углубляясь в дебри безсознательного |
я снова пишу большие посты, поэтому если вы открываете это через почту, или просто случайно, не пытайтесь прокручивать до конца, чтобы понять насколько там много. просто поверьте: много. И едва ли это будет интересно, если вы не практикующийся на латентных психопатах специалист или же попросту знаете меня.
Если не заниматься самообманом, то на работу идти я совершенно не готова. именно не готова, потому что термин "не хочу" так или иначе мне подконтролен. Здесь же другое: накал страстей моего личностного кризиса проявляется в том, что я уже практически явно вижу проявления безсознательного отторжения данности в моем поведении.
начиная от искусственного нагнетания обстановки и неконтролируемого хамства сотрудникам, заканчивая желанием навредить себелюбым способом.
одним словом, мое неподвластное мне сознание борется с чужеродной средой, бросая вызов рациональной стороне вопроса. и как бы я ни старалась убедить его в том, что деньги нам сейчас нужны,оно отказывается подчиняться.
опасность этого положения состоит в том, что безсознательное во мне всегда доминировало. добивалось цели,.
и то, что раньше я не придавала свое поведение столь тщательному анализу, вовсе не говорит о том, что раньше я поступала иначе. все эти казалось бы совершенно случайные ситуации, когда будто бы весь мир сговорился, чтобы меня подставить, на самом деле были моим подсознательным желанием подставить себя в пользу избавления. А мир лишь подстраивался под этот настрой. И когда он исполнял мои глубинные желания, я испытывала невероятное облегчение, несравнимое ни с чем.
и, честно говоря, я не очень то ему сопротивлялась.
сейчас же я решила зайти с другой стороны. перехитрить саму себя, попытавшись дернуть за нужные ниточки раньше, чем они порвутся.
каждый индивид это схема. и если откинуть те редкие случаи исключений и всевозможные кармы и предназначения, то схема весьма несложная. наше настоящее - это результат причинно-следственных взаимосвязей поступков и ситуаций, которые мы совершаем исходя из своих естественных потребностей в любви, признании и самореализации.
наши страхи, привычки, неудачи и даже случайности, сопуствующие нас - это следствие произошедшего с нами ранее.
И хотя я сама много лет недооценивала подобный подход (ведь на рандомность вращения вселенной ссылаться куда проще), теперь с удивлением открыла для себя потрясающие, а порой и шокирующие открытия, попытавшись проанализировать себя начиная от самых истоков.
В один момент мне стало интересено, чем является все то, что мешает мне и не дает возможности насладиться своим существованием. начиная от привычек и черт характера и заканчивая глобальной неудовлетворенностью положением. Это перманентные свойства личности или же это видозмененная реакция моего сознания на какие-то события, которые я возможно уже и не помню? Как знать. Но если в меня с рождения не вмонтирован баг грызть ногти и бросать дела, не доведя их до конца, значит, что-то на это повлияло.
я решила отмотать пленку до тех пор, где все еще было в порядке. чтобы отследить момент, где же именно что-то пошло не так. В какой именно момент на мою личность стали давить, перегибая палку в другую сторону? Кем была истинная я?
решила начать с трехлетнего возраста.
вот она я, я лежу в своей кровати... что я вижу, чего мне хочется...
после продолжительных попыток войти в памятный транс, я с удивлением обнаружила, что картинки эти потрясающе свежи и ярки.
Сперва ты, кажется, не помнишь, но потом, шаг за шагом, оживают мелкие детали.
Но в этом всем процессе я вдруг поняла, что из моей памяти будто бы вырезаны целые куски. Я отчетливо помню форму светильника в первой квартире, лица-голоса соседей, сколько было ступенек на детской горке, но в этих картинках совершенно нет родителей. Я их не помню. они жили со мной, тоже ходили по квартире. отец приходил с работы в пять, это я помню механически, но я совершенно его не вижу там, в коридоре. Куда он идет потом? Что делает? А в выходные?
Я совершенно не помню их голосов. они говорили вообще со мной? почему память все это стерла? Что именно она хотела стереть?
И тут вдруг я допустила мысль, все о том же бессознательном, что а что, если это неспроста? Что если до сих пор я росла, руководствуясь лишь вырезками воспоминаний и рассказами заинтересованных. И я ни разу не задумывалась в них усомниться.
но что если было что-то кроме?
И тогда я вспомнила мать. В три года. Она стояла возле меня на коленях, что-то шептала. У нее были длинные волосы, и я хотела ее обнимать. Мне было уютно рядом с ней. Совершенно искренное. Правда, с того момента свять обрывается. И больше я не чувствовала ее матерью ни в один из моментов жизни.
Все же, выходит, что мать у меня все-таки была. И она проявляла ко мне ту самую любовь и заботу, которую, я считаю и должны проявлять к детям родители: естественную, неподдельную.
Но что случилось потом?
Я всегда думала о ситуации с позиции, что это со мной случился какой-то сбой, что что-то пошло не так. Но что если в действительности сломалась она?
В какой-то момент, что-то в ней перестало бороться и произошел полный регресс. Ее подруга рассказала мне, что в один период она резко изменилась. Она пришла к ней домой после долгого перерыва и не узнала его. Она перстала следить за собой, стала устраивать беспорядок. Прогуливаясь по своей памяти, я вспомнила, что игралась ее помадами. Я страх как любила копошиться в куче сходных по свойстам предметов, систематизируя их по одной известной себе логике. Так вот помад у нее было много. Как и духов. Я давала баночкам пол\имена, играла ими вместо кукол. Так же с украшениями. А потом это все куда=то пропало, и больше я никогда не видела у нее ни косметики, ни духов, ни обручального кольца на пальце. Я вспомнила, что она его носила. А потом перестала. мои родители не носили обручальных колец, спали в разных комнатах.
Отрывками я стала вспоминать что=то еще. Но пока что-то мне трудно с этим разобраться. сознание начисто отвергает их образы.
и даже когда я пытаюсь смоделировать известные мне ситуации, на их месте нет лиц. сидят другие гости, другие люди, а от родителей только пустые места.
Выходит, что там что-то произошло. Возможно не настолько явное и четкое, чтобы это было одним событием, которое я старательно удалила.
скорее всего это был более длительный и незаметный процесс, постепенно пожирающих их изнутри и медленно оборачивая ту естественную материнскую любовь во скрытую ненависть к собственному ребенку.
Если бы я сама пару лет не оказалась в ситуации близкой к прогрессирующему саморазрушению, я бы ни за что не задумалась бы об этом. ведь внешне изменения при таком регрессе не так заметны. ты меняешься так тонко и так медленно, что те, кто видят тебя каждый день не способны этого уловить. вот почему ее друзья (если они тогда были) не забили тревогу. а похоже стоило.
Она всю жизнь злорадствовала на темы подруг и любви. Очевидно, это нанесло ей непоправимый вред. И ее безсознательное радовалось всякий раз, когда мне было плохо, потому что в глубине души она испытывала некое облегчение, что кто-то будто бы разделяет ее боль. Она не ненавидела меня, она ненавидела себя во мне. Пока что я не могу это объяснить убедительными терминами, но чутьем чую, что это было именно так.
Невольно я искала ей оправдания. И, наверное, наверное, после этих детальных путешествий в прошлое, я вполне бы могла остановиться.
Отчасти я удовлетворила свои потребности наличием некоей матери в раннем возрасте, которую я потеряла, и мое сознание, вероятнее всего, вцепилось бы в этот сценарий, как в вариант эмоционального щита.
а значит, что со моей предрасположенностью поехать крышей, это сыграло бы как бомба замедленного действия. очередной фантом, который я выдумала и поверила в него настолько, что он затмил мне реальность. мне было хорошо в той квартире, когда мне было три. все эти выходные я возвращаласиь туда снова и снова, чтобы пережить эти эмоции. прокручивала отрывок воспоминания, как пленку. коротку, но столь приятную запись.
но я вовсе не хочу искать себе утешение и создавать очередную иллюзию, в которую можно сбежать.
я решила разобраться, а значит, я должна стиснуть зубы и начать двигаться дальше. Я не должна искать оправдания, я должна трезво расставить все по полочкам. разумеется, мне хочется убедить себя в том, что мать была жертвой. Возможно, обвинив в этом отца. то есть в итоге сделать то же самое, откуда я начинала: найти, на кого бы спихнуть ответственность.
Но я то знаю, что она не была жертвой. По крайней мере, в полном смысле этого слова. В этой ситуации теперь вовсе не может быть правых или виноватых. тут может быть только бесстрастная картина, как если бы ее составлял незнакомый мне человек.Именно он задает мне наводящие вопросы в моей голове, когда я пытаюсь что-то вспомнить. Какого цвета на тебе одежда? Какая была твоя любимая игрушка? Что мать готовила мне на обед? Где я спала?
не знаю пока что что именно это мне дает, но это чертовски увлекательно.
Я пытаюсь посредством "стороннего наблюдателя" обнаружить в себе склонности к чему=то, особенности. Все то, за чем должны были наблюдать мои родители, если бы это их действительно интересовало.
Пока мою мать окончательно не повернуло, она не навязывала мне свои юношеские несбывшиеся мечты и предполагала, что из меня мог бы получиться отличный доктор. Мне в общем-то нравилась эта перспектива. Я с детства учила себя не бояться крови и сохранять хладнокровие, чтобы быть способной помочь, когда понадобится помощь. однажды какой-то ученик в ее школе распорол себе руку. Мать подозвала меня, чтобы познакомить меня с моей будующей работой. (по крайней мере, так я это восприняла). И я была чертовски горда собой, что смогла смотреть на швы без какой-либо реакции. тогда я поняла, что если мне придется зашить кому-то руку, я это сделаю.
я была уверена, что стану доктором.
Я любила воспринимать предметы на ощупь. мне чертовски нравилось трогать: ткани, материалы, температуру. Тактильная память у меня самая сильная. Картинки оживают сперва именно в виде запахов, ощущений. Я не помню в своем детстве других детей. Точнее, кого-то, кто меня интересовал. Выходит, что склонность к одиночеству у меня врожденная и не имеет никакого отношения к "травмам".
Я легко шла на контакт, но неохотно. Я не была из тех детей, кто от нефиг делать пристает к прохожим и начинает заговаривать с ними. Взамен, я любила наблюдать. А затем додумывать.
Однажды увидев у соседки культю вместо руки, я вместо того, чтобы просто спросить родителей, начинала развивать в голове собственные версии, чтобы найти объяснение. В итоге я до сих пор осталась со своей единственной версией, что ее руку затянуло в механизм мотора трактора (почему я так подумала тогда я уже не вспомню). Надеюсь, что это было не так, но с тех пор и по сей день я продолжаю видеть кошмары, где какая-нибудь моя конечность попадает в оголенный механизм. До сих пор мне даже не приходило в голову связать это с детскими страхами. или же что-то способствовало этому раньше, и я нафантазировала тогда ту версию как раз потому, что где-то меня сильно впечатлили тракторы и оторванные конечности. Но взаимосвязь где-то определенно есть.
По той же схеме я надумала себе какой-то кошмар в больнице. на лестнце. Связанный со стеной. Суть этого страха память стерла, но дикий ужас пробил меня сразу же, как я прошлась по оживших перед глазами коридорам. Как вы уже догадались, в больницы с тех пор я хочу ооочень неохотно.
Но вот почему я упорно не говорила о своих мыслях родителям, я еще не поняла. Этому явно была причина, потому что прежде чем дети запретят себе что=то делать, этому должно что-то способствовать. Возможно, меня осудили, или же я видела неудачный пример других, или же я стала свидетелем сцены, обсуждение которой вызывало у моих родителей страх и неловкость, отчего они сами построили стену, пресекши все мои дальнейшие попытки о чем-то спрашивать.
я вспомнила, что не могла спать в кроватке. у меня была кроватка, но я упорно отказывалась в нее лезть и спала с родителями. я поняла это тогда, когда заставила себя вспомнить, что я вижу, лежа в своей этой самой кроватке, как перелажу через решетку. Но совершенно ничего не могла всопмнить. потому что в своей кроватке я не спала.
Опять же не помню, почему. Может, мне потокали. А может я снова чего-то боялась. Но так или иначе, впоследствии я привыкла, что слева и справа от меня есть люди. возможно это тоже наложило свой отпечаток, потому что едва мы сменили квартиру, родители сразу же разъехались по разным комнатам. Вполне вероятно, что это стало для меня стрессом, который я не могла сразу осознать. Резкая смена привычки порождает совершенно противоположную реакцию, и вплоть до сих пор я не могла чувствовать себя комфортно, если спала не одна.
был период, когда я даже чувствовала нечто похожее на панику, когда требовалось ночевать с кем-то. Но бывали дни, когда что-то переклинивало, и нахождение кого-то рядом было жизненно мне необходимо. Иной раз, когда снился кошмар, я инстинктивно вскакивала и оборачивалась налево. Вчера я вспомнила, что моя мать всегда спала слева от меня.
сюда же моя дурацкая привычка не есть на кухне (мне действительно пришлось в какой-то момент себя натужно приучивать). оказывается она пошла еще с самого раннего. такая модель поведения была для меня нормальной. Я не видела примеров как можно по-другому.
Я так и не смогла вспомнить ни одного раза, чтобы мы ели на кухне. Стол помню, стул помню, лук на подоконнике, шкварчание котлет на печке, а как мы едим на кухне хоть убей вспомнить не могу. Зато помню, как мать приносила мне миску на подносе в комнату.
и я ела, сидя на стуле с ногами, подвернув одну под другую (сидеть на стуле, как люди, я до сих пор не могу).
при этом тяги к обжорству у меня тогда не было. Я была весьма равнодушна к еде. Это появилось потом. Явно позже, чем в три года. Это еще предстоит выяснить. Но почему мы не ели на кухне?
Может, этому тоже есть причина?
Чем черт возьми вообще занимался мой отец? Он вообще был? Или мне внушили, что он был? Память шутница. Если начать ставить под сомнение все, можно порой многому удивиться. Иной раз она может смоделировать такие яркие картины, что мы будем убеждены, что именно так оно и было, но на деле это лишь наши фантазии. Но уверена в одном: немного нездоровое восприятие мужчин и, как следствие, мое к ним отношение, началось еще далеко в детстве, и скорее всего, причиной тому был мой отец. Точнее, тот, кого моя память упорно стерла (если уж ставить все под сомнение, тогда и это тоже)
Одним словом, стараюсь выписывать подробности. И это страх как интересно. Не припомню, когда была последний раз чем-то так увлечена.
А это мое увлечение постепенно перерастает в нечто большее, чем просто интерес. Если уж я в силу многих причин не могу доверить себя специалисту, то я хочу сама стать специалистом.
Если подумать, то выявление закономерностей между интересовавшими меня сферами приводят меня к поразительным выводам и выявлениям очевидных взаимосвязей. Сны, умение держать себя в руках, способность сознания контролировать поведение, возможности памяти - все это по сути ключи от одной двери. И хотя я никогда не буду придерживаться исключительно научного подхода, отрицать его важность в анализе повседневных вещей невозможно. и даже глупо. Это как иметь в руках удобный инструмент, но продолжать забивать гвозди фотоаппаратам, оправдываясь лишь тем, что ты так привык.
не знаю, чего я хочу, но эти знания уж точно за плечами не носить.
и сейчас я ощущаю прямо таки острую необходимость освоить науку анализа поведения. Раньше я всегда мечтала обладать врожденной проницательностью, которая смогла бы давать мне безошибочные трактования, чего от кого ожидать. Эти знания казались мне бесценным даром, но я никогда особо не стремилась двигаться в этом направлении. надо признаться, что я вообще ни к чему особо не стремилась. (почему - я и пытаюсь выяснить) Виидимо сейчас такой подходящий период, когда совпали все факторы и необходимости, и я даже если захочу пока что не могу перестать об этом думать.
У любого исследователя первый проект всегда это он сам.
подыскивала, кстати, имя для своего недуга и пока что не знаю, как его точнее окрестить: "синдром хронической неудовлетворенности данностью"? "частичное растройство личности на почве невозможности реализовать желаемое"?, "комплекс ждущего и бездействующего"?
не знаю, как это назвать, но знаю, как бы я его описала:
"состояние отсутствия естественной мотивации на изменение неудовлетворяющих факторов, контрастирующее с полным нежеланием мириться с ними. При этом сопровождающееся ощущением непонятости и отрешенности от внешнего мира в сочетании с непреодолимым желанием быть признанной"им.
И да, дополните это наличием достаточного количества времени, чтобы успевать думать об этом, но не достаточно достаточного, чтобы успеть предпринять активные меры для преодоления проблемы.
При этом мое безумие недостаточно безумно, чтобы отнести мое состояние к психическому расстройству, но при этом мое эмоциональное состояние не позволяет назвать меня здорово-функционирующей личностью.
Сильно передернуло меня после просмотра сериала "мыслить как преступник", где классные ребята работают в фбр и составляют психологические портреты всяких там маньков и извращенцев. Не считаю, что была бы рада анализировать всяких больных ублюдков, но все же задумалась: черт возьми, а ведь я могла бы быть каким-нибудь подобным консультантом, создавать полезные теории, писать диссертацию, ездить на форумы.
В определнный момент моего обучения в школе все вокруг были уверены, что однажды именно так и будет, но взамен я тащусь на рутинную работу, чтобы рисовать какую-то бесполезную хрень, просочившись тенью, сквозь тени других мало чем примечательных субъектов (довольных, между прочим, своим положением) и горжусь лишь тем, что могу позволить себе жилье и еду. да. звучит не так ничтожно, как если бы я валялась в парке под забором, залитая дешевым вином и хрипло ругая политиков, но в масштабах глобального соотношения возможностей и коэффициента их полезного использования, именно так оно и выходит.
А я еще удивляюсь, отчего у меня возникло ощущение неудовлетворения?... (сарказм)
Где-то в какой-то момент я попросту перестала хотеть. И этот момент, вопреки моим недавним предположениям, возник не три года назад, а намного раньше. Намного многее той отметки с которой я обычно начинаю ворошить свою прошлую жизнь. Врожденные способности помогали мне ловко выкручиваться из разнообразных ситуаций (вроде сессии), но в целом деградация моего развития началась еще задолго до того, как я вообще дошла до отметки, с которой можно было начать сполна развиваться.
Короче говоря, я ощущаю себя отвратительно, потому что чувствую, что напрягаюсь чуть более, чем никак. Иногда мне начинает казаться, что моя память уже не так остра, как раньше, что способность пересказывать полученную информацию почти редуцирована, порой я не могу связать и пары слов, и последние годы активно подбухиваю, что тоже не способствует повышению работоспособности мозга. если не брать в расчет прочих диструктивных факторов. то этого уже достаточно, чтобы вспасть в депрессию, а я даже еще кое-как держалась все это время, (что удивительно)
Так что если чему и стоит удивляться, так это не тому, что я оказалсь в подобном состоянии, как сейчас. А как я вообще дожила до этого дня?
И тогда-то я впервые задумалась о своих первоначальных тягах ко всему потенциально вредящему мне. Если алкоголь притупляет память и позволяет мыслям путаться, то что если все это время мои странные желания были связаны безсознательной попыткой что-то забыть. Употреблять алгоколь я начала достаточно рано (по моим меркам) и больше всего мне нравилось именно это ощущние пустоты.
Мое сознание против моей воли хотело себя убить, подсовывая мне это желание под разными предлогами, но при этом недостаточно настойчиво и явно, чтобы я имела возможность сослать его на что-то другое. Я не страдаю физической зависимостью, что исплюкчает какие-то там генные предрасположенности. В моем случае эта проблема, как и прочие мои привычки, нацелены на тушение сигналов мозга, потому что я сама не могла справиться с тем, что в нем творилось.
Иной раз я приходила на тренировку и намеренно ввязывалась в жесткий спарринг, чтобы получить по голове и отключиться. Точнее, тогда мне казалось, что я как-то странно пропускаю удары и никак не могла понять, что происходит. А на деле мой мозг попросту хотел вырубиться и делал все возможное, спасая меня от чего-то.
Чего-то навязчивого и пожирающего. У меня явная предрасположенность к раздуванию из искры пожара и сжиганию себя на нем в ритуальном пламени. Возможно, это побочный эффект "созидающего" типа сознания, когда твоя фантазия и способность оживлять образы настолько развита, что порой ты не понимаешь, когда начинаешь портить свою собственную реальность. Не удивительно, что порой мне хотелось уйти от этого. А нездоровые отношения с родителями и отстутствие кого-либо, с кем я бы могла поделиться, и кто смог бы мне помочь, стало причинами того, что мое сознание начало защищаться само. И делало это как умело (едва ли кто-то обладает требуемой квалификацией в три года) Разумеется все это самолечение не прошло безпоследственно.
Но чем хорошо опомниться, пока ты еще жив, это то, что пока ты еще жив)
Теперь я стала подлавливать себя на этих неосознанных диструктивных желаниях. Все они вспыхивают именно в тот момент, когда я начинаю обращаться к мозгу и заставлять его думать. Не важно, о чем. Но все эти привычки-отвлечения, тут же начинаю грызть меня изнутри. Всякий раз когда мозг не мог справиться с чрезмерным возбуждением (как правило восторженного типа) у меня тут же возникало желание выпить. Я называла это "хорошее настроение". а на деле мое подсознание буквально прямым текстом говорило мне: если тебя сейчас немного не успокоить и не отвлечь, ты взорвешься как будто бы внутри тебя была бомба. Остюда же желание перекурить когда я начинаю думать над тем же сюжетом, или там арт сильно клевый получается. Всякий раз вылазит моя неспособность совладать с вобственными эмоциональными реакциями. Любое "-пере..." вызывает у меня желание забыться. Не то, чтобы новость. Но систематизациятаких вот делатей воедино начинает вырисовывать некую общую картину.
Вообще на подобные "исследования" меня подтолкнуло занятное наблюдение о том, что когда я начинала вязать шарф, мне становилось скучно и неинтересно вязать. мне не хотелось как прежде просидеть за этим занятие все выходные. и тогда я решила провести эксперимент и, бросив шарф, снова взялась за носки, которые вяжутся по кругу, по чуть-чуть на четырех спицах. И пришла к поразительному открытию: мне вовсе не надоело вязать, просто меня увлекал процес получения "быстрого частого результата". Я провязываю короткий ряд и мне тут же хочется перейти к следующему. И мне кажется, что работа растет на моих глазах, потому что на коротких рядах прогресс заметнее. В то же время длинный монотонный шарф совершенно убивает во мне весь этот азарт. Выходит, уже по этим двух незнакичельным казалось бы деталям можно сделать важный штрих в моем портрете, если бы кто-то ставил перед собой целью найти ко мне подход. А сколько таких деталей я упускаю из виду? Как много простые банальные вещи могут сказать мне о самой себе. Ведь в определенный момент я обнаружила, мой истинный облик расходится с тем, который, как я считала,я вижу. То есть я не то, чтобы придумала и поверила в свою собственную реальность, но безсознательно закрывала глаза на вещи, которые упорно не хотела видеть. И в какой-то момент они попросту перестали мой восприниматься. Но если я хочу навести порядок и помочь себе избавиться от состояния "хронической недоувлетворенности данностью", я должна открыть для себя ту себя, которая на деле и существует. И все то, что с ней связано. А значит, стать на какой-то период незаинтересованной стороной, которая будет помогать этой женщине проводить связи между ее поступками и желаниями.
Больше всего на свете хочу взять отпуск на недельку и как следует отдохнуть. Сейчас я не испытываю в этом критической нужды (нехватало еще запустить до этого), но я не хочу отвлекаться сейчас еще и на то, что мне нужно преодолевать негодование от осознания глупости того дела, на которое я трачу львиную долю своего времени.
Какое-то время, судя по всему, ржачных постов про всякую хрень здесь не будет. Мне нужно немного посерьезничать)
Рубрики: | раздумья (2008-2018)зачастую неблагополучные мыслиПро я (2008-2018) детали личностного портрета. |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |