Я - фотографПлагин для публикации фотографий в дневнике пользователя. Минимальные системные требования: Internet Explorer 6, Fire Fox 1.5, Opera 9.5, Safari 3.1.1 со включенным JavaScript. Возможно это будет рабо
ОткрыткиПерерожденный каталог открыток на все случаи жизни
Всегда под рукойаналогов нет ^_^
Позволяет вставить в профиль панель с произвольным Html-кодом. Можно разместить там банеры, счетчики и прочее
Photoshop onlineДля того чтоб отредактировать картинку совсем не обязательно иметь фотошоп на комьпьютере. Это можно сделать с помощью приложения online photoshop =)
Кнопки рейтинга «Яндекс.блоги»Добавляет кнопки рейтинга яндекса в профиль. Плюс еще скоро появятся графики изменения рейтинга за месяц
Развивая тему Гражданской уже в нескольких постах, поняла что и 100 лет не достаточно, чтобы тема по-настоящему была забыта - не было бы тогда так много острых, противоречивых и взаимоисключающих комментариев.
Некоторые из них полны живой боли о давно ушедших уже родственниках, дедах и прадедах, о лишениях и бедах, которым они были подвергнуты.
Похоже гражданская война ещё не вполне стало историей.
Одна из самых болевых точек - раскулачивание. Кого раскулачивали, как раскулачивание проводилось."Отобрать коня - единственного кормильца в семье из 11 душ - это ли не преступление???" (с) (из одного из комментариев)
Тем более в свете переоценок, когда о кулаках со времён перестройки официально принято говорить со скорбью и придыханием, «как о лучшей части российского крестьянства», как о «динамичных и предприимчивых» крестьян.
Чтобы разобраться, нужно начать с начала. А первоначально был земельный вопрос и лозунг большевиков (перехваченный у эссэров): "Земля крестьянам!" Этот лозунг a priori был лукавством, чтобы заручиться поддержкой самой значительной доли общества (80%) крестьян. Дело еще в том, что никаких существенных земельных ресурсов к распределению в 1917 году не было. Или почти не было.
"По данным сельхоз переписи 1916 года на долю крестьян из всей площади посева приходилось 89,3% (в Сибири 100%). Из скота рогатого – 94,2%, свиней-94,9%, овец-94,3%, лошадей 93,8%. " (Профессор А.Н. Челинцев. Русское сельское хозяйство перед революцией.
"К 1916 г. в результате продаж у помещиков осталось только 40 млн. десятин земли, причем значительной частью это были земли с лесом. В результате к 1916 г. по данным земской статистики крестьяне владели 90% пашенной земли и также 94% скота в Европейской России, а также 100 % в Азиатской России. , «по составу землевладения Россия уже в 1905 г. была совершенно крестьянской страной (в большей степени, чем какая-либо из европейских стран)». Когда в 1918 г. крестьяне разделили между собой 40 млн. десятин помещичьей земли, выяснилось, что крестьянские наделы выросли незначительно и большого значения эти земли не сыграли, 1 дворянская десятина к этому времени приходилась на 5,5 крестьянских. (русский историк С. Г. Пушкарев).
Профессор Гарварда Ричард Пайпс отмечает, что в отличие от государств Европы - Англии, Испании, Италии, Франции, - где подавляющая часть земли находилась в руках крупных землевладельцев, до революции 1917 г. «Россия … была классическим примером страны малых крестьянских хозяйств».
Русская крестьянская община не родовая, а поземельная. Раз в несколько лет крестьяне на сходе делили общинную землю на наделы и раздавали в пользование крестьянским хозяйствам (семьям) до следующего передела. Критерий передела как правило был «по едокам».
Обманули ли большевики крестьян, когда получили власть? Конечно... Ирония истории заключается в том, что именно после победы революционеров крестьян насильно загнали в крупные хозяйства – колхозы.
Кулаки, середняки и бедняки
Крестьянство не было однородной массой и делилось примерно по степени доходов и до революции на бедноту, середняков и кулаков.
Крестьяне занимались физически очень тяжелым трудом - работы на земле: пахота, сенокос, сборка урожая. Но богатства таким тяжким и честным трудом не наживешь.
А вот торговля, по убеждению крестьян, была трудом не совсем честным, недаром в народе говорили «не обманешь – не продашь».
Прозвище «кулак» получали те крестьяне, которые, по мнению большинства, имели нетрудовой доход, то есть нажили богатство скупкой и ростовщичеством. Чуть позже кулаками стали называть хватких и хитроватых людей, которых бог наградил холодным и расчетливым умом. Про таких говорили: «Крепкий хозяин!»
Но в сказках народ к таким вот крепким хозяевам относился не очень...
А.Н. Эндельгардт, крупный исследовательрусского крестьянства, так описывал «эффективного деревенского собственника», настоящий настоящий кулак выглядит вот так:
«…только в деревне Б. есть настоящий кулак. Этот ни земли, ни хозяйства, ни труда не любит, этот любит только деньги. Этот не скажет, что ему совестно, когда он, ложась спать, не чувствует боли в руках и ногах, этот, напротив, говорит; «Работа дураков любит», «Работает дурак, а умный, заложив руки в карманы, похаживает да мозгами ворочает». Этот кичится своим толстым брюхом, кичится тем, что сам мало работает: «У меня должники все скосят, сожнут и в амбар положат».
Этот кулак землей занимается так себе, между прочим, не расширяет хозяйства, не увеличивает количества скота, лошадей, не распахивает земель. У этого все зиждется не на земле, не на хозяйстве, не на труде, а на капитале, на который он торгует, который раздает в долг под проценты. Его кумир - деньги, о приумножении которых он только и думает. Капитал ему достался по наследству, добыт неизвестно какими, но какими-то нечистыми средствами».
Даль в своём словаре даёт следующее определение слова «кулак»: «Скупец, скряга, жидомор, кремень, крепыш; перекупщик, переторговщик, маклак, прасол, сводчик, особ. в хлебной торговля, на базарах и пристанях, сам безденежный, живет обманом, обчетом, обмером; маяк орл. орел, тархан тамб. варяг моск. торгаш с малыми деньжонками, ездит по деревням, скупая холст, пряжу...»
«В настоящее время более сильный крестьянин превращается обыкновенно в кулака, эксплуататора своих однообщественников, по образному выражению — мироеда». Вы сильно удивитесь, когда узнаете, кто это написал – Пётр Столыпин.
Так, например, профессор Эмиль Дилон, в 1877-1914 гг. живший в России и которого трудно заподозрить в симпатиях к большевикам писал: "Из всех человеческих монстров, которых мне приходилось когда-нибудь встречать во время путешествия (по России), не могу вспомнить более злобных и отвратительных, чем кулак".
Даже западные антисоветски настроенные историки признают, что батраки у кулаков работали в поистину рабских условиях, только для того, чтобы их семья выжила хотя бы ещё год. Пользуясь безвыходным положением положением своих соседей кулаки мёртвой хваткой вцеплялись в горло бедняку. Прозвища кулака в деревне «мироед» и «кровопийца» придумали вовсе не большевики, они появились в народе повсеместно и задолго до Революции, со столыпинской реформы.
То есть «кулак» - резко негативное понятие в русском языке тех лет.
Сейчас, спустя сто лет, принято считать кулаков всего лишь «зажиточными хозяевами».
А бедняк, получается, просто безрукий лентяй, который пьёт и не желает ничего делать, спасибо кулаку-благодетелю, которые даёт ему работу, чтобы тот с голоду не умер с семьёй. Получается, что никчёмными лентяями были 65% населения страны.
Как всегда крайности, перевернутые с ног на голову, и как всегда - истина где-то по-середине.
Кулаки, середняки и бедняки декретом об уничтожении сословий и гражданских чинов 1917 года были поделены на две категории: тех, кто имел права, и бесправных лишенцев (последние, кстати, полностью лишались гражданских прав). В категорию лишенцев попали те, что прибегал к наемному труду для получения прибыли, в том числе крестьяне, которые нанимали хотя бы одного человека.
Положа руку на сердце, каким бы сквалыгой кулак не был, разве подлежал он физическому уничтожению?
Большевики считали по-другому. Ленин: "Большинство и громадное большинство земледельцев - мелкие товарные производители", "мелкие буржуи имеют запас деньжонок в несколько тысяч", "мелкий буржуа, хранящий тыщонки - враг", "многомиллионный слой мелких собственников крепко держит деньги, прячет их от государства и ни в какой социализм и коммунизм не верит" "Не видят мелкобуржуазной стихии как главного врага социализма"
Вот так, слово сказано, "Рим высказался". Главные враги, оказывается - мужички. А их, между прочим, 85% населения (!). То есть, по сути, вся страна...И по стране потянулись продразверстки
Крестьянам только что дали землю (по Декрету о земле). Как же тогда осуществлять хлебную монополию? Да очень просто. Программа-минимум: отбирать у крестьян весь урожай. Программа-максимум: начать постепенно отбирать у крестьян всю землю. Третьего не дано.
Но, кроме того, Ленин пишет (ещё в начале октября 1917 года, то есть ещё до переворота) следующее: "Хлебная монополия, хлебная карточка, всеобщая трудовая повинность является в руках пролетарского государства, в руках полновластных советов самым могучим средством учёта и контроля...
Судьба страны была предрешена - хлебная карточка на долгие годы стала основной мерой и оплатой труда...
Продразверстка
Крестьянство отстаивало собственное понимание прав и свободы, завоеванных в ходе революции.
Крестьянское протестное движение в Советской России в послеоктябрьской истории — пока еще открытая страница...
Программным девизом восставших крестьян станет клич: "За Советы без коммунистов!" (вариант: "Власть Советам, а не партиям"). И плюс - вся традиционная аграрная программа эсеров и трудовиков.
Фактически был развернут «внутренний фронт» Гражданской войны — Крестьянская война 1918 —1922 гг. против политики военного коммунизма со стороны Советского государства.
Никогда ничего подобного в России не происходило: в дореволюционном прошлом крестьяне поднимали оружие против помещиков, но не против правительства.
Практически на всех территориях, контролируемых повстанцами (а территории эти были весьма значительны - почти вся Левобережная Украина, многие районы Центральной России и особенно Южная Сибирь - от Алтая и почти до Читы) были созданы органы политической власти в виде... Советов (!). В ряде мест были провозглашены республики: Черноморская - со столицей в Сочи, Свободно-Баджейская и Минусинская в Сибири. И, кроме того, повстанцы создавали большие и хорошо организованные армии, выдерживавшие противостояние с регулярным противником: формирования Махно на Украине, Антонова на Тамбовщине, Мамонтова, Громова, Кравченко, Щетинкина, Каландаришвили в Сибири.
Алексей Долинин, житель с. Ягодное Ставропольского уезда Самарской губернии, один из руководителей Чапанного восстания, комендант восставшего Ставрополя.
В захваченных селах чапаны разгоняли комитеты бедноты, а из местных Советов прогоняли коммунистов. 7 марта повстанцами был занят Ставрополь (ныне Тольятти). Вся полнота власти в городе перешла к избранным горожанами коменданту Долинину
По материалам ВЧК, в 1918 г. в 20 губерниях России произошло 245 восстаний. В Центральной России в летние месяцы 1918г. сопротивление крестьян вылилось в 130 выступлений против местных Советов, 154 акта самозащиты против продотрядов...
Заметные проявления крестьянского недовольства продовольственной политикой коммунистов начались с периодом уборки урожая. Вспышка крестьянских волнений в 12 селах на юге Саратовской губернии произошла в августе 1918 г. — на их ликвидацию был направлен отряд ВЧК. Отряд разоружил деревенских жителей, восстановил Советы, наложил контрибуцию. Были расстреляны 36 человек;
Голодающие крестьяне
Выступление крестьян в селе Кучки Пензенской губернии 5 августа 1918 г. вылилось в вооруженное нападение на продотряд, расправу с местным комбедом. Волнения бедняцкого и середняцкого населения распространились на всю Кучкинскую волость, перебросились на соседние волости. При помощи вооруженной силы 8 августа недовольство было подавлено, 13 человек расстреляны;
Крестьянское восстание в селе Кучки и волостях Пензенской губернии вызвало серьезную озабоченность Ленина, когда он получил информацию в телеграмме от Пензенского губисполкома. Активное участие в восстаниях «полупролетариата», по Ленину, вероятно, сильно озадачило большевистского вождя, поскольку разрушало его собственное доказательство и обоснование существования в Советской России социальной опоры диктатуры пролетариата.
Медынский райком ВКП(б) решил произвести «раскулачивание» торговцев и лишенцев города. К этой операции решено было привлечь 243 стрелковый полк, расположенный в г. Медыни. 28 января полк был собран по тревоге. Секретарь райкома Лаврушин в пятиминутном выступлении рассказал о предстоящей операции. Это сообщение полк встретил аплодисментами и тут же с оркестром выступил в город.
Красноармейцы и начсостав полка были разбиты на бригады и, получив указание «брать все, брать до последней тряпки, и тряпки пойдут в утильсырье», эти бригады отправились отбирать имущество у лиц, помеченных в особых списках. Бригады действительно забирали все имущество вплоть до одеял из-под детей. Обыскивали женщин. Отобранное имущество на подводах артдивизиона отвозилось и складывалось в сарай сводной роты. Сохранность имущества не была гарантирована. При этом местные работники разрешали красноармейцам брать себе разные мелкие вещи: карманные фонари, книги, мыло, щетки и т.п.
Казнь крестьян
Не удивительно, что очень много крестьян воевало в рядах белых, зачастую целыми дивизиями - не зря же звали командарма колчаковской Северной армии, 23-летнего А. Пепеляева, "мужицким генералом" (его армия держала фронт на Урале к северу от Екатеринбурга.
Пик же самостоятельной крестьянской борьбы пришёлся на 1921 год, когда Белого движения уже не было, и единственным врагом остались красные. Это год Кронштадта и Тамбовского восстания. И ещё - год великого восстания в Западной Сибири, захватившего своим левым крылом и Урал.
Показателен штурм Ирбита, когда тысячи плохо вооружённых крестьян в течение суток шли на красные пулемёты. Тут большевикам удалось отбиться. Зато крупный успех выпал на долю повстанцев в Северном Зауралье, где они взяли Тавду, Туринскую Слободу и Туринск, и в Южном Зауралье, где они овладели городом Петропавловском (ныне в Казахстане). Последний город несколько дней находился в руках крестьян (большевики называли их, видимо из пропагандистских соображений, "белыми"); до этого крестьяне уже фактически контролировали всё Зауралье.
Ожесточение с обеих сторон было ужасающее.
Вот такой почти неизвестный факт. В 1918 году в районе Красноуфимска произошло настоящее сражение между екатеринбургскими рабочими, пришедшими на реквизицию хлеба, и местными крестьянами, не желавшими этот хлеб отдавать. Рабочие против крестьян! Ни те, ни другие не поддерживали белых, но это не мешало им истреблять друг друга...
Лозунг: "Крестовый поход на голод!". И тысячи обманутых рабочих идут отбирать хлеб у крестьян. "Легко представить - пишет по этому поводу писатель В. Солоухин - с какой яростью шли они в продотряды, чтобы отнимать хлеб, и какую ненависть со стороны крестьян вызывали эти действия".
А у большевиков ещё один шар ложится в лузу: стравили между собой "народные массы" - и можно не опасаться, что они объединятся против большевиков .
Была ли крестьянская борьба тех лет напрасной? Едва ли. То, что большевики в 1921 году спасовали, пошли на отмену продразвёрстки, на введение НЭПа; то, что они на 10 лет оставили идею раскулачивания - следствие отчаянного сопротивления российской деревни.
Вот что стоит вспомнить, когда мы снова читаем привычный лозунг: "Земля - крестьянам"...
Герои тех лет
Крестьянка Ирина Феличкина
«Приказ в короткий срок подавить эсеро-кулацкие мятежи вверенные мне части и подразделения выполнили. Разгромлены крупные повстанческие очаги в селах Старая Бинарадка, Пискалы, Еремкино. Очищены от противника с жестокими боями Мусорка, Узюково и Ташла. У села Еремкино во время бурана отчаянное сопротивление оказали мятежники, которыми остервенело командовала жительница Новой Бинарадки Ирина Феличкина (18-летняя Ирина Феличкина в свое время служила в женском батальоне смерти у Керенского).
Женский батальон
Кулацкая фанатичка пленена и расстреляна. Остатки мятежных очагов в волостях ликвидируются нашими подразделениями, а также группами чекистов, милиционеров и продотрядовцами…» (из рапорта командира Шевердина. Ставрополье)
Павлик Морозов, 12 лет.
Как записано в материалах дела 374, "Морозов Павел подал заявление следственным органам о том, что его отец Морозов Трофим Сергеевич, являвшийся председателем сельского совета, будучи связанным с местными кулаками, занимается подделкой документов и продажей таковых кулакам-спецпереселенцам".
Крестьяне на суде
Вскоре в здании местной школы состоялся судебно-показательный процесс. Тогда-то и прозвучала широко известная речь пионера Морозова, старательно записанная стенографистом: "Дяденька, мой отец творил явную контрреволюцию. Я как пионер обязан это сказать - мой отец не защитник интересов Октября, а всячески помогал кулаку, стоял за него горой. И я не как сын, а как пионер прошу привлечь к суровой ответственности моего отца, чтобы в дальнейшем не дать повадку другим скрывать кулака и явно нарушать линию партии. И еще добавляю, что мой отец сейчас присваивает кулацкое имущество: взял койку кулака Кулуканова Арсения и у него же хотел взять стог сена.
Но Кулуканов не дал, а сказал, что пускай сено лучше возьмет казна".
Суд приговорил Трофима Морозова к 10 годам ссылки, где он и сгинул. По канонической версии, правдолюба Павлика и его брата убили в отместку их же дед и двоюродный брат Данила.
Эпизод с речью на суде в материалах дела не значится; его вполне могли придумать потом. А вот то, что пионер Павлик ходил с учительницей по деревне, агитировал сдавать хлеб государству за гроши, а заодно высматривал, куда крестьяне хлеб прячут, - это было. Надо сказать, что деревня Герасимовка на севере Уральской области, где происходили все описанные выше события, была бедной, крестьяне еле-еле концы с концами сводили, кулаками же в Герасимовке и не пахло.
Петр Дьяков, 17 лет
Петр Дьяков - тракторист, член коммуны «Новый путь» в селе Усть-Ламенское (Голышмановский район Тюменской области)
Ночью 2 июля 1929 г., когда он обрабатывал коммунальное поле, на него напала кулацкая шайка бандитов. Тракториста сшибли с ног, раздели, зверски избили, потом облили керосином и подожгли…
«По дороге неровной, по тракту ли,
Все равно нам с тобой по пути, —
Прокати нас, Петруша, на тракторе,
До околицы нас прокати!
Прокати нас до речки, до лесенки,
Где горят серебром тополя.
Запевайте-ка, девушки, песенки
Про коммуну, про наши поля!
Не примяты дождём, не повыжжены
Наши полосы в нашем краю,
Кулаки на тебя разобижены,
На счастливую долю твою.
Им бы только ругаться да лаяться,
Злоба льётся у них через край.
Кулачьё до тебя добирается, —
Комсомолец лихой, не сдавай!
По дороге неровной, по тракту ли,
Всё равно нам с тобой по пути, —
Прокати нас, Петруша, на тракторе,
До околицы нас прокати!»