Пять Маршаков |
Продолжаем цикл рассказов легендарного библиотекаря Надежды Анатольевны Капитоновой. Сегодня рассказ Надежды Анатольевны – о Самуиле Яковлевиче Маршаке.
Интересно, есть ли у нас в стране человек, который в детстве не читал или не слышал стихов Маршака? Когда-то Чуковский сказал, что у нас не один, а пять Маршаков: детский поэт, драматург, лирик, переводчик, сатирик. Я бы сказала, что был и шестой Маршак – организатор в области детской литературы. Можно сказать, что они с Чуковским заложили основу советской детской литературы.
Маршаком столько сделано в литературе, культуре, что о нем рассказывать очень трудно. О Маршаке и его творчестве много написано. И им самим о себе («В начале жизни»…). Но может быть стоит хотя бы отрывочно вспомнить о его судьбе? Она была такой сложной, в которой были и чудеса, и тяжкое горе, и тайна, о чем знали только самые близкие люди. И к Южному Уралу Маршак имеет отношение.
Я давно не смотрела, что сказано о Маршаке в интернете. Открыла и ахнула. Первые же сообщения с яркими фотографиями об открытии в Москве памятника Маршаку! Открытие было в прошлом, не самом легком для страны году. Почему же я не знала? Обзвонила друзей, знакомых. Никто не знает. Значит или не было информации, или она была очень краткой. А памятник интересный (скульптор Г.Франгулян). Почти все связано с детством: открыли памятник 1 июня – в день защиты детей. Сидящий в кресле бронзовый Маршак окружен детьми. Памятник стоит на Лялиной площади – самой маленькой площади Москвы. Здесь любил гулять Маршак.
Скульптор не забыл и имена зарубежных поэтов, которых переводил Маршак, от Шекспира до Родари. Они написаны на пьедестале памятника. Без Маршака мы не знали бы про Чиполлино…
Памятник совсем недалеко от дома Маршака. Этот дом на Садовом кольце, недалеко от Курского вокзала. Раньше этот отрезок кольца назывался улицей Чкалова, теперь Земляным Валом. Я не раз проезжала мимо и помню, что на доме 14/16 были три мемориальные доски: летчику Валерию Чкалову, композитору Сергею Прокофьеву (у нас стоит ему памятник) и Маршаку, который жил здесь с 1938 по 1964.
Я не раз в Москве видела Маршака. Обычно вместе с Кассилем, Чуковским, Сергеем Михалковым. Маршак явно проигрывал рядом с ними. Они высокие, худые, ярко говорящие. Он небольшого роста, полный, говорит хрипловатым голосом. И видно, что выступление со сцены для него не самое любимое занятие. Дома, с детьми и взрослыми его речь менялась. Он мог слушателей завораживать. Он поражал уникальной памятью, мудростью, юмором…
О судьбе Маршака.
Самуил Маршак родился 3 ноября 1887 не в Воронеже, как пишут во всех источниках, а в слободе Чижовка под Острогожском, недалеко от Воронежа. В большой еврейской семье, где было шесть детей. Талантливый отец – инженер-самоучка работал на мыловаренном заводе. Не делец, его часто обманывали. Он искал работу. Семья переезжала. Мать занималась детьми.
Самуил – второй сын. Рос вундеркиндом. Стихи стал сочинять раньше, чем читать и писать. Дома было много книг, журнал «Вокруг света».Выпускали домашние журналы, играли спектакли. Выпускали домашние журналы, играли спектакли.
Самуил за старшим братом поступил в гимназию в Острогожске. Покорил приемную комиссию тем, что прочитал всю поэму «Полтава» наизусть. В гимназии был прекрасный учитель латыни и греческого языка. Маршак в 11 лет перевел оду Горация. Отец нашел работу в Питере. Семья уехала, а двух старших сыновей-гимназистов оставили у дяди. Боялись, что их не примут в петербургскую гимназию. Братья в каникулы поехали к родным в Петербург. Однажды братья были в парке. Там Самуил проявил инициативу и читал стихи на летней эстраде. И вот тут произошло чудо. Один из слушателей оказался другом известного мецената, он рассказал о Маршаке другу, а тот – самому Владимиру Васильевичу Стасову (1824 -1908). А Стасов был в России центром духовной культуры. Он нашел Маршака. Они познакомились, подружились. Стасов добился перевода братьев в лучшую петербургскую гимназию.
На гимназиста Маршака «обрушилась» культура. Стасов водил его в Академию художеств, мастерские художников, в библиотеку, дарил книги, много рассказывал. Гимназист видел, как Репин пишет портрет Стасова! Маршак написал Кантату в память скульптора М. Антокольского ( музыка Лядова и Глазунова). Она исполнялась в Мариинском театре. Стасов звал Самуила Самом или Маршачком. В свои 15 лет Маршак выглядел гораздо младше. выглядел гораздо младше выглядел гораздо младше.
Из письма Стасова о Маршаке: «Я… стал рассказывать ему (Л.Толстому. Авт.) про новую свою радость и счастье, что встретил какого-то нового человека, светящегося червячка, который, мне кажется, как будто бы обещающим что-то хорошее, чистое, светлое и творческое впереди…». Стасов хотел познакомить Маршака с Толстым. Болезнь не позволила Маршаку поехать к Толстому. Тогда Стасов сводил Сама в знаменитую фотографию Карла Буллы. И поехал в Ясную поляну с фотографией юного Маршака.
Агнию Барто в детстве благословил сам Луначарский, а Маршака сам Лев Толстой (по фотографии). Это ли не чудо?! Стасов свел Маршака с Шаляпиным и Горьким. Когда они узнали о болезни Маршака, решили его отправить в Ялту, в семью Горького. А за учебу в Ялтинской гимназии стал платить Шаляпин. Два года в Ялте, но наступил 1905 год. Революция. Горький эмигрировал. Маршак вернулся в Петербург. Гимназия не окончена. В университет не поступить. Он стал работать в журналах, давать уроки. И тут на счастье случилось второе чудо. 1911 год. «Всеобщая газета» послала его на полгода с заданиями на Ближний Восток: в Турцию, Грецию, Палестину. Государства Израиля еще не было, а Палестина была «Меккой». На пароходе из Одессы собралось много молодежи. Там была очень красивая девушка – Софья Мильвидская. Они полюбили друг друга.
Было и третье чудо. Через год Маршака посылают на два года в Лондон с заданиями от газет и журналов. Он едет с молодой женой в надежде получить образование в университете. Он изучал литературу, она – точные науки. Учеба, языковая практика, походы по Англии, знакомство с английской культурой, литературой. Там родилась дочка.
Но началась Первая мировая война. Маршаки вернулись на родину. Маршака в армию не взяли: плохо с глазами, здоровьем. И тут первое большое горе. В день рождения Маршака дочка опрокинула на себя кипящий самовар. Она погибла на глазах у родителей. Ей было полтора года. Горю родителей не было предела. Война, голодно, холодно. Скитались по городам. Но потом случилась и радость. В 1917 году у Маршаков родился сын – Иммануэль. В 1920 году после гражданской войны семья оказалась в Екатеринодаре (Краснодаре). Облоно назначило Маршака ответственным за безнадзорных детей. Маршак организовал Детский городок, которому отвели бывшее помещение Кубанской рады. Почти дворец. Там появились классы, столовая, библиотека, детский сад, детский театр. Этот период жизни Маршака можно назвать началом расцвета его творчества для детей. Он писал: «Я пришел в детскую литературу через театр. Интерес к детям был у меня всегда». Писал пьесы для детей («Кошкин дом»…), стихи
.
Через два года Маршак в Петрограде. Он – заведующий литературной частью Театра юных зрителей. Выпускал журнал «Воробей». Позже «Воробей» переименовали в «Новый Робинзон». Привлек к работе в журнале Бианки, Житкова, Шварца, хороших художников. В 1923 году вышла его первая книжка-картинка «Детки в клетке». Критики ругают, дети в восторге. Заболел сын, Маршак за ночь сочинил сказку о глупом мышонке. Позже своего «Мистера Твистера» раз 30 переделывал. Сегодня смешно его читать. Теперь и у нас есть владельцы заводов, газет, пароходов…
Все помнят «Жил человек рассеянный на улице Бассейной…». В интернете есть сообщение, что такой улицы в Петербурге нет. Это не так. Та старая улица переименована, зато это название передали новой улице. Она недалеко от Московского проспекта. На этой улице жили до своей смерти «Танковый король России» Исаак Зальцман и семья его дочери Татьяны.
В 1924 году Маршак – главный консультант Детского отдела государственного издательства в Ленинграде. К нему с рукописями приходят: Гайдар с «Голубой чашкой», Белых и Пантелеев с «Республикой Шкид» …
Через два года Горький попросил Маршака возглавить в Ленинграде Детгиз. На Невском проспекте есть заметный дом – бывший Дом Зингера с глобусом на крыше. 5-й этаж отведен Детгизу, который стал вторым домом для Маршака и его команды из писателей, редакторов. Они все готовы были работать дни и ночи. Даже родных Маршак вовлек в писательство. Брат стал М.Ильиным – одним из основателей детской научно-познавательной литературы, сестра – стала позже Е. Ильиной – автором известной книги «Четвертая высота».
Была создана советская детская литература, о которой Маршак отчитался на Первом съезде советских писателей (1934).
В интернете сообщают, что в 1938 году Маршак переехал в Москву. А что произошло в 37-м? И почему вдруг Маршак бросил свой любимый Детгиз? Оказалось, у Маршака были прекрасные сотрудники, друзья, но были и враги, завистники. Маршак уехал на лечение в Крым. В это время разгромили Детгиз: часть редакции и писателей арестовали: Заболоцкого, Хармса, редакторов. Остальных уволили. Нескольких писателей расстреляли: Олейникова, Белых, Введенского, Бронштейна (ученого – автора книги «Солнечное вещество»)…
От Маршака требовали отречься от сотрудников, но он не согласился. Его чудом не арестовали. Уехал в Москву и стал «обивать пороги», чтобы спасти своих сотрудников и друзей. Дошел до главного прокурора Вышинского, сумел добиться освобождения только двух редакторов: Т. Габбе и А.Любарской.
Это была черная полоса в жизни Маршака. И, как ни странно, в 1939 году Маршака выбрали депутатом Моссовета.
Война
Семья Маршака эвакуировалась. В семье было уже два сына. А их отец рвался на фронт, немолодой, больной, плохо видящий. В 1941 году начальник политуправления Красной армии выносит выговор комиссару «Маршаком рисковать нельзя». И все-таки Маршаку удавалось выезжать на фронт, выступать перед бойцами. А главное его дело – писать сатирические стихи, эпиграммы, статьи. Знаменитая тройка художников – Кукрынисов оказалась соседями Маршака по дому. Они вместе много работали над плакатами «Окна ТАСС». Маршак успевал работать над переводами. Готовил к переизданию свои книги. В 1942 году писал другу Евгению Шварцу: «…Я работаю с утра до ночи, а часто и ночью. Постарел, поседел, но держусь…»
Однажды он получил письмо от мальчика, который упрекает поэта, что тот пишет для взрослых, а про детей забыл. Спасибо этому мальчику! Маршак взялся писать сказку – пьесу «Двенадцать месяцев» (1943). Каким-то чудом о сказке узнали в мире. Ее просил Дисней, у него не получилось. А в Японии сняли прекрасный мультфильм по нашей сказке. Позже фильмы и спектакли с большим успехом прошли у нас.
Маршак был рад письму от одного командира: «Пятилетний Лёвушка просыпается ночью и спрашивает мать:
– Мам, Маршак жив?
– Жив.
– Какое счастье, что он жив!»
Война кончилась, семья вернулась из эвакуации. Но радость была недолгой. Началась еще одна черная полоса в жизни Маршака. В 1946 умер в больнице младший сын Яков (туберкулез). Ему был 21 год
.
А в 1949 началась борьба с космополитизмом. Во всех бедах стали обвинять евреев. Маршак рисковал. Он посылал деньги детским домам, где жили еврейские дети – сироты, выжившие в гетто. Причем посылал не только свои деньги, а и те, что собирал у друзей. Маршак в это время возглавлял комиссию по детской литературе Союза писателей.
Потом новая беда. Маршак был в составе руководства ЕАК – еврейского антифашистского комитета, который с начала войны добывал деньги у богатых людей за границей на наше вооружение. ЕАК добыл миллионы. Но в правительстве посчитали эту организацию шпионской. ЕАК ликвидировали и по существу уничтожили весь актив: в 1948 убили руководителя комитета – артиста Михоэлса. Началось следствие, аресты. В 1952 суд. 23 человека из комитета расстреляны, в том числе детский поэт-переводчик Лев Квитко. Еще в 30 годах Маршак взял его в свою писательскую команду. Все дети тогда знали строчки Квитко: «Анна-Ванна, наш отряд хочет видеть поросят…». Шесть человек умерли во время следствия. 125 человек репрессированы, сосланы в лагеря. Дело было надолго засекречено.
И.Эренбург, Маршак, В.Гроссман… были в особых списках. Жизнь висела на волоске. Пронесло. Маршака может быть спасли Сталинские премии? Фадеев (до своего ухода из жизни), Маршак, Кассиль бились за реабилитацию невинных. Только в 1988 году люди узнали об этой трагедии. Все участники ЕАК были реабилитированы, часть – посмертно. Маршак все эти годы жил в страхе.
Пережил Маршак и сфабрикованное «Дело врачей»(1949-1953), часть которых спасла смерть Сталина.
Когда похоронили Сталина, казалось, начинается новая жизнь. (Кстати, в своих стихах он ни разу Сталина не упомянул).
Но в 1962 суд над Иосифом Бродским. Из «Записок об Анне Ахматовой»: когда она впервые рассказала Маршаку о Бродском, он лежал в постели с воспалением легких. Сел, укутавшись в одеяло, свесил ноги, снял очки и заплакал. Он не мог представить, за что арестовали поэта, что в стране происходит. Но они вместе с Чуковским выступали в защиту Бродского.
Маршак спасался работой. В 50-годы съездил в Англию. За переводы Бёрнса Маршака получил звание Почетного гражданина Шотландии.
Последние годы Маршака.
Как всю жизнь, ежедневная работа: сочинения, переводы, редактирование. Ослеп. Помогали ему друзья, литературные секретари. Последним секретарем был Владимир Познер. Пережил жену на 11 лет. Помощницей была Розалия Ивановна. Её приняли нянькой еще к сыновьям Маршаков. Она осталась у них на всю жизнь. Во время войны Маршак спас ее от ссылки в Сибирь, когда всех немцев высылали, а она была немкой. В войну, когда звучали сигналы тревоги, он шутил: « Ваши прилетели». Она не обижалась. Характер у Маршака был как у большого ребенка – капризный, иногда несносный. Обидчив, но легко отходчив. Розалия Ивановна следила, чтобы Маршак вовремя поел, лег спать.
Много времени Маршак тратил на помощь другим. Если кому-то надо было помочь, тут же хватался за телефонную трубку.
О тайне Маршака.
О чем не писали, не знали читатели. Знали только самые близкие люди. Маршак был глубоко верующим человеком. Молился по ночам. Оказывается, его отец и мать – прямые потомки известных раввинов (священнослужителей) с 16 века. Маленьких Маршаков часто возили к дедушке и бабушке в Витебск, где их учили ивриту (тогда еще не разговорному, а языку религии) и идиш. И позже он писал на этих языках, переводил на русский.
1904 год первое опубликованное стихотворение «20 Таммуза» (журнал «Еврейская жизнь»). Стасов написал Маршаку: «Искренно поздравляю тебя с первым напечатанным твоим стихотворением. Оно прекрасно!» Стасов всячески поддерживал Маршака. Из его письма 15-летнему Маршаку (1902) «…Первое – что ты никогда не переменишь своей веры, какие бы ни были события, обстоятельства, люди и отношения…(и еще несколько нравственных уроков .Авт.)… Целую тебя в лобик, как тогда! Твой старый дедушка».
В начале века Маршак знал о еврейских погромах. Написал «Песни скорби», «Еврейскую легенду». Из поездки в Палестину он привез цикл стихов «Палестина». Сделал переводы из Библии «Сиониды».
Но после революции Маршак все это уничтожил. Свою религиозность вынужден был скрывать. В стране рушили храмы, высылали и расстреливали священников. Быть «Маршаком Советского Союза» (так его иногда называли) и молиться! Мог быть на Соловках или лишиться жизни. Но до конца дней он остался верен вере своих предков.
Последние годы Маршака.
Болезни, слепота, но ни дня без работы. Ему читали рукописи.
За день до смерти в больнице лежа правил корректуру «Умных вещей» для журнала «Юность» (был членом редколлегии).
Умер от рака легких. Всю жизнь много курил. Ему был 77-й год (1964). Похоронен вместе с женой и сыном на Новодевичьем кладбище.
Памятники Маршаку стоят в Москве и Воронеже.
Не перечислить улиц его имени в стране. В московском метро ходит тематический поезд «Мой Маршак». В Острогожске планируют открыть музей Маршака. Издаются его книги. Их тиражи насчитывают миллионы. Переводы на 75 языков. Собрания сочинений в 4-х томах, в 8-ми томах.
Награды Маршака: четыре Сталинских премии, Ленинская премия, два Ордена Ленина и еще много разных наград.
Дети: старший сын – Иммануэль (1917 -1977) тоже был вундеркиндом. В 19 лет окончил физический факультет Ленинградского университета. Доктор технических наук. Когда мы в ночном небе следим за летящим самолетом по мигающим огням, то нам и в голову не приходит, что изобрел эти огни сын Маршака. Он еще поэт и переводчик. Это он подготовил к изданию 8-томное собрание сочинений отца.
У Маршака три достойных внука. Александр – поэт-переводчик открывал памятник деду в Москве.
Связи Маршака с Южным Уралом.
С конца тридцатых годов вся страна знала книгу «Мы из Игарки», написанную школьниками города, построенного на вечной мерзлоте. Составитель этой книги – Анатолий Климов из Троицка. Редактировать начал сам Горький. А когда он умер, то редакторами стали Маршак и Тамара Габбе. В Троицком музее хранятся письма Маршака. Неслучайно «Мы из Игарки» вместе с «Малахитовой шкатулкой» Бажова попала в 1939 году на Всемирную выставку в Нью- Йорке.
Есть и продолжение. Через 50 лет наш земляк Сергей Мирошниченко снял фильм «А прошлое кажется сном» (по следам «Мы из Игарки»). Фильм «заработал» «Нику» и Государственную премию.
И еще связь.
В 30-х годах стали известными у нас первые детские поэты: Василий Николаевич Кузнецов и Лидия Александровна Преображенская. Особенно была любима сказка Кузнецова «Базар». В 1947 году Челябинское отделение Союза писателей послало наших поэтов Москву с отчетом. Их хорошо встретили главные детские писатели и поэты. Маршак пригласил их к себе домой, тепло принял, подарил свою книжку. Результатом визита стал прием челябинских поэтов в Союз писателей СССР.
Руководитель Союза писателей страны в 1947 году (60 лет Маршаку) Александр Фадеев назвал Маршака «…Поэтом совершенно необыкновенным и незаурядным… Одним из лучших писателей и поэтов современности…».
Маршак понимал свою роль в культуре и литературе. Вот одно из последних стихотворений Маршака:
«Я думал, чувствовал, я жил,
И все, что мог, постиг.
И этим право заслужил
На свой бессмертный миг».
Маршак заслужил не только миг, а память на многие и многие годы.
текст Надежда Капитонова.
Рубрики: | детское |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |