Нахши-Диль Прекраснейшая |
Я не знаю - одна ли это женщина изображена на портретах, но подписи идентичны.
Надо сказать, удивительными людьми были пираты и поставщики Большого гарема! Они похищали именно тех красавиц, которые могли (по принципу "ночная кукушка дневную перекукует") проводить нужную той или иной стране политику. Какое-то время уходило на подготовку чаровницы, не сразу после "похищения" попадавшей к султану. Но зато, когда такая прелестница появлялась в гареме, она приятно удивляла господина умением предвосхищать малейшие его желания и следовать им.
Эме родилась на острове Мартиника в 1763 году в семье родовитого богатого дворянина, чей род вел свое происхождение от норманнских рыцарей. От этих далеких предков девочка унаследовала северную красоту и непреклонную силу воли, а влияние прекрасного южного острова сказалось на ее характере - по-креольски жизнерадостном и предприимчивом. Там же, на Мартинике, жила ее очаровательная кузина Жозефина Мари Роз Ташер да ла Важери. Однажды, прогуливаясь в сопровождении слуг, девочки зашли к местной колдунье и попросили предсказать им судьбу. Предсказание, развеселив юных аристократок, превзошло самые смелые ожидания: обеим была обещана корона. Эме она ожидала на Востоке, Жозефину Мари Роз - на Западе.
По традиции образование, достойное родовитой дворянки, юную Эме отправили получать во Францию, в монастырскую школу в Нанте. И кузины расстались, чтобы никогда более не увидеться. Жозефина Мари Роз через какое-то время превратится в Жозефину и станет императрицей Франции. Ее кузине Эме выпадет еще более фантастический жребий.
В 1784 году, закончив обучение в монастырской школе, Эме на корабле возвращалась из Франции на Мартинику. Неудачи преследовали путешественницу с самого начала. Сперва судно попало в шторм, а затем она сама -в руки пиратов. Алжирский дей, к которому была привезена живая добыча, сразу же оценил ее редкостную ценность, но оставить у себя не посмел. Его первая жена, испанка Фатима сообщила, что информация о красавице поступила в Большой Сераль, и было бы гораздо лучше, да и безопасней подарить ее султану, который сумеет оценить степень принесенной деем жертвы. Испанка говорила правду, «запрос» из Большого Сераля об Эме уже поступил, но, возможно, она сама несколько торопила события. Задерживать подобную красавицу на глазах мужа в гареме не хотелось...
Султан Абдул-Хамид I.
Но, так или иначе, вскоре Эме, охраняемая ротой янычар, была доставлена в «Дом радости», и его двери захлопнулись, навсегда отрезав девушку от прежней жизни. Француженка оказалась в незнакомом мире, о нравах которого она знала только по слухам, а они не обнадеживали. Что должна была ощутить эта лучшая выпускница монастырской школы, оказавшись в совершенно чуждой ей среде, не зная ни языка, ни обычаев, представить сложно. Но в гареме у Нахши-Диль или Прекраснейшей (именно так стала там именоваться Эме), оказалась могущественная покровительница. Именно она потребовала отправить Эме в Стамбул, но приказ могущественной дамы не был вызван желанием пополнить гарем новым редким «экземпляром». В дело вмешалась большая политика, и юная француженка должна была стать ее орудием.
Топкапы Стамбул.
Почти за двадцать лет до прибытия Эме в гарем, туда была доставлена юная грузинка, дочь священника - дивная красавица с гибким, упругим телом и огромными темными очами. Как и Эме ее похитили, но, в отличие от случайного пленения француженки, это было продумано и осуществлено по заказу гарема. Абрекам было поручено найти девушку, достойную стать женой Мустафе III (1757-1773). Надежды традиционно возлагались на Кавказ, и Михри-шах (Лунноликая), так стали называть грузинку, их полностью оправдала. Она обладала недюжинным умом, железной выдержкой и присущим жительницам Гюрджистана (Грузии) независимым нравом.
Последнее внушало надежду ее соперницам. Независимость в гареме каралась, и все ожидали скорого падения горянки. Но гордость Лунноликой в сочетании с дивной красотой и изумительным искусством любви, которое она быстро освоила, пленила повелителя. Она не только выжила, но сумела стать любимой женой Мустафы и родила ему наследника престола - Селима, будущего султана-реформатора (1789-1808). Влияние Михри-шах и ее положение было настолько прочным, что после смерти мужа новый султан Абдул-Хамид I (1773-1789) оставил ее при дворе - случай небывалый в истории «Дома радости». Абдул-Хамид был немолод, после смерти на престол должен был взойти Селим, а Михри-шах стать валиде. Но Селим был бесплоден и следовало срочно найти женщину, которая могла бы дать наследника, способного выполнить возложенные на него цели. Они были поистине великими, определяя дальнейшую судьбу империи.
Абдул-Хами́д I (осм. عبد الحميد اول - Abd ül-Hamîd-i evvel, тур. Birinci Abdülhamit; 20 марта 1725, Константинополь - 7 апреля 1789, Константинополь)
- 27-й султан Османской империи. Он был сыном султана Ахмеда III, и 21 января 1774 года он сменил на троне своего брата Мустафу III.
У султана были свои сложности в жизни. До 7 лет он жил, как и все принцы крови, в роскоши при дворце. Но когда на трон взошёл его старший брат, произошло нечто, вполне отвечающее духу времени: новый султан уничтожил всех иных претендентов на престол, а своего младшего брата заточил во внутреннюю тюрьму дворца. Абдул Гамид просидел там 38 лет(!). И сказочно вышел оттуда когда умер старший брат - вышел султаном.
За 17 лет царствования он неплохо компенсировал годы, проведённые в тюрьме и классически "уже устал от жизни".
Длинное затворничество во дворце в стороне от государственных дел сделало Абдул-Хамида человеком набожным, богобоязненным и тихим в принятии решений. В его правление финансовые ресурсы государства дошли до того, что не было средств выплачивать обычное жалованье янычарам. Неизбежная война с Россией, однако, кончилась меньше чем через год после его вступления на престол и привела к поражению османцев при Козлудже и последующему Кючук-Кайнарджийскому мирному договору 21 июля 1774 года, по которому России было предоставлено право иметь на Чёрном море Военно-морской флот и распространить своё влияние на немусульманских подданных Османской империи на Балканах и в Крыму.
Серьёзные поражения вынудили его пойти на административную и военную реформу.
На рубеже XVIII-XIX веков Турция переживала затяжной упадок и искала пути к возрождению. Османская империя нуждалась в реформах, провести в жизнь которые мог только очередной султан, с новым взглядом на мир и империю. Дать такого султана-реформатора, ориентированного на Запад, мог только гарем, и Эме, представительница Европы, стала новой надеждой Дома Османов. Действовать Михри-шах и ее единомышленникам следовало незамедлительно и чрезвычайно осторожно. До укрепления позиций наследника.
Селима и его молодых друзей, начавших долгий путь к реформам и сближению с Западом, следовало продлить жизнь правящему султану Абдул-Хамиду. Шестьдесят лет - немалый возраст для правителя, а достигший его Абдул-Хамид богатырским здоровьем не отличался.
Другая задача реформаторов - противостоять влиянию на султана со стороны первой жены султана красавицы Айше, прозванной Черный Янтарь, представительницы знатнейших свободных и воинственных курдских кланов, сын которой, маленький Мустафа, уже начал поражать своей жестокостью даже видавших виды придворных. Впрочем, его мать Айше считала эту черту необходимой для будущего правителя, не только не находя ничего предосудительного в том, что мальчик душил дворцовых кошек, но даже поощряла его.
Необходимо было успеть зачать будущего султана, а для этого Эме должна была пленить пресыщенного и уже уставшего от обилия гаремных красавиц Абдул-Хамида. Следовало в кратчайшие сроки освоить сложную гаремную науку, и Эме с ее богатой европейской культурой и решительностью потомка рыцарей-завоевателей справилась со своей сложнейшей задачей блестяще. Впрочем, так, как Прекраснейшую, в гареме готовили только избранных, да и сама она училась с усердием и страстью, сделавшими ее первой ученицей в монастырской школе.
Стремление быть первыми во всем отмечалось у обеих честолюбивых кузин, которые были к тому же и необыкновенно удачливы. Жозефина, заключенная во время Французской революции как аристократка в тюрьму, чудом спаслась от гильотины. Эме много лет спустя также чудом избежала смерти во время захвата власти Мустафой. Пока же она жила, спрятанная в глубине гарема, постигая сложное искусство телесного и духовного очарования немолодого и пресыщенного султана.
Курс обучения включал турецкий язык, персидскую поэзию, музыку, танцы и многое другое. Это другое носило столь пикантный характер, что Михри-шах должна была проявить весь присущий ей такт, гибкость и дипломатический талант, объясняя бывшей невинной монастырке ее задачи и пути их достижения. К юной Эме были приставлены самые опытные учителя, с помощью которых ей следовало постичь главную науку гарема - искусство изысканной эротической игры. Наконец, когда ее сочли готовой пленить султана, состоялась их встреча, время для которой выбирали с помощью астрологов и врачей. И на сочельник декабря 1784 года был зачат будущий Махмуд II.
Первый вечер с властелином, ощутившем в себе невиданную мужскую силу, был днем победы Прекраснейшей. Она совершенно очаровала Абдул-Хамида изысканной грацией, прекрасными манерами и умением развлечь не утомляя. Эме уже владела турецким, могла читать на память стихи персидских поэтов, пела и аккомпанировала себе на гитаре и... владела своим собственным «стилем» любви. И ночь, проведенная с султаном, закрепила ее успех. Когда же сдержанная, державшаяся со спокойным достоинством золотоволосая Нахши-Диль полностью вытеснила из сердца (и чресл) султана страстную Айше, то и нажила себе смертельного врага. Неистовая Черный Янтарь не могла понять, как сумела эта невозмутимая, такая холодная на вид особа завоевать любовь ее Абдул-Хамида.
Ответ дали евнухи, знавшие все тайны гарема и поделившиеся ими (за немалую мзду) с европейскими дипломатами. Особый «стиль» Эме был создан ими в противовес мощному натиску неистовой Айше, от которого уже начал уставать стареющий султан. Эме же овладела умением ненавязчиво возбуждать желание и дарила наслаждение с нежной виртуозностью. Превосходно освоившая таинственную и неотразимую силу ароматов, легких прикосновений и шепота, она усовершенствовала «любовное мастерство» собственным (или евнухов) изобретением - эротическим массажем ручными и ножными браслетами со специально ограненными рубинами и изумрудами.
Одна из комнат квартиры матери королевы (Валиде Султан) в дворец Топкапы.
Страсти в гареме накалились до предела, когда стало известно, что «Звезда Севера» (второе имя Эме в гареме) забеременела. Михри-шах усилила ее охрану, но смерть могла настигнуть Прекраснейшую в питье, еде, неожиданном ударе кинжала. Именно тогда ей подарили «броню» - ожерелье из рубинов, плотно закрывающее шею и грудь, которое было велено носить не снимая. К страху будущей матери потерять жизнь свою или ребенка примешивалась тревога Михри-шах и Селима. Если бы у Прекраснейшей родилась девочка, все надежды пошли прахом. Но удачливая Эме подарила империи в июле 1785 года сына и стала любимой женой Абдул-Хамида.
Эмэ была блондинкой, умной и образованной. Султан назвал ее Накшедиль (Драгоценное сердце) и приблизил к себе. Она возвысилась до положения четвертой жены и оказалась в центре гаремных интриг: первая жена Нюхет Сеза и вторая Михрима наперебой добивались престола для своих сыновей. Накшедиль наблюдала за ними и училась. В 1789 году Абдул-Хамид умер. Султаном стал двадцатисемилетний Селим III. Он предложил красавице-француженке Накшедиль остаться в серале вместе с сыном Махмудом - своим племянником. Селим очень любил Францию и эту любовь перенес на Накшедиль; или любил Накшедиль и любовь к ней перенес на Францию, не вполне понятно.
После Абдул-Хамида на оттоманский трон взошел Селим III (1789-1807), его сын от второй жены Михришах. Однако Селим попросил Накшидиль не покидать гарем. Она учила султана французскому языку, поддерживала проводимые им реформы. Радикальные перемены, предпринятые Селимом III, вызвали гнев религиозных фанатиков.
Султан Селим.
Селим полюбил своего маленького смышленого племянника как сына. А француженка Нахши-диль стала его негласным советником и верным другом. Откуда такая любовь к Франции у сына султана? Ищите женщину! Накшедиль стала его другом и советчицей. Она обучила султана французскому языку, и впервые в Париж отправился постоянный турецкий посол. Селим начал издавать французскую газету и позволил Накшедиль украсить гарем в стиле рококо. Нет, вы представляете - гарем в стиле рококо??!! Я не особенно в это верила, пока не увидела картину.
Но либеральные нововведения Селима не пришлись по вкусу приверженцам старого. В мае 1807 года религиозные фанатики во главе с сыном Айше Мустафой ворвались во дворец, свергли с трона, заключили в кафесе (а впоследствии убили Селима III). Заговорщики хотели также убить и Махмуда, но находчивая Эме успела спасти сына, спрятав его в печке. На престол взошел сын Айше Мустафа, но, к счастью для империи, его правление длилось всего несколько месяцев (более долгое ввергло бы Турцию в кровавую гражданскую войну).
Султан Махмуд.
Следующим султаном стал сын Эме Махмуд II (1808-1839), которого прекрасно воспитала и подготовила к власти мать. Подобно Михри-шах, она действовала тактично, осторожно и мудро. Ее Махмуд, европейски образованный, говоривший на французском языке, как на родном, и впитавший помимо восточной культуры западную, остался истинным сыном османов и вошел в историю как величайший из султанов. Он завершил реформы, начатые его предшественником (их авторство приписывалось Эме), стал вдохновителем новых и во многом определил систему государственного управления, позволившую Турции возродиться на новой основе после падения Османской империи.
Известно, что Махмуда почти открыто называли гяуром-неверным. Но он жил вполне себе по-мусульмански. Красавец с горячей кровью не обижал постоянных жительниц женской половины гарема. У него родились 14 сыновей от 14 разных жен, а от других двенадцати - девочки!
А ещё он, как его дядя Селим, ненавидел янычар. Ему просто нетерпелось отомстить за своих предков: Османа, Мустафу, Ахмеда третьего и Селима третьего, погибших от их мерзких рук. И он воспользовался их военными неудачами в Египте. В одну ночь только в Стамбуле по его приказу были физически уничтожены тысячи воинов полка янычар. Их резали, расстреливали из пушек, сажали на кол и жгли! Не пожалели и дервишей. С тех пор эта секта считается запрещенной.
В правление Махмуда II развивалась наука, строились медресе и школы, началось производство невиданных товаров, окрепли торговые и дипломатические связи с Европой. И, разумеется, с Францией, императрицей которой была его тетушка Жозефина. Кузины начали обмениваться письмами и подарками во время похода Наполеона в Египет (1798-1799). Султанша Нахши-диль с нетерпением ждала вестей от Жозефины и знала обо всем, происходящем во Франции, в том числе и о разводе императора с ее сестрой. Прощать в гареме не умели и по странному совпадению тогда же резко ухудшились турецко-французские отношения...
Империя османов вступила в эпоху перемен, во многом определивших ее дальнейшее развитие. Та же, кто во многом явилась их вдохновительницей, жила в роскошных покоях, обставленных в стиле рококо, пользуясь всеобщим уважением и наслаждаясь тихой, спокойной жизнью. Впрочем, Нахши-диль продолжала стараться быть в курсе событий, происходящих в мире, и с удовольствием принимала жен иностранных дипломатов и путешественников. Один визит был ей особенно приятен. В 1815 году султаншу навестила экс-королева Голландии Гортензия, дочь Александра Богарне и Жозефины, жены императора Наполеона, с маленьким сыном Луи-Наполеоном. Красавица-хозяйка радушно приняла племянницу и подарила мальчику драгоценный кинжал, который он будет хранить как талисман.
Луи Наполеон Бонапарт, ставший императором Наполеоном III, посетит Стамбул во время Крымской войны (1853-1856). Там он встретится со своим кузеном, внуком Эме султаном Абдул Меджидом (1839-1861). Беседа двух суверенов будет протекать очень живо, так как в интересах и вкусах обоих (возможно из-за общих предков) обнаружится много схожего. Наполеон посетит и место последнего упокоения Прекраснейшей, где, удивив непосвященных, преклонит перед надгробием колено.
А «Звезда Севера», хоть и приняла ислам, как того требовали правила гарема, в душе оставалась христианкой. В Нанте процветал на анонимные щедрые подношения монастырь, где когда-то училась Эме, а перед смертью она попросила привести к ней католического священника. Ее последней волей было причаститься. Сын не мог ей отказать в этом; и впервые христианский священнослужитель вошел через Врата радости в гарем. Она ушла из жизни по закону своих предков - исповедовавшись и причастившись.
Прекраснейшая дожила свои годы в спокойствии и удовольствиях - сын правил аж 31 год... По всем отзывам, она ещё очень долго оставалась красивой и чертовски привлекательной женщиной.
Похоронили её совсем рядом с женой Фатиха вот в таком странном мавзолее: Накшидиль справедливо считала, что место, где когда-то стоял православный храм Всех Святых Апостолов, несомненно самое намоленное. Но, поскольку рядом нет ни одного католика, её огородили от соседей непроницаемым черным тюльпаном. Мусульмане говорят, что там до сих пор мается её душа, не знавшая истинной веры. Как знать? Для нас её личность всегда будет закрыта завесой плотной тайны, такой же непроницаемой, как стены её тюрбе.
Рубрики: | рассказы/о великих Женщинах |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |