Все эти тощие старики, отторгающие еду, забывшие "как есть", - все обитатели Сент-Энтони, теперь лазят с закрытыми глазами и довольно мычат. Все скалятся и благочествуют.
Кроме меня. Я их дебильный портрет.
Мамина соседка по комнате, наша миссис Новак — теперь всё кивает и ходит вся довольная, потому что я в итоге покаялся, что украл у неё изобретение зубной пасты.
Ещё одна старушка радостно тарахтит и кайфует как попугай с тех пор, как я сознался, что каждую ночь ссу ей в постель.
Да-да, заявляю им всем, это был я. Я сжёг ваш дом. Я бомбил ваш посёлок. Я сослал вашу сестру. Я задвинул вам говёный синенький драндулет «Нэш Рэмблер» в 1968-м. А потом, ах да, убил вашу собаку.
Так оставьте всё позади!
Говорю им: валите всё на меня. Пускай я буду изображать большую пассивную жопу в вашей групповухе для снятия вины. Приму заряд у всех.
И теперь, когда каждый спустил свой заряд мне на лицо, все они улыбаются и мычат. Все ржут в потолок, продолжая толпиться вокруг меня, гладят по руке и говорят, мол, всё нормально, мол, они меня прощают. И все, бля, набирают вес.