Среди тысячи наших привычных поступков мы не найдем ни одного, который мы совершали бы непосредственно ради себя.
Жениться, ничем не связывая себя,— предательство.
Удачный брак отвергает любовь; он старается возместить ее дружбой. Это — не что иное, как приятное совместное проживание в течение всей жизни, полное устойчивости, доверия и бесконечного множества весьма осязательных взаимных услуг и обязанностей.
Мне неведомы браки, которые распадались бы с большей легкостью или были бы сопряжены с большими трудностями, нежели заключенные из-за увлечения красотой или по причине влюбленности.
То, что мы видим так мало удачных браков, как раз и свидетельствует о ценности и важности брака.
Нередко сам порок толкает нас на добрые дела.
Нужно увидеть и постигнуть свои недостатки, чтобы уметь рассказать о них. Кто таит их от другого, тот таит их и от себя.
Мы не столько освобождаемся от наших пороков, сколько меняем их на другие.
Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее.
Мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы использовали ее.
Кто учит людей умирать, тот учит их жить.
Размышлять о смерти — значит размышлять о свободе. Кто научился умирать, тот разучился быть рабом. Готовность умереть избавляет нас от всякого подчинения и принуждения. И нет в жизни зла для того, кто постиг, что потерять жизнь — не зло.
Тому, кто не постиг науки добра, всякая иная наука приносит лишь вред.
Любовь — неистовое влечение к тому, что убегает от нас.
Раз мы ненавидим что-либо, значит, принимаем это близко к сердцу.
Трусость — мать жестокости.
Разумный человек ставит себе предел даже в добрых делах.
Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.
Если можно быть учеными чужой ученостью, то мудрыми мы можем быть лишь собственной мудростью.
Только глупцы могут быть непоколебимы в своей уверенности.
Доблесть может проявиться независимо от того, надето ли на вас домашнее платье или боевые доспехи, находитесь ли вы у себя дома или в военном лагере, опущена ли ваша рука или занесена для удара.
Смелый поступок не должен непременно предполагать доблесть у совершившего его человека; ибо тот, кто по-настоящему доблестен, будет таковым всегда и при всех обстоятельствах.
Трусость — мать жестокости.
Первый признак порчи общественных нравов — это исчезновение правды, ибо правдивость лежит в основе всякой, добродетели.
Если я лгу, я оскорбляю себя в большей мере, чем того, о ком я солгал.
Я не знаю, какой выгоды ждут для себя те, кто без конца лжет и притворяется; единственное, что их ожидает, так это то, что, если даже им случится сказать правду, им все равно никто не поверит.
У животных есть та благородная особенность, что лев никогда не становится из малодушия рабом другого льва, а конь — рабом другого коня.
Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.
Молчаливость и скромность - качества очень пригодные для разговора.
Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.
Крайняя степень страха выражается в том, что, поддаваясь ему, мы даже проникаемся той самой храбростью, которой он нас лишил в минуту, когда требовалось исполнить свой долг и защитить свою честь. Вот чего я страшусь больше самого страха.
Предпочитай, чтобы у человека кровь приливала к щекам, чем чтобы она была им пролита.
Стыдливость украшает юношу и пятнает старца.
Нечестные средства, с помощью которых многие возвышаются, ясно говорят о том, что и цели также не стоят доброго слова.
Ценность и достоинство человека заключены в его сердце и в его воле; именно здесь — основа его подлинной чести.
От недостатка уважения к себе происходит столько же пороков, сколько и от излишнего к себе уважения.