Возраст этой удивительной породы не менее трёх тысяч лет. Ахалтекинцы - прямые потомки знаменитых в древности коней массагетов, актрийцев, алан. В древней Персии эти лошади назывались нисейскими, несколько веков спустя - парфянскими, но неизменно о них говорится как о лучших в мире. Это о них писал во II в. н.э. римский историк Оппиан: "Это кони, достойные могущественных царей, прекрасные с виду, легко выступающие под всадником, легко повинующиеся удилам; высоко несут они свою горбоносую голову, и со славой реют в воздухе золотые их гривы".
На краю Каракумов, где с полуденной стороны подымается хребет Копет-Даг, узкой полосой от Бахардена до Артыка тянется у его подножия оазис Ахал. Это родина одной из самых удивительных, древнейшей среди культурных конских пород - ахалтекинской. Ее родословная восходит к седой древности среднеазиатских оазисов, былому величию Нисы и Мерва, к “небесным” коням Ферганы. Канули в Лету легендарные цари и герои, грозные крепости и богатые города превратило в руины беспощадное время, но оно оказалось невластным над удивительным живым памятником славного прошлого - ахалтекинским скакуном.
Экстерьер ахалтекинского коня настолько экзотичен, что, кажется, полностью противоречит общепринятым понятиям о том, как должна выглядеть лошадь, и одновременно поражает какой-то необыкновенной, неземной красотой: ведь эти утонченные, благородные формы шлифовались тысячелетиями.
История ахалтекинца уводит нас во времена почти мифические.
Как сказал арабский поэт, “Запад еще лежал во льдах, а на Востоке уже творили музыку”. Именно на Востоке человек создал первые специализированные типы лошадей. На древнеегипетских папирусах и ассирийских барельефах мы уже видим легконогих и стройных коней, которых никак не назовешь простыми и беспородными. Техника воспитания и подготовки боевого коня достигла у хеттов, ассирийцев, египтян очень высокого уровня: об этом свидетельствуют “Записи миттанийца Киккули”, датируемые примерно XIV веком до н. э.
Однако на заре своего развития эти великие цивилизации древности были “безлошадными”. Лошадь появилась у них во II тысячелетии до н.э.; она была пришелецей с востока.
Китайские летописи донесли до нас сведения об удивительных конях Ферганы. Здесь, в окрестностях современного Коканда, в начале нашей эры располагалось государство, которое китайцы называли Даван. Его населял земледельческий народ иранского корня, “искусный в конной стрельбе”. Даванцы обладали немногочисленной, но исключительно ценной породой лошадей, о которых китайцы говорили: “у них выступает кровавый пот, а происходят они от породы небесных коней”. Чтобы добыть “небесных аргамаков”, китайский император дважды отправлял в Даван военные экспедиции. Изображения этих коней, поразительно напоминающих современных ахалтекинцев, советские археологи обнаружили на скалах в юго-восточной части Ферганской долины.
С середины I тысячелетия н. э. в Средней Азии все большее влияние приобретают тюркские племена. Парфян и бактрийцев сменили туркмены; они получили от них в наследство и замечательных скакунов. Эпицентры политических бурь располагались в более привлекательных для завоевателей цветущих долинах нынешнего Узбекистана и Таджикистана. В то же время уклад жизни туркмен, отгороженных горами и песками, мало менялся, поэтому здесь древняя порода сохранилась в чистоте и во всем блеске. Жизнь туркмен проходила в частых набегах и войнах с грозными и могущественными соседями, так что резвость и боевые качества коней были для них очень важны. В VIII-X веках туркмены на туркменских же конях даже составляли гвардию багдадских халифов.
Имя ахалтекинской породе дали оазис Ахал и туркменское племя теке, которое искони разводило этих лошадей. Еще в начале ХХ века текинских лошадей из Ахала называли ахал-теке, а из оазиса Теджен - теджен-теке. Держали текинцы лошадей по одной-две во дворе или у юрты. Жеребенок рос как член семьи, окруженный вниманием и любовью, - не зря ахалтекинцы отличаются такой преданностью хозяину и подчас настороженностью к чужим, поэтому-то так чутко они реагируют на частую смену всадников. Туркмен растил для себя не просто коня-помощника, но коня-друга, который не подведет ни в битве, ни в скачке, ни в многодневном переходе через пески. Ведь от такого коня часто зависела жизнь воина. “Эти красивые животные стоят всех потраченных трудов... В самом деле существа удивительные, ценимые сынами пустыни дороже жен, дороже детей, дороже собственной жизни”, - так писал о туркменских лошадях путешественник Вамбери.
Для украшения коня туркмен не жалел серебра и полудрагоценных камней. Туркменский конский убор - отголосок легендарного прошлого: сегодня подперсье и ошейники лишь украшение, но когда-то они защищали шею и грудь коня во время битвы. Но серебро и сердолики - это для праздника, а вот аладжа, пестрый шнурок из верблюжьей шерсти, всегда на шее ахалтекинца: это своеобразный талисман, иногда к нему привязывали ладанку с изречением из Корана.
Любимым спортом туркмен всегда были скачки. Есть такая легенда: когда гнедому красавцу не нашлось равных в скачке, избрали ему в соперники сокола. Стрелой полетела птица, но конь все же на мгновение обогнал ее. Непросто вырастить такую лошадь, и у текинцев были особые приемы воспитания и подготовки коня. Корм давали малообъемный, но очень калорийный: отборное зерно, лепешки с бараньим салом, снопики высушенной люцерны. От жары и холода укрывали войлочными попонами. Вместо чистки - песочная ванна: в жаркое время выводили коня на свободный от растительности участок и давали поваляться в горячем песке. К набегам и скачкам готовились очень тщательно: лошадь для “подсушивания” работали под кошмой, так что в ней не оставалось ни грамма лишнего жира. Если после резвой скачки лошадь пила с жадностью, считалось, что она к испытаниям еще не готова.
Неграмотные туркмены не вели письменных родословных, но происхождение своих коней порой знали лучше, чем своих предков. В 20-е годы советские ученые-зоотехники К. Горелов и Г. Неелов проделали титаническую работу, записав и собрав воедино эти изустные предания, которые легли в основу племенной книги ахалтекинской породы. Строгий отбор на племя лучших лошадей, индивидуальный подбор маток к известным производителям, проверенные многими поколениями приемы воспитания и выращивания - все это обеспечивало превосходство ахалтекинца над другими породами.
Интересно то, что туркмены верят, что ахалтекинцы произошли от небесных коней. Образ "крылатого коня" присутствует и в туркменских народных эпосах - "дестанах". Коням, как ни одним другим животным в мире, туркмены порой присваивали собственные имена, а не клички. И родившихся у лошадей жеребят называют не иначе, как сыновьями и дочерьми, а позже внуками и внучками, уподобляя их людям. Этим самым народ Туркменистана неразрывно связывал свою судьбу с судьбой коня.
Ахалтекинцы обладают на редкость тонкой кожей и короткой переливающейся шерстью, через которую порой можно увидеть кровеносные сосуды. Это придает ахалтекинцу неописуемую красоту. Про них говорят в народе: "Они дышат и потеют кровью".
Также существуют легенды о том, что ахалтекинцы ведут своё происхождение от дикой "морской" лошади.
Одна из них...
"В горах Туркменистана существовал источник, из которого всякий раз, когда табун лошадей пригоняли к водопою, из источника появлялся необыкновенный конь. Прошло некоторое время, и у кобылиц рождались жеребята - крупные, превосходные, красивые станом. Оседлав и объездив одного из жеребят, туркмены открыли, что "он точно летал между небом и землей, послушный узде, легкий в беге".
Ахалтекинец на протяжении столетий был лошадью «одного хозяина», поэтому частую смену всадника «небесный аргамак» переносит с большим трудом – однажды привязавшись к одному человеку, он будет тяжело переживать разлуку с ним, и новому владельцу будет очень непросто завоевать его расположение. Часто такое поведение объясняют капризностью характера, но это не просто капризы. Привыкнув испокон веков к повышенному вниманию со стороны хозяина, ахалтекинская лошадь и сейчас требует к себе любви и уважения – с ней надо, прежде всего, подружиться, а потом уже требовать отдачи. Ахалтекинцы очень умные и гордые лошади, они не терпят грубости и невежества, а обиду запоминают надолго. Ахалтекинец никогда не будет добротной прокатской лошадью, на которую можно сесть, настучать пяткой по бокам и поехать – он просто не воспримет такого всадника и постарается как можно скорее избавиться от него. Ахалтекинская лошадь – это драгоценный камень, который требует огранки, ювелирной работы и бережного хранения. Только тогда он засверкает у вас в руках всеми цветами радуги.
Венгерский путешественник и востоковед Герман Вамбери в XIX веке написал про ахалтекиских лошадей так: «Эти красивые животные стоят всех потраченных трудов... В самом деле, существа удивительные, ценимые сынами пустыни дороже жен, дороже детей, дороже собственной жизни». И это действительно так, ведь от лошади в буквальном смысле зависела жизнь туркмена, и надо положить много сил, чтобы воспитать из жеребенка преданного соратника, который будет смело идти в бой, легко маневрировать, слушать команды всадника и даже вступаться за него перед врагом. Но все труды оплачивались сторицей – множество легенд сложено про то, как ахалтекинец спасал своего хозяина на поле брани, и даже будучи раненным, выносил всадника в безопасное место и только после этого умирал. Поэтому не жалейте внимания и сил для своего «взрывного» и «нелюдимого» ахалтекинца, пройдет не так много времени, и вы все же «достучитесь» до его сердца и будете вознаграждены его преданностью и любовью – вы станете для него самым важным человеком на земле.
Есть лошади, над которыми для удачного сотрудничества необходимо доминировать. Над ахалтекинцами доминировать нельзя – с ними надо дружить. Без налаженного контакта вы не добьетесь успеха в работе с ахалтекинской лошадью. Но если вы запасетесь терпением, будете искренны и нежны по отношению к этому гордому животному, то в итоге получите самого преданного друга, который ради вас будет готов на многое.
Ахалтекинцы обладают просто уникальными качествами спортивной лошади: при правильном тренинге они могут достичь высоких результатов практически в любом виде конного спорта. И в истории есть множество тому подтверждений.
Во-первых, это, конечно же, скачки, так как они всегда были излюбленным развлечением туркменов, особенно на короткие дистанции – здесь ахалтекинцам нет равных.
Во-вторых, пробеги – ахалтекинцы отвечают всем физическим требованиям этих испытаний: крепкие кости, копыта, легкие широкие движения, умение сохранять равновесие и преодолевать естественные препятствия, выносливость и способность быстро восстанавливаться. В историю вошел пробег туркменских всадников Ашхабад – Москва, проходивший в 1935 году. Тогда ахалтекинцы показали свою выносливость и силу, пройдя 4300 км за 84 дня. Родные Каракумы (около 360 км) они прошли за три дня.
В-третьих, конкур – у ахалтекинцев очень необычный стиль прыжка. Серый жеребец Араб (отец знаменитого Абсента) в возрасте 17 лет под седлом Елизара Львовича Левина взял препятствие высотой 2 м 12 см. Другой ахатекинец – Пентели – под седлом мастера спорта Виктора Лисицына в 1971 году выиграл Кубок СССР по конкуру.
Ну и в-четвертых, выездка: движения ахалтекинца необычайно пластичны (многие века им приходилось передвигаться по пескам пустыни) и завораживают своей красотой, а это, согласитесь, немаловажно в выездке. Энергичный, импульсивный и мягкоуздый ахалтекинец легко повинуется всаднику. Но чтобы достичь гармонии движений лошади и всадника, необходимо помнить, что нервы ахалтекинца всегда натянуты как струна, он очень горяч, восприимчив ко всему, что происходит вокруг, и, чтобы это не помешало работе, лошадь должна полностью доверять всаднику.
Сын Араба Абсент – рекордист породы 1958 года и участник трех Олимпиад: Рим (1960 год), 1-е место и Токио (1964 год), 3-е место под седлом Сергея Филатова; Мехико (1968 год), 4-е место под седлом Ивана Калиты. Даже у такой выдающейся лошади как Абсент не все проходило гладко – ведь он горячий ахалтекинец! Он запоминал место в манеже, где его когда-то наказали, и сбоил там. Но терпение, кропотливая работа и взаимопонимание всадника и лошади помогли Абсенту и Сергею Филатову выиграть золотую медаль Олимпиады.
Ахалтекинская лошадь уникальна: пережив тысячелетия, она в полной мере сохранила до наших дней свои лучшие качества. Но все прекрасное хрупко. Наши предки завещали нам этот бесценный дар, и от нас зависит, достанется ли он нашим детям.