнюю пору, чайная. ...В нижнем этаже: физический, исторический кабинеты, химическая лаборатория, канцелярия, музей, докторская комната, квартира директора. Библиотека занимала два этажа". Училище было мужское шестиклассное, с основным и коммерческим отделениями в V и VI классах и двумя техническими отделениями в VII, дополнительном классе.
Первым директором училища был назначен действительный статский советник П.А. Иванов, но уже вскоре приказом Министерства народного просвещения от 18 августа 1879 года директором училища назначили Ивана Яковлевича Словцова– потомственного сибиряка, человека фанатично преданного делу, сибирского энциклопедиста, положившего начало археологии, музееведению, педагогике и многому другому в Тюмени. Он бессменно возглавлял училище на протяжении 27 лет.
Александровское училище стало одним из лучших реальных училищ России. К преподаванию в училище И.Я.Словцову удалось привлечь многих талантливых, творческих учителей - выпускников университетов и институтов Москвы и Санкт-Петербурга, таких как уч.русского языка А.Я. Силецкий, географ А.Д. Петров, математик Н.Д. Погоржельский, уч.коммерции и немецкого языка Ф.А.Кейзер, историк И.Ф.Виноходов, С.В. Курдяев, химик и физик Ф.Г. Багаев и др.
Курс обучения включал в себя предметы, определенные Министерством народного просвещения для реальных училищ: Закон Божий, русский язык, немецкий язык, французский язык, тригонометрия, физика, география, естественная история, история, рисование, законоведение. Преподаватели по ряду предметов могли выбрать учебники и учебные пособия по своему усмотрению (безусловно, выбор был ограничен цензурой). Например, автором учебников “Обозрение Российской истории сравнительно с важнейшими государствами” и “Краткая физическая география” был директор училища – Иван Яковлевич Словцов.
Занятия проводились более чем в 20 классах и специально оборудованных кабинетах – естественноисторическом, черчения, механическом; в лабораториях – клинической и физической; в залах – рисования и гимнастическом,. В училище также имелась столярная мастерская; фундаментальная и ученическая библиотеки. Побывавший в 1885 году в Тюмени американский журналист Д. Кеннан утверждал, что местное реальное училище "могло бы служить украшением любого провинциального города; такой школой мог бы гордиться любой город такой же величины в Соединенных Штатах". Ему понравились "механическое отделение с паровой машиной, токарными станками и всякого рода инструментами", "естественно-физический кабинет с чудными аппаратами, даже телефонами Белля, Эдисона и Дольбера"; химическая лаборатория, оборудованная "полнее любой" из виденных им прежде подобных лабораторий; "комната для черчения и рисования"; библиотека, которая вскоре после открытия располагала двумя залами с более чем 9 тысячами томов книжной продукции и, наконец, "прекрасный музей" (из Омска в Тюмень Словцов перевез свою богатейшую коллекцию, собранную им в многочисленных экспедициях. Часть экспонатов этой коллекции использовалась в учебном процессе, остальные хранились в упакованном виде в доме, где находилась квартира директора Александровского училища).
С годами менялась структура училища. В 1886 г. коммерческое отделение было закрыто из-за постоянного недостатка учеников. В 1889 и 1893 гг. закрылись химико-технологическое и механическое отделения. Дополнительный седьмой класс стал обыкновенным выпускным. С 1886 г. при училище открылись воскресные курсы для ремесленников и мастеровых Тюмени.
Обучение было платным. Не редкостью были случаи, когда недостающие деньги вносили за учащихся зажиточные граждане. Для поддержки учеников из наиболее бедных семей 24 сентября 1879 г. были учреждены первые стипендии для освобождения от платы за обучение способных и старательных реалистов - стипендия имени Н.Г. Казнакова и стипендия имени П.И. Подаруева. Возраст обучающихся был от 8 лет до 21 года, среди них были жители Тюмени, Тобольской губернии, Акмолинской области, Восточной Сибири и Европейской России.
В 1888 году обучалось 128 человек, в 1909 – уже 302 ученика.
Доступ в училище был открыт для детей всех сословий и вероисповеданий. Хотя большинство реалистов были православными, среди них были ученики римско-католического и иных христиане, иудейского и магометанского вероисповедания. Ни о каких различиях между ними со стороны руководства училища не упоминается, кроме того, что ученики-нехристиане освобождались от экзамена по Закону Божию.
Ребят любили, приучали к труду, усидчивым занятиям, дружбе. Из стен училища вышло немало воспитанников, принесших славу родному городу. В 1887 году его окончил Л.Б. Красин, впоследствии ставший профессиональным революционером, соратником В.И. Ленина, а после Великой Октябрьской социалистической революции советским дипломатом. В 1890-94 гг. в училище учился М.М. Пришвин, русский советский писатель...
В начале XX в. училище завоевало славу одного из лучших учебных заведений России: реалисты-выпускники могли без экзамена поступать в столичные вузы. Об особом положении училища говорит и тот факт, что это одно из немногих учебных заведений России, о которых упоминает энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
В 1919 г. училище было закрыто. На протяжении многих десятилетий тюменцы, вспоминая Александровское реальное, связывают страницы истории училища с именами его знаменитых студентов и с созданием в городе первого краеведческого музея. Здание училища и сейчас служит на педагогическом поприще. Теперь здесь Тюменская государственная сельскохозяйственная академия.
Ниже вид Реального училища времён И.Я.Словцова и современная с-х академия:
Метки: Тюменское Александровское реальное училище |
Музей И.Я.Словцова 1 |
Дневник |
Музей И.Я.Словцова
Итак, Иван Яковлевич Словцов - член Стокгольмской Академии наук, удостоен медалями Русского географического общества и Линеевской медалью Стокгольмской Академии, действительный член археологических обществ Берлина и Финляндии.
Первый музей, в становлении которого он активно участвовал, был Омский краеведческий, основанный в 1878 г. при Западно-Сибирском отделе Императорского Русского географического общества (ЗСОИРГО). Кроме Ивана Яковлевича, в его создании и становлении принимали участие генерал-губернатор Н. Г. Казнаков, ставший покровителем Отдела и музея при нем; С.И.Гуляев М. В. Певцов, Н. М. Ядринцев, С. П. Швецов, Г. Н. Потанин и многие другие.
От И. Я. Словцова в музей поступили до 300 видов птиц и млекопитающих Кокчетавского уезда, чрезвычайно ценная в научном отношении коллекция жуков 380 видов из окрестностей Омска (500 экз.), 80 образцов горных пород Кокчетавского уезда, рога лося, гербарий в 400 определенных видов растений Кокчетавской флоры (1200 экз.), каменная баба, найденная в Кокчетавском уезде на р. Чаглинке, и 2 каменных молота.
От действительного члена С. И. Гуляева - 2 фотоснимка с групп северных инородцев, бурханы из желтой меди, китайские бурханы из розового вана (глины), китайские разноцветные визитные карточки и проч.
Накопленные в экспедициях ученых коллекции давно нуждались как в тщательном изучении, так и в популяризации, и идея создания Сибирского музея возникла как нельзя кстати – появилась возможность познакомить жителей Омска, сибиряков и россиян с интереснейшей материальной и духовной историей не только Сибири, но и прилегающих к ней территорий: Казахстана, Монголии, Китая, Алтая, Восточной Сибири, Севера Сибири и др. К тому же по приказанию покровителя Отдела генерал-губернатора Западной Сибири Н. Г. Казнакова в процесс сбора коллекций, среди которых было немало диковинок, включились и государственные учреждения Акмолинска, Тобольска, Омска.
В 1879 г. И.Я.Словцов по особому приглашению переезжает директором Александровского реального училища в г. Тюмень, куда везёт экспонаты, не вошедшие в омскую коллекцию, размещает их и использует в учебных целях. Однако основная часть коллекции хранится в тюках его квартиры, и он по-прежнему каждый раз извлекает самые интересные экспонаты, когда в Тюмени ожидают приезда каких-нибудь высокопоставленных особ. С его коллекциями ознакомились князь Н.Д.Голицын (последний председатель Совета Министров Российской империи), американский биолог Т.Х.Морган (один из основоположников генетики), академик И.П.Павлов (крупнейший физиолог, создавший учение о высшей нервной деятельности) и многие другие. И, видимо, уважаемые историки, когда пишут, что «Тюменский областной краеведческий музей, построенный в 1879 году, … первоначально располагался в здании Александровского Реального училища» - имеют в виду именно квартиру Ивана Яковлевича, действительно располагавшуюся на территории училища.
В 1891 г. И.Я.Словцов едет в Санкт-Петербург, чтобы показать часть своей коллекции в академических кругах. Однако его поджидает несчастье: на передаточном поезде в Москве всё сгорает. Что именно было утрачено, установить сейчас практически невозможно. Этот случай нанёс сильный психологический удар Ивану Яковлевичу – от пережитого обострился гастрит, причём до такой степени, что периодически он мог передвигаться только на костылях или вообще прибегать к помощи инвалидного кресла. Несмотря на неоднократные курсы лечения за рубежом, Иван Яковлевич до конца своей жизни так и не смог избавиться от болезни…Читать далее
в 1995 году на научно-практической конференции, посвященной 150-летию Ивана Словцова, Тюменскому краеведческому музею присвоили имя его создателя – И.Я.Словцова.
И вот новое решение:в Тюмени решили объединить два музея - краеведческий и изобразительных искусств. О слиянии двух тюменских областных музеев пишет Ирина ТАРАБАЕВА («Тюменские Известия», 31.01.2009):
О слиянии двух тюменских областных музеев — краеведческого и изобразительных искусств — много говорили, спорили, писали. Учреждения боялись потерять индивидуальность. Тем не менее, несмотря на протесты их сотрудников, слияние было осуществлено. Музейщики продолжили работать в обычном режиме, поддерживая заведенный порядок. Но потеря все же произошла.
Новая структура ГУК ТО «Музейный комплекс» в процессе объединения фондов утратила имя выдающегося ученого, исследователя Сибири и организатора музейного дела Ивана Словцова, чья коллекция когда-то стала основой не только для Тюменского, но и для Омского музея. Как такой конфуз с наименованием мог случиться, непонятно? Какое-то время общественность молчала, пребывая в недоумении. Потом послышался ропот. Читать далее
Вроде бы всё прекрасно, но в последние годы Словцовские чтения проводятся не каждый год – нет денег (это в Тюмени - нефтяной скважине России!).
И в музее, судя по словам его бывшего сотрудника, истинным краеведам и патриотам края работать всё труднее:
«Я ухожу из музея. Вообще-то это не совсем верно. Не я ухожу из музея. Или я – но не из музея. Уже. Я пришёл в него 15 лет назад на зарплату в 240 рублей. С 5-го курса истфака. Уговаривали всей семьёй – да, гроши, но ты же ещё студент, до работы две минуты пешком, ну хоть полгодика – пока вуз не закончишь. Задержался.
Денег не было и после, их вообще там нет – по крайней мере, для самих музейщиков. Это тяжело. Особенно тяжело было в 90-е годы, когда и эти гроши задерживали по 2-3-4 месяца. Директор, только что вернувшаяся из очередного турне – кажется, с конгресса ИКОМ в Австралии, со свежими впечатлениями и кимоно на память (посадка в Японии) – выглянув из кабинета, даёт очередной добрый совет: «Берите отпуск без содержания». Видимо, чтоб постоять на паперти.
Ну да бог с ним, не в этом суть. Деньги можно заработать в другом месте и, как показала жизнь, весьма успешно. Деньги – это заработок. А музей – это работа. Экспедиция на «мёртвую дорогу». Поездки по дальним деревням, поиски последних раритетов, погоня за вечностью, которая каждый день ускользает от нас – умирают люди, погибают вещи. Похоже на охоту, но трофеи никогда не достаются победителю – только музею. И с этим не хочется спорить, потому что это правильно. Ведь ты – временен, а музей – вечен.
Диссертации? Некогда. Надо работать, точнее, успеть и заработать и поработать – иначе опоздаешь. Постеснялся попросить старый снимок у дедушки, а пару месяцев спустя просить уже не у кого. Слишком поздно пришёл к маме убитого в Чечне журналиста, а она уже выбросила все снимки и раздала вещи – каждый переживает по-своему. Циничная работа: прийти к людям, чтобы выпросить у них самое дорогое, то, что они хранили всю жизнь. Разумеется, бесплатно – денег всё равно не дадут, не до этого. Благородная работа – ты знаешь, что это единственный шанс спасти эти вещи и эту память. В конце концов, не для себя стараешься.
Это не нужно никому. Учёные смеются – на краеведческом мелкотемье степеней не заработать, лучше уж историю Африки изучать. Начальству вообще плевать – у него свои заботы. Идёшь на преодолении, порой на жилах, на нервах. Видимо, они порвались, кончился ресурс.
Я не могу больше слышать, что в музее не должно быть науки. Я легко представляю себе такой музей, но не понимаю, что я в нём делаю.
Я не могу больше доказывать, что музей, не пополняющий свои коллекции, умирает. Что музейный предмет – это и есть ядро музея, вокруг чего должно вращаться всё остальное.
Я не могу больше объяснять, что наши коллекции – это не груда хлама, а ценность, созданная трудом поколений музейщиков и бескорыстных дарителей. И что навязчивая идея списать половину на свалку (либо раздать по школам, что то же самое) – это преступление перед народом, которому всё это принадлежит.
Я не могу больше слышать, что моя главная проблема в том, что я «думаю как музейщик». Мне казалось, что именно поэтому я и работаю в музее. Был бы клоуном – работал бы в цирке.
С меня хватит. Я терпел, когда мне платили гроши. Смеялся, когда годами не давали премий, а непосредственный руководитель лишь разводила руками: «Ты же знаешь, тебе всё равно не дадут». Я держался, когда мне объявляли выговоры, исключали из каких-то советов, обвиняли в развале работы отдела, а потом безуспешно пытались заставить снова его возглавить. Я остался, когда ушли те, кто проработал в музее 15, 20, 25 лет. Я остался, когда ушли те, кто пришёл после меня. Но потом из музея ушёл музей. И я понял, что мне больше незачем здесь оставаться. Я ухожу».
Метки: Музей И.Я.Словцова |
Музей И.Я.Словцова 2 |
Дневник |
Тюменский областной краеведческий музей, отсчитывающий свою историю с 1879 года, принадлежит к числу старейших музеев Сибири. У его истоков стоял выдающийся ученый, педагог и краевед, член Русского географического общества Иван Яковлевич Словцов (1844-1907). Читать далее
Началась эта история с сообщения, что Н. Чукмалдин делает городу Тюмени весьма ценный подарок, который включает в себя: цельный остов мамонта, полную фауну Тобольской губернии, много изделий каменного века, найденных И.Я. Словцовым при произведенных им раскопках близ озера Андреевского. Читать далее
Метки: Музей И.Я.Словцова Словцов И.Я. Чукмалдин Мандрика Ю.Л.Мандрика тюменские жлобы |
САТИРА, ПРОЕКТЫ И РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА |
Дневник |
САТИРА, ПРОЕКТЫ И РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА
Среди редких книг научной областной библиотеки есть "Письма из Тюмени претендента на должность городского головы" (1894). В творческом наследии Словцова это, пожалуй, единственная книга художественного плана. По жанру она представляет собой эпистолярное произведение, включающее сатиру, рассуждения, научные доказательства, публицистику, а порой - жанровые картинки.
"Письма из Тюмени" содержат 15 посланий, автор адресуется то к редактору газеты ("Письма" публиковались сначала в "Тобольских губернских ведомостях"2), то обращается к господам подписчикам. Он посвящает их в планы своих действий, если станет городским головой.
Ныне подчас идеализируют то, что было в прошлом, в частности в Тюмени в XIX веке. Конечно, было много хорошего, но - увы! - автор "Писем из Тюмени" видит и много плохого: город грязен, много кабаков, налоги несправедливы и т.д. И книга Словцова проникнута горячим желанием улучшить экономическую и социальную жизнь тюменцев, сделать город благоустроенным, поднять уровень нравственности…
"Большинство русских городов достукались до поразительных фактов нерадения к общественным интересам и злоупотребления ими в личных целях. Весь этот период можно охарактеризовать бесконтрольностью, безответственностью и безнаказанностью".
Размышляя, как подобрать членов городской управы, претендент решает, что поручит городскую кассу умеющему "хорошо считать, насчитывать и обсчитывать". Трудновато будет найти ведающего санитарией, водоснабжением города и присмотром за промышленными заведениями. Тут нужен человек интеллигентный, с познаниями. Но тюменская интеллигенция "крайне бедна капиталом, а капитал беден образованием"…
Вот размышления на тему, как раздобыть деньги на городское благоустройство, не приобрести ли концессию на строительство железной дороги к Тобольску? И явно выражено мнение купца, что концессия - "наивернейший способ зашибить копейку". Однако нужна ли железная дорога? И по-иному, с иронической усмешкой, сообщается, что намечено углубить русло реки Туры, чтобы пароходы ходили и осенью. Уже заказаны механизмы, пароход-броненосец с салоном для главного инженера, бильярдной, хорошим поваром и запасом прохладительных напитков, а главное - предполагается экономия от расходов3. И ясно, что дальнейшие рассуждения принадлежат автору книги – И.Я.Словцову. Он считает, что углубление русла - работа трудная, многолетняя, а главное - бесполезная, предпочтительнее построить узкоколейную железную дорогу. Эти мысли перекликаются со статьей Словцова "Река Тура (к вопросу об улучшении ее фарватера и сооружении железной дороги до Тобольска)".
Некий тюменский делец посоветовал… ради получения капитала способствовать переводу в Тюмень Ирбитской ярмарки. И снова ярко проявилась позиция автора книги, поднявшегося до сатирической критики. По его мнению, ярмарка в Ирбите - это "грязный трактир" с бесшабашными оргиями. Это "торжище, которое держится до сего времени косностью и невежеством нашего купечества".
Выражая мнение, что надо приняться за физическое оздоровление города, он вопрошает: "Что нужно человеку прежде всего? Хороший воздух, здоровую воду и как можно меньше грязи", в которой "сидим по уши вот уже третье столетие".
В Тюмени он восхищается прекрасным Загородным садом, "подобного которому по живописному местоположению и по художественной планировке нет во всей Западной Сибири". (Нынешнее состояние сада, остатки которого вытесняют гаражи, - живой упрек управленцам Тюмени)…
Глубоко заинтересованно автор размышляет о школьном деле. Его глубоко не удовлетворяет, что на 37000 жителей Тюмени (имеется в виду 1893 год) в начальных классах училось 462 мальчика и 387 девочек. К тому же "этот ничтожный процент" учился в неблагоприятных условиях: "Школ в Тюмени в двадцать раз менее, чем кабаков и трактиров... Дети, вследствие скученности, дышат воздухом более испорченным, чем в угольных шахтах...". Среди детей автор видит много сутулых, малокровных, с плохим зрением.
Погружая читателя в гущу школьного дела, Словцов не оставляет без внимания и положение учителей. Он сочувственно отмечает, что скудный заработок молодой учительницы "едва покрывает ее скромные потребности в пище и одежде". А обремененный семьей приходской учитель, "пришибленный" тяжелой борьбой за существование, забитый трудом, ...едва плетется по узкой житейской тропинке".
К сожалению, в тюменском обществе учителя пользуются невниманием, а денежная аристократия смотрит на неимущих свысока. Словцовсчитает, что Общество попечения об учащихся должно проявлять больше заботы и об учителях, и об учащихся.
Вызывал озабоченность автора "Писем" круг чтения, доступный для молодежи. Есть библиотека приказчичьего клуба, но не все имеющиеся там книги полезны: "Что может извлечь ... молоденькая девушка из пикантных романов плохой иностранной стряпни?" - вопрошал он…
Скудны, по мнению Словцова, и средства удовлетворения эстетических потребностей. Есть в Тюмени Текутьевский театр, но порой там могут "угостить такими пьесами, от которых даже у старичков в глазах зеленеет". И замечательна его оценка больших эстетических и моральных возможностей театра: "Сценическое искусство - великая сила! Оно способно образно и надолго запечатлеть в мыслях и чувствах человека как высокие идеалы, так равно и низменные инстинкты, поэтому служит величайшим орудием развития общества в хорошую или дурную сторону"…
Очень современна мысль Словцова о том, что высокие стремления души трудно сформировать в обществе, где "понятие о добре не отделяется от понятия о выгоде, где гуманность, честность и справедливость считаются простофильством и дурачеством, и где практическое евангелие, даже так называемых интеллигентов, состоит в приобретении денег и денег во что бы то ни стало"…
В целом, "Письма из Тюмени" говорят: хотя Иван Яковлевич Словцов был в городе лицом высокопоставленным, имел чин статского генерала, однако не был слепым сторонником тогдашней общественной системы. Как видно, многое вызывало его возражение и даже резкое осуждение. Он признается, что старался в книге "с наибольшей выразительностью передать" то, что волновало его чувства. И, намереваясь через некоторое время возобновить написание "Писем из Тюмени", автор заявлял: "Если вода каплей по капле пробивает гранитную стену, то неужели не пробью я брешь в каменной стене, за которойскрывается алчность и лиходейство, прикрытые благонамеренностью...".
Л.Г.Беспалова
Что изменилось в Тюмени к лучшему за 120 лет?
Метки: САТИРА И РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА |
«СТАРЫЙ ОМСК. ИЛЛЮСТРИРОВАННАЯ ХРОНИКА СОБЫТИЙ» |
Дневник |
«СТАРЫЙ ОМСК.
ИЛЛЮСТРИРОВАННАЯ ХРОНИКА СОБЫТИЙ»
Так называется новая, недавно вышедшая книга о нашем родном городе. Она издана Омским государственным историко-краеведческим музеем по заказу городской Администрации.
Книга открывается обращением к читателям: «Вы держите в руках уникальную книгу, рассказывающую о первых двух столетиях нашего родного города. Многие документы и фотографии, опубликованные в этом издании, Вы увидите впервые. Вглядитесь в лица тех, кто основал и возводил город, в архивные документы и фотографии старых улиц и площадей – в них наше далекое и близкое прошлое, наша с Вами судьба, наша с Вами биография. И это добрый знак. Значит, мы умеем хранить историю, помнить о наших предках, о нашем прошлом. А это залог того, что у города и его жителей есть будущее. Администрация города Омска».
Это воистину добрый знак, свидетельство тому, что наши предки действительно не забыты. Уже самый первый материал объемного, роскошно оформленного тома рассказывает о старейшем омском историке Иване Яковлевиче Словцове – родственнике знаменитого Петра Андреевича Словцова, автора всем известного «Исторического обозрения Сибири». Но, в отличие от него, Иван Яковлевич долгое время жил в Омске – с 1865 г. служил столоначальником в Главном Управлении Западной Сибири, а с 1870 г. был преподавателем Сибирской военной гимназии. Он был одним из учредителей Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества.
И, как пишет о нем составитель и научный редактор книги П.П. Вибе, почитался в Омске одним из образованнейших людей. Был автором целого ряда научных работ. Среди них особого внимания заслуживает «Историческая хроника Омска», явившаяся самой первой работой по истории нашего города и края. Но так случилось, что первой у нас долгое время считалась «Историческая справка о том, когда и как построен город Омск» уважаемого омского историка Г.Е. Катанаева. В предисловии к переизданному в 1996 г. его историческому очерку так прямо составителями и сказано: «… нам захотелось, уважаемый читатель, познакомить Вас с первой работой по истории нашего города» (выделено нами – И.П.).
Что касается заслуг Георгия Ефремовича Катанаева перед нашим городом и Сибирским казачьим войском, которым были посвящены основные его исследования, то тут никаких возражений никогда не было и быть не может. Но, к большому сожалению, даже самые высокие авторитеты в любой области знаний не гарантированы от отдельных ошибок. Не был застрахован от них и Г.Е. Катанаев. Издатели вышеназванной «Справки», к сожалению, не заметили у него таковых. А дело-то было не столь уж и трудное… Достаточно было сопоставить, когда была опубликована «Историческая хроника Омска» И.Я. Словцова и когда появилась на свет «Историческая справка о том, когда и как построен город Омск» Г.Е. Катанаева. Первая, словцовская, в 1880 году, а вторая, катанаевская, в 1916 году, то-есть на 36 лет позже. Так почему же последняя была названа первой?
К тому же, известно, что сам Катанаев в своих воспоминаниях отмечал, что «Хроника» Словцова представляет немалую ценность.
Нельзя сказать, что до последнего времени И.Я. Словцова у нас никто не знал и не использовал в своих работах его оценки и факты происходившего в старом Омске. Все это, разумеется, было, но чаще всего без ссылки на историка, что, конечно же, печально. С выходом книги «Старый Омск», он по справедливости, вполне законно назван теперь первым биографом нашего родного города.
Выдвижение и восхваление одного авторитета и замалчивание другого не могло не привести к некоей однобокости представлений о начальной истории нашего города, к отдельным, нередко серьезным ошибкам и неточностям. Именно поэтому идут у нас многолетние споры, например, о том во имя какого святого была освящена самая первая церковь в Омске – Сергия Радонежского или Илии Пророка? Опираясь на утверждение Г.Е. Катанаева, большинство наших историков и краеведов считает, то была Ильинская, что, конечно же, неверно.
Верные сведения содержатся у И.Я. Словцова, который утверждает, что ею была Сергиевская. Его бесспорную правоту подтверждает в своих записках старый академик Г. Миллер, посетивший Омск в 1734 г. Он писал после ознакомления с делами на месте: «В крепости имеется церковь Сергия Радонежского чудотворца, канцелярия, казармы...»1.
Естественно, работа И.Я.Словцова, к сожалению, также не во всем безупречна. «И она, – пишет П.П. Вибе, – не лишена недостатков. В ней не получили отражения некоторые события… пребывание в Омске декабристов, Ф.М. Достоевского и другие. Однако это не умаляет достоинств ее, как первого систематического изложения истории города Омска. Переиздание ее спустя 120 лет, бесспорно, станет подарком для всех омичей».
«Историческая хроника» И.Я.Словцова занимает в книге 26 страниц большого формата, ее текст сопровождается многими фотографиями со старых акварелей.
Еще больше иллюстраций содержится в следующих разделах книги, второй из которых называется «Старый Омск. Хроника событий 1716–1916», а третий – «Город и горожане. Виды улиц и площадей. Фотографии из семейных альбомов». Это в основном работы старых омских мастеров фотографии: И. Кесслера, А. Авдеенко, В. Коркина, А. Пахотина, Л. Буланже, Н. Кускова, Г. Катанаева, А. Антонова и других.
Собранные вместе, их работы представляют собой бесценное богатство, по сути целый музей в миниатюре, своеобразная энциклопедия. Какие только стороны жизни старого города не отражены на этих снимках! Тут и портреты исторических личностей нашего города, начиная с основателя его И.Д. Бухольца, все генерал-губернаторы, известные деятели науки и культуры, городская архитектура, бытовые сцены из жизни местного казачества, сцены из жизни киргизов, а также крестьян местных сел и деревень, костюмы горожан, как богатых, так и бедных, жилье, утварь, первые пароходы на Иртыше, первый самолет в Омске вместе с авиатором, верблюды на улицах города, культурные и духовные раритеты, как, например, Евангелие, подаренное Екатериной Великой Воскресенскому собору, как икона Божией Матери из того же Воскресенского собора и многое другое. Всего в книге представлено более полутысячи снимков. Все они сопровождаются сопутствующими подписями и разъяснениями. Все это, безусловно, явится дорогим подарком для всех интересующихся историей родного города и края.
Остается сказать об авторском коллективе издания: это уже названный выше П.П. Вибе (составитель и научный редактор), Т.М. Назарцева, Л.П. Полоницкая, О.А. Пьянова, художник А.С. Лелякин, фотограф В.Н. Ляпин.
Сердечное спасибо им за большую, отлично выполненную работу, ставшую событием в культурной жизни города.
_____________________________________________________________________
1 Из истории Омска 1716–1917 гг. – Омск, 1967. –С. 57–58.
И. Ф. П е т р о в
Метки: «СТАРЫЙ ОМСК. ИЛЛЮСТРИРОВАННАЯ ХРОНИКА СОБЫТИЙ» |
РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА: Загородный сад |
Дневник |
РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА: Загородный сад.
Книга Словцова проникнута горячим желанием улучшить экономическую и социальную жизнь тюменцев, сделать город благоустроенным, поднять уровень нравственности…
В Тюмени он восхищается прекрасным Загородным садом, "подобного которому по живописному местоположению и по художественной планировке нет во всей Западной Сибири". (Нынешнее состояние сада, остатки которого вытесняют гаражи, - живой упрек управленцам Тюмени)…
Пишет Хамадулина Лариса Рафисовна:
В 2001 году городу Тюмени исполняется 415 лет. Но прожив вместе с ним 16 лет, я хочу видеть его красивым во все времена года.
Былая роскошь Тюмени сохранилась в памяти о тюменских садах. Именно эти места становились местом для коллективного или индивидуального посещения. Загородный сад не исключение. Он выделяется не только сохранившейся исторической частью своей территории, но и связью поколений ХIХ, ХХ, ХХIвеков.
Решая поставленные задачи, подтвердилась всеми известная истина, что жить без зелени невозможно. Она пробуждает в человеке все лучшее, что когда-то вложила в него природа. Без созерцания роскоши зеленых насаждений человек звереет. Подтверждением этому стала работа с ежегодниками Тюменского областного краеведческого музея за 1992-2000 года, которые помогли описать исторический облик сада, а визуальное наблюдение позволило сопоставить краеведческие сведения о саде с его современным состоянием. Может быть правы те, кто говорят, что Тюмень не самый зеленый город Сибири. Но ведь это стало «заслугой» именно сегодняшнего поколения, которое должно это исправить.
В течение летнего, осеннего, зимнего периодов велось наблюдение за состоянием Загородного сада и с помощью метода картографического проектирования составлен его план. При нанесении на план зеленого покрова сада учитывался количественный и видовой состав древесной и кустарной растительности.
Соприкасаясь с судьбами людей, детство и юность которых были связаны с Загородным садом, начинаешь жалеть об отсутствии подобного эпизода в своей жизни.
Может быть поэтому совпало мнение всех, кто был причастен к будущему сада, о недопустимости любого строительства на его территории. Заручаясь поддержкой с общественностью, были сделаны публикации в газетах, по результатам исследования принимала участие в городских, областных конференциях, в акциях по защите сада. Экологическая обстановка в городе ухудшается с каждым годом. Немногочисленные садики, парки, скверы, посаженные много лет назад, отступают под натиском новостроек и к сожалению площадь зеленых насаждений на душу человека в два раза ниже нормы. / 7/
Чтобы показать роль Загородного сада в жизни каждого жителя Тюмени, мною исследована историческая необходимость появления сада в середине ХIХ века.
Тюмень справедливо пользовалась заслуженной известностью в России. Но всего важнее Тюмень, как преддверие Сибири в 1837 году, прежде прочих городов ее, удостоилась встретить и принимать первого из царственных особ, посетивших Сибирь, Государя Наследника Императора. /1/
Вскоре после отбытия Его Высочества из Сибири граждане Тюмени решили сделать день его посещения - 31 мая – праздничным торжеством./3/
Со второй четверти века Тюмень получила новые общественно значимые элементы городской структуры. Начался создаваться городской сад. На дальней восточной окраине, за городским кладбищем появился загородный парк. Разбит был парк смотрителем уездного училища Поповым на средства купца Иконникова. /6/
Купеческо – мещанское тюменское общество в 1851 году вследствие письменного предложения Николая Абрамова пожертвовало уездному училищу загородную рощу при реке Туре.
Тепло отзывается Н.М. Чукмалдин о И.В.Иконникове, меценате Сада: «Тысячи лип, елей, берез и сосен были рассажены правильными купами и аллеями на пространстве около 100 десятин земли и все это названо «Загородным садом». Сад – парк развился до того, что представляет в настоящее время самое лучшее украшение города, которого тюменцы никогда не имели бы, не будь у них городского головы Иконникова». /12/
Тот факт, что праздник в Загородном саду был ежегодным, в 1880 году подтвердил член - сотрудник Императорского русского географического общества К.Голодников : «Каждогодно, 31 мая, в день посещения Тюмени ныне благополучно царствующим Государем Императором, жителями ее всех сословий устраивается в Загородном Александровском саду народное гуляние. С утра все, от мало до велика, одевшись в лучшие платья, отправляются на молебствие о здравие и благоденствии своего обожаемого Царя –Освободителя : затем, по выходе из церкви, посетив хранящуюся в особом помещении при доме городского общества царскую лодку… спешат толпами в Загородный сад, где в богатых раскидистых палатках жены именитых горожан ведут уже с благотворительной целью торговлю разными фруктами и печеньями…» ./4/ В 1871 году в саду была устроена выставка промышленных произведений и изделий Западной Сибири. /8/
Немецкие путешественники О.Финш и А.Брем, возвращаясь из сибирского путешествия в 1876 году посетили Тюмень и, вероятно сад. В своих «Записках» они отметили , что Тюмень «имеет городской парк, то есть место для прогулок засаженное деревьями…». /11/ На его территории были построены : 1. Двухэтажный дом с верхней галереей ( на средства К.К. Шешукова), 2.Особенный дом для отдыхающих ( на средства И.В. Иконникова),3.Оранжерея с различными видами цветов, 4. Дом для караульных 5.Площадка для оркестра и танцев. 6.Палатки «с благотворительной целью торговли разными фруктами и печеньями…/5/
Загородный сад, как место для общественных гуляний, использовался до 1917 года. Революция вычеркнула дату 31 мая из календаря, как праздничный день, и сад стал просто местом отдыха жителей Тюмени. Загородный сад получил свое новое название после Великой Отечественной войны, в конце сороковых годов. Он был переименован в Сад судостроителей. /8/
Во многих архивных источниках Загородный сад упоминается как исторически значимый объект. Из беседы со старшим научным сотрудником музея Истории
дома 19 – 20 веков, Бушаровым Е.А. было установлено, что площадь сада составляла примерно пять футбольных полей, то есть примерно 40 тыс. кв. метров.
В настоящее время, измерив его площадь, зафиксирована цифра около 15 тыс. квадратных метров.Из всех изученных садов Загородный самый старший. Были сопоставлены данные возраста сада. Если за начало жизни сада брать 1838 год – время посадки и разбивки аллей, то в 2001 году его территории исполняется 163 года. Приведем сравнение садов Тюмени с Загородным садом :
Дунькин садсуществовал с 1840-1850 по 1950 год. Он находился на берегу реки Туры. Постоянное обрушение берега оставило от этого сада лишь небольшую полоску зелени. /9/
Сад Даудель. История этого сада начинается с начала 19 века. Его предназначение- выращивание и сбор лекарственных растений. После смерти хозяйки сад получил название Даудельной рощи. В настоящее время на его территории расположен больничный комплекс./6/
Текутьевский сад. Построен купцом 2-ой гильдии Андреем Ивановичем Текутьевым. В 1924 году был переименован в сад имени В.И. Ленина. Существовал до 1955 года. Сейчас на его месте городской Дворец творчества детей./6/
Городской сад. Основан в 1948 году. Единственный действующий сад в Тюмени с аттракционами и развлекательными комплексами для молодежи. /9/
Сад Трудовых Резервов. Разбит в 1946- 47 годах. Вырублен в 1952 году. Осталось три аллеи. Сейчас на его месте – Центральная площадь города Тюмени./9/
Но и Загородный сад уже сейчас попадает в список исчезающих. Причиной сокращения площади сада является строительство с начала 90-х годов моста по улице Профсоюзной, а вследствие этого - появление кооперативных, капитальных гаражей на территории зеленой зоны. С правой стороны от моста, у сохранившейся части Загородного сада, продолжается строительство автозаправочной станции. Вековые деревья вырублены. Сохранились деревья, возраст которых составляет примерно 50 лет. /Приложение 1/.
Но не только в древности заключается уникальность сада, но и появлением традиций.. На его территории 31мая устанавливались благотворительные торговые ряды. До 1917 года Загородный сад был признан общественным местом для церковных богослужений и гуляний. По воспоминаниям старожилов он служил местом проведения в 1940-х и 50-х годах религиозных обрядов и праздников с участием священнослужителей Всесвятской церкви и Знаменского собора.
Но несмотря на приведенные факты указывающие на сад, как на природный исторический памятник, в 1997 году Кулачковским В.Н., главным архитектором города Тюмени, было подписано разрешение на строительство армянской часовни на территории Загородного сада. Аргументом для данного решения послужила бесхозность этого участка города. Участвуя в данной дискуссии на конференции «Возрождение исторического центра города Тюмени», через оформленный стенд о Саде, мною был доказан факт о возможном возрождении этого «священного уголка Сибири» . Ведь не зря на «Словцовских чтениях – 2000», 8 пунктом резолюции, по итогам работы конференции , было включено: «поддержать инициативу по исследованию Загородного сада, как природного исторического памятника». В результате наблюдений и исследований, сделана попытка описать облик сада таким, каким я его увидела. Вот, что у меня получилось:
Сад расположен в центральной части города Тюмени, вдоль улицы Профсоюзной. С левой стороны от него – мост, створ которого был сдан 16 октября 1991 года. /9/ На границе, с правой стороны от сада, расположен детский сад «Золотая рыбка»». Через дорогу, на противоположной стороне от дороги, строится магазин «Загородный сад», рядом с которым стоит коммерческий киоск. Вся площадь сада отгорожена от моста и от дороги, по Профсоюзной улице, чугунным забором.
Детский сад построен на бывшей территории Загородного сада, Это заключение сделано по наблюдению за расположенными вдоль дороги кленами и липами, как бы продолжающихся аллей от участка сохранившейся садовой части
В центре сада находится асфальтированная площадка с ограждением и турником. Справа от центрального входа участок с явно выраженными следами вырубленных деревьев. Он сменяется аллеями из кленов и лип, За всеми этими насаждениями очень много порослей, неубранных поломанных стволов деревьев. Пологий обрыв подходит к границе сада.
Открывается картина результатов человеческой деятельности. Построенные на склоне капитальные гаражи подходят к автозаправочной станции, которая в момент исследования сада еще не завершила своего строительства. На склоне, повсеместно, мусор. Это не просто отдельно расположенные кучи, а свалки мусора, высота которых доходит до двух и более метров и площадью до 3 метров квадратных.
Вспоминается рассказ, услышанный во время экскурсии в музее Истории дома 19-20 веков, что по просьбе Александра II, его сын Владимир, посетив Тюмень, посадил в Загородном саду кедр в знак вечной признательности Императора общественности и жителям города, которые сумели создать сад, «равному которому нет по всей Сибири». Невольно задумываешься над тем, как легко может один человек возвысить сад, а «другой» - разрушить.
Хамадулина Лариса Рафисовна, 10 класс «А». Эколого-географическое объединение МОУ сш №66 и Дом творчества ДЮ
Научный руководитель: Польщикова Надежда Константиновнаг. Тюмень
Метки: РАЗМЫШЛЕНИЯ И.Я.СЛОВЦОВА Загородный сад |
Сын - Словцов Б.И. |
Дневник |
ИЗ АРХИВА СЕМЬИ СЛОВЦОВЫХ
Тюменская ветвь многочисленной семьи Словцовых, кроме Ивана Яковлевича Словцова, основателя Тюменского реального училища и учёного с уровнем европейской известности, прославилась также деяниями сына Ивана Яковлевича - Бориса Ивановича (8 янв.1874 – 24 марта 1924). Как физиолог и один из учеников академика Павлова, он к 1920-м годам стал признанным главой русской научной школы физиологической химии и рационального питания. Кроме того, в университетских и профессорских кругах Санкт-Петербурга коллеги отмечали в нём непревзойдённого лектора и популяризатора науки. Биография замечательного русского учёного давно меня интересовала, особенно в тех её деталях, которые описывали ступени формирования научной зрелости и авторитета Бориса Ивановича, начиная с детских и школьных лет в Тюменском реальном училище. Немаловажным было установить степень влияния образованных и интеллигентных родителей на судьбу своего единственного сына, избравшего для себя нелёгкую дорогу научного работника. Но как подступиться к решению поставленной задачи, если ушедшие в прошлое семейные события Словцовых отделяются от меня почти столетием? Как нередко происходит, помогла случайность.
Сравнительно недавно мне довелось заочно познакомиться с потомками Словцовых, проживающими в Санкт-Петербурге. Прочитав мой трёхтомник «Окрика памяти», в которых немало места уделено Словцовым, вдова правнука Ивана Яковлевича, Ольга Васильевна Патлис, сочла рациональным передать мне, биографу И.Я.Словцова, переписку Бориса Ивановича с родителями. Из писем удалось извлечь некоторые малоизвестные сведения из жизни семьи Словцовых. Письма же дали ответ на многие поставленные мною вопросы.
Переезд родителей в Питер состоялся в середине лета. Естественно, переписка прекратилась. Теперь уместно будет сделать некоторые заключения. Великая тяга к науке сделала Б.И.Словцова выдающимся учёным. Его целеустремлённость и необыкновенная работоспособность позволили сделать в науке то, что оказалось не под силу его многим современникам, возможно, не менее талантливым, чем он сам. Ему повезло с выбором учителей и супруги, с которой он нашёл и семейное счастье, и надёжную опору в жизни.
Вместе с тем, в силу своего отзывчивого на беды страны и семьи характера, он, отдавая им свои силы, не выдержал величайшего напряжения мысли в своих трудах и ушёл из жизни в сравнительно молодом и самом продуктивном для учёного возрасте - пятидесяти лет. Почти в каждом из его писем можно прочитать выражения боли, а нередко и отчаяния, по поводу почти перманентных болезнях супруги. Они постоянно выбивали Бориса Ивановича из налаженной колеи, а забота о благополучии любимого человека сжигала и душу, и силы. Нелишне отметить, что супруга пережила Б.И.Словцова на 32 года... Тревожные события в столице в 1904-1905 годах, породившие неуверенность в дальнейшей личной, семейной и научной судьбе, поражение России в русско-японской войне, потеря доверия к беспомощной власти и самодержавию - всё это не могло не отразиться на здоровье и самочувствии выходца из Сибири. Итог: ранняя кончина (Борис Иванович умер 24 марта 1924 года, похоронен на Волковском кладбище Ленинграда). Сибиряки вообще во все времена не приживались в столицах вследствие несовпадения взглядов на мораль и взаимоотношения людей, родившихся в столичном городе и вдалеке от него.
Как итог - Б.И.Словцов доброжелательно встретил революцию 1917 года и был обласкан новой властью. Другое дело, что судьба его - сторонника некоторых воззрений не «по Марксу» - осталась бы далеко не ясной, проживи он более долгое время.
Из писем Словцова, современника событий начала минувшего века, на глазах которого совершались расстрелы людей и погромы с одобрения властей, хорошо видно неприглядное лицо самодержавия и окружения царя. Безудержное восхваление Николая II в наши дни, включая и его канонизацию, вызывает, по меньшей мере, недоумение, если не протест.
Из статьи В.Е.Копылова (использованы материалы из переписки с родителями и некролога о Б.И.Словцове). Неточности подкорректированы автором дневника.
Метки: Словцов Б.И. |
Внучка - Словцова Е.Б. |
Дневник |
КОСТЮМЕР ИЗ «ЛЕНФИЛЬМА», ИЛИ ПОСЛЕДНЯЯ ИЗ СЛОВЦОВЫХ
Пишет Копылов В.Е.:
В своей первой книге «Окрик памяти», изданной в трёх томах в Тюмени издательством «Слово» в 2000-2002 годах, я много рассказывал о судьбе двух знаменитых Словцовых-тюменцах: энциклопедисте Иване Яковлевиче, директоре Александровского реального училища, и о его сыне, профессоре физиологии Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге - Борисе Ивановиче (1874-1924).
Не менее известной, особенно в театральных кругах Петрограда-Ленинграда, была дочь Бориса Ивановича Словцова, Евгения Борисовна, внучка Ивана Яковлевича. Судьба оказалась мало благосклонной к тюменско-петербургской ветви Словцовых: Евгения Борисовна в семье Ивана Яковлевича и Бориса Ивановича была последней носительницей этой фамилии.
Все представители последующих поколений носили другие фамилии (хотя утрата фамилии – это «заслуга» не судьбы, а выбор самого Бориса Ивановича и его жены – иметь всего одну дочь. Как раз судьба была к ним очень благосклонной – Иван Яковлевич долгое время был одним из самых уважаемых людей в Тюмени – пока к власти не пришли стяжатели и завистники; Борис Иванович, несмотря на столь тяжёлые для страны и каждого человека времена, стал выдающимся учёным, профессором, за свою короткую жизнь много успел сделать для науки; Евгения Борисовна тоже на выбранном поприще достигла немалых успехов и нашла своё семейное счастье. Такой «малой благосклонности судьбы» редко кто не позавидует. Можно сказать, что Словцовы и их потомки – как раз любимчики судьбы, пусть не все и под другой фамилией - прим.авт.дневника).
В.Е.Копылов (с комментариями и уточнениями автора дневника).
Метки: Словцова Е.Б. |
Отец Словцов Я.К. и семья брата Василия |
Дневник |
Отец - Словцов Яков Корнилиевич. Семья брата Василия
Кто же был отцом Ивана Яковлевича? Священник; чрезвычайно умный, проницательный, энергичный, хорошо образованный человек, интересующийся, кроме богослужения, ещё массой светских проблем. Всю жизнь вёл дневник, в конце жизни оформил его в монографию-биографию «Странствование по житейскому морю», которую, к сожалению, семья его внучки Екатерины не смогла или не нашла нужным сохранить и опубликовать. В противном случае, возможно, этот раздел вполне уместно было бы назвать «Я.К.Словцов и его семья» - настолько этот человек был талантлив во всём.
Родился 9 октября 1809 года в селе Гилевском Тюменского уезда Тобольской епархии. Его родители – священник Богоявленской церкви села Гилевское Корнилий Иванович (р.1775 г., с.Фоминское Тюменского уезда при Сретенской церкви) и жена его Марфа Иванова, 1785 г.р.
С. М. Прокудин-Горский. На реке Тобол у села Гилёва
Яков (последний священнослужитель по этой ветке Словцовых) в 1822 году отправлен учиться в Тобольскую духовную семинарию, дальше его жизненный путь выглядит так:
17 июля 1830 года после окончания богословского курса в Тобольской духовной семинарии уволен с аттестатом второго разряда.
20 дек.1830 - Архиепископом Евгением рукоположен в священники Тюменского уезда Гилевского села Богоявленской церкви.
1834 – в селе Гилевском родился сын Василий.
18 ноября 1837 - Архиепископом Афонасием в поощрение усердной службы переведён таковым же в Градо-Тюменскую Знаменскую церковь.
23 апреля 1944 епископом Владимиром за рачительное и беспорочное прохождение службы возведён в сан протоиерея и переведён таковым же в Градо-Тюменский Благовещенский Собор. Всего за 14 лет – из простого священника сельского прихода дослужился до протоиерея Соборной церкви уездного города – неплохое продвижение!
1844 - в Тюмени родился сын Иван (о нём см. Словцов И.Я. – биография).
16 ноября 1853 архиепископом Евлампием в поощрение усердной службы переведён в Градо-Ялуторовский Сретенский Собор штатным протоиреем.
С. М. Прокудин-Горский. Общий вид г. Ялуторовска с севера. Фото 1912 г.
1867 год - пенсия 200 руб.каждогодно (попробуй прожить на неё, не имея подсобного хозяйства!).
13 янв 1881 – вышел в заштат, но до назначения в Ялуторовский Собор нового настоятеля поручено исправлять должность благочинного отца.
26 мая баллотирован на должность благочинного по постановлению Епархиального съезда духовенства на 4 года с жал.100 руб.02 коп. в год, на что и последовал указ Консистории № 7716.
В 1882 году благочинным стал протоиерей Лапин (Евфимий?)
Псаломщику Добронравову дядя.
Ещё:
В разные годы депутат Покровской Тюменской дистанции, окружного суда, штатный смотритель Тюменских народных училищ; в Ялуторовске - законоучитель, член комитета Общественного здравия, цензор проповедей, миссионер для увещания раскольников.
Таковы скупые сведения из клировых ведомостей, но круг интересов Якова Корнилиевича не ограничивался только служением Богу (да и верил ли он так же слепо, как его предки?).
Читаем: «первые метеорологические наблюдения в Тюмени начались 01.01.1845 г. при Тюменском уездном училище. Первым наблюдателем был исполняющий должность Штатного смотрителя училищ протоиерей Яков Словцов». То есть, он опекал училище и уже занимался в нём наукой, когда его младшему сыну Ивану, сделавшему впоследствии из этого заурядного училища знаменитое даже за пределами Империи Реальное Александровское, был всего год от роду.
Уже будучи больным, Яков Корнилиевич нашёл в себе силы приехать из Ялуторовска в Тюмень и крестить своего правнука Евгения в 1884 году, но крестить второго правнука в январе 1886 года сил уже не было…
Яков Корнилиевич умер 1 сентября 1886 года в Ялуторовске, в доме у своей внучки Екатерины. Похоронен в кладбищенской церковной ограде Сретенского Собора в Ялуторовске, по правую сторону алтаря.
Некролог опубликован в Тобольских епархиальных ведомостях 14 сентября 1886 года, подписан мужем Екатерины, учителем Николаем Ивановичем Палопеженцевым. В нём сказано, что Яков Корнилиевич был человеком строгим, но справедливым; разговорчивым, начитанным и чрезвычайно умным… Он оставил монографию-автобиографию «Странствование по житейскому морю», но передали ли её Палопеженцевы в епархию, сохранилась ли она – как уже сказано выше, пока не известно.
Неизвестно также, где находится могила Я.К. В 20 веке Сретенский Собор разрушили. Судьба могил оставалась неизвестной.
Но вот читаем: "В 1990 году археологи Тюменского государственного университета провели на месте собора раскопки и обнаружили частично сохранившийся фундамент, 10 захоронений и язык от колокола весом более 100 кг и длиной 1,3 метра."
http://www.vsluh.ru/news/society/21178.html
Совершенно ясно, что это - останки церковнослужителей Сретенского Собора, умерших в Ялуторовске. Заинтересованным краеведам вполне было по силам установить фамилии. Но - нет, никто не заинтересовался. Поэтому мы так и не знаем, где сейчас покоится Я.К.Словцов.
Сайт, посвящённый Я.К.Словцову, находится по адресу: http://iakovslovtsov.narod2.ru/
* * *
Про младшего сына Якова Корнилиевича – Ивана – см. «Словцов И.Я. Биография», а старший, Василий, жил недолго и ничем прославиться не успел. Закончил Тобольскую духовную семинарию, но священником не стал. Вернулся к отцу в Ялуторовск и устроился письмоводителем в городскую полицию, дослужился до коллежского регистратора (данные из адрес-календарей за 1861 и 1864 годы). Василию было не до науки – отец получал мизерное жалованье, своим крепким хозяйством обзавестись на новом месте ещё не успели, младший брат Иван учился, да и свою семью надо было кормить…
Женился, родились 2 дочки – старшая Анна и младшая Екатерина. Обе окончили Омскую женскую гимназию.
Анна отработала в Тобольской мариинской женской школе, в 1881 году перевелась в Тюменскую женскую прогимназию учительницей русского языка и арифметики, жила в доме дяди Ивана при Реальном училище. Познакомилась с учителем коммерции и немецкого языка этого училища Кейзером Фёдором Александровичем, выпускником Московского коммерческого училища, личным дворянином, лютеранином. Отца её к этому моменту в живых уже не было, но дядя Иван и дед Яков одобрили этот союз – настолько им нравился Фёдор, хоть и лютеранин. В 1884 году родился сын Евгений, в 1886 – сын Александр. Коммерческое отделение в реальном училище закрылось, Фёдору пришлось искать новую должность. Он переводится на службу в Государственный банк России, в Омское отделение; потом – пять лет службы в Бухарском отделении банка в далёкой Бухаре. Наконец, удалось добиться места в Томском отделении Гос.банка, а позже – и ревизора в Томской контрольной палате.
Анна в 1907 году после гибели в уличных беспорядках старшего сына Евгения устроилась на службу учительницей русского языка в Томское Юрточное мужское училище и прослужила там до 1916 года.
…Из детей Анны и Фёдора после всех передряг 1905-1917 гг. остался в живых только один сын - Александр Фёдорович Кейзер. Учился на медицинском факультете Томского университета, за участие в беспорядках был отчислен. Дядя Борис Иванович Словцов помог перевестись на учёбу в Швейцарию. В 1914 году А.Ф.Кейзер стал доктором медицины Базельского университета. Вернулся в Томск, получил русский диплом лекаря, служил в университетских клиниках под началом профессоров П.Ф.Тихова и В.М.Мыша; параллельно оперировал в военных госпиталях.
После установления в Томске Советской власти в конце 1920-го года был направлен в Ташкент для участия в создании медицинского факультета в новом Среднеазиатском университете (САГУ) и укрепления медицинских кадров Узбекистана. К тому времени Александр был уже женат на дочери Потомственного Почётного гражданина Лидии Семёновне Поповой и имел сына Ростислава 1916 г.рождения (впоследствии видный горный инженер в САО Гидропроекта, умер в 1969 году).
В Ташкенте Александр Фёдорович Кейзер добился немалых успехов: был зав.хирургическим отделением старогородской больницы; эвакогоспиталей во время ВОВ; профессор, зав отделением челюстно-лицевой хирургии института Ортопедии и Травматологии; профессор-консультант Правительственной поликлиники. Уникальный для своего времени хирург-пластик, но в то же время хирург очень широкого, просто широчайшего, профиля.
Оперировал в паре с известным хирургом, проф. В.Ф.Войно-Ясенецким и хирургом-нефрологом, проф. Д.Н.Введенским (естественно, во время служения их в Ташкенте). С Дмитрием Введенским Александр дружил ещё со времени учёбы в Томской гимназии. По воспоминаниям дочери Введенского Никиты Дмитриевны, Александр был единственным, кого её отец звал просто по имени - Саша - и на "ты".
Александр Фёдорович имел награды и звания: Грамота Верховного Совета в честь юбилея УзССР 23 дек.1939; Звание заслуженного врача УзССР № 42 1941 года; Звание засл.деятеля науки УзССР № 12 26 янв.1945; Медаль «За доблестный труд в ВОВ» 1946; Медаль «За победу над Германией в ВОВ»; Значок Отличник здравоохранения 17 янв.1960 г.№ 30808; Орден Ленина 14 апр.1951 № 269908.
Умер в Ташкенте в январе 1959 года, похоронен на Боткинском кладбище Ташкента, карта 16.
Потомки А.Ф.Кейзера живут в Ташкенте.
Екатерина, вторая внучка Якова Корнилиевича, так и жила потом в Ялуторовске, служила учительницей в женской прогимназии (по крайней мере до 1909 года – упоминается в Адрес-календаре), вышла замуж за Палопеженцева Николая Ивановича, учителя Ялуторовского уездного училища. Возможно, Палопеженцевы, живущие сейчас в Новосибирске, являются потомками Екатерины и Николая (установить это пока не удалось, видимо, они не интересуются своими предками).
Метки: Словцов Я.К. Словцов В.Я. Словцов Яков Корнилиевич Кейзер Ф.А. Словцова А.В. Палопеженцев Н.И. Кейзер А.Ф. Словцов И.Я. |
Дед Словцов К.И. и остальные предки |
Дневник |
Дед Словцов К.И. и остальные Словцовы в Зауралье и в Сибири
По мере продвижения России на восток и юго-восток во вновь образованных поселениях строительство церкви или церквушки было едва ли не первостепенной задачей.
Род Словцовых, давший Сибири, Уралу и всей России немало выдающихся учёных, писателей, врачей, инженеров, происходит именно от такого священника-подвижника, некоего Козмы, прибывшего с женой и сыном Емельяном в Невьянскую слободу в начале далёкого 17 века (предоставлено М.Ю.Елькиным).
Емельян Козмин , 1618 г.рождения, в 1637 году - житничный дьячек в Невьянской слободе (прозывают Омелька); в 1668 - священник Богородицкой церкви Невьянской слободы. Прямой предок всех известных Словцовых.
…
Переселение на железоделательные заводы Урала и Зауралья в 17-18 веках приняло невиданный размах. И насколько же сложно было священникам держать в узде своих прихожан: людей не просто отлучили от привычного крестьянского труда, превратив в рабочих на заводах. У большинства из них жизнь, вместо ожидаемого улучшения, существенно ухудшилась. Да, крестьянский труд тяжёл, но зато на природе, а здесь – каторжный немеханизированный труд, раскалённый металл, дефицит воды, полуголодное существование. И даже картошки не посадишь – кругом горы и глинистая почва.
…По переписи 1668 года у Емельяна 3 сына, все находятся при нём:
Ивашко Емельянов,1648 г.р.; Микитка Емельянов, 1652 г.р.; Яков (Якунка) Емельянов, 1654 г.р.
Ивашко – прямой предок известного из Словцовых – Ивана Яковлевича, учёного и директора Тюменского реального училища.
Микитка – о нём сведений нет.
Яков (Якунка) – прямой предок будущих известных Словцовых – историка Сибири Петра Андреевича Словцова, В.П.Словцова (зятя А.Ст.Попова) и писательницы Е.А.Словцовой-Камской
В 1710 - 1-й священник в Невьянской слободе, в 1721 - 2-й священник в Невьянской слободе (уже тогда появляется фамилия - Слопцов).
У Якова один сын Анисифор (Никифор) Яковлев. В 1710 (28) и 1721 (38) годах - 3-й священник в Невьянской слободе (Анисифор). Сын Никифора – Василий, внук – Андрей (священник при Нижне-Сусанском заводе) – отец П.А.Словцова (историка Сибири). А у самого Петра Андреевича детей не было.
К сожалению, у большинства Словцовых наблюдается печальная закономерность – угасание рода по мужской линии.
О сыне Ивашки Емельянова - Василии Иванове известно, что по переписи 1719 года он - пономарь в Ильинском погосте Киргинской слободы, писался также как Слопцов. Следовательно, в родной церкви для него не нашлось вакансии.
О внуке Ивашки - Василии Васильеве - пока ничего не известно. То ли это он перебрался в село Фоминское Тюменского уезда, то ли его сын – но по переписи 1782 года эти Словцовы уже служат в Сретенской церкви именно этого села.
Правнук Ивашки – Андрей Васильевич (1721-1789), которого из-за того, что они полные тёзки, ошибочно выдают за отца П.А.Словцова, историка Сибири, служит священником в Сретенской церкви села Фоминского; в 1783 году уволен в заштат, так как овдовел.
У него два сына: Иван Андреевич (1743-1792) – дьякон той же церкви, и Пётр Андреевич – дьячок, 1755 г.рождения (так что когда говорят, что Иван Яковлевич Словцов – пра…внучатый племянник Петра Андреевича Словцова – это святая правда, только этот П.А. - не историк Сибири, а просто дьячок).
У Ивана в 1784 году тоже умерла жена, и приход перешёл не к нему, а к священнику из другой семьи.
У Петра к моменту переписи 1795 года – 5 детей.
У Ивана 7 детей, среди них – Корнилий 1775 г.р., с 1794 г. - дьячок этой церкви. Почти все дети Ивана уехали из Фоминского – кто в другие церкви, кто на гражданскую службу (Николай умер в 1783 году; Пётр – выбыл диаконом в Ашлыцкую слободу; Василий – остался диаконом; Антон – выбыл в г.Тару подлекарем; Корнилий – в 1804 году на вакантную должность священника в село Гилевское Тюменского уезда; Параскева и Федора выданы замуж в другие сёла).
Вот что о ней написано несколько лет назад:
«На окраине села Гилево, почти в чистом поле стоит громадная двухэтажная Богоявленская церковь, сравнительно хорошо сохранившаяся и потерявшая лишь колокольню да крест на главном куполе. Вероятно, мы точно уже не узнаем, почему в небольшом селе выстроили такую большую церковь, да еще на окраине. Можно лишь предположить, что существовал план развития «большого Гилева» и церковь должна быть центром прихода, включавшего в себя окрестные деревни. Церковь освятили в 1821 г. Но строили ее не одно десятилетие. Такой храм в отдаленном селе не мог быть построен быстро. О длительности строительства говорят фасады здания: первый этах имеет явно барочное происхождение, второй – классический.
В настоящее время этот Храм находится в полуразрушенном состоянии и не функционирует». Вот как выглядит церковь Корнилия и Якова Словцовых сейчас:
Использованы материалы с сайта
http://www.w-siberia.ru/turto/area/vagajskiyregion/towntr/dost/church.htm
В Гилево у Корнилия Ивановича родились дети: в 1805 году – Харитина, в 1806 - Параскева (оставшаяся старой девой), в 1809 году 9 октября – Яков, в 1812 - Евдокия, впоследствии вышедшая замуж за священника Стефана Добронравова Богородской церкви Суерской слободы), в 1815 – Василий (умер в 1834 году). Корнилий практически безвыездно живет в Гилевском, редкие отлучки только для ежедневного крещения, отпевания, венчания. Он прожил тихую, праведную, но короткую жизнь…
Яков (последний священнослужитель по этой ветке Словцовых) в 1822 году отправлен учиться в Тобольскую духовную семинарию, дальше его жизнь описана в разделе «Отец».
Метки: Словцов Корнилий Иванович |
Биография И.Я.Словцова. Находка Ю.Мандрики 1. |
Дневник |
Биография Словцова (журнал «Лукич», 2002, №4)
Издание «Сибирского торгово-промышленного календаря» было начато в 1894 г. Ф.П. Романовым. Выходил календарь ежегодно.
В нем помещались данные о сибирских губерниях, был огромный блок рекламы, указатель (по городам Сибири) владельцев предприятий. Печатались фотографии видных политических деятелей Сибири. Так, в календарях можно отыскать портреты тобольских губернаторов Н.Л. Гондатти (1910. С. 73), А.П. Лаппа-Страженецкого (1906. С, 192), Л.М. Князева (1898. С 192; 1899. С. 80; 1900. С. 144); генерал-губернаторов Западной Сибири А.П. Хрушова, Н.Г. Казнакова, П.М. Капиевича (1896. С. 89), Н.М. Богдановича (1896. С. 168). Удалось обнаружить фотографию Степана Петровича Гуляева (1913. С. 80). (Здесь видно, что небрежность – черта не только сегодняшнего дня. Сто лет назад было так же. На стр.81, действительно, есть фотография, подписанная «Гуляев Степан Петрович» со ссылкой к биографии на стр.79. И биография на месте – но! – Степана Ивановича Гуляева, как и звали этого достойного человека, «лучшего сына Алтая» - примеч.автора дневника).
Практически в каждом номере помещались планы городов. «Календарь» почему-то тяготел больше к дальневосточным городам, чаще в нем встречались фотографии видов гг. Томска, Читы, Омска. Из тюменских видов — только Александровское реальное училище да здание Тобольского губернского музея (1896. С. 147).
Нередко имелись биографии депутатов Государственной Думы от сибирских губерний, публиковались рассказы о видных людях Сибири.
В 1907 г. выпуск календаря был прерван, а в 1910-м — возобновлен.
Сегодняшняя публикация биографий Ивана Яковлевича Словцова (С 500-503) и Петра Михайловича Головачева (С-504—509) взяты из «Сибирского торгово-промышленного ежегодника» (последний выпуск был назван ежегодником, а не календарем) за 1914-1915 гг. (В экземпляре автора дневника указанные страницы отсутствуют, поэтому целиком доверимся публикации уважаемого Юрия Мандрики).
И.Я. Словцов
Известный, ныне покойный, сибирский педагог, исследователь Сибири и общественный деятель Иван Яковлевич Словцов родился в 1844 году в г. Тюмени в семье священника. Окончив, подобно многим сибирским общественным и научным деятелям, Казанский университет, Иван Яковлевич служил несколько лет в канцелярии Главного Управления Западной Сибири в Омске; с I869 года он перешел на службу в Омскую мужскую гимназию воспитателем и преподавателем естествоведения (по другим данным – в Сибирскую военную гимназию???).
В течение десяти лет, проведенных в г. Омске, И.Я. предпринимал ряд поездок по степному краю (Киргизская степь) для изучения его флоры и фауны, степных озер и быта населения степи — киргизов; выдающийся педагог - «шестидесятник», И.Я. Словцов стремился также учить своих воспитанников элементам природоведения не только сказом, но и показом, как широко поставленных кабинетных опытов, так в предпринимавшихся им летних, совместных с учениками, поездках по краю. Некоторое время И.Я. был секретарем Акмолинского статистического комитета и составил таблицы урожаев хлебов Акмолинской же области.
В I879 году И.Я. был назначен директором открывшегося в г. Тюмени реального училища, в котором и проработал последние 27 лет своей жизни. В училище И.Я. преподавал естественную историю и географию, результатом его педагогического опыта явились два учебника: «Краткая физическая география» и «Обозрение Российской империи сравнительно с важнейшими государствами»; первая из названных книг выдержала четыре издания, вторая — пять изданий.
И здесь, в Тюмени, И.Я. предпринимал свободными от службы летними месяцами поездки в Тавдинский, Пермский и Туринский края, в это сибирское Приуралье, «страну кедра и соболя», как озаглавлена одна из его статей; исследовал он также и Богословский горный округ на Урале с известными железоделательными заводами. В окрестностях самой Тюмени И.Я. производил раскопки, обнаружившие обширное городище каменного века, в котором были найдены многочисленные орудия и утварь; коллекции этих археологических находок, а также собранные лично И.Я. коллекция чучел птиц и зверей, гербариумы, подборы геологических и палеонтологических предметов — все это наполнило учрежденный в Тюмени Иваном Яковлевичем богатый естественно-исторический музей.
Музей пополнялся достопримечательностями, которые несли к И.Я. со всех сторон обыватели Тюмени и ее округа; не было человека, интересующегося изучением края — население само не замечало, что есть в его районе «достопримечательного»; появился в лице И.Я. энергичный собиратель, и те же самые инертные, как будто, обыватели расшевелились и с увлечением, схожим несколько со спортивным азартом, взялись за поставку «в музей» различных раритетов, из которых особливо ценны почти полные скелеты первобытных мамонта, быка и носорога.
Музей составлял собственность И.Я., но в начале 1900-х годов был куплен покойным тюменским купцом Н.М. Чукмалдиным, предполагавшим подарить этот музей городу Тюмени; у г. Тюмени не нашлось, однако, помещения для музея, и этот последний был подарен г. Чукмалдиным Тюменскому реальному училищу. И.Я. Словцов, занятый и службой, и научной работой, находил, однако, время для корреспонденции статей по разным вопросам в тобольских и екатеринбургских газетах; здесь помещал он статьи по различным местным вопросам, а также остроумные фельетоны на различные темы местной общественной жизни.
Умер он 19 октября 1907 года в С.-Петербурге, проболев несколько лет. В воспоминании лиц, близко знавших покойною, он останется навсегда примером удивительно трудолюбивого, одушевленного любовью к родной Сибири и неослабевающим научным к ней интересом.
Иван Яковлевич Словцов был для Тюмени и ее округа тем, чем были для Барнаула Гуляев, для Минусинска — Мартьянов, для Енисейска — Кытманов, местным ученым- исследователем окружающей природы и жизни, вложившим большие ценности в науку XIX века.
В последние годы в Сибири заметен общий подъем образования, но, к сожалению, на смену почившим местным ученым не являются новые, молодые генерации бескорыстных тружеников наук. Так и в Тюмени нет продолжателя трудов И.Я. Словцова.
Из наиболее крупных работ покойного И.Я. отметим «Путевые записки в Кокчетавский уезд», «Физико-географический очерк северной части Киргизской степи между правым берегом Ишима и левым Иртыша», «Материал по физиографии Тюменского округа», «Материал по истории и статистике Омска». Подробный список печатных трудов, книг, брошюр, журнальных статей покойного Ивана Яковлевича мы помещаем ниже, в конце этого очерка.
Во всех трудах И.Я. Словцова видна рука глубокого наблюдателя, тонкого аналитика, а также ученого, способного к синтезу, т. е. к обобщению собранных им фактов. Круг научных интересов покойного был очень обширен, работы многочисленны и все они научно ценны, так как являются не «мешком цифр и фактов», а систематично обработанным фактическим материалом, всегда озаренным своей оригинальной и новой мыслью.
Память И.Я. имеет быть, как мы слышат, почтена изданием его биографии в текущем 1914 году — в год 35-летнего юбилея Тюменского реального училища. Сведения о покойном, воспоминания о нем, его письма и пр. знавшие его лица могли бы присылать в целях пополнения материала для упомянутой биографии, не стесняясь размером этих сведений, их формой и характером, по адресу: С.-Петербург, Александру Ивановичу Ефимову, Петерб. стор., Покровская ул., д. 31, или на имя Бориса Ивановича Словцова, СПб., Выборгская сторона, Сампсониевская, 4, кв. 20.
1) Природа и люди Северного Урала. Печатано в Екатер. газ. 1897 г.
2) Из старого портфеля. «Тобол, вед. 1894 г., №№ 17-19.
3) Тур в Сибири. «Тоб. губ. Вед», 1895,, № 7.
4) Еврейский вопрос и евреи в Сибири. «Тоб. rуб. вед.», 1896. N. 5-8, 10, 12, 14, 16.
5) Степан Иванович Гуляев. Биограф, очерк Словцова. Печат. Омск. типограф. Акм. обл. правл. 1891 г.
6) Река Тура (к вопросу об улучшении ее фарватера и сооружению жел. дор. до Тобольска).
7) Остяцкан легенда о сотворении мира*.
8) Материалы о распределении курганов и городищ в Тоб. б. Печат. Томск. Типограф. Михайлова и Макушина. 1890.
9) Кендырь (Apocinium sibiricum). Poll. 3, p. 43. В № 27 «Тоб. губ. вед.», 1895 г.
10) Мысли о среднем женском образовании. Ежедн. Газ. «Урал». 1899 г. №№ 375, 376 и 377.
11) В стране кедра и соболя.
12) О распространении и урожаях сибир. кедра (pinus cеmbra).
13) Материалы для библиографии Тоб. губ. 1600—1889 гг.
14) Позвоночные Тюменского округа и их распространение в Тобол, губ. Москва. Универ. тип. Страст. бул. 1892.
15) Путевые записки, веденные во время поездки в Кокчетавском уезде 1878 г. Омск, 1897 г.
16) На Денежкин камень (экскурсия). Екатер. Типогр. газ «Урал». 1892.
17) Как созревают фрукты, или Иннокентий Поземов в письмах к родителям. Сиб. лист, №N 5, 6, 7 и 8, 1904 г.
18) Заметка о распространении речного рака в Западной Сибири. Типогр. Акмол. обл. npaвл., 1877 г.
19) Где в России растет кузмнчева трава. «Тоб. губ. вед.». 1895. № 15.
20) Чудеса на Новой Земле, или Таинственное у самоедов. «Тоб. губ. вед.», 1894. № 8.
21) Отвечает ли Тобольск по своему местоположению условиям порто-франко. «Тоб. Губ. вед.». 1904. № 8.
22) К биографии Шангиных. Тоб. губ. тип. 1894. №№ 4 и 5.
23) Письмо из Тюмени. Тоб. губ. тип. 1894.
24) 3 мал. письма из Тюмени. «Сиб. лист.». 1897. №№ 73, 83, 97.
25) В чем счастье. «Тоб. губ. вед.». 1895. №№ 40 и 41.
* Если речь идет о публикации в «Ежегоднике Тобольского губернского музея», то эта работа принадлежит не перу И.Я. Словцова. Легенда записана со слов остяка А.Я.Штернбергом – прим. «Лукича».
……………………………………..
Хотелось бы добавить: видимо, Борис Иванович Словцов имел мысль собрать побольше материала и создать что-нибудь типа музея своего отца И.Я.Словцова. Но вспомним, в какое время происходили события – до музея ли было? Да и личного времени на эти хлопоты у Бориса Ивановича не было – он являлся, как известно, крупным учёным-физиологом.
Возможно, Б.И. мог бы осуществить свою мечту на досуге, выйдя на пенсию, но до спокойной жизни ему дожить не пришлось – он умер в возрасте 50 лет.
Да и о каком музее дворянина И.Я.Словцова можно было мечтать? Доживи Борис Иванович до 30-х годов – неизвестно, чем бы обернулось его дворянское происхождение. Так что я думаю, Евгения Борисовна хранила переписку деда с отцом где-нибудь в чемоданчике и подумывала – а не сжечь ли мне всё это? То, что переписка всё же сохранилась – просто чудо.
Сын Евгении Борис Патлис тоже умер рано, и то, что его вдова не выкинула просто так эти письма – чудо вдвойне. Передала В.Е.Копылову, который называет себя биографом И.Я.Словцова. Виктор Ефимович использовал их в своём труде «Окрик памяти», и что? Похлопотал о создании хотя бы музейной комнаты там, где жил Иван Яковлевич – при реальном училище (наверняка даже не вся бытовая утварь утрачена, можно было бы воспроизвести реалистичную комнату)? Или хранит письма у себя дома? Или передал их в музейный комплекс им.И.Я.Словцова? И там они пылятся, связанные бечёвкой, на складе? Или уже сданы на макулатуру, как и другой "хлам" (хлам - это то, что не приносит денег)?
Пока что больше вопросов, чем ответов.
При объединении тюменских музеев в один комплекс сначала даже потерялось имя его основателя. Спасибо большой группе бескорыстных и патриотичных краеведов – имя Словцова музею вернули. Но то, что сам этот эпизод стал возможным, показывает, насколько чиновники Тюмени далеки от тюменцев. И сто лет назад, и сейчас.
Жаль, конечно, что в Тюмени нет ни одного человека, лично заинтересованного в сохранении памяти Ивана Яковлевича – тогда бы его памятная комната давно бы существовала, несмотря на равнодушие всех чиновников вместе взятых.
Метки: Труды И.Я.Словцова И.Я.Словцов Юрий Мандрика Ст.И.Гуляев |
Страницы: | [1] |