Белым лебедем ввысь поднимаясь,
Силою крыльев смахнув прах с небес,
Страх безнадежный нервы лаская,
Стерт без следов был. Но внезапно воскрес.
Дрожь пополам нас сгибала с возлюбленным,
Не было сил,чтобы дальше идти.
Он появился, внутри, необузданный.
И наших душ нам теперь не спасти.
Счастье, казалось, почти прикоснулось к нам.
Ну а потом оборвало концы.
Ужасом день тот в память врывается:
Те, кто не верят нам, просто слепцы.
Зверь! И иным существом не решаюсь я
То,что ворвалось в покои, назвать.
И не напало,увы, не ограбило,
Но укусило его, лишь смеясь.
И прошептало: «Моими мученьями
Стан твой окутан отныне навек.
Ты теперь избранный, только непризнанный,
Вечно живой и почти человек!»
Мы не поверили,мы ведь невинные,
Мы лишь хотели жизнь вместе прожить.
Но через месяц его чувством гонимые
Голод решили в ночи утолить.
Я шла за ним. Я всегда с ним. И вижу я
Как изменились родные глаза,
Руки сильнее и ноги - быстрее всех,
Нюх, как собачий, теперь навсегда.
«Кто я?» - во сне дорогой разговарил,
Ну да и спит исключительно днем.
«Муж мой,»-ему говорю, успокаивая.
Я ведь люблю и забочусь о нем.
Сердце тревожится, сердце волнуется,
Кровь застывает, бывает, порой,
Если я вижу как тщетно он мучится,
Как его душу «ласкает» огонь…
Видеть в ночи показалось бы даром
Наверняка любому из вас.
Только все это рвет пламенной жаждой
Сердце, что бьется в груди и сейчас.
Я все обдумала. Приняла я решение.
День скоро в ночь обратится опять.
Я подходила, отбросив сомнения,
К спящему, не для того,чтоб обнять.
Нож мой за пазухой, серебром оконтованный,
В левой руке святая вода.
И крест святой на шее. Взволнованно
Милый мой начал глаза открывать.
Долго смотрел своим взглядом пронзающим
В сердце и в душу, словно что-то искал.
Он не просил, не кричал угрожающе,
Он на колено пред мною упал.
И говорил: «Я готов,»-умоляюще.
Но не такого, видать, ожидал.
«И я готова,» - мой голос, ласкающий,
Лишь удивленье тогда вызывал.
Я, зачарованно, видела в образе
Того человека, кому жизнь отдала.
Ну а теперь другу милому,кажется,
Смерть подарить от своих рук должна.
Я подходила медленно, медленно.
Не передумала, все решила сама.
«Я ведь люблю тебя. Преданно. Преданно.
Ну так давай. Укуси же меня.»
Взгляд его вверх, злой, метнулся отчаянно.
«Ты не должна быть такой же,пойми!
Это тебя уничтожит венчание,
И без остатка сожжет изнутри!
Ты прекращать не должна жить вот так вдруг!»
«Но ты пойми,» - тихо молвила я.-
«Ведь моя жизнь – не те люди, что здесь вокруг,
Ты моя жизнь, и ты – это я.»
Черною птицей в небо взлетая,
Страх отступил, мир окутала тьма.
Нету иного для нас мира, рая,
Кроме как вместе сейчас,навсегда.
Оба мы жаждем, оба мы прокляты,
И понимаем друг друга сполна.
«Ты – моя жизнь…»- «А моя – это ТОЛЬКО ты.
И не забудь, я решила сама».