фото из жизни в СССР от американского фотографа |
Джеймс Эббе (James Abbe) - американский фотограф. В начале своей карьеры он снимал звезд Голливуда и Бродвея. Но позже занялся фотожурналистикой. В 1927 и 1932 годах Эббе приезжал в СССР. Эти снимки фотограф сделал в 1932 году, а в 1934 опубликовал в своей книге. Под фото переведенные подписи Эббе.
«Сфотографируй мне Гитлера выходящим из синагоги, — шутливо подначивал Эббе редактор берлинской газеты, — а потом езжай в Москву и сфотографируй Сталина в Кремле, если ты действительно такой великий фотограф».
«Хорошо, — отозвался Эббе, — я, пожалуй, начну со Сталина».
И вот Эббе в Москве. Из окна своего гостиничного номера он сверлит взглядом башни Кремля на другой стороне реки. Всего несколько сотен метров до цели, но сколько препятствий! Надежды, которые Эббе возлагал на руководителя московского бюро Нью-Йорк Таймс Уолтера Дюранти, не оправдались.
«Чем вы зарабатывали на хлеб, — поинтересовался журналист, — прежде чем сделали своей профессией фотографирование Сталина?»
Эбб вкратце изложил свою трудовую биографию.
«Не могли бы вы вернуться к прежней работе?» — мрачно закончил беседу Дюранти.
Вероятно, Эббу пришлось бы возвращаться ни с чем, но ситуацию в корне изменила попавшаяся ему на глаза статья в Берлинер Тагеблатт: «Сталин болен — состояние его здоровья стремительно ухудшается — немецкий специалист спешит в Кремль».
Не было никаких сомнений, что это «утка», но подобные слухи не могли не сказаться на и без того нестабильном положении страны на международной арене. Эбб увидел в статье свой единственный шанс и с газетой в руках поспешил в министерство иностранных дел: «Вы можете велеть сотне советских фотографов сделать портрет Сталина и послать эти снимки за границу, но никто не поверит, что глава государства совершенно здоров, они скажут, что все это большевистские трюки. Но если мне, американцу, будет позволено фотографировать...»
В Кремле идею оценили по достоинству. Посредником в переговорах выступил все тот же Уолтер Дюранти. В его глазах Эбб был уже не надоедливым просителем, но звездой на пороге триумфа.
Договоренность была достигнута, прием у вождя назначен... 13 апреля 1932 года. Джеймс Эббе в сопровождении сотрудника МИДа Хайнца Ноймана отправляется в Кремль. На пути к заветной цели нужно еще пройти многочисленные кордоны, недоверчивые взгляды, обыски, убедить бдительных охранников, что в сумке фотографа — оборудование для работы, а не орудия убийства.
«Почему он хочет фотографировать меня? — спрашивает Сталин и, не дожидаясь ответа, уже самому Джеймсу, — Быстро, быстро!» Профессиональная честь фотографа была задета. Эббе среагировал импульсивно, заявив, что пяти минут недостаточно, чтобы сфотографировать человека, который разработал пятилетний план индустриализации страны. Сталину эти слова понравились, и он предложил для съемок десять минут, которые в конечном итоге вылились в двадцать пять.
Съемка прошла гладко: Сталин общался с Нойманом, а мастер тем временем делал свою работу. Эбб обещал вождю прислать фотографии и получил разрешение на публикацию снимков без предварительного согласования.
Уже снаружи Эббе спросил у Ноймана, не допустил ли он каких-нибудь ошибок. «Были моменты, — отозвался Нойман, — когда я почувствовал себя несколько неуютно».
Сенсация всей жизни даже для закаленного ветерана фотографии. Зловещий, холодный как сталь, таинственный и далекий, Сталин, красный царь, никогда до этого и после не соглашался позировать для фотографа.
«Да здравствует мировая революция», гласят плакаты, в то время как советские рабочие маршируют по красной площади. Мировая революция несомненно случилась бы, если бы промышленность везде работала так же, как в России.
Днем я разглядывал эту сцену из окна моего отеля, думая, где внутри Кремля находится цель моего русского путешествия и этой книги.
Ночь в Москве. Сцена невероятной красоты. Из новой гостиницы Москва ваш взгляд переходит с залитой лунным светом реки к могучему Кремлю, его шпилям и башням, темнеющим на фоне неба.
Кремль занимает площадь в 100 акров и окружен высокой каменной стеной 2430 ярдов длиной. Где-то внутри этого внушительного дворца справа находится личный офис Сталина…но я пообещал не говорить, где.
Мастера, безжалостно перебивающие бессмертные имена на произведениях искусства вековой давности. Надпись «Романовы» они заменяют на «Новый отель Москва». Туристы, ворующие серебряные ложки на сувениры, так же довольны.
Лед появляется на Москве-реке только на рассвете. Люди поднимаются рано, чтобы посмотреть на ледоход.
Коронационный трон, на котором был коронован последний царь. Это одна из кремлевских церквей -коронационная церковь – называется так потому что использовалась только для этой цели.
Двадцатилетний юбилей Правды, правительственного органа. Парад и гигантский транспарант подчеркивают то, что "пресса должна служить орудием социалистического воспитания."
ЗАПРЕЩЕНО. Автор был арестован за фотографирование этой железнодорожной сцены. Голодающие крестьяне неделями ждут поездов, чтобы уехать в ту местность, которая представляется им Землей Обетованной, где можно найти достаточно еды, чтобы выжить.
Иностранные инженеры соглашаются, что женщины-рабочие более эффективны и надежны, чем мужчины. Фоторепортер, который фотографировал купающихся красоток Голливуда, найдет здесь мало красоты, но много мускулов.
Будь он когда-нибудь таким скромным. ..Это фото показывает дома рабочих Днепростроя и ребенка одного из них, повернувшегося спиной.
Первого мая более миллиона солдат Красной Армии и рабочих принудительно проходит по Красной Площади. На переднем плане двести привилегированных обладателей билетов: корреспонденты, журналисты, дипломаты, капиталисты...
ЗАПРЕЩЕНО. Аварии это табу. Здесь на Красной Площади произошла одна, когда конная артиллерия, галопировала на бешеной скорости. Лозунг на китайском, повторенный на пяти языках, гласит «Да здравствуют Советские Республики.»
"Нам нечего терять, кроме своих цепей" — лозунг рабочих на этих организованных обязательных шествиях. Проходя через Красную Площадь они должны выглядеть так, как будто "разбивают свои цепи".
Пионеры, организованные продавать облигации госзайма для второй пятилетки. Подписка, конечно, добровольная, но пусть небеса помогут тому, кто не купит хотя бы одну.
Дважды в год, 1 мая и 7 ноября, 7000 красных солдат возглавляют шествие более миллиона рабочих во время принудительного парада. Группа на могиле Ленина, справа налево: Калинин, Орджоникидзе, Ворошилов, Сталин, Молотов и Горький.
Литвинов, роскошный грабитель при старом режиме и дипломатический супер-распространитель большевизма при новом, enfant terrible Женевских конференций, крупный советский сановник, который "никогда не дает интервью". Огромная карта мира на заднем плане.
Пригородный газетный киоск. Совершенно невероятно, что вы найдете здесь New York Times, Fortune или Harper's Bazaar. Продажа земляники.
Церковные похороны на улицах запрещены, но терпятся на кладбищах, куда стопроцентные большевики никогда не ходят. В отдалённых районах, куда не доходит пропаганда, крестьяне оплакивают своих умерших, покоящихся в покрытых бумагой гробах.
ЗАПРЕЩЕНО. Электричка имеет примерно такое же стратегическое значение, как ваш пригородный трамвай. Но правило есть правило: "Не фотографируй" — одна из главных среди советских десяти заповедей и железнодорожные станции — запретная зона.
На фасаде отеля Метрополь: церковь охраняет богатства, украденные у эксплуатируемых масс. Дети светятся добродушием: надпись слева направо — русский священник, его свиной собрат.
Товарищ Смидович, советский Антихрист, генеральный директор антирелигиозной деятельности. Его тень на стене кабинета распространяется на русскую землю, чтобы потушить тот свет, которым люди жили двадцать столетий.
Молящиеся в церкви неподалёку от кремля. В основном женщины, так как молодые мужчины не любят связываться с чем-то религиозным.
Рука павшего святого поднимается вверх, как будто просит небеса, среди холокоста созданного советской антирелигиозной пропагандой.
Эта церковь была закрыта, но её бесценные иконы и сокровища дают основания для её сохранения в качестве художественной галереи. Неудачные обстоятельства, но им противодействует огромный атеистический плакат справа.
Антирелигиозный музей. Плакат информирует немецких туристов, что борьба против религии это борьба за социализм. Гротескная фигура епископа использовалась в пародии на Христианство в известном московском театре.
Деревянные резные статуи Христа из трёх ликвидированных церквей. Темное пятно на поднятой руке центральной фигуры – место где её веками целовали крестьяне. «Абсурдно и антисанитарно» утверждают власти.
Еврейские храмы были так же осквернены, как и Христианские, их алтари «ликвидированы». Здесь коллекция еврейских священных реликвий среди других «суеверий» в антирелигиозном музее.
Женщины и мужчины купаются практически вместе, но первые выше по течению, а вторые ниже.
Старые солдаты не умирают...если они были заключенными в царское время, они отправляются на покой в этот роскошный дом. Не все из них коммунисты, но они ветераны, мечтавшие, боровшиеся, строившие заговоры и бросавшие бомбы в царское время.
Если его лошадь победит, молодой советский фанат скачек может исполнить национальную мечту — буржуазную роскошь наесться до отвала.
Бальная комната Екатерины Великой сейчас клуб академии ВВС. Приятное место, чтобы расслабиться после дня интенсивного изучения моторов Либерти.
Это не солдат из музыкальной комедии, но товарищ майор Сумарокова, единственная женщина-пилот в Красной Армии и командир экспериментальной станции, которая включает батальон пилотов-мужчин.
ЗАПРЕЩЕНО. Эта фотография вызвала ещё один арест автора. Почему? Потому что сфотографирована железная дорога. Заметьте современное оборудование...лихорадочную работу...преуспевающих, хорошо одетых детей.
ЗАПРЕЩЕНО. В Донбассе, одно из лучших автомобильных шоссе в России. Невинное фото, но verboten, потому что фотографии электростанций могут обнаружить, что они функционируют не так мощно, как нас пытаются убедить.
ЗАПРЕЩЕНО. Очередь за одеждой. Фотограф ещё раз рисковал своей камерой, смертной шеей и бессмертной душой, чтобы запечатлеть запрещённую сцену.
Пока крестьяне голодают, ваш высокопоставленный иностранный гость питается очень неплохо...,особенно если подпишет заявление, что не видел голода в Донбассе.
Лубянская площадь — запрещенное фото. Офицер ГПУ стоял как раз слева от фото. Они разрушают стену Китай-города и разрушили бы вообще всё, если бы не валютные туристы, любящие посмотреть на старину.
Белые слоны Кремля. Самый большой колокол и самая большая пушка в мире. Первый экспонат упал и разбился прежде чем в него звонили. Из второго никогда не стреляли из-за ошибок конструкции.
ЗАПРЕЩЕНО. Похороны жены Сталина. На каждой крыше снайперы с винтовками. Приказ был стрелять по окнам, если их откроют. Автор пятнадцать раз рисковал жизнью, сделав 15 снимков из Гранд Отеля.
Построение социализма означает разрушение очень многого, будь это весь двор знаменитого Зимнего Дворца в Ленинграде (следующими будут прекрасные ворота) или ещё одна приговоренная церковь.
Иногда даже самый убежденный скептик должен снять шляпу перед Боло за первоклассную работу. Украинское правительственное здание в Харькове — прекрасный образец архитектуры.
В студенческом городке в Москве. Готовятся ли они к экзаменам или обедают в столовой университета, студенты такие же, как и везде в мире.
Антропологический музей московского университета гордится крупнейшей коллекцией человеческих черепов в мире. Работники музея каталогизируют солдат ещё одной войны.
В свой выходной день москвичи тянутся на спортивные площадки. Сила, ловкость, скорость и выносливость приветствуются в стране стремящейся к максимальному физическому развитию.
Алмазная мозаика своими руками
Рубрики: | РЕТРОРЕТРО |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |