В колонках играет - Al Solo - Сколько Лет Прошло 13.02.07. Выхода нет.
Кто-нибудь знает, что означает фраза "выхода нет"? Я могу вам рассказать.
Представьте себе картинку: старый, двухэтажный, одноподъездный дом… На этаже по четыре квартиры, Деревянная лестница с когда-то ажурными перилами, засыпные стены с облупившейся краской, ремонт делался лет 10 назад, а может быть не делался с момента постройки дома… неважно… Это дом, в котором живут мои родители, да и мы с Котькой и Настенышем тоже, пока за городом строится наше светлое будущее в два этажа плюс мансарда.
А теперь представьте портрет: бомж Валентин - давно опустившийся мужик лет 50, а может быть и старше… со всеми вытекающими и воняющими последствиями, в засаленной коричневой шубе и дырявых ботах, с авоськой, в которой всегда болтается пара пустых бутылок. Он любит прогуливаться вдоль домов и дышать свежим воздухом, но еще больше он любит тепло подъездов.
Представили?
А теперь совместите две картинки. Он живет в нашем доме, в нашем подъезде, на лестничном пролете между первым и вторым этажом. У него там ложе из старых одеял и тряпок, стол из картонного ящика и любимые ими батареи, на которых он, словно на полки в шкафу раскладывает-развешивает свои пожитки.
Бомжа никто не любит. Особенно жильцы второго этажа, вынужденные каждый день - утром и вечером - проходить по "комнате" Валентина, вдыхая смрад и отпихивая попавшиеся под ноги коробки. Особенно школьники лет одиннадцати-двенадцати, которые закидывают его снежками во дворе, заставляя укрыться в доме, а уже из дома выживают, закидывая в подъезд (вы помните, что у нас деревянные лестницы?) горящие тряпки и дымовушки из пластиковых линеек.
Вы спросите, почему нет выхода? Нужно вызвать милицию, участкового, 911 и пусть забирают его хотя на трое суток, хоть навсегда, лишь бы избавиться от необходимости задерживать дыхание, чтобы добежать до своей квартиры даже на нашем первом этаже…
А вот и нет… Не выйдет. Не получится.
Потому что у Валентина есть паспорт. А в паспорте есть печать о том, что он прописан в нашем доме. На втором этаже. В одной из квартир, где сейчас живет его родная дочь и ее муж. В свое врем они выгнали Валентина из дома и не пускают обратно. А теперь живут и в ус не дуют, и просто так же перешагивают через "комнату" Валентина утром и вечером…
Нет выхода у нас, жильцов, потому что мы не можем ничего сделать…
Нет выхода у милиции, потому что патруль не может забрать человека из дома, в котором он прописан…
Нет выхода у Валентина, потому что у него нет денег на то, чтобы нанять адвоката и приструнить через суд свое зарвавшееся потомство…
Нет выхода…
Нет…
P.S. Одна ошибка в моем рассказе: полагаясь на маменькино высказывание "зять Валентина", я была уверена, что в квартире живет дочь и ее муж, а там живут брат Валентина, две дочери брата с детьми и муж одной из них.
16.02.07. Выхода нет (продолжение)
Телевизионщики сработали оперативно… Уже сегодня в местном "Времечке" прошел сюжет о живущем в нашем подъезде бомже Валентине.
Снимать, честно скажу, было нечего - вечно грязный Валентин, вечно засранный подъезд, вечно похмельные соседи. Валентин, судя по показанному, предпочитал отмалчиваться, его веселые родственнички дверь журналистам не открыли, соседи тоже говорили неохотно. Скукота…
Но бравые трубадуры нашли выход из положения! Сопоставив прошедший ДСВ и бомжа, телевизионщики лихо окрестили его (не падайте, господа!) Святым Валентином, выяснив, что и День Рождения у того - 14 февраля. Надо же… не знала.
У сидящих перед телевизором зрителей на основании бормотания Валентина, ой… простите… как же я без титула-то!.. Святого бомжа-Валентина и комментариев ведущих явно сложилось впечатление, что не сиделось мужику дома-то!.. Там дети, родственники, вот он и подумал: а не пойти ли мне в подъезд пожить, чтоб детям племянниц больше места для их ребяческих игрищ было? Ну и ушел, да там и остался - радовать глаз соседей и сердца родственников. Просто добрейшей души человек оказался!..
Напоследок ведущие сказали, что надеются, что родственники Валентина (черт, опять без титула, простите меня…) и вообще люди по примеру нашего бомжа ТОЖЕ СТАНУТ ДОБРЕЕ!!! Всё, блин… финиш. Финита ля комедия. Люди, заселите меня куда-нибудь к себе на пару деньков, и я обязательно выселюсь обратно во имя ваших детей и мира во всем мире!
14.03.07. Выход есть (финал)
Вчера, когда я приползла от нотариуса, Валентин, который обычно старался сделать вид, что он часть подъездного интерьера, окликнул меня и попросил вызвать для него "Скорую помощь". Ему явно было плохо. Я кивнула в ответ и поспешила к телефону.
Дозвонившись до диспетчера, я честно поведала ситуацию:
- Добрый день. У нас в подъезде живет бомж. Сейчас ему плохо с сердцем, и он попросил вызвать "Скорую". Вы приезжаете на такие вызовы? Каково было мое удивление, когда диспетчер сказала:
- Да, конечно. Диктуйте адрес.
Мы попрощались, и я отвлеклась на домашние дела.
Примерно через час в квартиру влетела разгневанная маменька:
- Представляешь, - говорит, - там соседка N. чуть ли не смеясь мне поведала о том, что бомж ее просил вызвать "Скорую помощь". И она отказалась.
Я ей:
- Мам, я ему уже вызвала врача, не волнуйся.
Через какое-то время выясняется, что "Скорая" так и не приехала. Вызываем повторно. Тот же результат.
Потом Валентину стало лучше.
Ночь. Половина второго на часах. В дверь кто-то тихонько стучит. Мама открывает дверь, а там Валентин:
- Вы не знаете, где я живу?
- Здесь, в этом подъезде, - отвечает спросонья мама.
- А кто я?
- Валентин, - мгновенно просыпается мама, - ты как себя чувствуешь?
- А где моя мама? - спрашивает бомж.
- Умерла твоя мама, уже несколько лет прошло, - отвечает маменька дрожащим голосом. - Валя, тебе водички дать?
Тот соглашается, что хочет пить, мама несется на кухню, набивает в баллон воды, дает ему кружку. Валентин попил немного и тут у него в голове просветляется:
- Я помню. Я в шестой квартире живу.
- Да, Валентин, - отвечает мама. - Именно так.
- У меня там брат, - делится бомж, - Витя. Я к нему пойду.
Маменька в ответ:
- Иди, Валя.
Через какое-то время Валентин снова стучит в нашу дверь, чтобы сказать, что брат его почему-то не впускает и снова просит вызвать ему "Скорую". Мама вновь звонит диспетчеру. "Скорая" не приезжает.
Звоним в милицию. Человеку, мол, плохо. "Скорая помощь" не приезжает. Что делать? Бравая милиция отвечает, что сейчас они приедут сами. Мы успокаиваемся, что сейчас всё наладится. Или менты "Скорую" вызовут, или сами его увезут, потому что вид у Валентина уже невменяемый.
Приехавший наряд заходит в подъезд, выходит спустя минуту, курит у машины, загружается внутрь и отбывает. Бомж остается в подъезде.
Маме становится плохо, и я укладываю ее спать. "Скорая помощь" к бомжу так и не приехала.
Валентин сам нашел выход из создавшегося положения. Он умер. Скрючившись на холодном полу. В подъезде, в котором живет его брат. Брат, который за всю ночь ни разу не открыл дверь, чтобы узнать, почему Валентин стучит во все квартиры.
Сейчас Валентина увезла "труповозка" и что-то мне подсказывает, что похорон тоже не будет…
15.03.07. Пост-скриптум
Между первым и вторым этажами, там, где всегда спал ныне усопший бомж Валентин, сегодня весь день лежат блины. Аппетитные, маленькие, с пылу - с жару...
Поминки, блять.
И лежат-то так, словно их не положили, а бросили. Суки вы, господа. Лучше бы Валентину их дали, пока он жив был.
Пусть земля ему будет пухом.
Аминь.
16.03.07. Реквием бомжу Валентину
Цирк уехал, клоуны остались. Валентин упокоился с миром, но душа его, точнее бренное тело, еще не дает спокойно жить некоторым отдельным личностям. Знаете, други, кто сейчас пожаловал к нам на порог? Сам участковый! Да не один, а в компании двух бравых соратников! Боится по нашим дворам в одиночку ходить, что ли?
А знаете, что хотел? Ни в жисть не догадаетесь!
- Пишите, - говорит, - что никто к вам в двери не долбился, помощи не просил и вообще - тишина и покой у вас в доме! А то вызываете милицию, она ездит кругами, а тут, может, в это время убивают кого…
Я аж охуела, по-другому и сказать невозможно.
- Как не стучал? Ни к кому не стучал? Просто взял и умер на коврике под дверью?
- Ну да, - отвечает, - так и пишите. А то мне дело надо закрывать.
- Хера лысого Вам не надо? - спрашиваю.
Пока тот думал, подошел мой отец, выгнал меня на кухню, а сам рядом с участковым расположился:
- Пиши, - говорит. - Я распишусь.
Ну, я чуть не разревелась, блин. Всё понимаю. Валентина не вернешь, да и не надо ему это. А ментам лишний глухарь тоже без надобности. Но что же это делается-то?!
Я участкового спрашиваю:
- А Вы знаете, что это подлог?
- Знаю, - говорит. - Но мне-то что делать?
- Сухари сушить, - рявкнула я и свалила на кухню за сигаретами.
- Эх… - печалился наш участковый, - не дошли у меня руки до этого Валентина вашего… Жаль…
Я опять кукушкой из часов с кухни выпрыгнула:
- А дошли бы, то что бы сделали?
- Меры бы принял, - говорит. Да еще важно так говорит…
После этого у меня из внятных слов только мат и остался. Отцу только ехидненько пообещала, пока он эти сраные бумаги подписывал, что теперь его за ложный вызов в милицию затаскают. Как возмутителя спокойствия. На что наш участковый ответил:
- Не затаскают. Мы друг друга уже сколько лет знаем. Он же в ЖЭУ работает. Оба стараемся.. во благо…
После этого у меня кончился даже мат, иначе бы я по башке и менту этому двинула, и папеньке заодно. И я пошла всё это записать, чтобы все знали, что милиция нас бережет. Даже ценой собственного достоинства.