Один из его воспитанников, король Югославии, узнав о бедственном положении бывшего наставника, назначил русскому генералу пожизненную пенсию.
«Убирайся прочь, сволочь эмигрантская!»
Именно дед-генерал привил Эдуарду то, без чего невозможно представить себе русского человека, — бескорыстную веру в свое Отечество. В 1923 году, узнав о прибытии советского парохода в Ниццу, одиннадцатилетний Эди прибежал в порт, чтобы поприветствовать своих соотечественников. «Там было очень шумно, на набережной толпились матросы, я смотрел на них, а потом не удержался и по детски наивно закричал: «Здравствуйте! Я тоже русский, — вспоминает Эдуард Фальц-Фейн. — И каково же было мое удивление, когда в ответ, не стесняясь выражений, мне крикнули: “Убирайся прочь, сволочь эмигрантская!”». Такая нетерпимость была привита советским гражданам официальной пропагандой, рисовавшей всех эмигрантов предателями Родины. Уже в зрелом возрасте барон Фальц-Фейн прочел повесть Олеся Гончара «Таврия». «В этой книге Фальц-Фейны были показаны как главные враги народа. Там мои предки изображены как скупые, алчные и злые люди. И ни слова о том, что бабушка Софья Богдановна занималась благотворительностью, строила школы, больницы, церкви. В общем, когда я прочитал эту книгу, расстроился жутко», — сетует барон.
«Гитлер закатывал истерики, если побеждали чернокожие спортсмены»
В 1932 году студент агрономического факультета Эдуард Фальц-Фейн выиграл чемпионат Франции по велогонкам. На молодого спортсмена тут же обратили внимание боссы популярной французской газеты L’Auto, поскольку юноша по ходу состязаний раздавал остроумные комментарии. Эдуарду предложили должность спортивного комментатора, что было весьма кстати — русским эмигрантам сложно было найти достойную работу.
Так в 22 года Эдуард стал ведущим корреспондентом L’Auto в Германии. Он ходил на пресс-конференции и приемы, разговаривал с Геббельсом, Герингом и другими высшими чинами Германии. Однажды, несмотря на большой риск, пробрался к автомобилю фюрера и сфотографировал его.
На новом поприще наш герой добился высоких результатов. В 1936 году Фальц-Фейна признали лучшим спортивным комментатором берлинской Олимпиады. Вспоминая те дни, он любит рассказывать о реакции Гитлера на успехи спортсменов «неарийской» расы. «Моя комментаторская кабинка находилась недалеко от ложи фюрера. Он буквально взрывался, когда побеждали спортсмены-иностранцы. Особенно нервной была его реакция на победы чернокожих атлетов».
Титул в обмен на поилку для коров
![](http://esj.ru/wp-content/uploads/2012/03/getprev-150x150.jpg)
Успехи в спорте и журналистике омрачало лишь одно обстоятельство — отсутствие гражданства. Тогда мать Эдуарда, Вера Николаевна, обратилась к правителю Лихтенштейна князю Францу I с просьбой помочь ее сыну. Князь, хорошо знавший семью Фальц-Фейнов, согласился принять к себе Эдуарда с одним условием. Молодой человек должен был оплатить вступительный взнос — поилку для коров. Собрав последние деньги, Эдуард выполнил поручение. Князь торжественно принял ее в эксплуатацию и даровал молодому Фальц-Фейну титул барона.
Новоиспеченный барон решил обосноваться в столице княжества — городе Вадуце. Предприимчивая натура не давала ему покоя. Он учредил Олимпийский комитет Лихтенштейна, избрался его председателем и успел даже подать заявку на участие в зимней Олимпиаде 1936 года в Гармише. Правда, сборная княжества состояла всего из двух спортсменов: лесника и обычного любителя лыжных прогулок.
С началом Второй мировой войны о спорте пришлось забыть. Вернуться к любимому делу удалось только в конце 40 х. К тому времени Эдуард загорелся другой не менее грандиозной идеей. Заняв 50 тысяч долларов, он решил превратить захолустный Лихтенштейн в туристический центр Европы. Часть денег он потратил на уговоры туроператоров о включении княжества в туристические маршруты. На оставшуюся сумму он открыл два магазина сувениров. Дела пошли так хорошо, что через год барон вернул все долги, а еще через пару лет сумел выстроить виллу «Аскания-Нова» и превратить ее в европейский туристический бренд.
Трудный путь домой
![](http://esj.ru/wp-content/uploads/2012/03/baron2-150x150.jpg)
Но, пожалуй, мировую известность и признание Эдуард Фальц-Фейн приобрел своей меценатской деятельностью. В 1975 году на аукционе Sotheby`s в Монте-Карло он знакомится с Ильей Самойловичем Зильберштейном, известным советским искусствоведом. По заданию правительства Зильберштейн должен был купить на аукционе уникальное русское издание XVIII века из коллекции Дягилева — Лифаря. Зильберштейн опоздал, торги были закончены, книгу купил барон. Эдуард Александрович с большой радостью подарил книгу своему советскому коллеге. Так случай приблизил барона к России, а Илья Самойлович стал его другом.
Может быть, поэтому искусствовед Зильберштейн первым в Cоветской России стал с уважением писать о русской эмиграции в «Огоньке» и «Литературной газете»: о Лифаре, Фальц-Фейне и его коллекции, о коллекции дягилевских художников.
В конце 1970 х Эдуард Александрович знакомится с писателем Юлианом Семеновым. Вместе они решают создать Международный комитет по возвращению русских сокровищ на Родину.
К этому времени барон уже с десяток лет занимался поисками пропавшей Янтарной комнаты. Он вспоминает: «Мою идею поддержали Жорж Сименон, Марк Шагал, Георг Штайн. Я сразу объявил награду в 500 тысяч долларов тому, кто ее найдет. Ко мне стали приходить разные люди, все говорили одно и то же: “Я знаю, где Янтарная комната, нужны деньги на поиски”. Я сначала верил, спонсировал, а потом поумнел и начал говорить: “Найдешь — получишь”».
Поиски, растянувшиеся на двадцать лет, не принесли успехов, но подтвердили страшную версию искусствоведов — Янтарная комната бесследно пропала. «После этого я увлекся идеей восстановить чудо. Реставраторы начали в 1980 м и закончили к 300 летию Петербурга в 2003 году. Большим счастьем для меня было узнать, что в одном из музеев Бонна нашелся комод красного дерева и часть флорентийской мозаики из Янтарной комнаты. Я рад, что удалось вернуть их моей стране».
Благодаря Эдуарду Фальц-Фейну в 1984 году на Новодевичьем кладбище Москвы были перезахоронены останки великого русского баса Федора Шаляпина. Сын певца, памятуя о травле отца советской пропагандой, только после личной просьбы барона согласился на перенос останков.
![](http://esj.ru/wp-content/uploads/2012/03/100228134321_berlin1936_226x283_nocredit-150x150.jpg)
Мало кто знает, что Олимпиадой-80 Москва обязана личным знакомствам Эдуарда Александровича. Накануне голосования председатель Олимпийского комитета Лихтенштейна Эдуард Фальц-Фейн тет-а-тет встречался с членами МОК и убеждал их в необходимости проголосовать за столицу СССР. Барон не скрывает, что у него был личный мотив: в случае победы Москвы он мог впервые посетить свою страну после 1917 года. Приехав в Россию после полувекового изгнания, барон не сдержал своих эмоций: «Это было потрясающе. Я увидел, что народный дух, несмотря ни на что, жив. Меня восхитила и организация московской Олимпиады, более четкая, чем на большинстве других Олимпиад, а я их видел ни много ни мало шестнадцать, начиная с берлинской 1936 года».
Но самым значительным своим делом барон считает возвращение в Россию так называемого архива Соколова — сборника документов о расстреле царской семьи. Автор архива — следователь по особо важным делам Николай Соколов — по поручению Верховного правителя России адмирала Колчака расследовал обстоятельства трагической гибели августейших особ от рук большевиков. Он собрал множество вещественных доказательств, фотографий, опросил сотни свидетелей. После эмиграции эти уникальные документы надолго исчезли из поля зрения историков.
В 1990 году архив Соколова был выставлен на аукционе Sotheby`s. В это время в России тема преступлений большевистского режима была в центре внимания. На аукцион прибыла российская делегация. Но за архив была выставлена слишком большая цена. И тогда барон Фальц-Фейн вспомнил, что князь Лихтенштейна Ханс Адам II уже давно хочет вернуть архив своей семьи, захваченный в Вене советскими войсками в 1945 году. Барон предложил князю выкупить архив Соколова и выменять его у российского правительства на свой. С большими трудностями, но план сработал. Президент Ельцин подписал постановление об обмене архивами.
Сегодня Эдуард Александрович Фальц-Фейн — желанный гость в России и Украине. В Херсонской области он восстановил свое родовое имение, и теперь заповедник Аскания-Нова считается жемчужиной Европы. Для России он продолжает кропотливую работу по поиску и возвращению пропавших ценностей русской культуры. За свою меценатскую деятельность он удостоен правительственных наград обоих государств, среди которых орден Дружбы народов, орден Почета, медаль Пушкина, Почетный знак отличия Президента Украины и др. В 2002 году Русская православная церковь отметила выдающиеся заслуги барона в деле развития русской культуры орденом Преподобного Сергия Радонежского II степени.
По свидетельствам близких людей, на пороге своего столетия барон вовсе не похож на старика, но производит впечатление сильного и целеустремленного мужчины. Он гоняет по европейским дорогам на спортивном автомобиле со скоростью 150 км / ч, по утрам проезжает 20 км на велосипеде и каждое утро начинает с бородинского хлеба, который ему привозят из России. Он по прежнему пользуется успехом у женщин. Это единственный гражданин Лихтенштейна, имеющий подписку на российские телеканалы. В честь его названа планета.
Последний раз у врача он был в 92 года, когда понадобилось продлить водительские права. Свой секрет долголетия он формулирует так. Во-первых, никакого алкоголя. Во-вторых, никогда не переедать. В-третьих, не злоупотреблять лекарствами. И, в четвертых, не пренебрегать обществом красивых женщин и делать полезные дела. Как можно чаще. |
Автор: Сергей Кошкин