:)
Тут сразу 3 праздника: Казанской Иконы Богоматери, День Единства и 7 Ноября. Сегодня будет пост революционный, пост памяти и благодарности СССР. О Единстве говорила в прошлом году, наша спец.операция неожиданно для соседей стала триггером сплочения. Скажем так, четверть шуршит и недовольно поглядывает, но три четверти все больше становится единым народом! Веник еще жиденький, но уже прутья вместе и разломать уже не удастся! Еще не все удается, еще есть досадные промахи. Вот идут яростные споры о валюте. Спорят о том, что можно будет считать ПОБЕДОЙ... Путин молчит и загадочно улыбается. На фронте не спрашивают- там все понятно, а вот в тылу есть вопросы! Думаю, что Путин из такой жопы вытащил страну, что уже вписал золотом свое имя в историю. Уверенно и медленно ведет корабль-государство... уже забеспокоились либералы наши и за бугром. Правильно беспокоятся, идет великий разворот назад в будущее!!! Как бы хотелось увидеть это!
Пошли в пост, други, вернее, поехали...
Когда ЛЮБОВЬ сменилась словом «секс»
И «бизнесом» — любимая работа,
Когда в карман дешёвый «шопинг» влез,
Нам за покупками ходить уж неохота.
Когда «ресепшном» вдруг стали называть
Стол у дверей вахтёрши тёти Мани,
Когда зарплату перестали получать,
А только лишь — «бабло» и «мани»,
Когда понятие — ДОСТОИНСТВО и ЧЕСТЬ
На толстый кошелёк и джип сменилось,
А МУЖЕСТВЕННОСТЬ вдруг и там, и здесь
Тихонько в «голубятню» превратилась.
Когда природная девичья красота
Сменилась профилем «губастой утки»,
Когда не смотрят в окна и в глаза,
А только в телефоны всей «маршруткой».
Мы не заметили, как всё произошло…
Мы не увидели, как всё вдруг изменилось.
Фальшивкой грязною наполнилось кино,
Меж «фейков» наша правда заблудилась
Мы терпим «толерантно» подлецов
Меняем музыку на ритмы «клубных» танцев,
Теряем речь…, культуру… и лицо…,
Сгребая грязь и хлам у иностранцев.
Мы не заметили, как всё произошло…
На что мы самоцветы променяли?!
Родных традиций чистое лицо —
Испачкали… забыли… и предали...
Лариса Юрьевна Сперанская, Беларусь
Когда я ходил в садик, иногда тоже была зима. Причем - регулярно, каждую зиму. Причем раньше, помимо Деда Мороза со снегурочкой, были и другие атрибуты. Снег, сосульки и кражи санок. Всех детей поголовно возили в садики на санках. Машины были не у всех, а санки были доступным транспортным средством. В них можно было сложить малолетнее чадо, как дрова и везти его на санках в садик с максимально возможной скоростью. Павда потом, после садика, надо было куда-то эти санки девать. Даже в маленьком садике, на 4 группы по 30 детей, получалось больше сотни санок всех цветов и расцветок. Под них уже нужен средний самолетный ангар. На работу мамы и папы тоже забирать санки не могли. Поэтому санки втыкались в сугроб вокруг садика.
Все детские сады были утыканы санками. Чтобы сразу отличить свои санки от чужих – их раскрашивали и подписывали. Это же было противоугонной системой.
Угонщиками были, как правило, школьники. Им санки были не положены в силу преклонного возраста, а кататься с горок или привязываться к грузовикам очень хотелось. Вот они и приходили после уроков к детским садам и брали себе транспорт. Как правило, ходовых штатных цветов, боялись только вычурных санок.
Ни разу не угоняли санки у меня, мой папа фигурно ободрал с них краску. Несколько вечеров сидел с ножиком. Получился резной палисад.
А вот у Солопаева Сереги, у него были санки в стоковом обвесе. От новых санок, купленных в магазине, они отличались только веревочкой. Солопайчиковы предки почему-то даже не метили радикально санки. Даже фамилию «Солопаев» они писали на приклеенный кусок пластыря. Само собой, пластырь отрывался, санки подписывались гвоздем на другую фамилию – всЁ!
В этом был офигенный плюс. Угнанные санки давали, в сильный мороз, плюсстопятсот к здоровью. Раньше я этого не понимал, а теперь, очень сильно понимаю. Представьте себе, на улице мороз. Сильный мороз, ну минус 27. Родители спешат на работу, нужно отвезти в садик груз в виде молодого мужчины пяти лет. Своими ногами, да еще в зимнем облачении, подобный груз доберется до садика к апрелю. Поэтому дитя нужно укутать в кофту, сверху надеть свитер, потом пуховый платок, потом пальто. На ноги двое колготок и штаны с начесом. Все это сверху лакируется кроличьей шапкой и валенками. Когда ребенок достаточно обездвижен, его надо обеззвучить, для чего используется шарф, которым фиксируется нижняя челюсть. Потом груз выносится на улицу и складывается в санки. Поскольку укутанное туловище не гнется, то именно укладывается, глазами к звездам.
Так вот, дети, которых в сильный мороз возили на санках – заболевали. В сильный мороз надо двигаться. В обездвиженном состоянии холод проникает всюду. За все три года, которые я ходил в садик с Солопаевым, тот не болел ни разу. Ему приходилось ходить в садик пешком, санки постоянно угоняли. Пусть родителям приходилось вставать в 5 утра, пусть половину пути Солопаева приходилось катить кубарем и подгонять пинками – он не заболевал, он постоянно двигался. А у меня, с неугоняемыми санками, четыре раза за зиму были всякие ОРЗ. А однажды посчастливилось заболеть левосторонней пневмонией (это воспаление легких, если не в курсе). Мне из-за этого даже длинных стихов не давали на новогодние утренники. Мое присутствие было очень маловероятным. А Солопаеву давали стихи на два листа, родители вешались.
Тем не менее, в детстве мне нравилось ездить на санках. И именно в таком состоянии, как дрова, глазами к звездам. Особенно, когда снег идет. Такими большими кусками, как остатки голубя, после кошачьей трапезы. Едешь так на санях, впереди коренным папа идет и мама пристяжная. Смотришь вертикально вверх, а оттуда падают снежинки. Медленно-медленно, прямо в зрачок. И тают там. И по очереди: то в один зрачок, то в другой. А ты лежишь, вдыхаешь сквозь шарф воздух, и пошевелиться невозможно, столько на тебе одежды разной. А потом снег в зрачках тает и у тебя полные глазные яблоки воды. И ты с неимоверным усилием наклоняешь голову, вопреки шарфу и кроличьей шапке (с милицейской кокардой). Ну нужно как-то вылить воду из глаз.
И вода вытекает, и ты видишь, что рядом с тобой, ноздря в ноздрю, везут еще кого-то. И у него тоже глаза к небу и в зрачках снежинки тают.
Pankratey
Теперь немного моих работ к празднику...
Вот и весь пост, осталось последний огрызок показать и попрощаться. Дорогие мои старые русские, любой национальности, поздравляю вас с праздником прошлым... когда-нибудь соединится День Революции с Днем Народного Единства, вот тогда обманутые старые поверят в новых, и угомонятся. Пока-пока, пусть новая неделя пройдет благополучно для нас и для страны! Обнимаю, целую.
Смотрели со старшей дочкой культовый фильм моей юности «Вам и не снилось». Лили слёзы. Я, понятное дело, ревела с самого начала.
А Саша — то ревела за компанию, а то смотрела на меня с абсолютным недоумением, останавливала кино и спрашивала: «Слушай, а почему они все такие жестокие?»
И ещё: «Как она может считать, что детское горе — это ерунда?» (Там есть такая реплика у директрисы)
И ещё: «Почему они так злятся, что их дети счастливы?»
И я вдруг поняла, как много переменилось с того момента, как гениальная Галина Щербакова написала рассказ про Рому и Юлю, по которому Илья Фрез снял этот важный для подростков фильм.
И вот оказывается, что быть чувствительным — это не ущербность, а важный навык;
Уметь говорить тому, кого любишь, что любишь — не слабость, а сила.
Уметь уважать слабого — хорошее воспитание.
Быть родителем, который оставляет за своим ребёнком право на выбор (любой) — единственно возможный способ родительства.
Как мало времени прошло. Какой огромный путь пройден.
Катерина Гордеева
Вот только с футболом у нас неважно... так неважно, что хочется словами Сталина сказать... а в остальном пока все неплохо! не хорошо, но уже неплохо!!!
Ваша>Ирина N
[/QUOTE]
![h-8010 (573x480, 32Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/d/4/160/916/160916473_h8010.jpg)