Простая идея и что из нее получается |
Я долго думала, прежде чем все-таки решиться выставить здесь результаты нашего с Airin совместного творчества, но пришла к выводу, что расширение читательского контингента нам не помешает )) Поэтому представляю на ваш суд первую главу очередного проекта. Если понравится, выложу еще))
Идея истории родилась из просмотра одного сюжета в "Галилео" о том, как по волосу можно определить личность человека, и серии мультсериала "Винкс".
Хочу сразу предупредить: текст сырой, беченьем занимаемся пока поверхностным, по мере написания. Полная обработка будет произведена по завершении работы над проектом.
Рабочее название: Мальчики с запиской, или Мальчики-феи
Авторы: Mirranu aka Airinora_Ribbon aka Ritsuka и Airin_aka_Riannon aka Soubi
Бета: мы же)
Жанр: ну что еще мы можем написать? ;)
Рейтинг: я думаю, что не выше PG-13. Мы подумаем над этим.
Глава 1.
"Многие люди боятся смерти. На самом деле умирать не страшно. Страшнее та неизвестность, которая ожидает каждого за порогом жизни. Кто-то попадает в ад, кто-то - в рай... Но на самом деле существует еще одно место, попасть в которое мне довелось совсем не по своей воле..."
отрывок из дневника Фридриха.
I.
- Опять что-то чиркаешь в своей тетрадке? - веселый бодрый голос прозвучал слишком неожиданно, и светловолосый юноша, недовольно покосившись на неаккуратную, съехавшую со строчки букву, поднял глаза на улыбающуюся физиономию, нависшую над ним, заслоняя собой слепящий солнечный свет.
- Привычка. Помогает упорядочить мысли. Иногда полезно, - обычные слова, сказанные обычным тоном, но с такой отстраненностью, что улыбка медленно исчезает с лица, и Брин разачарованно вздыхает, отступая на шаг от этого нелюдимого парня, признавая, что попытки разговорить его - абсурдное дело. Сколько времени уже прошло с тех пор, как он оказался здесь, в стенах Академии, а всё так же делает вид, будто ему всё равно, что происходит вокруг него, и что-то постоянно пишет в простой тетради с темной кожаной обложкой. Вокруг него словно стоит стена, за которую невозможно пробиться, сколько ни старайся. Что он вообще здесь делает, если по всему видно, что то, чему последние несколько месяцев учили их небольшую разношерстую группу, ему совершенно неинтересно?
- Я, собственно, зачем пришел... - рука Фридриха замерла на полпути к тетрадке, успевший опуститься взгляд вернулся к Брину, - Все уже собираются. Пора идти на распределение. Я подумал, что надо бы и тебе сказать, а то ты сидишь здесь все время, пишешь постоянно, а нужно, чтобы были все...
Ровный короткий кивок, после чего Фридрих встатет, с безэмоциональным "Спасибо" захлопывает тетрадь и, обогнув Фельмаера, быстрым шагом идет к украшенным резными изображениями цветов дверям гостиной.
Брин стоял и смотрел ему в спину, пока он не вышел, а затем, спохватившись, бегом бросился следом, притормозив на выходе, чтобы выключить свет.
* * *
В коридоре было шумно. Студенты, столпившись у аудитории, галдели, перебегали с места на место, непрерывно курсируя по коридору, многие надолго задерживались у листка, вывешенного у окна напротив. Всё происходящее вызывало у Фридриха стойкие ассоциации с Вавилонским столпотворением, причем это сравнение не было лишено оснований: в гомонящей толпе, представшей взору немца, наблюдались и знакомые ему европейцы, азиаты, была даже парочка странных людей с кожей цвета эбенового дерева и несколько, имевших признаки двух рас, которые не поддавались идентификации.
От царившей суеты и оживления голова Фридриха начинала нещадно болеть. Мимо, чуть задев плечом, прошмыгнул запыхавшийся от быстрого бега Брин и сразу начал пробиваться к листку, на котором, судя по обрывкам фраз, с трудом разобранных в коридорной какафонии, был обозначен список партнеров, которые по правилам школы формировались из лучших студентов двух отделений, как положено: один из класса regenito, другой из класса feiri; один - перерожденный, прошедший испытание смертью, другой - волшебное существо, плоть от плоти этого необычного мира. И никак иначе.
Признаться честно, Фридриху было совершенно безразлично, кого назначили в пару ему. Всё равно это будет кто-то из взбалмошных местных, не способных и часа усидеть на одном месте спокойно. А эти еще и лучшие из лучших, обладающие так ценимой здесь силой магии, самые многообещающие, поэтому вопрос, будут ли они адекватнее, чем обычные представители волшебного народца, мельком встреченные за время курса обучения, просто отметался как бессмысленный. Но, к сожалению, есть такое слово "надо". Знать имя будущего напарника обязательно, хочешь ты этого или нет. Дождавшись, когда столпотворение у списка несколько схлынуло, Фридрих просочился к окну и задрал голову, ища среди прочих свою фамилию. Он успел увидеть только удивительно англо-германское имя "Эйден", когда двери аудитории распахнулись, впуская в себя перевозбужденных долгим ожиданием студентов, и ему пришлось последовать за ними. Оставалось надеяться, что его напарник не дурак и успел полюбопытствовать на предмет имени своей "второй половинки", как любили шутить между собой еще не распределенные регениты.
Припоминая по пути примерную внешность Эйдена, Фридрих вошел в просторное помещение, на треть занятое рядами из парт, и выискивая свободное место, внезапно уловил раздающиеся у него за спиной странные шепотки. Они отличались от тех, которые сопровождали его еще в самом начале, когда он узрел величественные стены Академии и начал обучение.
- Неужели?... Не может быть.
- Да говорю вам, так и было написано!
- Его и его?! Разве они подходят?
- Спроси об этом у профессора!
- Он сильный, но мне кажется, что...
- Тихо! Профессор! Шухер!
Пусть болтают, он к этому уже привык. Не стоит впустую тратить нервы на такую ерунду.
Пустая парта обнаружилась ближе к центру отведенной для студентов зоны. Фридрих сел и положил подбородок на сложенные кисти рук как раз в тот момент, когда профессор Кантор взошел на кафедру, устремив свой цепкий взгляд на притихших студентов.
II.
Эйден вбежал в аудиторию одним из последних, заработав неодобрительный взгляд профессора. Мельком кивнув однокурсникам, быстро осмотрел учеников, отыскивая взглядом своего будущего партнера.
"Фридрих фон Нибель, шестнадцать с половиной лет, лучший студент из отделения regenito. Место и время смерти - Германия, XVII век. Способности вызывателя высокие, как и магический потенциал. Я слышал о нем... и от учеников, и от преподавателей, - Эйден улыбнулся, найдя нужного ему человека, и стал пробираться к парте. - И мнение регенитов меня смущает. Но, надеюсь, всё будет хорошо..."
Парень шумно выдохнул, с размаху кидая сумку на столешницу:
- Уффф!... Ну еле успел... Привет! - он весело посмотрел на русоволосую макушку своего будущего напарника. - Ты ведь Фридрих, да? Я Эйден! Приятно познакомиться!
Быстрый взгляд серо-голубых глаз, длившийся всего пару секунд. Немец оглядел его с ног до головы, коротко кивнул, пряча лицо за длинными прядями, и полностью переключился на восприятие Кантора, сжав кончиками пальцев угол тетради, лежавшей перед ним на парте. Эйден готов был поклясться, что он пробормотал несколько слов на немецком, и тон его голоса восторженным не был.
"Тааак... - юный фэйри склонил голову набок, рассматривая парня. - Обо мне что, ходят настолько ужасные слухи?" Он сел за парту, слушая Кантора и изредка поглядывая на своего соседа. тот казался ему каким-то напряженным, но Эйден решил дождаться окончания лекции, чтобы начать "налаживать отношения".
- ... с этого дня. Раз в неделю у каждой пары будут беседы с личным преподавателем. Общие занятия будут проходить в группах по семь пар. Расписание и списки групп можете забрать на своих кафедрах. Эйден, Анна, на вашей совести. Остальные - всё спрашивайте у старост, - Эйден фыркнул, надул губы, но кивнул. Быть старостой - такая морока!
Едва голос профессора смолк, регениты как один повернулись к своим партнерам с явной целью установить контакты. Кто-то даже встал со своих мест, договариваясь о месте встречи, игнорируя пытавшего призвать их к порядку Кантора, и тому в конце концов пришлось махнуть на них рукой.
Фридрих, расценив ситуацию как окончание распределения, поднялся с места, сунул тетрадь под мышку и, огибая попадающихся ему по дороге одногруппников и фэйри, направился к дверям. На Эйдена он даже не оглянулся.
Тот недоуменно посмотрел вслед парню, а потом, подхватив сумку, побежал догонять его.
- Фридрих! Эй, Фридрих! Постой! - обогнув партнера, он развернулся к нему лицом.
Немец успел затормозить, едва не столкнувшись с Эйденом носами, отступил назад, прижимая тетрадь к груди, словно какую-то защиту.
- Да, в чем дело? - настороженно поинтересовался он, с недоверием глядя на фэйри.
Эйден неопределенно повел плечом:
- Ну... мы же всё-таки работать будем вместе с этого дня! Может, сходим куда-нибудь в город, посидим... - затем, вспомнив о том, что Фридриха никогда не видели вне стен Академии, он быстро исправился, - ... ну или у меня в комнате, пока еще можно, чайку попьем... Должны же мы узнать друг друга!
- Нет, - невооруженным глазом было видно, что сейчас Фридрих был бы рад чему угодно, кроме этой перспективы. Шагнув в сторону, он продолжил путь, - У меня есть другие дела.
- Но... - Эйден обескуражено посмотрел вслед удаляющемуся парню. - Вот и познакомились... - пробормотал он.
III.
Скорее всего это было бесполезно, но Фридриху отчаянно хотелось обратиться с молитвой к Деве Марии. В Академии, насколько он знал, встречалось всякое, порой даже такое, что он и вообразить не мог, но эта... этот... это существо... Что это такое было? Кто это был? У него вообще пол есть?! Внешний вид фэйри мог вводить в заблуждение, но Фридриху никогда не приходило в голову, что настолько. Пышная шевелюра оттенка красного дерева, какие-то косички у обоих висков, нелепое одеяние из рубашки с короткими рукавами и облегающих ноги бриджей, больше похожее на нижнее белье... Голос вроде бы мужской, но Фридрих уже успел убедиться, что не всегда то, чем оно казалось, на деле соответсвовало действительности.
Среди студентов об Эйдене ходило множество разных слухов. В основном их распротраняли регениты. По ним, в среде перерожденных мнения о половой принадлежности теперешнего партнера Фридриха разделялись поровну. Определить, мальчик он или девочка, не мог никто. Узнать наверняка возможности тоже пока никому не предоставлялось... Поправочка - никому, кроме самого Фридриха. С сегодняшнего дня. Осознание сего, несомненнно, важного факта оглушило его на пороге собственной комнаты. Этого еще не хватало...
Дернув дверную ручку, он влетел в помещение, заперся и в замешательстве прислонился к стене, ощутимо приложившись о нее затылком.
- Куда же я всё-таки попал... - закрыв лицо руками и уронив тетрадку на пол, Фридрих сполз вслед за ней, не переставая мысленно спрашивать себя, почему он согласился вместо обещанного церкорвью Рая отправиться сюда. если глубже покопаться в памяти, он вообще не помнил этого момента. Мгновение до смерти, несколько секунд темноты - и он уже стоял на каменных плитах двора, а высоко над головой возвышался шпиль главного здания академического корпуса. И никого вокруг. С неба нещадно хлестал дождь, всё видимое пространство было погружено в сумеречную темноту, было очень холодно и кружилась голова. Он успел сделать несколько шагов, прежде чем колени подогнулись сами собой, и мокрая каменная плита резко приблизилась к лицу. Кто-то подхватил его и понес через темные коридоры, к громким и раздражающим голосам. Дальше воспоминания прерывались и продолжались уже в лазарете, на мягких перинах кровати и в ярком солнечном свете, льющемся через распахнутое настежь окно вместе с пением птиц и запахом цветущего жасмина. Тогда ему и сообщили, что место, где он находится, называется Академией - просто, без всяких дополнений, и он теперь будет здесь учиться. Раз - и всё уже решено. Без него.
Стук в дверь выдернул Фридриха из туманных размышлений. Подняться, встряхнуть головой, придать лицу соответствующее выражение и открыть.
На коврике за порогом обнаружился конверт. Оглядев коридор, немец заметил такие же и у дверей других комнат. Он поднял его, вернулся обратно и вскрыл. На ладонь выпал сложенный пополам лист непривычной, белой и гладкой бумаги. На нем черными печатными буквами значилось следующее:
"Господин фон Нибель, в связи с состоявшимся распределением вам надлежит в срок, равный двум дням, освободить комнату, занимаемую вами в данный момент, и переехать в новую, расположенную во втором корпусе общежития. дальнейшая информация будет в скором времени вывешена в гостиной.
С уважением, ректорат Академии".
- Что? - Фридрих смотрел на письмо и недоумевал, зачем он должен из-за распределениея съезжать из комнаты так внезапно, - Что вообще происходит такое?
* * *
Информация, по обыкновению, появлялась на большом черном экране, занимавшем одну из стен в гостиной между диванами. Сейчас около него, как до этого у аудитории, наблюдалась толпа. Стояли молча и напряженно всматривались в мелькающие зеленые строчки. С появлением Фридриха молчание стало угнетающим. Когда он приблизился к экрану, регениты расступились, пропуская его, как раз вовремя, чтобы увидеть выскочивший на всю высоту черной поверхности список. Внимание всех присутствующих переключилось на него.
- Смотрите, в 304... - раздался рядом чей-то громкий шепот. Фридрих метнулся взглядом к указанной цифре и прочел рядом ис ней свою фамилию.
- Фридрих, слушай... - кто-то тронул его за плечо, - Мы с тобой не общались за время учебы, но не мог бы ты... Тебе же проще теперь... Будь другом, узнай, какого пола твой Эйден, а?
Остальные регениты согласно закивали. Этого следовало ожидать. Нашли козла отпущения...
- Меня это не интересует, - проигнорировав разачарованные вздохи, ответил Фридрих, поворачиваясь спиной и к экрану, и к бывшим одногруппникам.
- Да побудь ты хоть раз человеком! Тебя же просто по-дружески просят! - не выдержал парень ярко выраженной восточной наружности, скорее всего, араб.
- Если вы так уж хотите знать, то спросите "моего" Эйдена сами. Я не собираюсь заниматься не имеющими никакого ко мне отношения делами, - бросив мрачный взгляд на побледневшего араба, Фридрих покинул гостиную, чувтсвуя, как тот прожигает в его спине дыру.
VI.
Эйден вернулся в общежитие только под вечер. Рассеянно поздоровался с друзьями, клятвенно побещал вывесить все данные по нвому этапу обучения в гостиной следующим же утром и, пройдя в собственную комнату, с облегяением запер дверь на замок.
- Что за день такой... Распределение... И этот еще... Фон Нибель!... - фэйри медленно подошел к зеркалу, разглядывая себя в сумрачном освещении закатного солнца, пробивающегося сквозь задернутые плотные шторы. Густая грива вьющихся крупными блестящими локонами ало-каштановых волос длиной до поясницы за спиной, в две тоненькие косички вплетены бусины и ленты, огромные красно-карие глаза чуть потемнели от усталости. Он сделал еще несколько шагов вперед, подходя к серебристой глади вплотную. Накрутил на палец длинную прядку, едва слышно фыркнул, скривив изящные пухлые губы.
"Главная интрига курса - какого пола староста группы feiri!" - провозгласил он про себя. Для представителей волшебного народца, которые являлись коренными жителями этого мира, данный вопрос принципиальным не был. Ну, разве что в плане размножения. Некоторые фэйри вообще не считали нужным относить себя к какому-либо полу. Благо, физиология позволяла. Сам Эйден себя, конечно же, идентифицировал. Как существо, которое люди относят к "мальчикам". Но остальным-то об этом знать совершенно необязательно! Юный фэйри озорно улыбнулся своему отражению. Пусть болтают, что хотят, сплетничают, спорят... Главное, что в душу не лезут.
Вот только... Эйден с досадой закусил губу, смотря себе в глаза. Не это ли отпугивает его нового напарника? Фридрих фон Нибель...
"И за что мне такое счастье?..." - задал он мысленно сам себе риторический вопрос. Несомненно, лучших из feiri всегда совмещали с лучшими из regenito, но сейчас ситуация сложилась непростая. Его напарник был очень сложным в общении, никому из регенитов так и не удалось сойтись с ним, как будто недели реабилитации и социально-психологической адаптации ничем ему не помогли. Эйден почувствовал глухой приступ раздражения:
"Ну нельзя же так! Нам работать одной командой, в самых различных временах и мирах, а если ничего не изменится... Не знаю - не знаю... Придется постараться, так всё оставлять нельзя".
Несмотря на то, что, по слухам и разговорам регенитов, Фридрих и близко не приближался ни к кому из фэйри, Эйден надеялся на то, что еще сможет подружиться с этим странным, очень замкнутым и молчаливым парнем. Да, он тоже фэйри, причем довольно эксцентричной наружности... Да, первое знакомство прошло отнюдь не на "ура". Да, Фридрих никогда никого не подпускает к себе близко. Но... всё когда-нибудь случается впервые, не так ли?
* * *
Утром Эйден проснулся рано, несмотря на то, что был первый из двух выходных дней, который перерожденные называли "суббота".
Дело в том, что фэйри реально оценивал объем вещей, принадлежавший ему, и понимал, что если он хочет закончить новоселье хотя бы к ночи воскресенья, то собираться надо прямо сейчас.
В отличие от многих других студентов, - и фэйри, и регенитов,- Эйден обставлял - благо материальное положение позволяло - свою комнату так, будто он собирается оставаться здесь жить. Он ненавидел, когда жилище не излучало озузения тепла и уюта и походило на гостиничный номер или снятую на пару недель квартиру. Фэйри хотелось возвращаться домой, и если у него этого дома нет, то он построит его себе сам.
Поэтому понятно, что, когда все вещи, включая хрустальные вазы, чайный сервиз, фарфоровые статуэтки, огромную гору книг, красивые, но бесполезнве безделушки и тому подобное было упаковано в картонные коробки, перед Эйденом встала новая задача - как перетащить это в другой корпус. А ведь еще остаются им самим купленные стеллажи, секретер, стол, стулья и кровать ищ красного дерева... И цветы на подоконнике. Юный фэйри вздохнул. Ну да. Профессия у тебя такая - вызыватель, заклинатель духов. Вот и... вызывай. Проси.
Домовой - существо привередливое, хоть и очень полезное. Он не будет жить там, где нет "дома" в его понимании - понимании одновременно хозяина и слуги. Поэтому в студенческих общежитиях он не селится по принципу. Не появится, сколько не зови. Только... одна поправочка. Не появлялся раньше. До переезда сюда Эйдена.
Эйден закрыл глаза и в молитвенном жесте сложил руки на груди. Не то чтобы это было обязательнвм... просто помогало ему сосредоточиться и сконцентрировать внутреннюю энергию внутри себя.
- По праву сильного... - прошептал он. С такими существами, как домовые духи, - слабейшими, - формулировку призыва можно было даже не проговаривать вслух ограничиваясь властным магическим импульсом приказа. Но юный фэйри предпочитал не оскорблять чужого самолюбия и не пользоваться силой там, где был другой путь. - Я призываю тебя и прошу о помощи... Норрен! - назвав имя, он склонил голову, ожидая появления духа. Через мгновение под ногами что-то зашуршало, и тихий, но с явными нотками недовольства и скуки голос произнес:
- Звали, господин Эйден?
- Норрен, - Эйден открыл глаза и улыбнулся. Домовой представлял из себя невысокого - макушкой он доставал своему хозяину до икр - человечка с вечно взлохмаченной светлой шевелюрой, огромными ярко-голубыми глазами, заостренными кверху - как и у всех фэйри - ушами и бледной, розоватой кожей. Стройного и хрупкого телосложения, одетый в короткую шелковую тунику с кушаком, он был вылитой копией цветочных фей из людских легенд. Для полноты образа не хватало только крылышек. Впрочем, они и были, тонкие, прозрачные, с бирюзовым отливом, - как у стрекоз, только побольше, - но Норрен предпочитал их прятать. - Конечно, я тебя звал, глупый вопрос.
Норрен фыркнул и передернул плечами, и в этом жесте эйден так явно увидел себя, что с трудом сдержал смех.
- Ну, чего тебе... то есть, Вам, госопдин Эйден, от меня надо?
- А что, не видно? - Эйден взмахом руки обвел комнату. - Я переезжаю.
- То-то я думаю, что за бедлам... - пробормотал Норрен. Потом поднял взгляд на хозяина. - Ну и куда всё это?
- В 304. В гостиную.
- Ладно... Мотай отсюда... - фэйри знал, что домовые духи не любят, когда кто-то видит, как они работают. А чужие причуды и слабости надо уважать, это он понял давно. - Через час всё будет сделано, не извольте беспокоиться, господин Эйден.
... И еще его всегда удивляли странные перескоки Норрена в обращении с ним - с "ты" на "Вы", с грубого на любезное и обратно. Что ж... Эйден пожал плечами, поворачиваясь к выходу. Они уживаются и неплохо ладят, а это главное.
- Спасибо, - бросил он домовому, захлопывая за собой дверь. А потому ответного бурчания уже не услышал.
V.
Чтобы собрать все свои вещи, Фридриху потребовалось от силы полчаса. Их было немного - только самое необходимое: тетради, письменные принадлежности, парочка рубашек, штанов, зубная щетка, расческа и дневник. Нехитрые пожитки бедного студента Академии. Регенитам платили стипендию, но ФРидрих предпочитал не растрачивать её на ненужную ерунду. Он просто не видел в этом смысла. Она ему была не нужна. Только зря занимать место.
Ровно через час после этого Фридрих стоял на пороге комнаты 304, прислушиваясь к доносящимся из-за дверей подозрительным звукам. По его предположениям, никого другого там находиться не должно было, но шуршание и негромкое бормотание говорили об обратном, что немца не очень устраивало.
Толкнув тяжелые резные створки, он шагнул в заставленную разнокалиберными коробками гостиную и остановился, застыв в изумлении от открывшейся картины.
- Откуда это всё?
Справа от него панически пискнули. Из-за коробок раздался сосредоточенный голос.
- Норрен, я тебя не отпускал. И вообще, привыкай к господину фон Нибелю, тебе с ним часто сталкиваться придется, - наконец из-за завала показался Эйден с перевязанными черно-красной банданой волосами. - Доброе утро, Фридрих. Не мог бы ты повторить сказанное на всеобщем?
- Что здесь происходит? - серо-голубые глаза уперлись в фэйри, излучая крайнюю степень недоверия вкупе с значительной долей вызова. Напарники напарниками, но присутствие Эйдена в комнате было для Фридриха не желательным.
Фэйри пожал плечами, пряча за выпавшей из прически челкой озорные искры в глазах.
- Я переезжаю.
- Сюда? - голос Фридриха никак не изменился, но каким-то шестым чувством Эйден уловил, что тот начинает злиться. Немец действительно был близок к этому состоянию, потому что не понимал, по какому праву юный фэйри находится здесь. О чем не преминул сообщить.
- Понимаешь... - Эйден демонстративно вздохнул. -Вот так селят напарников. Общая гостиная и две комнаты - справа и слева. Ты какую выбираешь?
- Какую я выбираю? - светлые брови немца сошлись на переносице, - Это обязательное правило школы - жить в одной комнате с фэйри?
- С напарником, - с нажимом поправил его Эйден.
- Не важно, - дернул плечом Фридрих, поправляя выскальзывающуюся из рук коробку с вещами, не отводя взгляда от раздражающего его фэйри, - Обязательное? - повторил он вопрос.
- Обязательное, обязательное... - сладким голосом проговорил Эйден, отчаянно напоминая себе, что он должен подружиться с Фридрихом, а не начинать с ним ссору. - Так тебе направо или налево? А то мне вроде как вещи расставлять...
Мрачно покосившись на башни из коробок, Фридрих промолчал, не удостоив напарника ответом, вместо этого направившись через коробочные завалы к правой двери. Прежде чем закрыть её за собой, он еще раз посмотрел на живописно замершего среди захламленной гостиной Эйдена, со вздохом прикрылглаза и скрылся в своей новой комнате. За стеной раздался звук, похожий на пинание коробки ногой, и злое сдавленное чертыхание.
Рубрики: | Творческое |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |