Благоприятное_время,
Дорогая Света! ) Мне важно то, что ты пишешь. Мне дорого, что ты искренне «в теме», на одной волне…
Вот, тебе и друзьям нашим подарок – дословное письмо семнадцатилетнего Серёжи Есенина своему другу Грише Панфилову.
Помимо глубины раздумий и высокой поэтичности самого стиля, которым изъясняется в такие горькие, изломные для себя минуты молодой автор (что явствует из без пояснений), мне хотелось бы особо обратить внимание читающих его на некоторую особенность, которую, вероятно, не все заметят. Меня поразило то, что в своём письме не самородок, как это принято говорить, но Богородок, избранный Свыше из самых земных, даже, земляных – из крестьян – чистый помыслами юноша Сергей Есенин совершенно естественно для себя самого не раз переходит с разговорного слога на поэтический, продолжая свою мысль стихотворными строками, и обратно - как само собой для человека мыслящего стихами, разумеющееся.
Это письмо подтверждает давнюю, думаю не только мою, догадку – что Сергей Есенин не писал стихи, но говорил ими. Он - дышал Поэзией, как воздухом. И это не просто красивая фигура речи, но реальность чуда, заложенного Свыше в человеке.
Люди на Земле говорят друг с другом словами. Есенин же говорил с людьми, с нами – стихами.
Панфилову Г. А., ноябрь 1912 ("Дорогой Гриша!…")
Г. А. ПАНФИЛОВУ
Ноябрь 1912 г. Москва
Дорогой Гриша!
Извини, что так долго не отвечал. Был болен, и с отцом шла неприятность. Теперь решено. Я один. Жить теперь буду без посторонней помощи. После пасхи, как сказал мне дядя, еду в Петербург в имение, которое недалеко находится от Финляндии и где живет он сам. Эх, теперь, вероятно, ничего мне не видать родного. Ну что ж! Я отвоевал свою свободу. Теперь на квартиру к нему я хожу редко. Он мне сказал, что у них «мне нечего делать». Черт знает, что такое: в конторе жизнь становится невыносимее. Что делать?
Пишу письмо, а руки дрожат от волненья. Еще никогда я не испытывал таких угнетающих мук. Грустно… Душевные муки Сердце терзают и рвут, Времени скучные звуки Мне и вздохнуть не дают. Ляжешь, а горькая дума Так и не сходит с ума… Голову кружит от шума, Как же мне быть… и сама Моя изнывает душа. Нет утешенья ни в ком, Ходишь едва-то дыша, Мрачно и дико кругом. Доля, зачем ты дана! Голову негде склонить, Жизнь и горька и бедна, Тяжко без счастия жить.
Гриша, в настоящее время я читаю Евангелие и нахожу очень много для меня нового… Христос для меня совершенство. Но я не так верую в него, как другие. Те веруют из страха: что будет после смерти? А я чисто и свято, как в человека, одаренного светлым умом и благородною душою, как в образец в последовании любви к ближнему.
Жизнь… Я не могу понять ее назначения, и ведь Христос тоже не открыл цель жизни. Он указал только, как жить , но чего этим можно достигнуть, никому не известно. Невольно почему-то лезут в голову думы Кольцова: «Мир есть тайна Бога, Бог есть тайна мира».
Да, однако, если это тайна, то пусть ей и останется. Но мы все-таки должны знать, зачем живем, ведь я знаю, ты не скажешь: для того, чтобы умереть. Ты сам когда-то говорил: «А все-таки я думаю, что после смерти есть жизнь другая». Да, я то же думаю, но зачем она, жизнь? Зачем жить? На все ее мелочные сны и стремления положен венок заблуждения, сплетенный из шиповника. Ужели так и невозможно разгадать. Кто скажет и откроет мне, Какую тайну в тишине Хранят растения немые. И где следы творенья рук, Ужели все дела святые, Ужели всемогущий звук Живого слова сотворил.
Из «Смерти», начатой мною.
Пока и до свидания.
Размышление юного Пиита о жизни и смерти, о загадочном предназначении самой жизни, отгадать которое должен сам человек, пробудило во мне, забытое казалось уже, воспоминание. В 9-ом классе, томимый родственными с Певцом «Страны берёзового ситца» чувствами и сомнениями, что свойственно, вероятно всем молодым, переходно-возрастным людям, жадно ищущим, но не имеющим ответа на вопрос – «в чём же смысл этой жизни, для чего я родился? Не для того же, чтобы только умереть?» – я написал одну из первых своих песен на свои же стихи.
«Не ответив на наши вопросы,
Все надежды сведя на потом,
В небытье уходящая осень,
Одиноко машет крылом…
Я и сам до конца не знаю –
Так ли думал, и жил, когда-то…
Только ясно теперь понимаю –
О прошедшем грустить не надо.
Осенний дождь в моё окно
Стучится тишиной…
Уж видно так и быть должно,
Он знает, что со мной.
Что не заманит больше грусть,
В страну мечты былой…
В последний раз уйду я в путь,
Чтоб стать самим собой.»
(Б.К. 1975)
Сергей Есенин так и не нашёл на Земле ответа на вопрос – «для чего эта жизнь, для чего все её страдания? куда они, в результате, ведут человека?» Но, при этом, при всех подлинно трагических изломах, которые он пережил и в отдельности и вместе со своей горячо любимой Родиной, он принял для себя однозначное, воистину, героическое решение – «даже, если ты не знаешь, для чего жить – нужно жить!! И не просто жить, но Жить легче и проще, «всё принимая, что есть на свете!»
Для справки: - в мае 1909 г. 15-летний Серёжа Есенин с похвальным листом заканчивает Константиновское земское четырехгодичное училище и получает свидетельство об окончании училища. В сентябре того же года успешно выдерживает вступительные экзамены и начинает учебу (до мая 1912 г.) в церковно-приходской второклассной учительской школе (село Спас-Клепики Рязанской губернии и уезда). Во время учебы живет в Спас-Клепиках, приезжая на каникулы в Константиново. Именно, во время одного из приездов на каникулы домой, в родное село Константиново он и пишет, вернее, выдыхает из себя «Вот уж вечер. Роса…»/
Так вот, будучи прилежным, успешным выпускником церковно-приходской школы в Спас-Клепиках, Есенин признается своему другу: «Гриша, в настоящее время я читаю Евангелие и нахожу очень много для меня нового… Христос для меня совершенство…
Жизнь… Я не могу понять ее назначения, и ведь Христос тоже не открыл цель жизни. Он указал только, как жить, но чего этим можно достигнуть, никому не известно».
Лично, для меня, Света, Сергей Есенин, это – Россия, во всех её перед НЕбесами открытых и до времени ещё сокрытых смыслах. Я думаю, если искренне, от чистого сердца стараться понять Есенина, то можно понять Россию.
У меня вопрос самому себе: «Откуда у него такая тоска после окончания церковно-приходской школы?»
Моя тоска по жизни в 16 лет понятна мне сейчас – у меня не было никого, кто рассказал бы мне о Главном, посветил бы мне Иисусом Христом. Но, он то был Крещёный, оглашенный, посвящённый… предельно честный, трогательный верующий в Драгоценного Спасителя! Ещё только начинающий свою жизнь… Откуда же такая в нем тоска?
Наша соседка, бабушка Варвара, радушная, и мудростью и трудом крепко стоящая на земле, как-то обмолвилась, что в юности училась в церковно-приходской школе. Говорила она об этом с какой-то особой гордостью. И однажды, когда разговоре о нашем житие-бытие я, вдруг, напомнил ей Слова Евангелия, и с уважением сказал: «Ну, вы же и сами это прекрасно знаете – ведь, в церковно-приходской школе учились!» – А она, вдруг, отвечает: «Чего мы там учились?! Дети, они и есть дети. Помню только как просвирки воровали, и ели их… Вкусные такие…»
И приходит на сердце: да, Серёжа Есенин, как прилежный, лучший справно изучал Закон Божий, и Молитвослов, и Нагорную проповедь - основу Нового Завета, Евангелия Иисуса Христа, как основу Спасения душ человеческих, не говоря уже о многочисленных церковных обрядах, наполнявших таинства религиозной жизни... Но, при этом, рядом с ним не было никого из тех Вестников Благовестия - ни священников, ни преподавателей, ни друзей, ни родных, кто разъяснил бы ему слова Нагорной Проповеди Сына Человеческого, которым Серёжа искренне восхищался, как «образцом в последовании любви к ближнему». Не было рядом того, кто разъяснил бы Серёже просто и ясно, раз и навсегда привычные уху слова, не раз им самим и людьми слышанные, но, при том, так и оставшимся непонятыми:
И сказал Иисус ученикам Своим и народу на той горе:
«Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?
Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?
Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?
И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут;
но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них;
если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!
Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться?
потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом.
Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.
Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы.
/Евангелие Иисуса Христа по Матфею. Гл. 6 Ст. 25-33/
Обращаю внимание особо на эти слова из приведённых:
«Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться?
потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом.
Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам».
Это слова Истины, которые Серёжа Есенин не раз слышал и читал в книгах в церковно-приходской школе. Именно в них, в словах этих - долгожданный ответ на жгучий душу вопрос – «для чего живём? Для чего верим?» - Живём, для того чтобы прежде всех нужд земных искать для себя Царство Божее и Правду Его! Искать и, с помощью НЕбесного ОТЦА Иисуса Христа обязательно, гарантированно найти! И стать – Блаженными, т.е. НЕбесно счастливыми уже здесь, на этой Земле, а тем более, дальше… навсегда, вместе с Иешуа Ха Машиахом = Мессией = Иисусом Христом в НЕбесном Царстве Его бесконечно Любящего ОТЦА.
Но, кто расскажет человеку о царстве НЕбесном, если сами священники (говорю с уважением о лучших из них, бескорыстных, искренних, честных) и молятся, и учат, как это принято, и давным-давно вошло в привычку: «Отче наш, сущий на Небесах!... Хлеб наш насущный даждь нам днесь = Хлеб наш насущный дай нам на сей день!» Насущный хлеб, но не НЕбесный! И так по многу раз в день… Но, ведь, кто только о насущном денно и нощно просит, как он НЕбесный Хлеб, о котором не просит для себя обретёт?
А, ведь, Сергей Есенин – лучший из миллионов, и одновременно, корневой, от Земли, точно такой же, как дорогие его сердцу миллионы душ человеческих в России, да и не только в России, но по всему миру живущих…
Может здесь кроется ответ на не дающий покоя многим вопрос – «В чём явно ощущаемая слабость мирового Христианства на Земле? И как случилось, что огромная Христианская, с бесчисленными золотыми куполами Россия, от НЕбесного Бога в 1917 году отвернулась?»
Воистину, как это не горько осознавать, но - кто на Земле только о «насущном» думает и взывает - у того, в результате именно «бытие определяет сознание». А дальше жди, кто тебе это насущное на «блюдечке с голубой каёмочкой» принесет. Не важно, мол, какой барин придёт, главное, чтобы насущное подавал…
А, ведь в реальности - кто оплачивает твоё «насущное», тот и заказывает для тебя не твою, но свою собственную «музыку». И летели потом кресты с маковок церквей, и подали в пыль взорванные пред Незримым Ликом Израненного Спасителя храмы… «Хлеб наш насущный дай нам днесь…» Не важно какие баре придут, не таких терпели и перетерпим. Главное, чтобы насущное подавали. А там, хоть трава не расти… Будь милостив к нам, Господи!
Как же, оказывается, всё честно и просто. - Что посеет человек в молитве, то в результате в его жизни и взойдёт. Что просит, то и получает.
Сеешь насущное - его и пожинаешь. А пожиная, вновь, горюешь и вздыхаешь о новом насущном…
Но, кто искренне сеет в молитве НЕбесному ОТЦУ = сердечно жаждет, ищет прежде всех своих нужд не для тела насущное, но иное, НЕбесное для души – тот НЕбесное для себя, для семьи своей, для тех, кто в сердце и обретает!
И кто так, несмотря на все трудности, преодолевая самого себя, по честному-НЕбесному, как заповедал Сын Человеческий поступает, тому НЕбесный Отец Его и в остальном, насущно необходимом для его жизни на Земле, непременно помогает! Непременно!
И чему удивляться? Ведь, НЕбесный БОГ не есть человек смертный, но Истинный – никогда не обманывает, и обмануть не может. Потому что Бескорыстен, а потому - нерушимо Верен и Честен! Кровью Своею, а не чужою там, на Кресте раз и навсегда доказал это.
***
Как близок был дорогой Сергей Александрович Есенин к разгадке вопроса о тайне Жизни. И вся его собственная, изломанная, но несмотря ни на что, смотрящая на всё бесконечно распахнутыми глазами, сочащаяся каплями честнейших стихов, обнажённая, без кожи душа – «поле безбрежное, дышащее запахом мёда и роз» - вновь и вновь побуждает нас самих искать и искать для самих себя Высший, Истинный смысл происходящего под этими солнцем и луной, дождями и ветрами. И поднимая взор своего сердца не к привычно летящим над головой безмолвным облакам, но в Самую Запредельную, взывающую с Креста к неравнодушному сердцу Высь – вновь и вновь потрясённо находить там неизменно НЕбесное, и благодарно обретать Его для себя навсегда!
Спасибо тебе, Светочка, что ты, потрудившись, дала добрый повод для поиска…
Благодарность и Мир Сергею Есенину – за сердечный диалог и глубокие раздумья, которыми школьные, и не только школьные, сокровенные воспоминания и размышления пробудил...
А, главное, благодарение сердца драгоценному, Израненному Иисусу Христу – за то, что век за веком, тысячелетие за тысячелетием без устали старается воистину вне времени и пространства объединить всех нас, самых разных людей на Земле, во Спасение душ наших в поиске Единой, НЕбесной Истины.
Ведь, религий на Земле – много. Но, Спаситель для всех, кто жаждет – Один!