(нашел у себя - очень старая гипотеза)
С каждым днем информационные технологии все больше и больше проникают в самые разные сферы жизни общества, вместе с информатизацией быта происходит и информатизация языка: слова монитор, процессор, чип и др. давно перестали быть профессиональными терминами, став общеупотребительными.
Появилось большое количество научных работ, посвященных изучению компьютерной лексики. Преимущественно изучаются сленг и жаргон – западные исследователи редко разводят эти понятия, принято считать, что это французское и английское названия одной реалии. В отечественной лингвистической традиции такое разделение существует: Химик В.В., Мечковская Н.Б. и многие другие исследователи рассматривают сленг и жаргон как самостоятельные сферы языка, определяют цели использования жаргонных и сленговых выражений и специфику их функционирования в речи. Однако в работах, посвященных компьютерной лексике, эти понятия часто смешиваются и выступают как синонимы. Даже если предпринять попытку классификации исследуемой лексики, выделения в её составе жаргонных, сленговых элементов, арго, профессионализмов, результаты данного исследования будут весьма сомнительны, это объясняется как «аморфностью» самих лингвистических терминов, так и огромной скоростью протекания языковых процессов в компьютерной лексике, подвижностью её состава.
Основной проблемой и основным недостатком работ, посвященных исследованию компьютерной лексики, является то, что компьютерная лексика и компьютерная культура рассматриваются в рамках национальной культуры и национального языка. В действительности киберкультура (направление в культуре, основанное на использовании возможностей компьютера, компьютерных сетей и технологий виртуальной реальности) и компьютерная лексика (большая её часть) не имеет национальной отнесенности, именно этим может быть объяснена легкость общения немецкого и украинского пользователей (оба не знают английского языка): оба понимают, что такое vir(us), frame, crack, hack, activeX и т.д. С развитием информационных технологий и глобализацией общения (преимущественно через Интернет) возникает настойчивая необходимость в новом языке, понятном большинству пользователей всемирной сети.
Использование компьютерной лексики своей целью имеет не шифровку информации (арго), не подчеркивание принадлежности к социальной группе или профессии (сленг, жаргон), а удовлетворение коммуникативных потребностей человека. Несомненно, речь идет о формировании нового языка, ограничивающим фактором для которого выступают уже не пространство и национальность, а уровень информационной подкованности, самоидентификации себя как части нового, принципиально нового социального объединения, со своей культурой и своим языком. В рамках этой культуры можно выделить несколько субкультур: от культуры утонченной информационной богемы до киберпанка (компьютерный андеграунд).
В рамках «нормативной» компьютерной лексики можно выделить несколько подсистем: лексика активного запаса, разумеется, включая термины, обозначающие актуальные понятия, например, AGP, hacker, flood; лексика пассивного запаса: историзмы (Fido, BBS), архаизмы (FDD→floppy), неологизмы (появляются очень часто и быстро входят в активный запас). В компьютерной лексике существую также национально-культурно обусловленные уровни (русская компьютерная лексика), своеобразное койне, необходимое для общения хакера с геймером или программером, социальные диалекты (геймерский, хакерский, программерский и др.).
Основой для нового «компьютерного» языка послужили технические термины и понятия а также элементы английского языка (его лексики и идиоматики). Английский используется преимущественно для заполнения лакун, которых в новом языке огромное множество, из английского же взята часть грамматического строя (упрощенная модель) и средства связи, это может быть объяснено как исключительной распространенностью английского, так и относительной простотой его использования. Необходимо отметить, что это не классический английский, а американский разговорный английский, с его упрощенной грамматикой и лексическим составом.
Еще одной специфической чертой компьютерного языка является использование преимущественно письменных способов коммуникации, поэтому о фонетике нового языка пока нельзя сказать ничего определенного.
Таким образом, мы имеем возможность наблюдать появление принципиально нового социального объединения, характеризующегося своей культурой, языком, традициями. Чем дальше продвигается человечество по пути информатизации, тем эта общность становится больше и сильнее, многие сферы жизни переходят в виртуальное пространство, где нет расстояний и времени, где возможности человека не ограничены его телом, где свобода, часто переходящая во вседозволенность, – основа существования. И растет новый Вавилон, обуреваемый страстями и болезнями, захватывает новые территории и новых рабов… И льется вино, опьяняя мнимой свободой, и зрелища калечат души зрителей нового Колизея…
Если же забыть о лирике, то приходится констатировать, что люди не готовы к информационному объединению, о чем свидетельствует разгул кибер-преступности, культура и искусство сети, как правило, рассчитаны на средний уровень и значительно уступают национальным культурам. Язык этой социальной общности неразвит, имеет очень сложную, но ничем не мотивированную структуру и не во всех случаях обеспечивает коммуникативные потребности. С развитием информационных технологий, возможно, эти недостатки будут устранены и вполне реальными могут стать события из апокалипсического «Киберджека» или мрачно претенциозной «Матрицы»