Мне снился удивительный сон, сложный и интересный, полный приключений и метаморфоз. Точно рассказать не получится, потому что скучно и путано это делать словами, но в общих чертах запишу. В очередной раз люди, к которым испытываю отвращение наяву, вызывали сострадание: мой подлый одноклеточный родственник затеял ремонт, а его обобрала рабочая мафия под управлением древней беззубой старушки. Мафия чинила и красила за космическую сумму. Я с кем-то из родни скрывалась в доме этого родственника и поначалу испугалась, что он зол на меня. Но потом пришла старушка и сверлила всех страшными глазами. Я предложила ей и ее бандитам чай и кофе, сетуя, что обед еще не готов. Потом отпросилась в магазин за продуктами и встретилась с красивым парнем-юристом, хотела у него проконсультироваться. Смутно помнила, что мы знакомы. Он меня узнал, схватил за руки и начал кружить, а все люди вокруг пришли в восторг. Он долго меня не отпускал, все смеялись. Подошел его отец в шляпе и пальто. Я веселилась и, продолжая висеть в руках юриста, сказала, что его папа человек более воспитанный, чем сынок. Но папа оставался невозмутим. Я была счастлива.
Потом я оказалась на поляне, держа в руках таз, заполненный белым говорящим пузырем. Он был моим близким другом и страшно обрадовался встрече. Даже попросил его поцеловать, что я и сделала. Поцелуй был очень смешным: пузырь приподнялся, выставил спрятанные ранее губы и напустил мне в рот мыльной пены. Спросил про мои дела, я рассказала про красивого юриста, но пожаловалась, что не помню его. Пузырь сказал, что я быстро забыла друга, и напомнил, что этот парень был пионервожатым, когда я работала старшим воспитателем в лагере (наяву, когда я там работала, такого парня точно не было). Во сне, обнимая пузыря, я подумала о том, что кто-то утверждает, будто во сне мы видим только знакомые лица, и обрадовалась, что и в реальности знакома с прекрасным и общительным юристом, так непосредственно выражающим эмоции.
Потом пузырь спросил что-то о моем муже, я сказала, что вдова. Он ошарашенно на меня посмотрел и заплакал, рассказал, что раньше наблюдал за мной со стороны, но был уверен, что у меня семья. Потом он предложил погостить в его мире. Я обрадовалась и... накрылась его тазом. Попала на яркую лужайку. Спиной ко мне стоял мужчина, и я поняла, что это и есть пузырь в своем мире. Я окликнула его, он повернулся. На нем был коричневый элегантный костюм, в тон ему рыжевато-каштановые волнистые волосы. Он был франт и красавчик. Я не могла налюбоваться, а он смотрел на меня оторопело и отступил. Я побежала ему навстречу с упреком: ну что ты, мол, пялишься, это же я, и если я выгляжу нелепо, могу рассказать тебе, как выглядишь в моем мире ты. Он оправился, и мы обнялись.
Он потащил меня на экскурсию. Я продиралась вверх по громадным деревьям, на разных уровнях которых располагались улицы города, бегала по проулкам. Один из них запомнился с очередной мыслью о том, что врут, что в подробностях может сниться только знакомое место, ибо я уверена, что не видела раньше этих улиц. На трехэтажном автобусе мы неслись сквозь трущобы, потом вышли. Я схватила с чьего-то стола металлический шарик, чтоб позже войти в него и таким образом вернуться в свою реальность. И пришла смска, разбудив меня словами "Добро пожаловать в Молдову". И я даже не психанула, ибо только внезапное пробуждение сделало возможным запись этого сна.