Вдохновившись недавним фанфиком РаМашки решила написать подобную мрачную вещь. Сезон «3» с одной маленькой деталью.
Марго не находила себе места. До затмения оставалось не больше двух месяцев. Ей во что бы то ни стало, нужно было разубедить МГошу превращаться обратно. Он уже неплохо освоился в МЖ, заглядывался на дам, радовался зарплате. Сейчас был смысл заводить разговор.
- Гош, я хотела поговорить с тобой о превращении.
- А что с превращением? Мы через пару месяцев превращаемся.
- Подожди-подожди, подумай! Тебе же сейчас просто отлично живется, столько денег официанткой ты бы никогда не заработал, в деле разобрался и уже даже увлекся, ну чего ты еще хочешь?
- Я просто хочу свое тело обратно, ничего более.
- Ну а что тебе в этом не живется, нашел бы себе женщину и остался…
- Игорем Ребровым?
Марго тяжело вздохнула.
- Ну, хотя бы Игорем Ребровым.
- Я не хочу, мне хватило этого вашего Зимовского, этих ваших авралов…
- Я все понимаю, я очень благодарна тебе за родителей, за работу, ты смог освоить то, чему учатся в университетах несколько лет. Разве это для тебя ничего не значит?
- Мне все это не интересно, разве ты не понимаешь: я хочу кофе в постель, чтоб муж меня содержал и боготворил. Просто женское счастье.
- А ты можешь меня понять как женщина? Я люблю и любима, я, наконец, счастлива. Да пойми же ты… - ей казалось, что она разговаривает со стенкой.
- Да понимаю я все – ему на секунду стало жаль Марго. Но он представил, что каждый день придется ходить на работу, даже получая эти деньги, и уверенность в принятом решении, пошатнувшаяся было, окрепла вновь. - У меня есть своя жизнь, и я хочу ее назад.
Маргарита ощутила острую душевную боль. Тайна, которую она скрывала от МГоши два месяца, напоминала о себе. Реброва так никому и не открылась. Но каждый следующий день грозил превратить эту тайну в пыль. Марго не выдержала. Это был последний, как ей казалось, аргумент.
- Игорь, я беременна! – с надрывом произнесла Реброва. Она уставилась на МГошу, пытаясь уловить его малейшую реакцию, он застыл с открытым ртом.
- Марго, я ведь предупреждал. Ты же сама все усложнила. Зачем?
- Гош, я честно старалась следить за этим, но 2 месяца назад узнала.
- Ты знала и молчала столько времени?
- Я узнала спустя недели три. Для меня это был шок, и я никому не смогла рассказать.
- Блин, Марго. Тихий ужас. Я… мне надо подумать…
Она, шатаясь, вышла из кабинета, а Мгоша устало опустился в кресло. Ребенок. Это ж как так. Он был уверен, что все на мази, что обмен состоится, что он сможет вернуться к беззаботной жизни, где он не добытчик, а потребитель ценностей. Да, его способ существования многим казался неправильным, но Маша имеет право жить так, как хочется. В конце концов, он не виноват, что Марго успела влюбиться, да еще и забеременеть. Ему это не надо? В любви он разочаровался будучи еще Машей Васильевой. За оставшийся срок он не полюбит, даже если захочет. Алена? А что Алена. Очередное разочарование. Еще одно подтверждение того, что надо обратно в голубоглазую брюнетку из этого респектабельного мачо. Да, ему было жаль Марго и малыша. Но, даже если процесс превращения не повредит ребенку. Вынашивать и рожать чужого ребенка? Зачем??? Настоящему Игорю он вряд ли будет нужен, а Калугину лучше вообще об этом не знать.
Вечером по дороге домой, МГоша начал разговор сам. На душе кошки скреблись.
-Марго, мне очень жаль, но, я думаю, тебе придется сделать аборт.
- Гоша! Маша! Да что ты такое говоришь, как ты можешь такое говорить?
- Марго, пойми этот ребенок обречен. Даже ради него я не передумаю. Не знаю, как происходит обмен телами, но если ты его оставишь, он либо исчезнет в эту ночь, либо вынашивать и рожать буду я. Так скажи зачем мне это? Зачем мне ребенок какого-то Андрея Калугина? Я так понимаю ребенок его?
- Маша, у тебя нет сердца!
- Слушай, это не разговор. А как же я? Как с моей жизнью, а?
- Но ребенок уже есть…
- Марго, это все пустые разговоры. И не надо на меня так смотреть. Я представляю, что у тебя на душе, но я не собираюсь подстраивать свою жизнь под каких-то людей. Мы с тобой в равных условиях. Ты нашла себя в этом теле, я нет. Короче слушай: или ты делаешь аборт, или я перестаю играть Игоря Реброва в нашем спектакле. Заставить меня быть в досягаемости твои бандиты могут, а вот играть роль Реброва – нет.
Марго с ненавистью посмотрела на МГошу. Она никак не ожидала беременности, но однажды почувствовала себя плохо. Первым же делом Реброва сделала тест. Результат оказался положительным. В первые секунды Маргарита была счастлива, но затем пришло осознание. Желать ребенка от Андрея – одно, быть беременной - совсем другое. Реброва испугалась. А если учесть превращение через четыре месяца, становилось еще страшнее. Рассказать Андрею? Нет, невозможно. Нельзя его ТАК обнадеживать. Рассказать Сомовой? Да, но… Марго вдруг вспомнила, как радовалась Аня, когда оказалось, что Марго не беременна от Калугина. Анька хороший друг, но в этой ситуации на ее сочувствие лучше не рассчитывать. Так Маргарита прожила два месяца. Мучаясь от симптомов, скрывая их, скрывая свой страх, свою тайну. От родителей, Андрея, Ани, Васильева, от коллег. Теперь МГоша все знал, и подтвердилось худшее предположение. Марго активно его разыскивала, когда узнала о беременности, она все силы отдавала на то, чтоб научить его всему, заинтересовать. Надеялась, что он найдет себе женщину, заработает денег и оставит все как есть. Реброва дождалась момента, когда можно было бы на это рассчитывать. Но… получила страшный отказ. МГоша в беседе говорил очень расчетливо. Ему можно отрезать все что угодно, но она потеряет больше – лишится ребенка.
Андрей за это время так ничего и не заподозрил. Он ревновал, злился, жаждал разобраться с шантажистом, но Марго удавалось его успокоить. Калугин чувствовал себя чужим, ненужным на этом празднике жизни. Маргарита совсем не уделяла ему внимание. Андрей стал очень раздражительным. Легко ли ощущать себя игрушкой, мебелью, пастухом при Гоше, украшением, изредка любовником, но никак не любимым мужчиной.
Прошла неделя. Андрей остался в МЖ дорабатывать обложку, а Марго и МГоша приехали домой.
- Марго, скажи, когда ты сделаешь то, о чем мы договаривались?
- Гоша, умоляю, давай оставим все как есть!
- Нет, Марго, не выйдет. – МГоша представил себя с пузом и с чужим ребенком в этом пузе. Он тряхнул головой. - Если ты в ближайшую неделю этого не сделаешь, я ухожу из этого цирка. А о родителях своих ты подумала? Что они скажут, когда узнают, что их сыночек покатился по наклонной?
- Ну ты вообще человек? Как я могу убить собственного ребенка?
- Марго, его убьет превращение. А если нет… Даже если я соглашусь его родить. Кому он будет нужен? Двум его папам??
Марго молчала. В эту сторону она не думала.
В этот момент пришел Андрей. Разговор быстро свернули. Ужинала троица в полной тишине.
Позднее Андрей, заметивший, что с любимой что-то не так, осторожно спросил:
- Маргарита, что опять случилось? На тебе лица нет.
- Андрюш, просто устала на работе. Все в порядке.
Калугин нежно обнял ее, поцеловал, так они и заснули.
Это страшное слово - аборт. От одной мысли выворачивало наизнанку. Как это будет происходить? Как будут убивать ребенка, о котором они вдвоем так мечтали? Страх пробирал до костей. Но и выхода у нее не было. Гоша прав – этот ребенок обречен. Она потеряла и веру, и надежду. Суровая реальность заставляла задуматься о жизни и репутации Игоря Реброва. А как же родители? Превращение неизбежно. Раз необходимо любить и быть с любимым в ночь затмения, то МГоша не сможет выполнить такое условие. Как он может любить, когда посылает ее на аборт, как может влюбиться за паршивых полтора месяца. Она не увидела выхода из этой ситуации. Марго отправилась к врачу.
- Ваш срок уже почти 12 недель, а вы первый раз на осмотре?
- Да, это так.
- Очень легкомысленно. Если вам настолько был безразличен этот ребенок (у Марго все сжалось в груди), вам имело смысл сделать аборт раньше. Значит, что я вам могу сказать: я дам вам сутки на раздумья и завтра буду ждать, если вы решитесь. Если нет, срок слишком велик, и делать вам аборт будет уже подсудным делом.
- Понимаю, я подумаю.
Марго в этот день не пошла на работу и домой не торопилась. Реброва бродила по городу, она размышляла. Как не взвешивала вновь и вновь все обстоятельства ребенка она теряла. От понимания сего факта ее пробирал озноб. В квартиру Маргарита вернулась поздно. Андрей не спал, ждал ее, волновался, пытался дозвониться, но телефон был выключен.
- Марго. Что с тобой? Где ты была? Почему не отвечала на звонки?
- Извини Андрюш, мне необходимо было побыть одной.
- И все? Из-за этого ты пропала на весь день.
- Андрей, я же говорю, я хотела остановиться и задуматься. А ты говоришь об этом как о какой-то прихоти.
- Ты извини Маргарит, я несу какой-то бред посреди ночи. Но почему ты не хочешь поделиться со мной своими мыслями? О чем ты думаешь? Что заставило тебя сегодня так поступить?
- Родной, так бывает у всех людей, когда что-то внутри заставляет поступать тебя так.
- Тебе хоть полегчало?
- Да, стало полегче.
Кое-как она отговорилась и на этот раз. Андрей заснул. Маргарита всю ночь не могла сомкнуть глаз. Она смотрела то в потолок, то в окно, то на Андрея. Он так мило спал, такой теплый, любимый, родной. Когда она смотрела на него, ей хотелось потрясти его за плечо, поцеловать, сказать, что они скоро станут родителями малыша. Но девушка так этого и не сделала. Воображение рисовало жуткие картины потери ребенка и превращения обратно.
Утром МГоша и Андрей заметили болезненную бледность ее лица. Выглядела Реброва, как будто привидение встретила. Калугин порекомендовал ей остаться дома и обещал подстраховать МГошу. Марго собралась с мыслями и поехала к доктору.
- Вы все-таки пришли.
- Да, я решилась.
- Знаете девушка, я хоть за эту работу деньги получаю, но мне так жаль, что вы не передумали. Как минимум это вредно, я уж не говорю о моральных соображениях.
- Я все знаю, доктор. Давайте просто сделаем , говорить на эту тему мне совершенно не хочется.
После врача Марго отправилась домой. Она ненавидела себя за этот поступок. Хотела было напиться, но алкоголь не действовал. В голове крутилась одна мысль: «надо исключить близость с Андреем, еще один раз я не выдержу!». Когда вернулись Калугин и «Ребров», Андрей отправился в душ, а Марго воспользовалась возможностью шепнуть МГоше, что она все сделала, как он просил, больше ему ничего не должна и тема закрыта.
Андрей видел, что сегодня Маргарита особенно подавлена и попытался ее ободрить и приласкать, но она не ответила взаимностью.
Прошло несколько дней, Калугину казалось, будто Марго возвела между ними стену. Она была крайне холодна, угрюма и несколько агрессивна. Напряжение внутри него нарастало. Неужели Марго разлюбила его, вероятно влюбившись в МГошу. Чувство ревности разжигало пожар внутри, и терпению пришел конец.
- Марго. Сколько мы еще будем учить издательскому делу этого человека?
- Что-то случилось?
- Маргарит, ответь мне на мой вопрос.
- Я не знаю месяц, два.
- Марго, мне уже надоел этот фарс. Надоел этот шантажист. Поговори с ним, пожалуйста. Иначе я с ним поговорю. Сколько уже можно. Я нахожусь в подвешенном состоянии. В Питере у меня работа, дочь, больная мать. В Москве у меня тоже работа… и девушка, которая перестала меня замечать.
- Андрюш, ну зачем же так?
- А как иначе. Ты совсем не видишь, что увлеклась воспитанием этого великовозрастного дитя.
- Успокойся, Андрей! Я завтра же с ним поговорю.
Еще одна порция лапши на уши бедному Андрею. Она не собиралась разговаривать с шантажистом, ведь не было никакого шантажиста. О чем ей говорить с МГошей? По сути, не о чем. Дотерпеть месяц до затмения и все – каждый в свое тело и поминай, как звали. А Андрей? Она даже не понимала, что сама запрограммировала события на «конец истории». Калугин перестал быть нужен даже здесь и сейчас. Нет, он даже стал создавать дополнительные проблемы.
- Доброе утро!
- Доброе…
- Как спала?
- Как убитая.
- Понятно
- Что тебе понятно? – стала заводиться Марго.
- Ну как не появился «Игорь Семеныч Ребров»?
- А ты не видишь?
- Ну ты конечно по этому поводу такая смурная?
- И поэтому.
- С ним я так понимаю ты так и не говорила?
- Про что?
- Про то, что я хочу с ним поговорить.
- Нет, не говорила.
- Ну и правильно, я сам.
- Андрей, повторяю еще раз: этим разговором ты можешь только навредить!
- Навредить? Кому? Нам навредить? Нам уже как-то трудно навредить, Марго! А вот поставить на место этого выродка – необходимо!
- Андрей!
- Все! На работу пора. Надеюсь хоть туда он придет из уважения, что мы за него тут горбатимся.
Марго вспомнилось, как она прятала отца от Зимовского, когда Семен Михайлович был у нее в офисе. Теперь на месте Зимы Калугин. Реброва отправляла его то по одной, то по другой производственной необходимости, лишь бы он не пересекся с МГошей. Но на этот раз ей не повезло. Стоило отойти в «Дэдлайн» перекусить, как в ее кабинете нарисовался вернувшийся из типографии «Ребров». Он открыл «папочку» с фотографиями Марго. Две минуты спустя в эту же дверь вошел Андрей.
- Оооо, любуешься сидишь?
- Любуюсь, а что?
- Да так, ничего. Хватит, налюбовался! – Андрей подошел и выключил монитор компьютера.
- Не понял? – искренне удивился МГоша.
- Сейчас поймешь. Слушай внимательно: с сегодняшнего дня твой этот гребаный ультиматум не имеет никакого действия. Тебе это ясно?
- Ничего не понимаю.
- Все ты понимаешь. Ездить по ушам нам не надо. Хочешь овладеть профессией – иди в ПТУ!
- Я не понимаю.
- Да все ты понимаешь! Обучение твое закончено. Вали на все четыре стороны.
- Калугин, ты головой ударился что ли?
- Если ты сам не можешь жить нормально, дай другим такую возможность. Сваливай, я тебя прошу, сегодня же!
- Что значит сваливай?
- И еще: хватит сидеть у нас на шее!
- Чего? Это кто сидит?
- Ты сидишь на моей и на ее… Это каким надо быть уродом чтобы женщине выставить такие условия?
- Это мне условия выставили! – «пошел в атаку» МГоша.
- Кто тебе выставил?
- Марго!!! – Андрей был в шоке.
- Не понял.
- Вот ты сначала пойми, а потом ори! – продолжил ответный наезд «Ребров». Мне это надо? Тыщу лет меня б здесь не было. Впахиваешь как в тюрьме. Еще и предъявы какие-то прилетают. Капец!!!
- Подожди-подожди, то есть ты хочешь сказать, что это Маргарита тебя попросила выйти на работу?
- Не попросила, а пистолет к голове приставила. Она тебе рассказала, что аборт сделала, ты поэтому на меня накинулся?
- Как аборт?
- У нас был уговор – никаких беременностей…
Андрей его не дослушал. Он вылетел из кабинета, чуть не сбив с ног Валика, забрал свою сумку, кинул папку со снимками Люсе и, не дождавшись лифта, побежал по черной лестнице. На этом самом лифте приехала Марго. Она как чувствовала, что дело пахнет керосином. Андрей был слишком близок к тому, чтобы поговорить с МГошей, а она того даже не проинструктировала. «Ребров» превзошел ее худшие опасения, рассказав об аборте.
- Марго! Ты не хочешь мне объяснить: почему твой Андрей бросается на меня как ротвейлер?
- Андрей был здесь?
- Да и говорил очень интересные вещи про меня, про ультиматум, какой я плохой расплохой. Я то думал, он из-за аборта расстроился…
- Ты рассказал ему? Где он?
- Вылетел отсюда пулей за пару минут до твоего прихода.
- И ты так спокойно об этом говоришь?
- Могла бы хотя бы предупредить о легенде. Хотя я все равно был бы против начищенной Калугиным физиономии.
- Идиот! Как ты мог ему об этом рассказать…
- Да у меня просто вырвалось в ответ на его наезды.
Реброва побежала домой. В это время Андрей собирал вещи. Ему было плохо от злости. НАСТОЛЬКО обманутым он не чувствовал себя никогда. Она врала ему все это время, она пользовалась им как хотела, во имя своей лжи она даже убила их ребенка. Ребенок – плод любви. Марго убила и их любовь.
Бряцанье ключей в двери и это «Андрей!!!». Калугин вышел в гостиную с сумкой.
- Андрей! Погоди, постой, не уезжай!
- Поздно, Марго!
- Я не могла иначе! Ты же не знаешь обстоятельств.
- Так Маргарита чего я еще не знаю?
- Андрюш, он пришел ко мне через три дня после той ночи. Сказал, что хочет обратно и что это возможно в каждое затмение, если хоть один из нас не будет с любимым рядом. У меня язык не поворачивался тебе такое рассказать. Я нашла его и решила, что если он поработает в МЖ, то ему понравится жизнь Игоря Реброва. Он втянется, полюбит какую-нибудь бабу и передумает. Я готова была отдать ему все, лишь бы быть с тобой.
- А аборт?
- У меня не было выбора, я обещала ему не беременеть. Иначе он бы ушел из МЖ растоптал бы репутацию Игоря. Как бы я тогда жила после превращения.
- Вот я тебя слушаю и одного не понимаю: какое место в этой всей твоей схеме занимаю я и мои близкие? Пустое да?
- Андрей, я тебя очень люблю, но… я потеряла и веру , и надежду.
- А еще ты потеряла любовь! Ты убила ее и растоптала все мои чувства, все мое отношение к тебе. Ты убила нашего ребенка ради того, чтобы со спокойной совестью через некоторое время жить в теле Игоря Реброва. И это достойный выбор!
- Что значит достойный выбор?
- Тебе нет места в женском теле, никакая ты не женщина, если смогла совершить такое.
Марго в слезах попыталась броситься перед ним на колени.
- Андрюш, я так хотела быть вместе с тобой, я так боролась за это все эти месяцы…
- Ты не меня любила все эти месяцы, а эту борьбу. Я больше не могу и не хочу находиться с тобой рядом. Ты сама, своими руками разрушила мир, который мы строили, перечеркнула все наши прежние усилия. Мы через столько прошли, а ты выбросила это как ненужный хлам. А главное ты ни разу не доверилась мне.
- Я пыталась оградить тебя от своих проблем.
- Марго, это были наши проблемы, а ты меня просто проигнорировала.
- Я боялась тебя потерять, думала, если расскажу тебе про перспективу проснуться с Гошей, ты уйдешь от меня.
- Маргарита!!! У меня не было даже возможности подумать об этом. Ты лишила меня этого выбора. Разве сейчас ты не потеряла меня? Я был бы последним трусом, если бы ушел, если бы не рискнул дать тебе шанс. Да мне всегда было страшно проснуться с Гошей, да я долго не решался быть с тобой, но я уже многое прошел, чтобы в этот раз рискнуть, но ты не дала нам этого шанса, Марго все, что было между нами – умерло. Не осталось ничего. Я ухожу.
Он взял сумку и направился к выходу. Реброва пыталась его удержать, остановить – бестолку. Он резко вырвался из ее рук и выскочил из квартиры, громко хлопнув дверь. Вопль «АНДРЕЙ!!!!» так и не вырвался из уст Маргариты. Он застрял где-то в горле. Там она почувствовала горестное удушье. Это был настоящий конец.
Андрей снял номер на ночь. Он не мог уснуть. Воспоминания дня довели его до слез. Бывают моменты, когда даже самые сильные мужчины способны заплакать. Он был уверен в одном: уехать в Питер завтра же и навсегда. Больше никаких возвратов. Калугин готов ее простить за все, за ложь и даже за ребенка, но быть с ней не было ни смысла, ни желания. Он злился не на Реброву, а на судьбу, которая сыграла с ними в такую злую игру. После стольких лет она подарила и отняла невероятную, сильную любовь. Они столько времени то сближались, то отдалялись, совершали ошибки, делали признания, преодолевали капцы. Вот так все глупо и жестоко закончилось. Марго останется лишь в воспоминаниях. Еще месяц и ее не станет, теперь уже точно.
Эпилог
Марго с МГошей поменялись обратно. Хотя «Ребров» и просил не меняться, Маргарита решила выполнить свое обещание до конца. Все его уговоры, все признания в любви она проигнорировала. Реброва думала, что все забудется, но память Игорю никто не стер. Воспоминания и боль того дня так и осталась с ним навсегда, как и сон, который снился ему и Андрею периодически: Андрей, Марго и сынишка, весело гуляющие по парку. Для обоих этот сон стал кошмаром.