ОСОБНЯК-ЗАМОК МОРОЗОВЫХ НА СПИРИДОНОВКЕ |
Первые упоминания о доме по адресу Спиридоновка, 17 относятся к середине XVIII века. Тогда территория участка была обширнее и принадлежала тайному советнику Иллариону Воронцову. Главный дом располагался в глубине большого сада и представлял собой классическую городскую усадьбу конца XVIII — начала XIX века.
В 1812 году постройка и прилегающие территории сильно пострадали от московского пожара, и позднее их приобрёл поэт и государственный деятель Иван Дмитриев. В 1814 году он начал строительство нового дома и пригласил молодого архитектора Александра Витберга, который параллельно работал над проектом храма Христа Спасителя. Новая усадьба была возведена на каменном фундаменте и имела деревянные перекрытия, а главным украшением фасада стали два портика с шестью колоннами каждый. В период жизни в Москве Дмитриев часто принимал знакомых писателей, так у него гостили Александр Пушкин и Николай Гоголь.
В 1842 году усадьбу выкупил Николай Тимофеевич Аксаков, брат писателя и театрального критика Сергея Аксакова. Дом стал местом встреч культурных и общественных деятелей, здесь проходили собрания славянофилов. Постепенно хозяин распродавал неиспользуемые участки сада, а в 1893 году оставшуюся часть владений приобрела жена мецената и промышленника Саввы Морозова Зинаида Григорьевна
Семья Морозовых решила построить новый дом и в качестве архитектора пригласила молодого Фёдора Шехтеля. Он был знаком с Саввой Морозовым ранее и уже спроектировал для него деревянную дачу на реке Киржачe. Архитектор пользовался популярностью в купеческой среде, но заказ подобного масштаба исполнял впервые. Шехтель был отчислен с третьего курса Московского училища живописи, ваяния и зодчества за регулярные прогулы, поэтому не имел права возводить здания в черте города. Ему пришлось экстерном сдавать экзамены, чтобы подписывать чертежи собственным именем. Всего для проекта было выполнено более 600 чертежей, среди них не только инженерные планы, но и детали интерьера и наброски мебели.
Савва Морозов с детьми. 1905 год
Но даже после успешного окончания учёбы Шехтель не имел права самостоятельно возглавлять работы до января 1894 года, поэтому в качестве руководителя проекта числился Иван Кузнецов, который на тот момент служил его помощником. Строительство смогло начаться без промедлений уже осенью 1893 года — сразу после августовского одобрения плана здания городской управой. Архитектор хотел создать гармоничный образ усадьбы Зинаиды Морозовой, поэтому для декоративного оформления искал самобытного и талантливого художника. Им стал тогда ещё малоизвестный Михаил Врубель Вместе они проработали над усадьбой четыре года, и в 1898 году строительство было окончено
Портреты Зинаиды Григорьевны Морозовой - первый год замужества. Париж. Свадебное путешествие. 1888 год.По свидетельству современников, женщина очень умная, но своенравная, Зинаида Григорьевна любила роскошь и богатство. Савва ей ни в чем не отказывал и неоднократно получал замечания от окружения по поводу того, что у его супруги то шлейф длиннее, чем у царственных особ, то букет богаче...
Купив земельный участок на Спиридоновке у брата писателя Сергея Аксакова, Савва Морозов снес старое здание, выстроенное в стиле московского ампира. Дом был интересным, работы замечательного архитектора Витберга, и, к тому же, со своей историей: в свое время у одного из его первых владельцев, поэта и политика И. Дмитриева гостили Пушкин, Гоголь.
Мария Андреева
Однако преуспевающий купец и его супруга сочли здание излишне простым. На его месте Морозов решил возвести нечто изысканное, модное и в то же время царственное. Один из богатейших купцов России, которому довелось побывать в Англии и хорошо ознакомиться с ее архитектурой, был увлечен романтикой средневековых замков. Нечто подобное он захотел построить в Москве, для своей любимой жены Зинаиды Григорьевны.
Их брак на тот момент считался идеальным с точки зрения пылкости чувств, но возмутительным с точки зрения общественной морали. Савва Морозов положил глаз на 17-летнюю Зинаиду еще в тот момент, когда присутствовал не ее венчании с его же племянником Сергеем Викуловичем, владельцем мануфактуры в Никольском. Чувства оказались взаимными, и вскоре купец-магнат и молодая жена Сергея Морозова стали тайно встречаться. В итоге она приняла решение развестись и официально вышла замуж за возлюбленного, однако старообрядческая община не одобряла союза Саввы Морозова и молодой «разводки-бесприданницы».
Савва и Зинаида Морозовы прожили вместе почти два десятка лет.
Дом на Спиридоновке задумывался для нее. Но кому можно было доверить столь важный проект? Конечно же, 33-летнему архитектору Федору Шехтелю. В то время он был уже известным зодчим, выстроившим немало зданий для богатого купечества, да и самому Морозову спроектировал прекрасный загородный дом. Серьезный заказ Саввы Тимофеевича (кстати, до того момента все проекты Шехтеля были скромнее) вызвал у амбициозного архитектора огромный интерес.
Федор Шехтель
Федор Шехтель сразу же предложил хозяевам три проекта, разработанные в разных стилях – ренессанса, рококо и английской неоготики. Морозов, конечно же, выбрал столь близкую ему неоготику, и Шехтель создал невероятно красивый дом-замок, привнеся в него также легкий романтизм и одухотворенность модерна.
При проектировании особняка архитектор впервые применил характерный для его последующего творчества приём намеренного укрупнения отдельных декоративных деталей и увеличению высоты помещений, чем достигалась монументальность постройки. Шехтель первым из архитекторов привлёк к оформлению интерьеров начинающего художника М.А. Врубеля, который оформил малую готическую гостиную особняка тремя панно «Утро», «Полдень» и «Вечер», выполнил скульптуру «Роберт и Бертрам» для парадной лестницы и сделал рисунок витража с изображением рыцаря на коне.
Новаторские приёмы, применённые зодчим при проектировании особняка Морозовой, позволяют некоторым искусствоведам и исследователям архитектуры прямо называть эту постройку Шехтеля шедевром и одним из лучших образцов городских усадеб.
Особняк было решено расположить на небольшом расстоянии от так называемой красной линии и соединить его подземным переходом с дополнительным зданием, в котором располагались подсобные помещения, в том числе электростанция, прачечная и ледник. Все работы контролировала сама Зинаида, и часто те или иные архитектурные решения создавались при ее непосредственном участии.
Для Федора Шехтеля этот проект стал судьбоносным.
Дом Саввы Морозова получился одновременно и романтическим, и величественным, и по тем временам современным. Башнеобразные корпуса, арки шикарного крыльца, зубцы, резные своды и фантастические персонажи на фасаде – все это отсылает нас ко временам средневековых рыцарей. Здесь нет строгой симметрии, что делает здание еще более необычным и загадочным.
И все же внешне здание выглядит несколько скромно в сравнении с некоторыми эпатажными купеческими особняками тех лет (вспомнить хотя бы дом Арсения Морозва работы архитектора Мазырина), но скромность эта воспринимается как высокий вкус и чувство меры.
От этого изысканного особняка невозможно отвести взгляд.
И, к тому же, парадные интерьеры особняка с лихвой возмещают ощущение строгости, которое может ошибочно возникнуть при взгляде на это очень интересное здание. Они невероятно шикарны и оригинальны.
В парадном холле - на стенах ткань с рыцарской символикой и деревянные резные панели.
Торшеры в виде рыцарей - немецкие, конца XVIII века.
Деревянная парадная лестница особняка Морозовых украшена сразу двумя шедеврами русского модерна - скульптурной группой “Роберт и Бертрам” работы Михаила Врубеля и витражом “Рыцарь”, сделанным по его же эскизам. Во время пожара 1995 года витраж сильно пострадал - разбился и оплавился. Восстанавливали его по специальному заказу в Лондоне.
Бывшая гостевая комната Саввы Морозова. Вся мебель и гобелены антикварные, XVIII и XIX веков. На стенах - панно Константина Богаевского, которыми украсил особняк Рябушинский. Они пострадали во время пожара и были восстановлены.
Старинная мебель словно создана для королевских особ. Интересно, что почти вся она, а также деревянная отделка были изготовлены на мебельной фабрике родственника Зинаиды Григорьевны, П.А. Шмидта.
Большой мраморный зал по декору отличается от остальных помещений - в нем нет ничего готического, его интерьер отдает дань классицизму старых русских усадеб. В этом зале сейчас проходят торжественные заседания с участием глав государств - в частности, переговоры “большой восьмерки”
В этом доме было и есть чему удивиться и восхититься.
Что касается «готического особняка Маргариты». Некоторые исследователи считают, что этот шехтелевский особняк и есть тот самый дом, доказывая это по ряду косвенных признаков и выстраивая множественные аналитические заключения вроде того, откуда и куда «светила луна» в тот памятный вечер начала полета Маргариты на Бал.
«…Маргарита Николаевна со своим мужем вдвоем занимали весь верх прекрасного особняка в саду в одном из переулков близ Арбата…». Особняк несомненно прекрасен, но Спиридоновка явно не тянет на переулок, а Арбат не так уж и близко.
«…Липы и акации разрисовали землю в саду сложным узором пятен. Трехстворчатое окно в фонаре, открытое, но задернутое шторой, светилось бешеным электрическим светом…». Сад при особняке присутствует, причем довольно приличный. В левой части фасада находится ризалит, но никак не башенка за́мка в виде фонаря. Трехстворчатое окно в ризалите явно присутствует.
«…Стукнула калитка…». Ворота особняка ну ни как ассоциируются с калиткой. Да и вообще, слишком шикарный это особняк для того, чтобы весь его этаж занимал один инженер, хоть и известный и уважаемый в нужных кругах.
Но я, лично, не сомневаюсь, что именно этот особняк вдохновлял Михаила Булгакова, чтобы представить в нем королеву Марго. Как раз то самое место для Королевы Бала сами знаете у Кого! Так, что пусть этот готический особняк Маргариты им и остается. Не столь важно, что он не соответствует по ряду необходимых признаков. А важно то, что он символизирует собой реально живущие Легенды Старой Москвы, без которых и жизнь в нашем городе была бы скучной и не интресной.
По дому можно часами ходить как по музею
Убранство внутренних интерьеров (или, говоря современным языком, дизайн) Савва Морозов заказал Михаилу Врубелю. Талантливый художник стал, например, автором эскиза витража торцевой стены «Встреча рыцаря-победителя», расположенной в начале лестницы скульптурной композиции, навеянной сюжетом оперы Мейербера «Роберт-Дьявол», и трех панно, украсивших одну из гостиных (ее использовали как курительную комнату). В создании эскизов и чертежей принимал участие и сам Шехтель – например, он придумал необычные люстры и некоторую мебель.
Оригинальный витраж
Каминнный зал. Все камины в Доме приемов действующие - этот резной гигант из песчаника не исключение.
В особняке невероятно много интересных элементов декора
Люстра-шедевр
В доме есть залы, оформленные не только в готическом стиле, но и в духе ренессанса, ампира и рококо. И, конечно же, отдельного внимания заслуживает парадная лестница, перила которой обвиты загадочными змеями и мистическими существами.
Особняк был построен в конце 1890-х годов, и этот проект стал для Шехтеля знаковым – он принес ему славу и позволил на вырученные (естественно, немалые) деньги выстроить себе небольшой дом в Ермолаевском переулке.
Дом архитектора Федора Шехтеля.
Увы, уже через год после новоселья над семейной идиллией четы Морозовых сгустились тучи. Став пайщиком и по сути одним из основателей Московского художественного театра и духовно отдалившись от жены по причине разных интересов, Савва Тимофеевич увлекся актрисой Марией Андреевой (будущей гражданской женой Горького). И хотя через некоторое время он вернулся к жене, его жизнь покатилась под откос, психологическое состояние стало ухудшаться и, как известно, закончилось все тем, что в один из майских дней 1905 года Морозов был обнаружен супругой мертвым в каннском отеле.
Морозов и Андреева.
После потери мужа Зинаида Григорьевна не смогла жить в этом доме, который некогда так любила и который был выстроен специально для нее и исходя из ее вкусов. Выйдя повторно замуж, в 1909-м вдова с облегчением продала особняк-замок богатому меценату Михаилу Рябушинскому. Свое решение она объясняла тем, что в доме ей все напоминает о муже, а по ночам ей мерещится, что в его кабинете кто-то ходит, покашливает и шуршит бумагами, будто бы дух погибшего супруга не хочет оставлять это место.
Находиться в некогда любимом доме стало для нее невыносимо. Особенно по ночам.
Вскоре после событий 1917 года в национализированном доме-замке новые власти устроили интернат для беспризорных детей-сирот. В 1929 году здание передали Наркомату иностранных дел. С 1938-го и вплоть до настоящего времени этот особняк официально считается Домом приемов МИД.
Министр иностранных дел Сергей Лавров в Доме примеов во время презентации Тульской области, организованной для Дипломатов зарубежных стран.
В 1995 году дом на Спиридоновке пережил серьезный пожар, но был очень быстро восстановлен – видимо, сыграл свою роль высокий статус здания. Уже в 1996-м в его стенах проводили встречу Большой Восьмерки. На данный момент особняк находится в идеальном состоянии, однако посмотреть на него можно только снаружи: пройти внутрь у простых смертных возможности нет.
Один из залов купца Саввы Морозова в XXI веке выглядит так.
Источники:
Портал "ADархитектура". Дом приемов МИД на Спиридоновке. Текст: Евгения Микулина. Фото: Фриц Фон Дер Шуленбург.
Архитектурные планы: Латур А.“Москва 1890-2000. Путеводитель по современной архитектуре”. 2-е издание., М.: Издательство “Искусство-XXI век”, 2009 г.
Портал «Савва Морозов - русский предприниматель и меценат 19 века». savva-morozov.ru.
Портал «Совершенно Секретно». Тайна самоубийства в Каннах. Сергей Нечаев. 25 Июня 2014 г.
Особняк Зинаиды Морозовой. Блог Виктора Сутормина "Путебродитель".
Рубрики: | ПУТЕШЕСТВИЯ/РОССИЯ |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |