Короткова Маша: Не нужно натаскивать людей на мои знания, мое умение, надо развивать у них свое
Настя мне сказала, что вы познакомились давным-давно в какой-то танцевальной студии
Да, я с детства вообще занимаюсь танцами. У меня была хореография, потом был танцевальный коллектив эстрадного танца. Это было где-то лет, наверное, с 10 до 16, вот так. Потом был перерыв 4 года, а потом вот уже я пришла в современные танцы. Занималась, преподавала. Вела занятия в общеобразовательной школе у детишек. Был коллектив свой. Сначала мы с ними просто занимались, а потом им уже захотелось выступать. Я говорю: «Хотите выступать? Пожалуйста!» (смеется) И мы выступили на гран-при Москвы, потом еще где-то. Среди непрофессиональных коллективов, конечно. Но возможностей в принципе куча, при желании найти можно, где выступить.
А растяжка у тебя такая здоровская тоже с детства, да?
Это вообще с рождения, природное. Есть мягкие мышцы, эластичные, это уже заложено от рождения. Допустим, человек еще не начал растягиваться, но по походке я могу сказать, мягкие ли у него мышцы, пойдет у него растяжка или нет, это видно.
То есть у тебя такой наметанный глаз уже…
Ну конечно, это все видно, просто люди не обращают на это внимания чаще всего, а на самом деле, если углубляться, то по пластике человека можно даже делать какие-то выводы о его характере. Все это очень интересно.
Ты так просто на досуге об этом размышляешь или уже владеешь в совершенстве языком жестов?
Нет. Просто наблюдаешь за людьми, и складывается какое-то уже определенное понимание. Сопоставляешь это с характером человека, с поступками и уже можешь какие-то выводы для себя делать… не факт, конечно, что совпадет, но чаще всего совпадает. Не каждого человека в метро разглядываешь, стараясь рассмотреть, какой у него характер. Просто если задуматься, то какие-то выводы для себя можно сделать.
Как ты строишь занятия?
У меня такой подход к преподаванию лично свой, что не нужно натаскивать людей на мои знания, мое умение, надо развивать у них свое. Т.е. допустим, я как преподаватель вижу в человеке какие-то особенности: в его пластике, в его теле и именно на этом, на лучшем делать упор, таким образом его стимулируя. Потому что на самом деле в растяжке немногие выдерживают, потому что достаточно сложно растягиваться людям, которые к этому не привыкли. Необходимо постепенное такое вливание в процесс, сложно пережить этот момент. Когда мышцы начинают оживать, когда ты уже воспринимаешь ощущения не как боль, а уже понимаешь, что мышца тянется. И поэтому мне важно, как люди это чувствуют. Упражнения – это я все даю, но мне важно, чтобы они сами понимали: вот если сейчас в данный момент им больно или как-то некомфортно, то лучше не делать или, допустим, сделать так, чтобы было удобно. Потому что у всех возможности разные и пластика разная, и я считаю, что, прежде всего, нужно прислушиваться к себе. А задача преподавателя, на мой взгляд, уже просто корректировать и помогать человеку найти свое. Для меня это важно.
Двух занятий в неделю достаточно?
Ну в общем достаточно. У меня вот даже некоторые ходят один раз в неделю, и результаты есть. Уже через месяц видно, как тело меняется. Вытягиваются мышцы, линии красивые появляются, осанка, прямые плечи, грудь. Т.е. мне не нужно, чтобы они сели у меня на шпагат, мне нужно, чтобы они научились чувствовать свое тело. А там, если захотят они сесть на шпагат – не вопрос, с правильным подходом можно сесть за несколько занятий. Но просто у человека не должно быть никаких ни барьеров, ни страхов, потому что очень многие давно бы уже сидели, но просто они боятся, они себя зажимают и не дают мышцам растягиваться дальше.
Ты работаешь с творческими людьми постоянно. Это же сложно – организовывать творческих людей?
Ну сложно, но в этом есть своя… Нет, для меня, на самом деле, совсем не сложно. Но здесь очень такой важный есть момент, когда ты действительно хочешь что-то организовать. Потому что все наши начинания с Настей, которые мы предпринимали уже в рамках нашей студии, в рамках нашей школы, все они были несколько авантюрными. Люди там ломают голову: как сделать что-то, сложно это или несложно. У нас все просто. Настя сказала: «Так, я хочу попробовать себя в преподавании гоу-гоу. Хочешь, давай сделаем курс гоу-гоу?» А давай! Сделали, сейчас второй уже выпуск, прекрасные результаты, вообще все отлично работает и мы очень довольны. То же самое с этой вечеринкой было. Там же есть своеобразные сложности, договориться с клубом надо. Сделали же. Это притом, что школе исполнилось чуть больше года. Тут ведь сложности с тем, чтобы пришло достаточно народу. Я считаю, что через год у нас народу достаточно много при том количестве преподавателей, которые есть. Но все равно чтобы устраивать такие мероприятия, ты должен изначально понимать, сколько народу к тебе придет, это во-первых, а во-вторых, практически все, кто выступал 29 числа, они все занимаются от полугода или чуть больше. И у них, в принципе, не было еще наработанного материала, чтобы с этим показываться. И поэтому я очень благодарна всем девчонкам, что они взяли на себя как бы такую ответственность, и я считаю, сделали очень неплохие номера с учениками, которым еще по идее чисто физически такие вещи сложно делать.
Я, честно говоря, наблюдаю за другими школами, интересуюсь. Чтобы делать какие-то выводы, учиться на чужих ошибках, перенимать опыт. И я что-то не помню такого, чтобы вечеринки проводились с предварительным генеральным прогоном в этом же клубе. Бывает, прогоняют до начала вечеринки за два часа. Это ж нужно еще так договориться, чтобы клуб пошел на то, чтобы еще дать, допустим, полдня. Ну вот это хорошо, конечно, было. Ну я довольна очень тем, как мы все провели…
Для меня был не то, чтобы шок, но мне было так приятно, когда на вечеринке я там стояла за диджейским пультом, все это вела. Группы уличного танца шли по две, Ксюшина группа, потом Аняха, Нина и Настя, вот, и я понимаю, настолько они все разные, по стилю преподавания, по тому, как они все выглядят, как они себя позиционируют, какие эмоции от них исходят, каким образом они это доносят до зрителя. Они настолько все разные! Для меня это такой колоссальный кайф! Они настолько все яркие! У меня такое было, вот знаешь, ощущение полнейшего драйва, кайфа, просто счастья, что такие люди рядом, такие яркие. И мне очень нравится, что все очень разные, абсолютно разные. Мне не нравится, когда под одну гребенку, это как-то ну… не близко мне. И мне, конечно, было очень приятно, что таких людей мы собрали у себя. Посмотрим, как будет дальше, кто как в какую сторону будет развиваться, но вечеринка в общем показала, что так все в общем хорошо. И я очень довольна. Очень! Иногда какое-то событие трогает очень сильно, как концерт Эрики Баду, допустим, недавний. Ну не так часто бывает, что прям так сильно цепляло. Но если цепляет, то потом ты еще какое-то время всем об этом рассказываешь… Вот у меня такое ощущение от нашей вечеринки. Вообще, что мы наметили, все мы сделали, это тоже очень приятно.
Мне организовывать несложно, другой вопрос, я вообще считаю, что гораздо более для меня полезнее и интереснее общаться с людьми сложными и творческими, чем с людьми, с которыми мне все понятно и я не прикладываю никаких усилий, чтобы с ними общаться, т.е. когда просто. Мне это менее интересно, чем общаться с людьми, которые у меня вызывают какие-то эмоции и в том числе… ну, разные эмоции. (смеется) Так интереснее.
Но ты не устаешь от этого? Бывает моральный перегруз?
Конечно, бывает. Бывает перегруз, причем вчера у меня был такой перегруз! Мы разговаривали с Настькой по телефону, все так серьезно вообще сосредоточенно обсуждали новую сумасшедшую идею, пока не буду раскрывать, но супер-идея просто! Вот. (смеется) Ну вот, и вчера мы с ней по телефону очень серьезно обсуждали, а потом в какой-то момент я чувствую: все! Мозг расслабился, т.е. такое ощущение, как после сильного перенапряжения. Как, допустим, когда напрягаются мышцы, а потом их начинает трясти. Вот это же происходит с мозгом. Напрягается, а потом просто начинает расслабляться. Конечно, бывает перегруз, поэтому… я вообще не сторонник того, чтобы все время впрягаться и с утра до вечера работать-работать-работать-работать… т.е. я не хочу сказать, что лучше вообще не работать, а просто если ты поставил цель какую-то, тогда делай. Мы с Настей себе просто пошагово ставим: ну есть вот глобальная цель…
А какая у вас глобальная цель?
Глобальная цель – свое танцевальное шоу. Да, именно шоу. Большое, как Stomp, Fuego… Разные есть.
А школа?
А школа… сейчас на данный момент мы будем организовывать свою танцевальную команду из преподавателей либо еще какой-то народ со стороны привлекать и из учеников. Т.е. у нас будет две команды, команда преподавателей и команда учеников, чтобы у людей, у учеников был стимул.
Попасть в команду?
Попасть в команду, но при этом, конечно… я вообще сторонник того, что если человек очень хочет, но немножко, допустим, по данным не дотягивает или там не 90-60-90, но если при этом у него колоссальное желание, он хочет танцевать, то для меня гораздо важнее такого человека брать в команду, пусть он не попадает в музыку, еще что-то… нежели не брать. Вот. Это по поводу студии. Ну вот еще этот проект, о котором не расскажу пока. Но если все получится, может, начнем с осени его осуществлять. Мы не перестаем развиваться…
Кстати, собираемся на танцевальный семинар на море. Причем мы с Настей уже это организовывали, когда у нас еще не было общей студии, у нас были просто у нее свои ученики, у меня свои. И мы, ну как обычно: ну что, поедем в Болгарию потанцуем? Никогда этим не занимались, мы даже не работаем вместе… А давай! И мы влегкую набрали 24 человека. Двадцать четыре! Это притом, что у меня было очень мало учеников на тот момент, у нее было побольше, но все равно… соответственно, мы подключили друзей, друзей друзей. И набрали 24 человека. В студиях, где по много человек занимается, не всегда столько человек едет. А у нас вообще не было своей студии. Это все происходит именно на нашем большом желании, я считаю. На нашем таком энтузиазме, потому что мы, конечно, включаемся просто полностью.
Хочется расширяться, преподавателей новых привлекать, помещением собственным обзавестись?
Да, хочется свое помещение, конечно. Свое, чтобы сделать там такой дом, прям такую домашнюю обстановку, чтобы люди могли туда приходить не только танцевать, но и общаться, проводить там какое-то время. Это, конечно, очень хочется. Сейчас достаточно все непросто, но я считаю, что со временем… если цель поставлена, то обязательно найдутся какие-то возможности, которыми мы сможем правильно воспользоваться. Идей куча всяких!
Какие впечатления у тебя от парижской поездки? От фестиваля Juste Debout, от французских танцоров, от школ?
Париж удивительный город! У меня там было такое ощущение, что я не турист, не на несколько дней приехала, а что я просто здесь живу, хожу по городу, езжу куда-то по своим делам. Мне там так свободно, хорошо было, очень круто…
И Juste Debout – это, конечно, грандиозное событие в той культуре. Но у меня почему такое возникло ощущение, когда я на них на всех смотрела, что лично мне такое просто на данном этапе не так интересно. Ну вот хорошо, они там встретились и начали друг друга перетанцовывать…
Т.е. вечериночное и батловое тебе неинтересно, тебе интереснее шоу?
Да! Мне конечно гораздо более интересно, когда есть какая-то история, какой-то вот смысл именно, который человек доносит… Хотя они ведь тоже в общем-то все самовыражаются, но это все на уровне личных отношений. Но, конечно, с точки зрения того, как Брюс все это организовал, это гранзиозно просто. И меня очень порадовало, что такое количество народу на все это ходит, и на каком уровне у них там вся эта культура уже. Мы ходили в школы, я лично была у Бабсона и у Мамсона на занятиях. Мне очень понравилось. Во-первых, я ожидала даже в интерьере школы чего-то совсем другого, я думала, что будет наворочено, гламурно, как угодно, но не так, когда раздевалка в коридоре за занавеской, без дверей. Но в этом есть своя прелесть. Сразу понятно, зачем они сюда приходят. Хороший светлый зал, хорошие зеркала, администратор сидит собирает деньги, что еще нужно собственно говоря?
Мне понравилось очень, особенно у Бабсона – стиль преподавания. Они, конечно, молодцы. Еще когда я ходила на какие-то мастер-классы здесь в Москве. Мне нравится именно, что они не требуют от своих учеников выполнять четко то, что они показывают, всегда идет упор именно на индивидуальность человека, на ощущения, потому что у каждого свое ощущение музыки.
Я вообще считаю, что танец идет из музыки первоначально и, допустим, мне непонятно, когда люди просто заучивают связки. Если ты учишь какие-то там схемы определенные, заучиваешь движения, придуманные на определенную музыку, то, когда музыка меняется, а ты танцуешь эти движения – это неправильно. Я считаю, что в этом нет танца. Можно набраться базы, но мне, допустим, ближе, когда люди именно уже сами начинают выражать свою индивидуальность под конкретно заданную музыку. Вообще, по идее, если музыка разная, я понимаю, что это очень непросто, да, но если разная музыка, по идее какой бы танец танцор ни танцевал, он все время должен быть разный абсолютно. Потому что тут, я считаю, музыка диктует. Сначала музыка, а из музыки уже идет танец, вот. И мне очень нравится, что французы говорят именно: «Чувствуйте, слушайте музыку». У них же очень четко, они и простукивают ритм, и слушают, и качают его, прокачивают. Они не спешат, как многие наши московские преподаватели, вдолбить движения. А потом и получатся, когда приходим на дискотеку, что все танцуют одно и то же абсолютно. Т.е. клоны такие танцуют. Музыка меняется – одни и те же движения. Это неинтересно абсолютно, на это можно посмотреть две минуты и… и все! У меня уже глаз наметан, это понятно, но если танцор часто какое-то движение повторяет, это всегда любому видно со стороны.