Не так давно о прекращении «рецессии» (я уже неоднократно объяснял, что этот «циклический» термин нельзя использовать для описания текущих явлений в мировой и американской экономике) говорили руководители США: от Саммерса и Бернанке до президента Обамы. Затем об этом начали говорить в Европе – вроде бы из рецессии вышли Франция и Германия. Потом дошла очередь до России: на этой неделе об этом (правда, с некоторыми оговорками) сказали вице-премьер Шувалов и замминистра экономики по прогнозированию и статистике Клепач. Ну, а когда о том же самом «прекращении» кризиса начали говорить в Японии и Китае, стало почти очевидно, что речь идет о глобальной согласованной пропагандистской кампании. И, разумеется, возникает вопрос: соответствует ли это мнение реальности, и с какой целью кампания развязана.
На первую часть вопроса ответ, в общем, мы уже не раз давали, но не грех и повторить. Итак, рассуждать о кризисе имеет смысл только в рамках понимания его причин и основных механизмов. Последние состоят в том, что падает в США (а значит, и в мире) совокупный частный спрос, который с 1983 года активно стимулировался за счет роста кредитования домохозяйств. Теоретически, долго стимулировать спрос за счет роста долга невозможно, поскольку быстро нарастают выплаты, что хорошо видно по истории МММ и нашей пирамиды ГКО. Однако США придумали компенсаторный механизм, который позволял все эти годы наращивать долг, не слишком увеличивая годовые выплаты домохозяйств. Состоял он в том, что все эти годы постепенно (хотя и не совсем монотонно) снижалась стоимость кредита, в частности, учетная ставка Федеральной резервной системы США. Собственно, видимые признаки кризиса начали проявляться в тот момент, когда ставка коммерческого кредита перестала опускаться вместе со снижением учетной ставки. А когда последняя достигла нуля (в конце прошлого года), стало понятно, что спрос неминуемо начнет падать …
Размеры спада мы тоже оценили. Не вдаваясь в подробности (которые можно посмотреть, например, здесь: worldcrisis.ru), отметим, что масштаб падения (по итогам «острой» стадии кризиса, то есть периода быстрого, на 8-12% в год) составит примерно 3 триллиона долларов в год. Что соответствует падению ВВП США триллионов на 5, или на 35-40% от нынешнего уровня.
Отметим, что такое падение, в общем, не является чем-то особо выдающимся, поскольку соответствует аналогичному спаду американской экономики в 1930–33 годах, однако не исключено, что нынешний кризис будет сильнее, чем тогда, и для США, и для мира. Впрочем, обсуждение этого аспекта кризиса не является темой настоящего текста.
Соответственно, рассчитывать на то, что кризис «заканчивается», как минимум наивно – ничего подобного и близко не наблюдается, спаду еще продолжаться и продолжаться. Теоретически, конечно, можно предположить, что мы ошиблись в нашем анализе, однако пока никто из оппонентов его по существу не опроверг. Из чего мы заключаем, что, судя по всему, ошибок у нас нет. Но это не значит, что современная «официальная» (или, иначе, «мэйнстримовская») экономика нас поддерживает.
Дело все в том, что современные методы описания экономики основаны не на анализе конкретных экономических процессов, как у нас, а на создании математических моделей финансовых потоков. Поскольку в таких моделях отличить «базовый» спрос от «эмиссионного» невозможно, то и структурных перекосов, связанный с несоответствием текущего спроса и реальных доходов населения не видно. А значит, вопрос сводится исключительно к выводу отдельных, достаточно абстрактных показателей в «правильные» с точки зрения властей интервалы. Ну, грубо говоря, упали инвестиции, это плохо, нужно их поднять. И никому не интересно, почему они упали, главное, увеличить показатель до нужных значений. Если для этого нужно напечатать еще денег – ну так напечатаем!
И печатали – и в конце прошлого года, и в начале нынешнего.… И напечатали так много, что начались другие проблемы. А частный спрос и частные инвестиции, что характерно, сами собой, без помощи властей, расти при этом не собирались, а наоборот, падали. Поскольку реальные причины этого неправильного явления власти обсуждать и понимать отказываются, то они и решили, что дело в том, что народ просто не хочет тратить деньги (тем более что это соответствует основным направлениям официальной экономики). А значит, их можно стимулировать «правильными» уговорами.
И тогда причина пресловутой пропагандистской кампании об «окончании» кризиса становится понятной. Это же так естественно: объяснить людям, которые испугались кризиса, что он уже закончился, что все хорошо и что спрятанные «на черный день» деньги уже можно снова тратить! Или инвестировать. Я даже не исключаю, что кто-то что-то и потратит, себе на беду. И показатели мировой, американской или европейской экономики несколько улучшатся – на пару-тройку месяцев. А дальше что? Причины-то кризиса, приведенные выше, никуда не денутся! Вот, собственно, и ответ на вопрос: откуда и зачем. И, соответственно, как к этим заявлениям относиться. Спокойно. Ну не волнует же большинство граждан объявления о том, что магазин такой-то производит распродажу чего-то там. Ну, производит, и слава Богу, нам-то что?! Нам нужно решать, как выживать в кризис.
М. Хазин
fintimes.km.ru/58787