Видишь, сбывается всё, чего ты хотел;
лишь октябри зарницами теребят.
Ты уже знаешь, кем возродятся те,
что умирают утром внутри тебя.
что остается? – Тайные ярлыки?
спазмы сознания? Дюреровский офорт?
Странно смеется умерший Арлекин
в мизогенической « History Of O » *…
Миф образует сферу, и ты – внутри,
в чреве циклопа или в его зрачке, –
сам выбираешь, если твой magic trip
не перейдет границ твоего «зачем»,
если очнёшься… Если царица Маб
не залучит в свой сумеречный гарем,
если в угрюмых пространствах ее ума
не превратишься в гору, идя к горе.
Дремлет Майтрейя в розовой скорлупе,
звонкий хрусталь, пульсирующий родник,
и, уходя по змеящейся вниз тропе,
желтым лицом хмурится проводник.
Это слова, слова… - что тебе до них,
выморочных… Начался эпилог.
Думай по-птичьи. Пиши на песке дневник,
не досягая подножья mont Analogue .
* на самом деле, « The Story Of O »