Сверкающий трофей |
Сверкающий трофей
"Ты бы мог написать в июньский номер про Стамбул? – спросил главный редактор. – Ты же бывал в Стамбуле…" Ну да, я посещал этот мегаполис дважды. Ненадолго. Без всякого дела: veni, vidi... Оба моих декабря оборачивались бесснежной, безветренной и недождливой еврозимой, с шампанским и поцелуями в новогоднюю ночь на плоской крыше отеля. И я совсем не представляю, каково в Стамбуле в начале лета. Наверное, пыльно и жарко, и толпы разомлевших туристов оккупируют Святую Софию и паромы в Эминёню, а гостей города безжалостно осаждают торговцы сувенирным барахлом. Задумчиво лезу в путеводитель: "К концу апреля становится уверенно тепло и зацветают тюльпаны. Дальше, с начала Тюльпанового фестиваля по конец Джазового (то есть с конца апреля до середины июля), в Стамбуле – лучшее время. В июне начинаются пляжные радости…" Даже так? А ты: пылища, жарища… Знаток!.. Впрочем, патентованного вояжера не должно пугать незнание каких-то сезонных деталей, равно как и отсутствие свежевыжатых впечатлений и бодрых зарисовок. Стамбул растет, как подросток во время каникул, численность его населения толком не знает никто, но, в конце концов, традиции и ритуалы – не птицы. И достопримечательности не меняют насиженных мест со сменой времен года. И узоры ковров, мозаик и витражей прежние. И анисовая водка – ракы – все так же струится в граненый стаканчик и разбавляется водой. И дымится плов с мидиями в забегаловках по обе стороны Босфора. И горы специй на Египетском базаре не тают уже много-много лет... По-настоящему, всерьез смущает иное: писать о Стамбуле сегодня – и банально, и неловко. Все равно что делиться воспоминаниями о венецианской лагуне или, скажем, очередном московском концерте Сезарии Эворы. Или цитировать комедию Гайдая: "Стамбул – город контрастов". Ведь все, решительно все бывали в Стамбуле! Или почти все. А почему не съездить: за визой в посольстве не кланяться, лететь недалеко, жить, пить-есть и отовариваться недорого. Стамбул у нас в моде, он в джентльменском наборе любого обладателя загранпаспорта – от метросексуала, облюбовавшего стеклянный танцпол бара Nu Teras, до челночника, прописанного в магазинах круглосуточных дубленок. Лично знаю целую группу граждан, по нескольку раз в году бескомпромиссно отводящих здесь душу в гуляньях, чревоугодии и шопинге. На босфорские берега они носятся на выходные, словно на дачу в Малаховку. А если кто еще не был – по причине хронического домоседства, мегалофобии (боязни всего большого) или временных финансовых затруднений, тот миллион раз видел весь стамбульский шик-блеск в телеящике. Дворец Топкапы, Золотой Рог, рыбаки и кошки на Галатском мосту. Да и как написать что-то рациональное, прозаическую инструкцию к пользованию этим веками возводившимся Новым Римом, когда после последнего зимнего визита я уже рассказал про него стихами? "Стамбул меня затянет, как паук, / как на дрожжах взбесившееся тесто. / О том предупреждал Орхан Памук, / певец гонимый, он же – гений места. // Словарь распух: кебаб, кальян, килим... / Что взять еще во чреве Гранд-базара? / От зазывал бегу, как от пожара. / Зима в Стамбуле – лучшая из зим!" Тут есть, пожалуй, нужда в ремарках. Про Памука, главного из ныне живущих турецких романистов, преследуемого на родине "за оскорбление национального образа", не слышал только ленивый. Слышали, а вот читали ли? Нобелевскую премию писатель получил в 2006 году за то, что "в поисках меланхолической души своего родного города открыл новые символы столкновения и переплетения культур". Мой совет нечитавшим: прежде чем отправиться в Стамбул – в первый, в сто первый ли раз, выкройте время и нырните в памуковскую "Черную книгу" или в его же недавнее сочинение "Стамбул. Город воспоминаний". И вы поймете, дегустируя его тексты, что главный турецкий город, тот самый открыточный, шумный, пряный и праздничный, густо пропитан грустью, как пахлава сиропом. Что это "идеальный город живописных лачуг". Что меланхолия – часть характера гордого стамбульца (по другой версии – стамбулита). Прислушаемся к Памуку, садясь на паром или в морское такси: "Нам нравятся прогулки по Босфору, потому что мы ощущаем, что здесь, в сердце огромного, древнего и осиротевшего города, живет свобода и сила глубокого, могучего и своенравного моря. Человек, быстро плывущий на пароходе по неспокойным водам Босфора, чувствует, что грязь и дым перенаселенного города остались на берегу, чувствует, как он наполняется силой моря, и понимает, что и здесь, в этом людском муравейнике, все еще можно быть одному и оставаться свободным". К вопросу о комментариях. О том, что в русском языке масса тюркизмов, нас предупредили еще в начальной школе. Кебаб, кальян, килим – из упомянутой мною троицы недоумение может вызвать лишь последнее словцо. Килим – шерстяной ковер ручной работы, без ворса, некрашеный, двусторонний. На территории Голубой мечети, она же – мечеть султана Ахмеда, расположен специальный Музей ковров, где есть старинные килимы. Изысканнейшие и, как свидетельствуют знатоки, лучшие в мире образцы ковроткачества и ковроплетения представлены в Музее турецкого и исламского искусства. Но в принципе весь Стамбул – музей ковров и часто – музей под открытым небом, когда частью экспозиции может стать и беспородная кошка, сыто растянувшаяся среди волшебных узоров, и усевшийся рядом торговец, сладкоголосый, как певец Таркан. И не удержаться от очередной фотосессии… Стамбул – идеальное место для упражнений с фотоаппаратом. В объектив охотников за ускользающей красотой просятся не только величественная, вычурная и, будем честны, местами потрепанная архитектура монарших дворцов и оттоманских особняков, морские пейзажи, лавки антикваров и старьевщиков, рыбные прилавки. Очень хочется запечатлеть жителей города – колоритных, живописных, темпераментно торгующихся или сонно играющих в карты. Эй, осторожнее! Они скорее всего разрешат вам себя щелкнуть, однако если вы увлечетесь ролью папарацци, можно нарваться на неприятности. Не фотографируйте стариков и женщин, особенно если турчанка в черной парандже. В Стамбул ездят не за будущим, а за прошлым, за рахат-лукумом воспоминаний. То, что раздражает в Москве или в Петербурге, в Казани или Томске, здесь умиляет. Старинные дома, где выбиты стекла, сломаны оконные переплеты, заколочены двери, продырявлены крыши. Облупившиеся особняки, увитые засохшим плющом. Ржавые катера. Харчевни, которых не касалась рука дизайнера, – с нелепыми вывесками, с выцветшим китчем вдоль стен. Тесные магазинчики, до потолка забитые всякой ненужной всячиной, вышедшей из моды еще в прошлом веке. Только как не восхититься лавкой светильников, гигантская сияющая гроздь которых манит к себе в час закатный? Как выбрать среди горы разноцветных подушек самую уютную? И как не потянуться за очередной расписной тарелкой – с бирюзовыми и алыми тюльпанами, символом богатства, за шкатулкой неземной красоты и стеклянными стаканчиками для чая, за серебряным кальяном? За коробкой с восточными сладостями, за пачкой ароматизированного фруктами табака или за совсем уж запредельным – вроде кожаных домашних туфель? И ничего, если при хмуром свете русского солнца все ваше турецкое богатство покажется немного крикливым, слегка грубоватым, ремесленным, ни в какой угол не вписывающимся, все швы вылезут наружу, а чаепитие обернется внеплановым визитом к стоматологу. Прочь сомнения! Брюзжать будете дома, а пока вы в Стамбуле, всем этим надо упиваться и наслаждаться. Стамбул – скатерть-самобранка. Еда – одно из главных городских развлечений, босфорское счастье. "Многочисленные", "всевозможные", "разнообразные" – эти прилагательные употребляют чаще всего, описывая стамбульский общепит, его кофейни, чайные, мейхане, наргиле-кафе и рестораны. Кстати, иные туристы в них так и не заглядывают, поскольку здесь без опаски можно заправить себя уличным фаст-фудом: хоть шаурмой (в Стамбуле она называется денёр), хоть куском багета с жареной макрелью, хоть апельсиновым или гранатовым фрешем и пакетиком миндаля и фисташек. А чем плохо перекусить бёреком (слоеный пирожок) или кокоречем (лепешка с рублеными бараньими потрохами), чтобы весело двигаться дальше! Хотите, осчастливьте своими монетами продавца каштанов – его легко приметить издали благодаря полосатой крыше над тележкой. Здесь без всякого ресторанного гида можно зайти в приглянувшееся место (скорее всего вас в него затянут, зазовут, увлекут) – лучше, конечно, если место будет "с видом" – и поесть основательно. Выберите ли вы лахмаджун, это турецкий брат итальянской пиццы, долму, тефтели, закажете ли суп из языка, мусаку с кабачками или фаршированных кальмаров, все равно начнется трапеза с возбуждающих глаза и аппетит закусок-мезе, с непременных оливок, солений и маринадов, сыра и анчоусов. А захотите отведать многосложную кухню времен Османской империи, отправляйтесь в исторические рестораны – с бархатом, изразцами, террасами, с блюдами, впечатляющими уже своими названиями – "Султану понравилось", "Дамские бедрышки", "Губки красавицы", "Имам лишился чувств". И ничего, если за пышностью слов скрывается баранина с баклажанами, бараньи котлетки или опять же баклажаны, фаршированные смесью из чеснока, зелени и помидоров. Все будет приготовлено с чувством и… с превосходным оливковым маслом, без которого нельзя вообразить турецкую кухню. Не удивляйтесь, что после считанных дней стамбульских пиршеств ваш автор напишет: "Что привезу? Мне стыдно, но – живот: / жрал требуху, барашка и рыбешек, / и к сладостям тянулся, как ребенок: / "Халва, халва!" И дрых себе, как кот". Что привезу?.. Везти надо энергию Стамбула, жадно впитав ее в себя. Вот главный трофей. В конце концов, выпив литр чая и по третьему кругу рассказав всю свою жизнь, вы обязательно сойдетесь в цене. И этот город, купающийся в солнце, станет вашим. И поплывет по волнам вашей памяти. Безразмерный, романтичный, богатый для глаз. Ласкающий слух именами своих районов: Бейоглу, Уксюдар, Каракёй, Султанахмет… Волнующий и возбуждающий. Умиляющий и утомляющий простотой нравов. Подавляющий величием (пусть и былым). Предсказуемый и невероятный. Сияющий. Город на все времена. "Пусть каждый твой торгующий старьем / подвал спасется от житейской бури. / Вздохну, прощаясь: "Если мы умрем, / то это будет явно не в Стамбуле!.." Источник: http://www.gastromag.ru |
Серия сообщений "моя любимая Турция":
Часть 1 - Турецкие пословицы и поговорки
Часть 2 - Я в глазах твоих утону...
...
Часть 10 - ЧТОБ НЕ СГЛАЗИЛИ: НАЗАРКЁЙ - РОДИНА АМУЛЕТОВ “НАЗАР БОНДЖУК”
Часть 11 - ТУРЕЦКИЕ НАРОДНЫЕ ПРИМЕТЫ И ПОВЕРЬЯ
Часть 12 - Сверкающий трофей
Часть 13 - Что стоит пробовать в Турции
Часть 14 - Восточный колорит по-турецки
...
Часть 24 - Пещеры Каппадокии
Часть 25 - Ах, этот прекрасный Стамбул
Часть 26 - Остров Бозджаада, Турция
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |