Уже темнело, а гномы, так и не отыскав ничего, кроме тех 2 подберезовиков, брели грустные домой.
-Думаешь Фарадей одобрит нашу добычу,Сал ?
-Нет, чую, получим мы с тобой.
-Я в молодости, бывало приносил поганки, вместо сьестных грибов, с тех пор у него на плохом счету , а еще мы сильно задержались, вчера вечером должны были вернуться, а мы только идем....
-Еще ежа потеряли, да ,Ларчи не сдобровать нам.
Чем ближе гномы подходили к своей деревушке, тем отчетливее был слышен шум и гам, оттуда доносились песни и веселые возгласы, а подойдя ближе, они заприметили кутерьму фей , кружившихся вокруг костра.
Ларчи показалось это странным, ведь никаких празднеств в ближайшее время не намечалось, и посоветовавшись с Салом, они решили не портить веселье, а прокрасться в обход вселявшихся и скрыться каждый у себя дома.
Сал посеменил налегке восвояси, тем временем, как его другу пришлось тащить грибы к своему дому.Дверь никак не хотела поддаться и как не силился Ларчи, не мог ее отворить, супруга вот уже который день просит его смазать петли жабьей слизью, но у него то одно, то другое, ну вот сам и поплатился за свою рассеянность. С грохотом гном все же открыл дверь и ввалился в дом в придачу с грибами.
Ларчи с женой занимали целое дупло старой лиственницы.Не у каждого гнома есть такие роскошные апартаменты, например Сал обустроил свое жилище в куче опавших листьев, "скромный домишко"-, скажите Вы," зато не надо смазывать петли на двери"-, ответил бы находчивый Ларчи," листочек подвинул вот ты и дома", но , почесав затылок, с улыбкой вспомнил бы свой просторный и теплый дом и тут же опроверг сказанное.
Кстати, заслуги нашего друга нет в том, что он не ютится в листве или в заброшенной мышиной норе. Дело в том, что его жена Пенн - дочь знатного гнома, главы
лесной канцелярии, её отец Вестор и похлопотал для дочери.А что касается Ларчи, то отец Пенн всегда был против их пары, ох как он отговаривал дочь связываться с этим абалдуем, но жениху все было ни по чем и в свое время, пока еще лепестки колокольчиков не упали на головы счастливых влюбленных, скреплявших свой союз поцелуем и клятвой в вечной верности, тот преподнес любимой не один букет из васильков, клевера или ромашек. Да что говорить, до сих пор, муженек радует Пенни подарками: то непросохшими кувшинками, которые тащит в дом, замачив все полы, то развеет пушистое облако от одуванчиков перед Пенн, а с недавних пор в садике перед домом растут редкие лесные цветы, семена которых он выменял на какие то безделушки у эльфов. Да наш друг еще тот романтик и жена еще не разу не пожалела, что ослушалась отца, мудрая Пенн закрывала глаза на многие причуды Ларчи, вот даже на эти петли не смазанные, она давно смекнула , что Ларчи побаивается жаб, а признаться ему стыдно, вот и тянет.
Завидев на пороге мужа, Пенни вышла к нему навстречу.
-Ларчи,ну куда же вы с Салом запропастились, я уже испереживалась вся?
- Ой, все и не рассказать так сразу,-вздохнул гном.
-НУ как обычно, Фарадей тебя ждет, у него к тебе разговор, идем сейчас же к нему
-Пенни, ох сейчас что то будет,-помрачнел Ларчи.
-Идем, идем, нельзя так долго заставлять его ждать.
Гномы вышли из дупла, Ларчи со скрипом закрыл дверь, исподлобья взглянув на Пенн.
-Завтра смажешь?,- наградила терпеливым взглядом его супруга.
-Обещаю,Пенни,-стыдливо пробубнил он.
Пара взялась за руки и направилась в сторону ликующей толпы лесных жителей. Каждый здесь был занят своим делом: детки гномов водили хороводы, кто то играл в догонялки, двое взрослых гномов жарили мокриц и гусениц на костре, вокруг которого танцевали феи, а одна, наверное самая смелая, прыгала через костер, казалось, вот вот языки пламени коснуться ее рыжих локонов, но эта егоза была быстрее пламени и жара костра. Девочки гномы суетились с явствами, составляя на столы все новые угощения: салат из клевера и рубленной асоки с поганками под сладким соусом болотной тины ,маринованные в жабьей слюне корни хрена с кедровыми орешками и вешенками, листья мандрагоры в соусе из паутины с вязким сладким привкусом паучьих глаз, перемолотых в сметану, ароматы стояли такие, что у Ларчи заурчало в животе, но ему было не до пиршевств.
Его не покидала тревога, меньше всего сейчас хотелось быть опозоренным перед всем этим празднеством, да и Вестор здесь, опять Пенн придется выслушивать :" Говорил я тебе, предупреждал...", ох, позор то какой. Ларчи весь сжался, поник и шел с опущенной головой в ожидание худшего.
Но, когда они с Пенн поднялись на опушку, все вокруг начали скандировать :" Браво, браво, Ларчи!" Фарадей улыбался гному и, кажется, даже капельки росы у него на шляпке от счастья переливались бликами в солнечных лучах. Это редкость, что он так радуется кому то. Фарадей самый старый и мудрый гриб, даже кружок по мудрости свой ведет для молодых и неокрепших умом и душой лесных жителей, а еще вместе с Вестором, отцом Пенн занят в лесной канцелярии в комитете по снабжению съестных и лекарственных грибов и ягод.
Оказывается, пока не прилетели феи и не рассказали Вестору и всем жителям опушки о чудесном спасении новорожденной феи, указом Фарадея Ларчи уже был разжалован из снабженцев в помощники повара, гном, был знатным кашеваром и не редко удивлял Пенн всяческими изысками, но главе семейства негоже с женщинами варить похлебки из мха и всяческих корешков да вершков.
Ларчи восхваляли как героя, а Фея щебетала и щебетала, что по неопытности стерла гномам воспоминания, что благодарна Ларчи, да если бы не он,да что бы было, и увлеченно рассказывала всем раз за разом как гном, будто отважный тигр спасал ее из бурного лона ручья, как держал ее куколку, когда Фея появлялась на свет, да какой же он молодец, все никак не могла угомониться она, пока подружки феи не позвали ее снова танцевать и прыгать через костер. Кого только не было на опушке: мамапапа Махаон с перевязанным крылышком и ежик с 2 белыми на иголках, которого привела Феяша из кротовьей норы и много еще кого, все по очереди подходили в Ларчи и жали его пухлую ладонь в знак почтения, только еж не подходил, ему было не вдомек, что гномы не специально его забыли в лесу и он всем видом демонтрировал свое недовольство.
Над поляной еще долго стоял гул, Пенн взяла Ларчи за руку и, пока никто не видел, повела его к пруду, там где они еще совсем малышами под тенью папоротника пускали по глади воды камешки-лягушки. Ларчи был доволен собой, эмоции радости и гордости за самого себя отражались на его загорелом лице, с которого не сходила улыбка и в добавок к своему триумфу, его посетила муза и нашептала на ухо стишок, который он тут же продекламировал Пенн :
На опушке все темнее
и зверушки все по норкам.
и лягушки и кукушки.
деткам спели колыбельки.
лес готовится уснуть уж.
только феям не добраться.
до подушек одеялец.
феи будут отрываться.
тут девченки озорные.
разожгли костер огромный.
повключали все примочки.
и колбасятся по полной.
феи ножками своими.
у костра танцуют джагу.
пяток нежных не жалея.
по углям горячим скачут.
а вон та малявка в синем.
кудри рыжие по ветру.
посмотри ка посмотри ка.
в платье скачет меж деревьев.
всех ведь громче,как обычно.
и хохочет и визжит.
нет покоя фее нашей.
только утро усмирит
-Ой ты моя умничка, и стихи сочиняешь и фей спасаешь, а петли то когда смажешь?
-Смажу, Пенни, завтра, точно точно.
Спасибо моей музе, которая не покидает меня не ночью ни днем ) Написано частично с ее слов, Феюшка, Алесенька моя , Спасибо за вдохновение )))))