Нескучные Заметки-28: ДОМ ИНВАЛИДОВ |
ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! МАЙ - САМЫЙ РОСКОШНЫЙ МЕСЯЦ для посещения Парижа, осмотра всех его достопримечательностей, монументов и музеев - ведь недаром именно в мае празднуется Всемирный День Музеев (International Museum Day), - и что примечательно, - Всемирная Ночь Музеев: на моей памяти это единственный мировой праздник, который празднуется круглосуточно!:)) Примечательно также и то, что инициатива в учреждении Международного дня музеев исходила от российской (правда, тогда еще советской) стороны на проходившей в Москве 28 мая (!) 1977 года 12-ой генеральной ассамблее Международного Совета Музеев (ICOM), чья штаб-квартира располагается в здании ЮНЕСКО в Париже, как раз напротив Эйфелевой башни.:))
Во всем Париже, площадь которого (да-да, не удивляйтесь!) всего лишь 105,4 км², успешно разместилось целых 180 музеев и достопримечательностей. В некоторых из них мы уже побывали - не так давно в компании президентов Франции и России в Лувре (фр. Musée du Louvre) - действительно величайшем и богатейшем музее мира, - мы с вами открывали выставку русских икон, которой был дан старт взаимным общегосударственным мероприятиям ПЕРЕКРЁСТНОГО ГОДА. Стоит также сказать, что именно с Лувра около года тому назад был дан старт этим Нескучным Заметкам...
Постоянным читателям НЗ запомнилась также экскурсия в замечательный Музей истории Парижа, или как его запросто называют здесь, - музей Карнавале, (фр. Musée Carnavalet - ударение как всегда, на последний слог), я писал о нем в знаменитой НЗ о Бастильской тюрьме-крепости. По иронии судьбы, именно сейчас в музее Карнавале проходит выставка "Парижские Тюрьмы: 1851-2010", успейте попасть до 4 июля 2010 (на выставку, а не в тюрьму:).
Сегодня, дорогие друзья, в ознаменование Всеевропейской музейной ночи 2010, я открываю новую рубрику Нескучных Заметок, - Musées de Paris..., - в которой постараюсь не только рассказать вам о самых интересных и достойных визита парижских музеях, но так же и о самом интересном и важном (а порой - таинственном и даже секретном!), что в тех музеях, памятуя вчерашнее ограбление века, пока ещё можно увидеть. На сей раз, друзья мои, я приглашаю вас под золотистый купол Дома Инвалидов - мы отправляемся в только что открывшийся после капитальной реновации Парижский Музей Армии.
Нет-нет, друзья мои, - не волнуйтесь, мы продолжаем! Несомненно, отправиться в Музей Армии в приятной компании прославленного актера и в окружении почетного эскорта Республиканских гвардейцев - это высочайший chic и упускать такую возможность (о, как я понимаю Луи!), - было бы в высшей степени неосмотрительно..:)
Согласитесь, друзья - золотистый купол Дома Инвалидов является одной из самых заметных достопримечательностей Парижа, и он вполне вправе поспорить с самой Эйфелевой башней за почётное звание символа города, поскольку является таковым уже четвертую сотню лет, - в те далекие времена, когда никакой башни еще не было и в помине, этот узнаваемый купол с фонариком старались изобразить практически на всех картинах, подчеркивая тем самым парижскую тематику изображения.
Занимательная история Дома инвалидов началась хмурым осенним утром 24 ноября 1670 года, когда увядающая природа стремительно теряла яркие краски своего осеннего блеска. В воздухе стояла легкая грусть и что-то меланхоличное овладело утонченной натурой Короля Франции Луи XIV, (фр. Louis Quatorze), лишь чуть больше месяца назад отметившего свою тридцать вторую осень, когда он выводил волны своего автографа на Королевском Законе о строительстве гигантского и великолепного «Королевского Дома офицеров и солдат, ставших инвалидами и калеками на службе Его Величеству» (фр. «Hôtel Royal des officiers et soldats invalides et estropiez au service de Sa Majesté»), который обычно называют Домом инвалидов.
Надо сказать, что идея построить в Париже богадельню для увечных и состарившихся солдат была вовсе не нова, и впервые она возникла вовсе не у Короля-Солнца, а у его деда - основателя династии Бурбонов, чьи потомки живы во Франции и поныне, 29-го Короля Франции Анри IV (фр. Henri Quatre), чьё восклицание о том, что Париж стоит мессы, до сей поры живет в памяти народной. Через два года после того, как французская корона украсила чело доброго короля Анри (фр. le bon roi Henri), как прозвали его горожане, он в 1596 учреждает «Дом христианской благотворительности» (фр. «Maison de la Charité»), Сейчас это общество распространено по всей Европе, однако тогда для того, чтобы помочь всем несчастным, число которых ввиду частых войн все время увеличивалось, требовались воистину радикальные меры.
Как и для площади Согласия, просторное место для размещения Королевского Дома инвалидов подобрали на окраине Парижа, в тогдашнем пригороде Грёнель (фр. Grenelle), давшему свое название нынешней улице. Обширная прилегающая территория, - эспланада Инвалидов, - спланированная раскинувшаяся к северу до посольств Австрии и Финляндии, музея Орсэ (фр. Musée d'Orsay) и резиденции Министра иностранных дел (фр. Hôtel du ministre des Affaires étrangères), до настоящего времени сохранена в своем неизменном первоначальном виде, представляя собой крупнейший незастроенный земельный участок в самом центре Парижа.
Руководство работами как всегда, поручили Первому архитектору Короля (фр. Premier architecte du Roi), чью должность в ту пору занимал 35-летний Либераль Брюан (фр. Libéral Bruant), который к тому времени уже набил руку на строительстве общественно-полезных зданий, перестроив в 1660 году старый пороховой завод, служивший прежде казённым домом для парижских фей ночи, их умственно отсталых клиентов и несметных полчищ крыс, превратив его в знаменитую больницу Сальпетриер (фр. Hôpital Salpêtrière), накануне Революции ставшей крупнейшей больницей в мире, вмещавшей 10 000 пациентов. Больница та действует и поныне, являясь одной из крупнейших в Европе. Тут побывало много именитых пациентов, - многие вспомнят, что именно сюда в 1996 году после страшной автокатастрофы привезли принцессу Диану (анг. Lady Diana, Princess of Wales), где она и скончалась.
Планируя Дом инвалидов, Брюан рисует пять дворов, выделяя центральный двор, Королевский (фр. Cour Royale), как самый большой. Весной 1671 Брюан распоряжается начать строительные работы и заодно ...основывает (а по совместительству - и возглавляет!) Королевскую академию архитектуры (фр. Académie royale d'architecture). Стройка ведется довольно быстро, так что к февралю 1677 все было выстроено, но еще во время стройки, с октября 1674, первые пенсионеры заселяют готовые помещения. Брюану помогает его ученик, Жюль Ардуэн, внучатый племянник знаменитого французского архитектора Франсуа Мансара (фр. François Mansart), прославившегося подоблачными мансардами и …заоблачными ценами на свои услуги, ставшими не по карману даже Королю. После смерти знаменитого дяди в 1666 году, двадцатилетний Жюль для солидности добавляет его фамилию к своей - отныне он теперь Жюль Ардуэн-Мансар (фр. Jules Hardouin-Mansart).
Пока возводились стены Дома инвалидов, Брюан в 1675 году, вдохновившись чертежами Микеланджело для Собора Святого Петра в Риме, строит в Госпитале Сальпетриер больничную часовню Сен-Луи (фр. Chapelle Saint-Louis de la Salpêtrière), в доме № 47 на Бульвар-де-Лопиталь в Париже. Похожую часовню он планирует построить и в Доме инвалидов, возведя всё тот же мрачный восьмиугольный купол.
И хотя Брюан конечно же, строил для обездоленных калек, которым и такая часовня – всевеличайшее благо, он позволил себе позабыть, кто, - Кто (!) – ему платит... Величие правителя измеряется в декоре – эту нехитрую формулу хорошо усвоил 35-летний маркиз де Лавуа, величайший военнный министр в истории Франции (фр. Ministre français de la Guerre), имевший полезную привычку лично надзирать за всем: как за судьбой таинственнейшей Железной Маски, помещенной по его личному приказу в Бастилию, так и за подведомственным строительством.
После того, как опростоволосившегося Брюана немедля сняли с работы, Лавуа обращается к его помощнику - уже знакомому вам молодому архитектору Жюлю Ардуэну, которому поручается завершить стройку в нужном ключе, всего за одну ночь подготовив необходимый проект. Находчивый Жюль среди архивов своего дяди находит старые чертежи часовни Сен-Луи, планировавшейся в качестве фамильной усыпальницы Бурбонов, строительство которой было ранее отвергнуто из-за непомерной дороговизны. Однако Лавуа крепко помнит знаменитый девиз Короля-Солнца - Nec Pluribus Impar (Не Имея Равных), - и утверждает проект (см. рис. ниже).
Сравните оба купола, друзья мои – и у вас, как тогда у Короля-Солнца, не найдется возражений, чтобы согласится с выбором Лавуа и принять новый проект, несмотря на всю его баснословную стоимость. Взгляните на эту картину: куратор стройки, маркиз де Лавуа, указывая на воплощенные чертежи нового купола Дома инвалидов, которые держат аллегории Войны и Трудолюбия, словно говорит Королю, стоящему в центре: «Ну что я говорил, Ваше Величество – вот как надо строить!». Между Луи XIV и Лавуа скромно стоит Жюль Ардуэн-Мансар, построивший этот chef-d'oeuvre, сверкающий вдали на солнце. За спиной Короля - Главный военный инженер Вобан, рядом с которым – невеселый Жан-Батист Кольбер (фр. Jean-Baptiste Colbert), Генеральный контролёр финансов Франции, уже подсчитывающий, сколько ж вбухано. В вышине над всеми уже трубит в свои фанфары Слава!
На общем плане этой картины видна расположенная справа карикатурно сгорбленная фигура посрамленного архитектора Либераля Брюана, в изнеможении аж опершегося на тросточку. Крылатая аллегория Победы указывает ему на чертежи: "Учись, брат, как надо работать с клиентом!".
Однако отправленный в отставку Брюан тем временем ничуть не унывает: всем тем, рисовавшим на него карикатуры, он показал иные примеры, за двенадцать лет до своей кончины успев все-таки построить на сэкономленное на стройках золото роскошный особняк за высоким каменным забором в тихом и мирном месте - аристократическом квартале Марэ, в доме 1 по Жемчужной улице (фр. rue de la Perle), где и провел недурно остаток своих дней. Кстати, сейчас в том доме Музей засовов и ключей (Musée de la Serrurerie), - и если вы размышляете о том, как бы по-хитрому вам запереть гараж или сарайчик, - вам стоит туда заглянуть. Надежно спрятав с трудом заработанное, вспомните потом хитреца Брюана и эти Нескучные Заметки!
Несмотря на то, что строительство Купольной Церкви (фр. Église du Dôme) длилось почти тридцать лет, на отправлении инвалидами религиозных обрядов это никак не сказалось: основная церковь, прозванная солдатской, продолжала функционировать, отделенная от стройки драпировками: на гравюре вверху она в первозданном виде.
В канун Дня Рождения Короля, 28 августа 1706, на препышной церемонии открытия новой Парижской достопримечательности и вручения ключей Королю-Солнцу перед Домом инвалидов, как модно было писать в XVIII веке, был весь Париж!...
В честь такого преграндиознейшего по тем временам события, счастливый Луи XIV выпускает золотую медаль, которой отличают всех причастных к стройке. Обласканный славой 35-летний Жюль Ардуэн-Мансар в 1681 г. становится Премьер-архитектором Короля. К этому времени он построит Версаль (фр. Сhâteau de Versailles), площадь Луи Великого (фр. Place Louis le Grand), которая позже станет площадью Вандом (фр. Place Vendôme), и Королевский мост (фр. Pont du Roi), который позже станет Мостом Согласия (Pont de la Concorde) в Париже, соединяющим Бурбонский Дворец с появившейся позднее площадью Согласия, о которой вы уже читали.
Поскольку постройкой занимались два разных архитектора, это нашло свое отражение на возводимом объекте, как и в случае с уже знакомой вам церковью Сен-Сюльпис. Здесь здание получилось фактически двойное: в сохраненном нефе расположена т.н. солдатская церковь, а под новым куполом - церковь Короля. Лишь в 1873 году, после того, как под куполом упокоится прах Императора Наполеона I и проведенной в связи с этим капитальной реконструкции, обе церкви, обращенные друг к другу хорами, окончательно поделят надвое большой стеклянной перегородкой - до этого с той самой стройки церкви веками отделяли друг от друга лишь драпировки и ширмы: проход был сохранен. Примечательно, что эта церковь служит также резиденцией католического епископа армии Франции (фр. évêque catholique aux Armées).
В апреле 1717 Дом инвалидов посещает 45-летний русский царь Петр I, который запросто отобедает с пенсионерами, и будучи под впечатлением от забот Короля-Солнца, говорят, вскоре введет в Русской армии пенсионную систему. Вернувшись из Парижа не с пустыми руками, а как водится - с модными и красивыми обновками, он не утерпел довезти их до дома, и еще будучи в Голландии, поспешил сфотографироваться - заказав 32-летнему французу Жан-Марку Натье (фр. Jean-Marc Nattier) свой, возможно, самый красивый, и самый любимый портрет. Получившийся chef-d'oeuvre настолько понравился царю, что тот уговаривал Натье отправится с ним в Россию, но увы, царские аргументы художника почему-то не впечатлили.
Добравшись наконец, и с обновками, и с портретом, в Россию-матушку, спустя четыре года после того памятного eurotournée он к своему 50-летию, сильно сжалившись, благосклонно уступит горьким мольбам своих бояр принять-таки модный титул Отца Отечества, Императора Всероссийского, Петра Великого, - передав тем самым привет гостеприимному Луи XIV, что де-мол, и мы не хуже.
Удивленный таким «анегдотцем», Король-Солнце, nec pluribus impar, не подпишет признание Францией своего новопомазанного коллеги. Это сделает лишь его сын, Луи XV, почти четверть века спустя, - позже Франции, почти спустя полвека, признание подпишет лишь Польша.
Прошли годы... Череда пролетевших столетий не пощадила и Дом Инвалидов, - на фото вверху он в начале и в конце минувшего столетия. Как всё, что под Луной, с годами и он все больше утрачивал свой былой солнечный блеск, своим неприглядным видом словно напоминая унылый первоначальный проект Брюана - вернитесь в начало, досмотрите до конца тот вступительный ролик, обратив внимание на купол. Но накануне двухсотлетия Великой Французской (так и просится написать - социалистической!) революции добрый (социалист всё-же!), но тщеславный Миттеран щедро покроет 12-тью килограммами чистого золота взметнувшийся на 107-метровую высоту Купол, который хотя и ниже Собора Святого Петра в Риме, но на целых 5,5 метров выше Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге.
К трехсотлетию возведения Дома инвалидов во Франции вспомнят былой chic Короля-Солнца и выпустят монету, но уже не золотую, а серебряную, со странным номиналом ...1,5 евро, а в рамках программы глобальной реставрации Дома инвалидов под названием ATHENA буквально до бела отмоют фасад.
Уже к маю 2008 года хорошенько обновят и двери, обойдясь всего 230 граммами листового золота. Двери будут с нетерпением ждать этого события целый год, простояв просто окрашенными в синий цвет, - всю метаморфозу вы можете видеть на обобщенном фото ниже.
В нишах по обе стороны от тех прежде ничем не примечательных дверей, расположены две примечательные статуи, обратите на них внимание: слева – 9-й король Франции Людовик IX Святой (1226—1270), из династии Капетингов, на все века прославившийся хотя бы просто тем, что это именно он привез в Париж величайшую христианскую святыню - терновый венец Иисуса Христа, хранящийся теперь в Нотр-Даме, где не так давно побывали с частным визитом Высокие Гости из России; это в его честь названа эта церковь и это его инициалы SL (фр. Saint-Louis, Св. Луи) выбиты золотом на церковных дверях.
Справа – представитель династии Каролингов Карл Великий (лат. Carolus Magnus, фр. Charlemagne), - 1-й Император Запада и Король франков, его конная статуя также расположена возле Норт-Дам. Карл Великий знаменит хотя бы тем, что это его первого короновал сам Папа Римский, и именно той самой его короной 2 декабря 1804 в том же самом соборе Нотр-Дам, короновал себя Император Наполеон I (в присутствии Папы Римского Пия VII).
Вместе с Луи XIV, который был, как вы помните, из династии Бурбонов, все трое представляли три исторических королевских династии, правившие Францией. О династии Бурбонов напоминают также три королевские лилии на центральном фронтоне.
Обе статуи - работы известнейших французских скульпторов: Карла Великого изваял любимейший скульптор Луи XIV Антуан Куазево (фр. Antoine Coysevox), получивший титул Первого королевского скульптора в 20-летнем возрасте. Среди самых известных его работ — конные скульптуры «Меркурий» и «Слава», расположенные у входа в сад Тюильри на пл. Согласия.
Луи Святой - руки его племянника Николя Кусту, чей брат Гийом Кусту (фр. Guillaume Coustou) прославился Конями Марли, украшающими въезд на Елисейские поля.
Примечательно, что обе пары коней - Кусту и Куазево - расположены по обеим сторонам пл. Согласия, друг против друга - по тому же принципу, что и статуи тех же скульпторов, в нишах церкви Дома инвалидов. Над ними расположены четыре аллегории христианских добродетелей: Силы, Справедливости, Благоразумия и Умеренности, - все они руки Куазево.
Полюбуйтесь же еще раз на эти сияющие, как и прежде, в золотистых солнечных лучах золоченые двери Купольной церкви Дома инвалидов - они распахнутся перед нами во второй части - не пропустите! :))!
À suivre… / Продолжение следует...
ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ !!!
Читайте и комментируйте и другие НЕСКУЧНЫЕ ЗАМЕТКИ™ о МОЕМ ПАРИЖЕ:
Рубрики: | Кварталы ПАРИЖА... Музеи ПАРИЖА |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] 2 [Новые] |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] 2 [Новые] |