Название:Тебе это нравится.Автор:misspamelaПейринг: Джон/Шерлок
Персонажи: Шерлок, Джон, Майкрофт, мама Шерлока
Рейтинг:NC-17
Саммари:C рождеством и все такое..
Дисклеймер:Все принадлежит ВВС
Оригинал:That Thing You LikeПеревод:sKarEdБета:Vipera_Berus89Разрешение на перевод:запрос отправлен
От переводчика:тут эн постами выше рек давали, вот - теперь и на русском!
- Ты не поедешь к родным на Рождество, - произнес Шерлок, не поднимая головы от лэптопа.
Джон даже не уточнил, откуда тот это знал.
- Нет, не поеду, - Джон заметил, как Шерлок раздраженно поджал губы. Он обожал объяснять свои умозаключения и жутко бесился, когда его лишали этой возможности. – Мой кошелек не выдержит трат на перелет до Флориды.
- А Гарри? – уточнил Шерлок, продолжая терзать клавиатуру. – Она ведь отправится к ним в гости. Вылетает в пятницу, ведь так?
Джон отложил газету. Шерлок никогда ничего не говорил просто так. Он что-то задумал.
- Тебе это прекрасно известно, иначе ты не начал об этом говорить.
Шерлок усмехнулся. В свете монитора его лицо казалось мертвенно-бледным. Джон продолжил:
- Так почему ты спросил?
Шерлок опустил крышку ноутбука, подошел к камину, постучал по нему изящным пальцем, открыл рот, прошел на кухню, взял чашку, поставил ее обратно на стол, вернулся в гостиную и плюхнулся на диван, решительно зажмурившись.
- Я хочу, чтобы ты поехал домой вместе со мной, - наконец объявил он.
- Я и так уже дома вместе с тобой, - нахмурился Джон. Если бы он чуть меньше знал Шерлока, то решил бы, что тот на самом деле взволнован. Но для этого нужно было иметь хоть немного нервов. – Мы живем в одной квартире, помнишь?
- Не тупи, - сорвался Шерлок. – Я имею в виду дом, мой дом, дом моей семьи, - он так и не открыл глаз. – Матушка ждет меня в гости к Рождеству. Приедет Майкрофт. Это... будет непросто.
Джон передернулся.
- Я знаю Майкрофта, не усугубляй. Почему я? Твоя мамуля не удивится, когда ты притащишь меня с собой?
- Моя матушка, - начал Шерлок, потом остановился, прижав палец к губам. - Матушка будет рада тому, что у меня наконец-то появился друг, - он бросил на Джона быстрый взгляд. – Я был не очень-то популярен в школе.
Шерлок снова закрыл глаза и немного поерзал, поудобнее устраиваясь на подушке.
– Конечно же, если у тебя свидание с китайским ланчем под аккомпанемент телевизора, то ради бога, - он лениво махнул рукой. – Ни в коем случае не дай мне сбить тебя с пути истинного.
- Ну, я бы поехал только ради того, чтобы увидеть Майкрофта в праздничном бумажном колпаке, - рассмеялся Джон. – Должно быть то еще зрелище.
Шерлок приоткрыл глаза и растянул губы в улыбке.
– Ну, если твоя мама не против, тогда… это большая честь для меня.
- Это только потому, что ты идиот, - сказал Шерлок, поворачиваясь на бок, спиной к Джону. – Зато добрый.
***
До Кента они добирались на поезде. Холмс не заказал такси, потому что хотел немного поразмышлять, понаблюдать за окружающими людьми и, по его собственным словам, «избежать бесконечной скуки беседы и прослушивания твоей жуткой музыки на протяжении всего пути».
С тех пор, как Шерлок пригласил Джона домой на Рождество, он стал еще более резок и ироничен, чем обычно. В основном, Джон пропускал все подколки мимо ушей, он повидал достаточно солдат, скрывавших страх за резкими словами, чтобы относится к этому серьезно. Шерлок с трудом показывал свой истинный характер, хоть и не признавал этого; образы дружбы и семьи были для него страшнее целой роты безумцев с автоматами. Джон все-таки настоял на своем, когда Шерлок отказался обсудить с ним вопрос покупки подарков семье. Стоило ему пригрозить написать Майкрофту смс с предложением отправиться по магазинам, как паникующий Шерлок немедленно вытянул его на шоппинг. Вино для Майкрофта, кожаный ежедневник для матушки.
Всю поездку Шерлок строчил Джону смс:
«Девушка в зеленом пальто» – нет, не смотри! – «Едет к любовнику, чтобы сообщить ему о разрыве. Он не знает о том, что она беременна».
И:
«Пожилой джентльмен, позволяет себе лишку, бывший военный, очень замкнутый характер».
И:
«Дай чипсов. Я знаю, ты спрятал их в сумке».
С каждым километром пути Шерлок становился все более напряженным.
- Только посмотри на это, - пробормотал он. – Жуткое место.
Джон выглянул в окно.
- По-моему вполне милая деревня. Умиротворяющий пейзаж.
- Ради Бога, - Шерлок потыкал длинным пальцем в стекло. – Только представь, сколько преступлений можно здесь совершить, и никто никогда об этом ничего не узнает. (1)
- Ты больной на всю голову, - заявил Джон, качая головой. – И перестань, наконец, точить чипсы в одно лицо.
***
Дом Шерлока выглядел именно так, как Джон его себе представлял: извилистая подъездная дорожка вела к живописному и величественному фамильному особняку. Дом выглядел богато и ухоженно, без излишней вычурности и показухи.
Шерлок, сидевший прямо, будто палку проглотив, тихо выругался:
- Она опять уволила садовника, и тетушка Агата снова совала везде свой длинный нос, - он вытащил из кармана мобильник и быстро защелкал клавишами. – А Майкрофт еще не соизволил прибыть.
- Здесь довольно мило, - сказал Джон, силясь найти признаки небрежности садовника. Это было довольно-таки сложно сделать в сгущавшихся сумерках, к тому же кусты были присыпаны недавно выпавшим снегом.
- Естественно: она сама следит за порядком. Лужайку не трогает, конечно, но растительность… черт бы ее побрал, - Шерлок нервничал гораздо больше обычного. Таким его Джон еще никогда не видел.
- Она просто идиотка, – Шерлок выпрыгнул из кэба на ходу, оставив Джона расплачиваться за проезд, и замер, засунув руки в карманы, разглядывая дом. Со стороны он был похож на странную готическую статую.
- Не хочешь помочь с багажом? Да? Нет? – Джон обменялся взглядами с водителем, получив в ответ сочувственный кивок, и принялся вытаскивать сумки из багажника. – У меня в плече дырка от пули, - объявил Джон, - и она причиняет мне некоторые неудобства.
- Плохо, что у тебя в знакомых нет хорошего врача,– отозвался Шерлок, не сходя, впрочем, с места.
В этот момент распахнулась входная дверь, являя миру запыхавшуюся даму, тяжело опирающуюся на палочку. Впрочем, все признаки кажущейся немощи были моментально опровергнуты ее голосом.
- Шерлок! Кажется, ты обещал привезти домой своего друга, а не слугу. Ты еще, по-моему, не дорос до того, чтобы кто-то таскал за тобой твои вещи.
Шерлок нагнулся и выхватил из рук Джона две самые тяжелые сумки.
- Да, мам, – оглянулся на Джона и быстро добавил. - Ты идешь, или как?
Сыщик пронесся мимо своей матушки, мимоходом чмокнув ее в щеку.
- Мам, это мой друг, Джон Ватсон. Джон, это моя мама. Теперь, она, как всегда, засыплет тебя каверзными вопросами, а потом покажет тебе все жуткие семейные фото, – он скрестил руки на груди и продолжил. - Предлагаю начать с детских фотографий Майкрофта.
- А, так вот как нынче в Лондоне положено себя вести, – она сурово посмотрела на Шерлока, и тот немедленно опустил руки и засунул их в карманы. Джон был совершенно очарован этой женщиной. Он никогда не видел, чтобы Шерлока затыкали подобным образом. Теперь стало ясно, почему ее так любил Майкрофт. У нее было доброе круглое лицо, но было видно, от кого Шерлок унаследовал пронзительные серые глаза.
- Мисисс Холмс, - сказал Джон, пожимая протянутую руку, - спасибо за то, что приняли меня в своем доме. Я очень рад наконец-то познакомиться с вами.
Она радостно улыбнулась в ответ.
- Мы обязательно с вами поладим, дорогуша. Не хотите осмотреть дом?
- Нет, - встрял Шерлок, - не хочет. А ты сейчас позовешь миссис Лейтон и выпьешь перед сном чашечку чая. А я покажу Джону гостевую спальню. Не хочешь пить одна, позови Майкрофта, когда он приедет. Я думаю, мы оба сойдемся на этом.
- Помни, с кем говоришь, - сказала она, но позволила Джону отвести себя в гостиную и усадить на диван.
- С самой упрямой и глупой женщиной на свете, я в курсе, – Шерлок направился к главной лестнице. – Сюда, Джон. И не отставай, а то заблудишься в этом лабиринте к чертям собачьим.
Джон заторопился по лестнице, нагоняя Шерлока на одной из широких мраморных ступеней.
- Она нездорова, - сказал Шерлок. Его голос был сух и бесцветен.
- Застойная сердечная недостаточность, - сказал Джон. - Отек и хрипы при дыхании, - он оглянулся на Шерлока, который направлялся к массивным дверям. – Ты прав, ей не стоит заниматься садом.
- Она просто упрямая старая коза, - Шерлок распахнул двери и вошел в гостевую спальню, посредине которой стояла великолепная кровать с пологом, застеленная шикарным белоснежным вышитым бельем. В дальней стене притаился камин, паркетный пол был укрыт коврами, которые явно стоили больше, чем Джон зарабатывал за год.
- Моя комната рядом, - сообщил Шерлок, указывая на дверь в стене. – Стучись, если что. Не следует дергать кого-то еще.
Шерлок вышел, бросив через плечо:
- Ужин через час.
В кармане Джона завибрировал мобильник.
«Ну? Сколько трупов нашел, невеста Франкейнштейна? Лестрад».
Хихикнув, Джон набрал ответ.
«Дом ШИКАРЕН».
Телефон немедленно зажужжал снова.
«Трупов нет, я выиграл у Андерсона пять фунтов. Передай ему пожелания счастливого Рождества. Тебя, кстати тоже с праздником.
Джон отправил: «обязательно», - и принялся разбирать вещи.
***
Майкрофт приехал поздно вечером, рассыпался в извинениях по поводу того, что никак не мог приехать раньше из-за целой кучи жизненно важных дел, привез с собой строгого водителя в униформе, большую коробку подарков в яркой оберточной бумаге и… миссис Майкрофт.
- У него есть жена? – прошипел Джон на ухо Шерлоку, наблюдая за тем, как Чарити(2) Бодингтон-Холмс порхает по комнате, нахваливая все вокруг и одновременно предлагая идеи украшения дома к празднику.
- Ни один видный политик не может показаться в свет без любящей жены под боком, – прошептал Шерлок, наклоняясь ближе к Джону. – Она хорошо смотрится в модных костюмах и жертвует деньги фотогеничным сиротам, таким образом, она прекрасно выполняет свою функцию.
- У них нет… детей? – Джон попытался представить себе Майкрофта, дающего уроки жизни маленьким сорванцам, и абсолютно не преуспел в этом.
- Нет, - Шерлок приподнял уголок рта. – Конечно, нет. Это же испортит ее фигуру.
- Шерлок! Как я рада снова вас видеть! – Она побежала к нему и попыталась чмокнуть его в щеку, но Шерлок аккуратно отступил. – Вы очаровательны, как всегда!
- Если бы я мог сказать то же самое о вас, - ответил Шерлок, даже не потрудившись посмотреть ей в глаза. – Чарити, это мой друг, Джон Ватсон.
- Майкрофт столько рассказывал о вас, – она улыбнулась и вцепилась в его руки великолепно наманикюренными алыми когтями.
- Жуть какая, - тихо пробормотал Джон, зная, что Шерлок его обязательно услышит. – То есть, я имел в виду, это замечательно? Просто супер. Ммм, счастливого Рождества.
Краем глаза он видел Шерлока, который пялился в потолок, с трудом сдерживая смех.
- Как здорово, что Шерлок, наконец, нашел своего спутника жизни! – радостно воскликнула она, еще глубже вонзая когти в приступе энтузиазма. – После всех этих лет, проведенных в одиночестве!
- Ну, на самом деле мы не… - начал он, но почти сразу же замолчал. Он не хотел давать ни единого повода для жалости, не хотел доставлять ей удовольствие. – Да, это действительно здорово, - сказал он. Шерлок резко обернулся. Замечательно. Он так любил раз за разом удивлять Шерлока.
Она удалилась, унося с собой облако удушливого запаха духов. Десять кровавых полумесяцев, казалось, навечно впечатались в его предплечья. Шерлок заговорил, не глядя на него:
- Жалость? От тебя, Джон? В этом, правда, не было нужды.
- Нет, я не… нет. Она просто была так довольна собой. Это просто ужасно, – он заехал Шерлоку локтем под ребра. – И, кроме того, она же не сказала, что рада тому, «что Шерлок нашел себе парня для потрахушек», правда? Так что это ложь во спасение. Ну, что-то вроде того.
Шерлок таращился на него так, будто Джон внезапно заговорил на фарси, и хмурился.
- Хмм, - это было все, что он смог ответить.
***
Выстрелы, яркими цветками распускающиеся над темными силуэтами гор, американец под рукой, весь искореженный взрывом, жив, должен быть мертв, чьи-то отдаленные крики…
- Джон! Джон, да проснись же ты! – Джон со стоном вскочил, нашаривая под подушкой пистолет, которого там нет. Тепло. Не дома, но в безопасности. Глаза понемногу привыкли к темноте.
Рядом с кроватью стоял Шерлок. На нем была шелковая пижама и недовольная мина.
- Я не могу заснуть.
- Твою ж мать, – пробормотал Джон, поворачиваясь на другой бок. Он не был уверен, что хуже: вероятность еще одного ночного рейса в Кандагар или разборки с недовольным Холмсом в два часа ночи.
- Тут слишком тихо, - пожаловался Шерлок, плюхаясь на свободную половину кровати. – Ни шума машин, ни автобусов, не кричат люди, не пахнет едой, ничего, кроме шелеста шестеренок в моем мозгу, - он шмыгнул носом, расправляя покрывало. – Это причиняет мне беспокойство.
- Вот что мне причиняет беспокойство, так это то, что ты совершенно не умеешь держать себя в рамках приличия, - заявил Джон и красноречиво натянул одеяло по самый подбородок.
- К тому же, тебе снился кошмар. Можешь отложить слова благодарности на утро.
- Разве ты не рос здесь? – спросил Джон, потирая ладонями лицо. Боже, как же он устал. У него совсем не было времени на то, чтобы изображать из себя няньку. – Мог бы уже и привыкнуть.
- Едва ли, - отозвался Шерлок, поднимая уголки губ в странной улыбке. – Я рос здесь, пока был маленьким мальчиком, потом была школа, затем уни. Больше половины жизни я прожил не здесь.
- Ну, у меня был тяжелый день, я устал, за завтраком мне предстоит увидеться с твоим братом и его женой, и я могу выспаться практически в любых условиях, спасибо военному медицинскому корпусу ее Величества. Так что я буду спать. Можешь продолжать пялиться на меня, сколько влезет, - с этими словами он перекатился на другой бок, плотнее завернулся в одеяло и действительно быстро заснул.
Ему снились гораздо более приятные сны, и даже примерещилось прикосновение к щеке прохладной руки. Но это ощущение длилось всего лишь миг.
***
Миссис Холмс вздохнула. Они пили утренний чай в ее кабинете. К тому времени, как Джон проснулся, Шерлок уже ушел, что немного расстроило Ватсона. Он так хотел увидеть лицо спящего, беззащитного Шерлока. За все то время, что они жили вместе, ему так и не удалось этого сделать. Майкрофт с женой отбыли по каким-то своим делам, так что они остались вдвоем.
- Прямо как его отец, - заявила она в ответ на слова Джона о том, что он понятия не имеет, куда подевался Шерлок. – Роберт вечно запирался в своей лаборатории с тем или другим экспериментом. Он ведь был биологом, вы же в курсе.
Она мечтательно улыбнулась и аккуратно отпила из чашки.
- На самом деле, нет, - отметил Джон, - Шерлок редко говорит о себе.
Он нервно потер ладони о вельветовые брюки, согревая руки и собирая всю смелость в кулак вместе со статическим электричеством.
– Отец Шерлока… могу я узнать… что произошло?
Никто никогда не упоминал о разводе, о нем всегда говорили в прошедшем времени, но его фотографии по-прежнему висели в разных местах дома, по-своему важных для хозяев. На последнее Джон вряд ли обратил внимание, не будь он знаком с Шерлоком.
- Ограбление. Зарезан из-за нескольких фарфоровых безделушек и не самых дорогих моих украшений, - у нее задрожали руки, и она аккуратно опустила чашку обратно на блюдце. – Я в это вместе с мальчиками отдыхала в Греции. А у него, как всегда, были какие-то «чрезвычайно важные дела», которые можно было закончить только на этой неделе и никогда больше, - она горько рассмеялась. – Я так рассердилась на него. У него всегда находилось что-то… Какие-то тесты, эксперименты, от которых ни на секунду нельзя было отвлечься. Мы так давно планировали этот отпуск, а он отказался, и… - она покачала головой, и снова повторила. – Я так рассердилась на него.
- Простите, - Джон протянул руку и коснулся ее руки. - Я не хотел вас расстраивать.
- Это случилось очень давно, - строго сказала она, беря себя в руки. - Шерлок тогда был еще совсем мальчишкой. Он боготворил своего отца. Знаете, Шерлок всегда старался вести себя так же, как он. Так серьёзно, научно ко всему подходил. Это было очень странно для шестилетнего мальчика, но в этом была своя доля очарования. Он был маленьким гадким утенком, мой Шерлок. Но после смерти отца он окончательно перестал быть «маленьким мальчиком». Я все время так переживала за его судьбу. И до сих пор переживаю за него.
Она протянула руку и накрыла ладонью кисть Джона.
– Но теперь у него есть ты, - она тепло улыбнулась. - Мне стало намного спокойней.
Ох, черт.
- А если ты разобьешь ему сердце, - продолжила она, все еще улыбаясь, - я уничтожу тебя, ясно?
Джон только и мог, что молча хлопать глазами. Это семейство состояло из безумцев.
- Ну, мы не то чтобы вместе… Не в этом смысле. Мы просто друзья, – забормотал Джон. - Возможно, вы не так поняли…
- Неважно. Если ты разобьешь ему сердце, во всем мире для тебя не найдется укромного уголка, понимаешь?
- Да, мэм, - Джон отставил чашку, быстро поднялся на ноги и чуть не снес вазу у двери. – Я лучше пойду, погляжу, не вернулся ли Шерлок. Его лучше не оставлять одного надолго.
- Ты так хорошо его знаешь, - сказала она, по прежнему улыбаясь, будто бы и не было угроз об охоте по всему миру на одного конкретного человека. Охоте, которая обязательно закончится смертью.
Джон спиной вперед вышел из комнаты и позорно сбежал на второй этаж.
***
Это было крайне непредусмотрительно со стороны Джона, ожидать того, что Шерлок уже встал и оделся. Он довольно долго жил с ним в одной квартире и знал, что Шерлок никогда не ложился спать по часам. Он мог дрыхнуть целыми днями, мог не смыкать глаз неделями. Единственное, что могло навести на мысль о том, что Шерлок все-таки спит, так это его отсутствие во всех остальных частях квартиры. И он никогда не перемещался по дому в полуодетом состоянии, протирая заспанные глаза и разыскивая чашку с кофе. Он появлялся либо уже полностью одетым, в вещах, которые стоили половину пенсии Ватсона, либо зябко кутающимся в домашний комплект, если был не в духе.
Таким образом, можно сказать, что Джон, в общем-то, должен был быть готов к тому, что Шерлок а) еще не проснулся, б) одевается у себя, - хотя на самом деле, в) Джон зашел в комнату, когда Шерлок одевался, и был шокирован этим фактом.
Джон открыл дверь, зашел и… скользнул взглядом по длинным бледным ногам, гладкому торсу, дорогим шелковым (темно-алым) трусам и …
- Ой, прости, - пробормотал Джон и отвернулся.
- Ну в самом деле, доктор Ватсон, - в голосе Шерлока слышался смех. Джон взволновано обернулся. – Десять лет в армии, и еще пятнадцать частной докторской практики, и вы все еще находите в себе силы смущаться? Странно.
- Вовсе нет. Я просто уважаю твое право на личное пространство.
Он никак не мог объяснить, почему вид Шерлока, спокойного расхаживающего перед ним без одежды, открывая взгляду и страшный рваный шрам на спине – наверняка ножевая рана, грязно, хорошо, что нож не задел легкое, – и легкий пушок, покрывающий грудь, живот и ноги, был настолько… эротичен, проскользнуло в мозгу. «Это личное!» - немедленно заткнул он самого себя. «Ладно, сойдемся на чувственном». Шерлок был прав: как врач и солдат, после многих лет мытья в общем душе и забот об умирающих и мертвых, он знал о человеческом теле практически все. Но сейчас все было совсем иначе. Пока Джон не хотел понимать, как именно. Это необычно, пояснил он сам себе.
Шерлок вытянул из сумки с вещами ничем не примечательные черные брюки и нагнулся, чтобы одеть их, и Джон уже не отворачивался. Наблюдение за скольжением гладкой шерстяной ткани по бедрам Шерлока, и застёгиванием пуговиц превращало процесс в сеанс целомудренного Викторианского стриптиза наоборот. Наступил черед темно-серой рубашки: она плотно обхватила такую мускулистую для такого стройного тела грудь, - и тут Джон понял, что бесстыдно таращился на Шерлока вот уже целую минуту.
И это, конечно же, не ускользнуло от внимания сыщика. Он застегнул рубашку, пригладил волосы и улыбнулся Джону.
- Ну? Тебе понравилось представление? Или ты вломился в мою комнату по какой-то другой причине?
И без того бестолковый разговор с каждой минутой становился все более бестолковым. Отлично.
- Твоя матушка заявила, что если я разобью твое сердце, то она загонит меня на край света и сотворит нечто ужасное, - сказал Джон. Лучше было разобраться со всем этим сразу.
- И все? – Шерлок сгреб с кресла свое пальто. - Не обращай на нее внимания, она всего лишь старая зануда.
- Она очень милая женщина, - возразил Джон. - Просто иногда она становится пугающей. А я не хотел бы, чтобы она все превратно поняла.
- А «превратно» - это как? – прошептал Шерлок прямо на ухо Джону, подойдя совсем близко. – С каждым днем мне все сложнее и сложнее это понять.
Он бросил короткий взгляд на свой телефон.
- Ладно, сейчас у меня есть кое-какие дела. Я вернусь через несколько часов, и мы отправимся в паб.
- Но ты же не любишь…. - начал он, но Шерлок уже вышел и спускался по коридору, – пабы, – растерянно сообщил Джон закрывшейся двери.
У него не осталось другого выхода, кроме как снова спуститься и составить компанию маме Шерлока. А днем его прижал Майкрофт, пытаясь соблазнить его местом в британском правительстве, потому что «вы гораздо более умны, чем пытаетесь казаться, заводя дружбу с моим братом» и «вы человек, который несомненно любит свою родину», после чего у Джона нестерпимо заныли виски, и нахлынули потрясающие по болезненности воспоминания. Тут вовремя встрял Шерлок, отвлекая брата разговорами о его диете, пиджаках и маленьких брехучих собачках, давая Джону возможность сбежать.
«Что я вообще тут делаю?» - спросил Джон сам у себя, но поскольку очевидным был только ответ «торчу посередине комнаты Шерлока, как идиот», он отложил философствования на другой раз и отправился в свою комнату, отвлечься за чашечкой чая и судоку.
***
В пабе было жарко, разве что пар не стоял, по сравнению с уличным морозцем. Они быстро сбросили верхнюю одежду и заняли свободный столик около двери. Запах паба – старое пиво, молодое, смесь ароматов духов, одеколонов и жареной пищи – был успокаивающе привычен.
Еще более успокаивающим его сделали две пинты золотистого пива, притащенные Шерлоком от стойки.
- Твое здоровье!
- Твое здоровье! – Джон отсалютовал кружкой и сделал большой глоток. Он не очень-то много пил, прекрасно видя, что алкоголь сделал с его сестрой и некоторыми сослуживцами, но периодически позволял себе выпить пинту честно заслуженного пива.
Шерлок, который пил еще меньше, чем Джон, приподнял кружку в ответном приветствии и выхлестал ее содержимое одним длинным глотком. Джон в шоке уставился на него:
- Ну ты здоров пить.
- Ты удивлён, - отметил Шерлок, изящно промокая губы салфеткой. - Это простейшая биология.
- Ты нечасто проводишь время в барах, разве что по делу, - отметил Джон. Он не мог ни на секунду представить себе, что Шерлок позволит себе вот так вот расслабиться. Никотин, спиды, кокаин, возможно легкие галлюциногены в качестве эксперимента, но ни в коем случае не алкоголь.
- Да, но если я был здесь по делу, разве я не постарался бы слиться с толпой? - Шерлок чуть отклонился назад, что-то меняя во взгляде, во всем своем поведении и виде. Джон не мог сказать что именно, но, внезапно, перед ним сидел не чужеродный и вечно замкнутый Шерлок Холмс, а просто милый парень, немного пафосный, расслабленный, вышедший из дома только для того, чтобы пропустить с другом по кружечке пива. Потом Шерлок выпрямился и снова стал самим собой.
- Пабы, они как маленькие срезы общества, наполненные людьми с длинными языками и полным отсутствием запретов в голове, – он задумчиво постучал пальцами по столу, уже явно утомившись скучным разговором. – Они бесценны для моей работы.
- Ладно, - Джон кивнул на разношерстную толпу. - Давай, удиви меня.
- Мои способности не предназначены для развлечения, - фыркнул Шерлок. Но его внимательные глаза уже скользили по толпе, отмечая, сопоставляя, запоминая. Сколько раз Джон ни наблюдал за тем, как Шерлок это делает, он не мог устать от этого зрелища. Иногда оно было удивительным и волнующим, иногда – удивительным и приводящим в бешенство, но всегда оставалось удивительным. И Джон продолжал наблюдать, несмотря на похищения, взрывы, убийства и черт знает, что еще.
- Да, да, но ты так любишь работать на публику, - ответил Джон. - Расскажи мне о… вон том парне, который направляется в нашу сторону.
- Местный, - сказал Шерлок, опасно сузив глаза. - Не заехал на выходные, живет здесь. Недавно набрал вес. Еще не привык к нему, посмотри, как он двигается. Думаю, бывший спортсмен, к сорока годам столкнувшийся с неизбежным набором веса, ленив, не амбициозен, но достаточно богат, чтобы не заморачиваться на эту тему. Он… - Шерлок сбился и тревожно поджал губы. – Заметил меня.
- Что ты имеешь в виду? Вы знакомы? – Человек пробил себе дорогу между столиками, добрался до другого мужчины, чуть пониже ростом и потолще, и, схватив его за плечо, кивнул в сторону Шерлока.
- Твой друг?
- Едва ли, – Шерлок не двинулся с места, но его пальцы продолжали выбивать тревожную дробь по краю стола, а губы сжались в узкую бескровную полоску. – Бывший одноклассник.
Двое наконец добрались до их столика.
- Ну и ну, глядите-ка, Шерлок Холмс, – проговорил тот, что повыше, улыбаясь, как собравшийся напакостить школьник. Джону был прекрасно известен подобный тип людей. Ему самому удалось избежать издевательств в школе, потому что он отличался успехами в спорте и был достаточно симпатичен, однако ему приходилось достаточно часто их видеть. На службе тоже случалось подобное, однако он быстро пресек это поведение у своих подчиненных. – Странно видеть тебя в таком месте. Приехал навестить свою мамочку, не так ли?
- Дэвидсон, я очень нетерпелив в разговорах с идиотами. С Рождеством и все такое, а теперь чеши обратно домогаться до той красотки в блузке. Я уверен, что если ты еще разок покажешь ей свою платиновую карту, она, возможно, даже согласится поехать к тебе.
- Все такой же псих, как я погляжу, - улыбнулся Дэвидсон. – Они еще не упекли тебя обратно в дурдом? – он посмотрел на Джона, который задумался над тем, что значило слово «обратно», и решил для себя, что никогда не будет поднимать эту тему в разговорах с Шерлоком. – Только не говори мне, что нашел себе парня. Я не могу представить себе человека, который согласится спасть с таким психом, но просто друга ты бы не привез домой, ведь так? - Он выглядел жутко довольным собой: еще бы, провернуть такую штуку с самим Шерлоком Холмсом. Джон на секундочку представил себе, что Шерлок мог знать и отвечать, особенно в условиях закрытой частной школы.
И Джон прекрасно понимал, за что жизнь Шерлока превращали в ад.
- Отличная попытка, - протянул Шерлок, закатывая глаза. - Как всегда, безосновательная, но спасибо за то, что хотя бы попытался напрячь свои маленькие мозги.
И вот на этом месте Шерлок должен был сообщить им, что их опасения беспочвенны и никто в здравом уме и твердой памяти не будет встречаться с Шерлоком и, уж тем более, спать с ним. Или просто дружить с ним. Потому что кому нужен сумасшедший? Кто хотел бы ходить на свидания, прерываемые безумными погонями, странными частями тел и разъяренными полицейскими?
Видимо, Джон. И ему уже за глаза хватило всей той дряни, которую эти мелкие людишки выплескивали на самого замечательного сыщика на земле, просто потому, что не могли его понять.
- На самом деле, мы не встречаемся, - сообщил Джон, накрывая узкую кисть Шерлока своей ладонью. Ледяные пальцы чуть вздрогнули. – Мы собираемся пожениться. А теперь соизвольте заткнуться.
Шерлок удивленно уставился на него. Джон не мог точно сказать, что происходит у него в голове, но вид у Шерлока был сбитый с толку, как бывало на сложных делах, и, кажется… немного грустный. Глаза его внезапно стали серьезны:
- Мой нареченный, - вдруг сказал он низким, хриплым голосом, - герой, вернувшийся с войны. Он знает, по меньшей мере, пятнадцать способов убийства обычными столовыми приборами.
Джон задержал руку на ложке, постаравшись, чтобы жест вышел угрожающе:
- А Шерлок знает еще сотню способов, как спрятать тела, чтобы их никогда не нашли. Так что давайте, вперед.
Обидчиков вынесло из бара со скоростью звука. На их лицах были написаны страх и отвращение. Джон поднялся на ноги.
- Что-то не хочу я больше пить. Пойдем домой?
Шерлок не слушал. Лицо – застывшая маска, в его мозгу происходил сейчас очень сложный расчет. Части уравнения то рассыпались, то собирались вместе. Джону было знакомо это выражение лица. Шерлок был совершенно занят анализом; это значило либо, что он близок к разгадке, либо, что встреча с прошлым оказалась слишком волнующей и он отступил в любимый укромный уголок: свой разум.
- Пошли, - Джон протянул Шерлоку руку, помня о том, что они вроде как помолвлены. Половина паба неприкрыто таращилась на них, вторая половина столь же старательно отводила глаза.
Шерлок принял протянутую ладонь и грациозно поднялся на ноги, не обращая никакого внимания на толпу. Он отпустил руку, как только встал, и направился к двери, раздвигая народ.
Джон натолкнулся на него в паре метров от входа. На улице похолодало, или это просто Джон уже привык теплу внутри паба. Он зябко передернулся. Шерлоку, вроде, холодно не было. Гнетущая его мысль отступила, и теперь он был просто задумчив.
- Шерлок, - позвал Джон, надеясь оправдаться за то, что опять неподобающе отнесся к их отношениям, но извинение застряло где-то в горле, когда Шерлок подошел к нему, коснулся ладонями его лица и поцеловал.
Этот поцелуй не был холодным или циничным, или каким там его мог себе представить Джон, если он вообще мог себе его представить. Ну, он, никогда и не пытался. Честное слово! Теплое, мягкое, легкое прикосновение к губам, и они замирают на середине холодной улицы, и ничто – ничто – на свете не шокирует Джона больше, чем совершенно обычный, сладкий, чуть стеснительный поцелуй.
Шерлок отстраняется, все еще касаясь ладонями лица Джона. Тени от уличных фонарей делают выражение его лица практически нечитаемым. Можно подумать, Джон и при свете дня мог понять, что происходит у Шерлока в голове.
- Они… все еще смотрят? Ну, эти, из паба? – Джон цепляется за последнюю соломинку, робкую надежду, рациональное зерно во всем этом.
- Нет, - говорит Шерлок, и отступает, опуская руки. В следующее мгновение, пока Джон не успевает даже прийти в себя, Шерлок поворачивается к дороге и машет проезжающему кэбу. Машина исчезает в темноте, оставляя ошарашенного Джона в одиночестве, с чужим теплом на губах.
***
Когда Джон добрался до дома, все уже давно спали, а Шерлока нигде не было видно. Джон немного посидел в его комнате, но поскольку все равно не знал, что будет ему говорить, вскоре ушел в свою комнату и лег спать. Он был и вправду везуч; у него была способность солдата засыпать в любом месте и любых условиях, не обращая внимания на образы: прикосновение теплых твердых губ, выражение удивления на лице Шерлока, когда он встал и протянул ему руку, - всплывающие в памяти.
К сожалению, служба лишила Джона способности спокойно просыпаться. Так что, как только матрас прогнулся под весом чужого тела, Джон подскочил, бестолково размахивая руками: рация, пистолет, ну хоть что-нибудь…
Но это оказался всего лишь Шерлок, растянувшийся на кровати рядом с ним.
- Ненавижу двусмысленность, – объявил он.
- А я и не заметил, - ответил Джон, прикрывая зевок тыльной стороной ладони. - Ты пришел об этом поговорить, или сейчас снова уйдешь, весь такой загадочный, оставив меня теряться в догадках?
- Я? Я – загадочный? – Шерлок плавно повернулся к нему. - Смею тебя уверить, из нас двоих загадочен вовсе не я.
Он поднялся, отвернул покрывало и запрыгнул в постель куда более изящно, чем это бы сделал Джон.
– Я тщательно обдумал сложившуюся ситуацию, – он вытянулся во весь рост и заложил руки за голову, переплетя пальцы.
- Какую? Ту, в которой все думают, что мы встречаемся, или ту, в ходе которой ты меня поцеловал? – Джон повернулся на бок, наблюдая за Шерлоком. Он прекрасно знал ответ, просто так любил доводить его, прикидываясь идиотом.
Шерлок бросил на него быстрый взгляд.
- Это одно и то же, Джон, – он раздраженно фыркнул. - Я честно иногда не понимаю, что же такого в тебе нашел.
Вот оно. Разгадка молнией блеснула в мозгу Джона. Шерлок увел его из паба и поцеловал, привез к себе домой, чтобы познакомить с семьей, и защитил от нападок Майкрофта. Если бы это происходило с кем-то еще, Джон немедленно бы понял, в чем дело. Шерлок Холмс буквально кидался на Джона.
Шерлок неожиданно рванулся, скользнул, нависая над Джоном, – так аккуратно, нежно, помня о больном плече – вжимая его в матрас, опираясь на ладони широко расставленных рук, совсем так, как сделал бы Джон, вздумай он кого-нибудь трахнуть. Эротизм этого момента, этой зеркальной позы, был настолько велик, что у Джона перехватило дух. Кожу закололо от нахлынувшего жара. «Нет», - подумал Джон: «Вот как выглядит накидывающийся на тебя Шерлок».
- Ненавижу двусмысленность, - повторил Шерлок, опускаясь на локти. Джон очень постарался не шевелиться. – Так что давай покончим с этим. Скажи мне уйти, и я уйду, это не затронет наше партнерство, обещаю.
- Или?
- Или мы окончательно покончим с ней раз и навсегда. Она утомляет мой разум.
Эти слова были сказаны с оттенком обиды, но Джон чувствовал, как Шерлок дрожит, как смотрит на его губы. Он хотел этого. Он хотел Джона. Очень, очень сильно.
- Я сам не фанат недосказанности, - заявил Джон, обнимая Шерлока за шею. - Больше привык к активным действиям.
Он привлек Шерлока к себе, но вместо поцелуя прошептал ему на ухо:
- Я не думал, что это может произойти, но я этого хочу.
Резким движением он пихнул Шерлока под локоть, свободной рукой дернул его на себя, и одним движением повалил на спину, прижимая к кровати. Блин, он не делал этого уже лет пять. Хорошо узнать, что до сих пор помогает.
Джон потянул Шерлока за запястья, прижимая их к подушке.
- Внезапно, - пробормотал Шерлок, его зрачки расширились, а дыхание сбилось. – Какой приятный сюрприз.
Он двинул бедрами, прижимаясь к Джону.
- Просто не люблю, когда меня держат, - сказал Джон. И это было правдой, как и то, что он не любил сам ловить себе такси и играть по чужим правилам. Сейчас он сам принял это решение – принял его уже давно, и все никак не мог этого понять. Но теперь он был к этому готов, почувствовать чужие касания, запах чужого пота, и, о боги, наконец-то получить разрядку, у него так давно не случалось хорошего оргазма. А сама мысль об обнаженном Шерлоке, мечущемся и стонущем… Джон нетерпеливо прижался к нему бедрами, дернулся и отклонился назад только для того, чтобы стащить рубашку с себя и взяться за пуговицы на рубашке Шерлока.
Тот хлопнул его по рукам.
- Будет быстрее, если я сам… - речь была отрывиста и быстра. - Ты не привык к такому положению… а я могу полностью раздеться за одиннадцать секунд, так что встань.
Длинные пальцы скользнули по пуговицам, сноровисто их расстегивая. Джон не хотел сдерживаться, не хотел вставать, не хотел быстрее. Он раздвинул полы рубашки и заскользил губами по груди и животу Шерлока, легко касаясь языком ребер, прислушиваясь к едва слышным вздохам, чувствуя их под своими губами.
Шерлок потянул его за руки, привлекая к себе для очередном поцелуя, на этот раз глубокого и долгого. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, Шерлок сказал:
- Я оставил тебя одного в городе, потому что не знал природы твоих чувств, что это было: привязанность или жалость. Мне нужно было время. Эффект… эмоциональной вовлеченности отвратительно сказывается на мыслительных способностях, – он нахмурился. - Мне нужно будет учесть это в дальнейших исследованиях.
- Извинения приняты, - сказал Джон, - надеюсь, ты понимаешь…
- Джон, если ты горишь желанием всю ночь рассуждать о своих чувствах, то тебе лучше было бы заняться этим с одной из твоих идиотских дамочек.
Шерлок сгрёб Джона за талию и прижался нему, давая почувствовать возникшее в паху напряжение. Его глаза потихоньку заволакивались дымкой желания.
- Двигайся, - хрипло прошептал он. - Двигайся же, черт тебя дери.
Джон рассмеялся.
- Нечасто тебе приходилось этим заниматься? – пробормотал он, выскальзывая из своих штанов и протягивая руку к ремню Шерлока.
- Никогда, - прошептал Шерлок. - Практически никогда.
Джон не нашелся, что ответить, поэтому просто расстегнул тяжелую пряжку, затем брюки и стянул их до колен. Шерлок вздрогнул, его член натянул тонкий шелк трусов. Джон замер, задержав над ним ладонь, ощущая жар тела даже сквозь ткань.
- Я замучаю тебя, - мурлыкнул Шерлок. - Изведу. Может, у меня и мало было практики, но не думай, что я совсем ничего не умею.
- И не думал даже, - сказал Джон и опустил руку, скользя ладонью по стволу. Шелк не оставлял совершенно никакого простора для воображения.
Шерлок не стонал, не то, чтобы Джон этого не ожидал (не так скоро, по крайней мере), но напрягся, заскользил руками по кровати, цепляясь пальцами за простыню. Джон не сдерживаясь, стонал, потираясь пахом о ногу Шерлока, совсем как мальчишка, толкаясь наверх и зацеловывая тонкую шею. Это было прекрасно: касание разгоряченной кожи, жар и твердость в его руке, он так давно этого не делал, и необычность ощущения этого худого, мускулистого тела потрясающе возбуждала. Шерлок коснулся его груди и скользнул раскрытой ладонью вниз, к трусам.
- Пожалуйста, - попросил Джон, не будучи уверенным, что Шерлок имел в виду именно это, но ему было почти сорок, а кончать в трусы в таком возрасте как-то стыдно.
Он заметил, что Шерлок отвернулся, закрыв глаза и что-то беззвучно шепча. Джон наклонился поближе, чтобы расслышать, но уловил только тепло дыхания.
- Декламация, - произнес Шерлок низким хриплым голосом, - запоминание, формулировка, попытка… продлить.
Он потянулся вперед, его член толкнулся Джону в ладонь, и он застонал. Невольно, тихо, но так открыто и чуточку надломлено, что Джон чуть не кончил от одного этого звука. Его взгляд затуманился, и он прижал ладонью собственный член в попытке сдержаться.
- Просто, - выдохнул Джон, - дождись меня.
Шерлок зашептал громче, и Джон расслышал «Да, да…» - перед тем, как Шерлок распахнул глаза и улыбнулся ему, всем своим видом излучая какое-то непонятное упорство.
- Можно мне… - пробормотал он. - Есть кое-что…
- Все что угодно, - ответил Джон, впиваясь зубами в его плечо.
- Замечательно, - произнес Шерлок, и это было единственным предупреждением Джону перед тем, как Шерлок уложил доктора на спину, наклонился и взял в рот. Джон взвыл в голос, забывая, что они находятся в доме, полном людей, задышал часто и глубоко, пытаясь не кончить прямо сейчас от потрясающей, что было ничуть не удивительно, техники Шерлока. Одно касание там, движение языком здесь, и, о Боги, жар свил свои кольца внизу живота, пальцы поджались, и… нет.
Джон потянул Шерлока за плечи, притягивая к себе.
- Вместе, - выдохнул он, опуская руку и сжимая оба члена в кулаке.
- Романтический бред, - шипит Шерлок, но прижимается ближе, жарко дыша носом в шею, толкается сильнее, скользя по влажной от пота коже, и наконец, наконец, содрогается в оргазме, и, не сдерживаясь, стонет, низко, протяжно, и Джон немедленно следует за ним, путаясь пальцами в темных прядях.
***
Утром, когда он просыпается, Шерлок все еще рядом, вернее, уже рядом, одет и причесан. Разве что босиком. Мечется по комнате, мучая телефон.
- Здорово, ты, наконец, проснулся! – восклицает он и улыбается, более чем довольный. Джон ни секунды не надеется, что это из-за произошедшего ночью. Нет, это, должно быть…
- Они нашли еще один труп!
Ну, точно.
- А «еще» один это? - Джон лениво потягивается. Хороший секс – это здорово. После него он всегда чувствовал себя лет на десять моложе.
- Отравление, как и на той неделе. Они, конечно же, еще не понимают, что убийства связаны, но это так, совершенно точно… - тут он пускается в пространные объяснения, продолжая терзать свой несчастный телефон. Джон ласково за ним наблюдает. Все как всегда.
Шерлок оглядывается на него и хмурится. Пальцы на кнопках замирают.
- М, надеюсь, ты не ожидал, - кивок в сторону кровати, – всяких там утренних обжиманий и тому подобного?
Джон немного поразмышлял.
- Вообще-то нет. Меня такая обязанность несколько нервирует, честно говоря.
- А, - Шерлок, кажется, расслабился. – Отлично, - он продолжил метаться и тыкать в кнопки.
- С Рождеством, - сказал Джон, шаря вокруг в поисках своих трусов. Так, под одеялом нет, под простыней тоже…О, под матрасом! Джон вынырнул с уловом как раз вовремя, а то Шерлок снес бы ему голову, с размаху плюхнувшись на кровать.
- Рождество, - сказал тот, выразив одним словом всю свою ненависть.
- Да, сегодня Сочельник, - Джон натянул трусы, заметив, что Шерлок внимательно за ним наблюдает.
- Так вот почему никто не отвечает, – Шерлок отшвырнул телефон, потер лицо ладонью и откинулся на подушки. – На день весь мир замирает, - драматично простонал он.
- Отравитель будет где-то там и завтра, мы вернемся домой завтра к вечеру, - предположил Джон.
- Ненавижу ждать, - прогундосил Шерлок, но заметно расслабился. – Нам еще нужно пережить Рождественский ужин.
- Ну, это так уж и плохо? - Джон осмеливается провести кончиками пальцев по руке Шерлока.
Шерлок улыбается и медленно поворачивает ладонь, сплетая пальцы с пальцами Джона.
- Не в этот раз.
(1)яйцо:
- До чего приятно на них смотреть! - воскликнул я с энтузиазмом человека, вырвавшегося из туманов Бейкер-стрит.
Но Холмс мрачно покачал головой.
- Знаете, Уотсон, - сказал он, - беда такого мышления, как у меня, в том, что я воспринимаю окружающее очень субъективно. Вот вы смотрите на эти рассеянные вдоль дороги дома и восхищаетесь их красотой. А я, когда вижу их, думаю только о том, как они уединенны и как безнаказанно здесь можно совершить преступление.
- О господи! - воскликнул я. - Кому бы в голову пришло связывать эти милые сердцу старые домики с преступлением?
... А теперь взгляните на эти уединенные дома - каждый из них отстоит от соседнего на добрую милю, они населены в большинстве своем невежественными бедняками, которые мало что смыслят в законодательстве. Представьте, какие дьявольски жестокие помыслы и безнравственность тайком процветают здесь из года в год. ("Медные буки", перевод Н.Емельяниковой)
(2) Charity - благотворительность