ДЕТСКИЕ БАНДЫ ПОРАЖАЮТ ЖЕСТОКОСТЬЮ
Ульяновские матери больше не могут молчать: о своей беде они пишут министрам и президенту. Дети гибнут в уличных войнах, которые ведут подростковые группировки.
Единичным данный случай не назовешь: в других регионах России тоже заговорили о всплеске невыносимой жестокости, носителями которой являются несовершеннолетние дети. Почему цветы жизни превращаются в цветы зла, выяснял корреспондент НТВ Никита Анисимов.
Ульяновский инспектор по делам несовершеннолетних Лидия Афанасьева всегда нежданный гость, но трудных подростков из нехороших квартир врасплох не застанешь. 14-летний мальчик уже неделю как растворился где-то в ночи, а его близкие этому печальному факту только рады.
19-летний Сергей Андрюшин в девять утра на узкой ульяновской дорожке повздорил с группой ребят помладше. Сергей приехал из другого района, по одной из версий — этого оказалось достаточно, чтобы на школьном дворе его забили железными прутьями и арматурой.
Валентина Андрюшина, мама Сергея Андрюшина: «От его кольца ничего не осталось, оно разрублено. Врач сказал, что ему арматурой отрубили все фаланги пальцев, когда он закрывал голову. Даже металл не выдержал».
В милиции случившиеся посчитали обыкновенной бытовой ссорой, вроде как накануне подростки повздорили на дискотеке. Таких школьных новостей не пережила завуч элитного лицея — 43-летняя Ольга Ангелова скончалась от сердечного приступа.
Мама Сергея, как многие его друзья, в милицейские выводы не поверила. Теперь на могиле сына она в одиночестве, но хоронили его всем микрорайоном.
Валентина Андрюшина: «Людей было столько, что я видела только сплошную массу. Без конца и края».
В пяти минутах ходьбы от Уральского госуниверситета молодежь била друг друга железками, резала и даже стреляла. Теперь милиция проводит общегородские родительские собрания. Но материнские сердца в страхе — даже защиты у президента России симбирянки просят, не показывая лиц.
«Родители переживают за армию, чтобы, Боже упаси, с ребенком там что-то не случилось. А здесь, в мирное время, здесь, у себя дома, мы хороним мальчишек», — говорит женщина.
Лидер группы «Каста» об уличной жизни рассказывает площадной лексикой. По версии Влади, другим текстам молодежь с рабочих окраин просто не поверит.
Влади, лидер группы «Каста»: «Пацаны от 14 до 24 лет в любом случае будут проводить время на улицах, они будут драться, они будут накуриваться, бухать. И все это мы понимаем, и мы сами через это прошли».
Лишенный родительских прав отец троих детей Андрей Рюков теперь видит их только на фотографиях. Старший 15-летний Дима уже в колонии — пырнул ножом соседскую девочку Наташу.
Наталья Левина, пострадавшая: «Он мне сказал: я не хочу тебя убивать. Потом сел мне на ноги, взял нож и пырнул под лопатку».
Дима взял у Наташи телефон и 50 рублей, на вырученные деньги купил двум вечно голодным сестренкам лимонада и леденцов. Мама Наташи теперь во всем винит себя и Димино несчастное детство.
Ирина Левина, мама пострадавшего: «Он плакал, очень сильно плакал, поэтому я и на суде-то промолчала, мне его тоже жалко. Я как мать считаю, что он недолюбленный, ему не дали того, что он должен был получить».
Таких нарушителей даже милиционеры со стажем не видали: в Краснодарском крае 7-летние вандалы подозреваются в осквернении 33 памятников. Оба мальчика из неполных семей ходили на кладбище в поисках сладенького.
Владимир Беленький, начальник Ивановского пункта милиции: «Один нашел конфеты, а второй не нашел. На этой почве у них произошел конфликт, и они стали рушить памятники».
Детей поставили на милицейский учет, а вот встанут ли они на путь исправления? Это, считают в милиции, во многом зависит от их родителей.
Заявления Марины Кубасовой достаточно для лишения родительских прав, но комиссия дает ей еще один шанс: «Ну, скажите, пожалуйста, как часто вы бываете пьяной?»
Марина Кубасова: «Выпиваю не каждый день, но через день, через два. Пью дома».
И даже такой ответ еще оставляет надежду. Ведь в комиссии точно знают, что в детдоме ребенку слаще не будет.
В самарском детдоме из 109 детей — 37 на учете в милиции. Раньше детишки часто сбегали в город, и взрослые смотрели на это сквозь пальцы.
Летом детдомовцы любили отдыхать на территории детского санатория. Чтобы попасть в тот развалившийся барак путевок не требовалось. Гулять там и взрослому средь бела дня опасно — но ребята из интерната никогда не ходили по одному, а для стаи человеческие законы не писаны.
Валентин Дрягин, прокурор промышленного района: «Только в области головы было обнаружено около 47 повреждений различной степени тяжести. На туловище — около 130. И на конечностях — около 160. Всего — более 300».
Следователи сначала думали, что мужчина попал под КамАЗ, а не встретился на пустыре с компанией малолеток. Но экспертиза показала, что погибшего не только жестоко убили, но еще и частично съели.
Константин Селиверстов, брат убитого: «У него от бедра до колена был вырезан кусок мяса. Я сначала думал — собаки, но потом выяснилось, что они его ели. У девочки, которая с ним в компании была, спрашивали, она говорит — да».
Детдомовцы убили четверых, потом несовершеннолетних поймали. Приговор пока не вынесен, но 10 лет за решеткой — максимальный срок для юных убийц. Кстати, двух жертв детдомовцы забили до смерти прямо в школьном дворе.
Элла Панфилова, руководитель Совета по правам человека при президенте РФ: «Они всё более жестокие — это ответная реакция на ту агрессивную среду, что создали мы, взрослые. Значит, мы несем за это ответственность».
Элла Панфилова знает, как можно хотя бы улучшить ситуацию с подростковой преступностью. Закон о ювенальной юстиции принят Госдумой несколько лет назад, но специальных судов для несовершеннолетних так и не появилось. Хотя наказание должно социально реабилитировать детей, а не превращать в закоренелых преступников.
Валентин Дрягин, прокурор Промышленного района: «Это пощечина всему городу Самаре и всем правоохранительным органам и мне лично».
После поимки детишек-людоедов уроки безопасности в самарской школе проводит лично мэр города. Он планирует осветить улицы и построить спортплощадки. Но могут ли школьники не бояться выйти за охраняемые двери?»
Виктор Тархов, мэр Самары: «Вы чувствуйте себя защищенными, когда идете куда то?»
Школьник: «Нет. Разве нормально, что у меня три раза средь бела дня отбирали сотовый телефон?»
За свой сотовый мэр спокоен — он и сам не промах, и в даже класс приходит в сопровождении телохранителя. Но вот новости с самарских улиц пока спокойствия не внушают.
Виктор Тархов, мэр Самары: «Буквально вчера подростки напали на двух водителей в масках с электрошоками. Деньги, конечно, отобрали».
http://news.ntv.ru/102446/