Цитата сообщения Stefaniia-Stefa
Буревестник кризиса
Американский экономист Нуриэль Рубини, генеральный директор Roubini Macro Associates, прогнозирует, что мировая экономика попадет в ловушку стагфляции, поскольку центральные банки изо всех сил пытаются сдержать инфляционные ожидания.
![https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/resized/590xH/media/img/0/41/756663080128410.jpg](https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/resized/590xH/media/img/0/41/756663080128410.jpg)
«В 1970-е годы у нас было два стагфляционных шока: инфляция и рецессия. Но коэффициенты долга составляли 100% ВВП для частного и государственного секторов с развитой экономикой. После мирового финансового кризиса, связанного с долговым кризисом — ипотечным, жилищным, банковским, — у нас все равно была дефляция, потому что это было сочетание отрицательного шока совокупного спроса и долгового кризиса. Благодаря этому мы могли смягчать денежно-кредитную и налогово-бюджетную политику. Но сегодня у нас уровень долга по отношению к ВВП составляет 350% в среднем по миру и 420% в странах с развитой экономикой», — объясняет он.
В числе других негативных факторов, которые затормозят рост экономики и сохранят высокие цены, возможно, на годы вперед, экономист называет пандемию, события текущего года на Украине, продолжающиеся беспорядки в Китае, деглобализацию, старение населения, ограничения на иммиграцию, кибервойну, популистскую политику, растущую власть профсоюзов и последствия изменения климата. Плюс более активные усилия по дедолларизации экономики по всему миру после введения санкций против России.
Мрачная экономическая ситуация пересекается с ростом популистской политики как слева, так и справа, и мир уже сидит на «бомбе замедленного действия» с точки зрения социального и политического давления, убежден Рубини. «А экономический, финансовый и геополитический кризис сделают все намного хуже», — заключает он.
Помимо чисто рыночных факторов Рубини видит и другие, способные усугубить кризис. Среди них экономист называет продолжающиеся военные действия на Украине, разрыв цепочек поставок из Китая, продолжающееся старение населения, распространение популизма и растущее влияние профсоюзов. Отдельно он выделяет дедолларизацию как следствие введения санкций США.
Нуриэль Рубини присоединяется к хору видных экономистов, которые считают, что ФРС будет трудно избежать глубокой и болезненной рецессии. По его словам, это базовый сценарий. «Каждый раз, когда в США была инфляция выше 5% и безработица ниже 5%, ужесточение политики ФРС приводило к жесткой посадке», — напомнил Рубини.
Итоговую ситуацию в мировой экономике он описывает как «период, сочетающий в себе худшее из 1970-х годов и мирового финансового кризиса»
Российская экономика переживает самый резкий спад как минимум с 2009 года, но он все же окажется меньше, чем ожидалось в начале весны. Высокие цены на энергоресурсы и рост добычи нефти смягчают влияние западных санкций. Экономисты JPMorgan Chase & Co., Citigroup Inc и других крупных банков снижают свои прогнозы падения производства в России в 2022 году до 3,5%, отвергая прежние предположения о том, что эта рецессия станет «самой глубокой в поколении».
Вместе с тем многие прогнозисты предупреждают, что нынешний спад в российской экономике может продлиться дольше, чем предыдущие, а влияние санкций на ключевые технологии и другие продукты со временем будет усиливаться. Автомобильная промышленность уже практически остановилась: производство автомобилей в мае сократилось на 97% из-за нехватки запчастей и ухода крупных иностранных производителей.
Но в других секторах худшие опасения еще не материализовались, поскольку быстрые шаги по стабилизации валюты предотвратили финансовый кризис, за которым последовал поток экспортных поступлений. Розничные продажи, на долю которых приходится около половины экономики РФ, упали примерно на 10%, однако затем стабилизировались, потребительское доверие выросло, а безработица остается на рекордно низком уровне.
Просевший в апреле на 40% импорт также демонстрирует признаки стабилизации. Кроме того, правительство увеличило расходы на социальные программы и военные закупки, что дало дополнительный экономический импульс, а Банк России уже отыграл назад все мартовское экстренное повышение ставок.
Несмотря на угрозу дефолта, который пытаются навязать России западные страны, нет никаких признаков того, что российская экономика вот-вот пойдет ко дну. Напротив, Reuters насчитал как минимум пять показателей, которые говорят об ее удивительной устойчивости.
Рубль стал самой сильной валютой мира. Он укрепился за счет поступлений от экспорта сырьевых товаров, сокращения импорта и контроля над капиталом и к 22 июня достиг семилетнего максимума по отношению к доллару и евро.
Нефть — «кровь российской экономики» — сегодня торгуется выше 100 долларов за баррель. И хотя западные санкции вынуждают Россию продавать ее с большим дисконтом, цена все равно достаточно высока и Москва зарабатывает на продаже энергоресурсов больше, чем в прошлом году.
Ключевая ставка Банка России опустилась до докризисного уровня в 9,5%. При этом регулятор оставил возможность для дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики по мере замедления инфляции. Но даже резкий взлет ставки до 20% в начале марта все равно был сильно далек от астрономических показателей в 150%, введенных непосредственно перед девальвацией в августе 1998 года.
В российских магазинах полно еды и мало признаков паники. Ажиотаж первых кризисных дней утих. И набегов на банки тоже не наблюдается. Это резко контрастирует с паническими закупками, сопровождавшими девальвацию 1998 года, и нехваткой продовольствия, сопровождавшей падение Советского Союза в 1991 году.
Официальная безработица в апреле оставалась на рекордно низком уровне в 4%. Правда, есть опасения, что эта цифра сильно занижена, поскольку крупным компаниям еще предстоит сократить штат.
Нынешний «дефолт» России сильно отличается от долговых кризисов предыдущих лет, уточняет агентство: в 1918 году большевики не хотели платить, а в 1998 году Россия не могла платить по своим внутренним долгам. На этот раз Москва может и готова заплатить, но Запад этому препятствует.