Итоги года: мои успехи как пешехода со смартфоном |
Поделюсь одним итогом прошедшего года, не очень полезным, зато — измеряемым. Я уже писал, что на какое-то время не на шутку увлёкся изучением того, как выглядит московская уличная сцена. Ходил, смотрел, если позволяли обстоятельства и настроение — снимал. То, что наснимал — выкладывал в особом аккаунте, с апреля 2023-го перешёл к каждодневному «вещанию». Задачей-минимум для меня стало провести оставшиеся месяцы 2023-го в режиме «ни дня без ролика». Это достигнуто, после Святок резко сброшу темп, буду выкладывать по сюжетику в неделю. Задачу-максимум себе придумал — собрать 500 видео с номерами уличных артистов (около 300 уже выложил, около 100 в черновиках, думаю, в обозримом будущем справлюсь).
Итак, итоги.
Итог первый. Приступил я к этому занятию с некоторым, слегка потаённым (от себя самого) чаянием найти ключики к сугубо «лирическим» темам, таким как «городская романтика», «гений места» и «музыка города». По мере сбора материала, темы эти для меня не то, что бы обессмыслились, а как-то потерялись из виду. Ну, правда: где я и где «гений места»? Может, кто-то и способен сплести словесное кружево из того, как поёт скрипка в переходе, из шума метро, шёпота старых особняков — но, уффф, не я...
Итог второй. У меня теперь реально большая коллекция московской уличной музыки. Подозреваю, что одна из самых больших. Я несколько раз приступал к коллекционированию разных объектов, и для себя сделал вывод, что важно (причём, лучше на старте) найти внятную концепцию собрания, не скучную и не размытую (скажем, «всё, связанное с авиацией» — плохая идея), и относительно удобную с точки зрения добывания и хранения новых экспонатов. Теперь у меня именно такой «гербарий» есть, и это дарит мне состояние некоторого довольства. Постепенно с этим делом я завяжу, оно всё же довольно много жрёт времени и сил: вроде бы нужно всего-то несколько минут на съёмку, несколько минут на размещение, ну, чуть подконтрастировать картинку, ну, немного срезать лишнего, распознать что играют, найти о композиции справку в Сети (я же коллекцию собираю и к атрибутированию отношусь почти серьёзно) — и вот уже минимум час потерян.
Не удержусь сделаю некоторые «социологические» выводы из собранного, хотя, понимаю, что данная выборка моя, разумеется совершенно нерепрезентативна, так как, скажем, только в метро выделено под выступление около 40 площадок и на них, теоретически, за день может пройти по 5 выступлений, а я снимал там и тогда, где пролегали мои обычные маршруты, и значит большинство из этих «точек», видимо, не посещу до скончания века. А меж тем, некоторые музыканты демонстрируют явную привязанность к определённым локациям, да ещё и выступать предпочитают в то время, когда меня нет поблизости (смайл), то есть значительная часть из артистов осталась вне поля моего зрения. На деле всё ещё сложнее для учёта: площадки сильно разнятся по востребованности, музыканты разнятся по активности, и прочее, и прочее...
Когда-нибудь реально соберу «математику» по всему записанному, пока же — условные цифры и произвольная классификация:
«Классика» — около 20%
«Русский рок» — около 20%
«Попса» — около 10%
«Фольклор» — около 5%
«Запад» — примерно 10-15%
«Советская эстрада» — примерно 10-15%
«Околорэп» — примерно 10-15%
Нечто иное — около 10%
Вот такая диаграммка, примерно получается (позволю себе баловство):
«Классика».
С упорядочиванием и сравнительной обеспеченностью площадок с точки зрения удобства и безопасности, в метро спустилось немало классически подготовленных музыкантов, есть несколько реально сильных коллективов; их мотивацию сейчас не разбираю, вряд ли они заинтересованы только в мятых сотнях, пожертвованных прохожими, тут, вероятно, и определённый пиар, и приобретение навыка работы со сложной аудиторией, и что-то ещё; важно, что подземную и уличную сцену они украсили очень сильно. Именно «классики» (при определённых условиях) умеют собирать толпу, да ещё и довольно большую (это вообще мало кто умеет, ибо люди очень редко приостанавливаются, что бы послушать уличного музыканта, те, кто всё же бросают «копеечку», делают это на бегу). Под «классикой» я здесь понимаю и собственно «вечную классику», и современных авторов, пишущих для симфонических оркестров, вроде Дженкинса, и «серьёзную» киномузыку, и «серьёзный» джаз, и старинные романсы.
Тут абсолютный лидер — Вивальди. Ещё конкретнее — его «Времена года», а ещё конкретнее — два фрагмента: концерт «Лето», часть 3 «Летняя гроза» и концерт «Зима» часть 1 «Сильный ветер». Где-то за всем этим виднеется тень Ванессы Мэй с её альбомом 1997-го года «Шторм», хотя сама она подзабыта.
Из других авторов: Свиридов (естественно, «Метель»), Бах («Badinerie» и т.п.), Андрей Петров, Чайковский, Эйнауди, даже Макс Рихтер и т.д.
«Русский рок».
Здесь первые два места занимают «Кино» и «Король и шут». Причём, кто совсем первый, я не могу сказать, возможно, что «КиШ»; его хиты ещё и существуют в массе переложений для скрипок, виолончелей, клавишных, их с доброй усмешкой активно юзают «классики»... Действительно, это, видимо, какой-то крупнейший феномен отечественной масс-культуры (принадлежность к масс-культуре задаётся масштабом популярности, а не тем, кто тру-панк, а кто не тру), вероятно, последний такой феномен в области здешней музыки, дальше, наверное, всё ушло в Сеть и там фрагментировалось и т.п.
Я, признаюсь, до сих пор отношусь с некоторым недоумением к их признанности, мне простительно — в те времена, когда они вошли в силу, я был уже несколько «невосприимчив к новому». Нет, я, конечно, могу принять (и даже сочинить) всякие такие концепции, что «КиШ» — это эдакая ирония, переходящая в постиронию, а оттуда возвышающаяся до бесстрашной новой искренности или до чего-то в этом духе, но всё равно — как услышу эти рифмованные пионерские страшилки, так начинаю бурчать себе в усы... Ну, ладно, что я тут разворчался; позавчерашние дети помнят, что им было весело под эту музыку, и они молодцы. Самое занятное, что эти панки ещё, пожалуй, и самый крутой танцевальный коллектив 2000-х. Реально — достаточно сыграть несколько аккордов «Прыгну со скалы» и 30-40-летняя молодёжь (здесь где-то нужны кавычки? я всё время путаюсь) пускается в пляс («Прыжок со скалы» это ещё и танец такой, что даже логично, на «Кукле колдуна» начинается угар). При этом, на «штатную» музыку для танцполов публика вообще не реагирует.
На третьем месте в номинации — группа «Звери», под их «Я ухожу, ухожу красиво» музыкантам удобно прощаться с публикой. Впрочем, есть любители играть их музыку прямо альбомами. Остальные «монстры» и немонстры русрока присутствуют на уровне главных хитов (и то нечасто исполняемых и не особенно вызывающих энтузиазм у прохожих). Что любопытно — давно вроде бы забытое «Воскресение» играют чаще записных лидеров хит-парадов. Пятое место примерно у «Мумий тролля» и «Наутилуса», приметны «Жуки», «Браво» и «Леприконсы», остальные ещё незаметнее.
«Попса».
«В чистом виде» её почти не слышал (и это радует), в основном в ходу эдакие «ироничные переосмысления», есть даже номер 1 в искусстве таких «переосмыслений» — группа «Фрикинг Аут», вот там настоящий уличный постмодернизм. Впрочем, «Белые розы» как не сыграй — всё равно выйдет иронично. Преимущественно в этом жанре исполняют песни «Ласкового мая» и всяческих «миражей», ещё «Тучи, как люди» широко разошлись, кое-что из Лепса и раннего Агутина играют, Трофима кто-то исполнил на кларнете, группу «Serebro» раз какие-то панки лабали, наверное, ещё что-то упустил... А последние 20 лет вроде как не зацепили ни слушателей, ни музыкантов; не утверждаю, что это так, но это так выглядит. При том, что миллионнотонный комбинат «шоубиза» все эти годы высился, ширился, надувался пафосом и транслировал убеждение в собственной значимости.....
«Фольклор».
Тут мне сложно быть объективным: я знаю, что исполнителей народной музыки на улице выступает немало, но по времени я с ними не совпадаю (смайл). Видел несколько балалаечников, играют всё, от «настоящего» фолка, до советской музыки для народных оркестров и треков из блокбастеров. Встречаются «пограничные» фигуры, скажем, музыкант с псевдонимом «Никитон Егоров» исполняет такую электронику-психоделику, но работает с «архаичным» материалом, собранном некогда этнографическими экспедициями.
«Запад».
Здесь одна занятная тенденция (о ней поподробнее потом напишу): музыка к фильмам и сериалам популярнее и узнаваемее собственно песен. Композиция №1 (по моим необъективным наблюдениям) — это «Le vent, le cri» Эннио Морриконе из фильма «Профессионал» (1981 год). В большом ходу главные темы к «Титанику», «Игре престолов», «Пиратам Карибского моря», кое-что из Бондианы и даже «Интерстеллара». Здесь, возможно, играет некоторую роль то обстоятельство, что музыкантам (а они, при новых порядках, преимущественно «с профильным образованием») интереснее-приятнее-престижнее играть музыку кинокомпозиторов, она просто объективно классом выше. Что занятно, и узнаваемость-то западных хитов низкая, вроде был когда-то ажиотаж вокруг тех или иных фигур или шлягеров, а прошло 30 лет и не йокает сердце среднестатистического прохожего, «всё быльём поросло» (а от «Надежды — компаса земного» йокает). Те песни, что всё же играют, относятся к 1970-х — началу 1990-х. С некоторым энтузиазмом принимают «Simply the Best» из репертуара Тины Тёрнер. По паре раз слышал «Hallelujah» Леонарда Коэна, «The Wall» группы «Pink Floyd», «Nothing Else Matters» «Металлики», кое-что из старых итальянцев времён Кутуньо. Весь XXI век как-то «не нашёл своего слушателя» (по-крайней мере — массового, в старом смысле слова). Из новенького явно любима, причём, не столько пешеходами, сколько музыкантами, и скорее инструменталистами, чем вокалистами (вокалисты, в среднем, вообще заметно отстают по уровню, скажем, от скрипачей) — «Believer» (2017 г.) группы «Imagine Dragons» (это имя для меня в новинку, я о них только пару лет назад от условно молодых коллег услышал). Ещё «Beggin'» задорно исполняют, песня-то 1967 года, но реанимирована до суперхита в 2007-м.
«Советская эстрада» (название, конечно же, условное).
Здесь почти та же картина, что и с «Западом», хотя менее выраженная. Саундреки рулят. «Позвони мне, позвони», «Оставайся мальчик с нами», «В моей душе покоя нет», «Александра», «Мы выбираем, нас выбирают» и тому подобное. Но преимущество не тотальное, из песенной классики явно лидируют Пахмутова, Юрий Антонов и самые известные вещи из репертуара Муслима Магомаева (на улице есть-таки голоса, которые реально соответствуют этому репертуару). То отторжение, которое по отношению к советской эстраде очень заметно было в 1980-х не только у «продвинутой молодёжи», но и «вообще у всех» — даже в следовых количествах не обнаруживается.
«Нечто иное».
Есть немного бардовской песни, есть те, кто играет свои авторские композиции (скажем, у Сергея Садова и композиции авторские и инструмент тоже свой, авторский), шансона не слышал, кроме «Приходите в мой дом», но где-то, допускаю, он присутствует...
Из экзотики: раз встретил цирковой номер с дрессированной собакой, а на Арбате какие-то молодые люди читают с выражением стихи советских и несоветских поэтов. Судя по хорошей дикции и актёрским замашкам — это история не про деньги, можно пофантазировать, что студенты творческих вузов в такой форме преодолевают страх перед публикой (или что-нибудь в этом духе).
Кстати, о страхе публичного выступления: похоже, «испытать себя» и слегка попеть на улице это вроде как модно. Как-то летом снимал на Чистых прудах выступление одного гитариста, что-то мне в нём показалось странным; спев одну песню, он сказал «я сделал это! я сделал это!» и протянул гитару настоящему уличному музыканту, курившему неподалёку, а сам ушёл вдаль. Потом на Арбате увидел солидного джентльмена, который исполнил что-то из «ДДТ» и завершил свой номер словами «я благодарю этого парня, который одолжил мне инструмент!». В Москва-Сити ситуация получилась чуть забавнее: при поющем-играющем музыканте/ансамбле нередко состоит такая девушка, которая ходит с шапкой, и помогает слушателям решиться проспонсировать творчество; вот к такой девушке подошла дама из толпы и сообщила, что хочет петь дуэтом с данным музыкантом, они быстро согласовали песню, «девушка-с-шапкой» получила в руки телефон дамы и указания снимать непременно горизонтальное видео. «Коллаборация» получилось неидеальной, но милой, все были приблизительно счастливы. Платят ли люди за это деньги, или приобретают «бесценный опыт выступлений» бесплатно — не знаю; что бы платили — того не видел, но если что-то бросают в шапку во время выступления дилетанта, то, видимо, это достаётся хозяину микрофона.
«Околорэп».
Ничего я в этой музыке не понимаю, поэтому постараюсь быть осторожным в формулировках.
Во-первых, хит № 1 этой «номинации» «Сансара» Басты. Она в топе самых исполняемых на улице песен, благожелательно принимается разной публикой. При этом она парадоксально не похожа на остальною исполняемую «продукцию» в этом жанре. Классификацию данной «продукции» по авторам давать не буду, не разобрался: множество имён, какие-то иноагенты, безымянные девочки с депрессивными текстами и недешёвыми клипами, киевские русскоязычные клубные звёзды, что-то андеграундное и откровенные попсовики...
Замечу, что тот мажорско-брутальный рэп, который про «тёлок, бабки, лимузины», и который последние несколько лет лез в светские хроники и в политическую повестку — вот его на улицах не слышно, всякий ганста-шансон-рэпачок тоже на этой сцене мне не встречался. Поют преимущественно что-то лирическое, «серьёзное» и нараспев, так что приходится с энциклопедиями сверяться «рэп ли это?»; энциклопедии уверяют, что именно рэп, хотя и с разными приставками — поп-рэп, рэп-рок, диско-рэп, какой-то conscious hip-hop и прочее. За вычетом рэп-попсы, главный мотив — невозможность любви. У героя такой поэзии есть некое влечение, но оно обречено и ни к чему хорошему не приведёт. Разумеется, тема неразделённой, несчастной любви есть тема вечная; и так же понятно, что с тех пор, как великовозрастный пубертатный подросток сделался базовым адресатом для поп-культуры и более-менее массовым типажом — тиражируется тема любви как чего-то мучительного, неудобного, неспособного продолжится чем-то, кроме боли; у подростков всё так: «я урод, надо мной все смеются», «мама заругает», «нам не быть вместе, меня учиться отправят» — «вот и вся любофф». Но тут уже нечто другое: лирический герой «серьёзного» русрэпа живёт в постапокалипсисе, в котором все люди претерпели разнонаправленные мутации, сделавшие их предельно неудобными друг для друга и даже физиологически несовместимыми; не только «любофф», но и любой контакт между людьми внутри такого мира есть вещь дико травматичная, все и всё обречены с самого начала на непонимание и «невстречу». Какое уж тут «любить одну» и «голоса детей и голоса их детей» (откуда им взяться, когда каждый каждому инопланетянин)... Частный случай такой невозможности любви — всякий лютый «мачизм» в стиле «ты рядом, но тебя ещё не видел на мне» (раз наблюдал как это пели на улицах и девушки под это танцевали).
Конечно, это всё не новость для тех, кто читал Сартра, многократно пережёвано разнообразными декадентами всех времён и племён, но есть ощущение перехода количество в качество, миллион «сартров» с аккаунтом в «ютубе», со средней школой за плечами и «тройкой» по литературе — это довольно унылое зрелище.
Причём, юные трубадуры знают-исполняют такие песни целыми альбомами, и явно не для того, что бы понравиться случайным прохожим, а для себя, и часто с такими выражениями на лицах, с каким мои сверстники в 1989-м пели песни «Крематория» и Башлачёва, задумчивые такие лица, «проникновенные». Выскажусь осторожно: это всё определённо имеет некое значение...
Впрочем, на этом пресеку попытку описания. Перейду к попытке философствования.
Я совершенно не хочу сказать, что из моего материала можно сварганить какой-то подлинный рейтинг народных симпатий. Во-первых, из него ясно только то, что «всё сложно» и фрагментировано. Во-вторых, самая распространённая реакция на играющего музыканта — полный и искренний игнор, их реально не замечают. В том, что выбирают музыканты, «рыночек» и «народные симпатии» определённую роль играют, но не решающую. Есть технические ограничения: скажем, в метро меньше поют, чем «наверху», акустика и зашумлённость подземных пространств, похоже, «сжирает» звуки голосов, но позволяет играть скрипкам; аппаратура у музыкантов, преимущественно компактная и легко переносимая, а если бы техники использовали больше — то и репертуар бы видоизменился. Музыканты, конечно, проявляют некоторую «гибкость» и конъюнктуру, вероятно, отслеживают, но в рамках своих представлений о прекрасном и возможном и, грубо говоря, «мурку за пятихатку» играть не станут (да никто особо и не попросит).
Очень заметно, что музыка медленно, но неуклонно теряет свои позиции в масс-культуре и сознании «массового человека». «Сама по себе» она уже не столь интересна, и те, кто её играют, переходят к эксплуатации способности музыки вызывать воспоминания: вспомнить прошлое, себя молодого, любимый фильм и т.д.
Мне еще вот что подумалось, глядя на всю эту нелюбовную рэп-лирику: когда ещё в конце 1990-х я читал про то, как нон-фикшн теснит на книжных полках беллетристику, то объяснения мне попадались в основном про востребованность всякой страшшшной правды и про то, что «реальным людям неинтересно читать про людей выдуманных, а интересно про реальных». Меня такие объяснения никогда не удовлетворяли, но я и без удовлетворительных жил. Не так давно мне пришла в голову простая мысль, что весь пёстрый шатёр «худлита» держится на одном-единственным столбе — теме любви мужчины к женщине, это так логично, если вспомнить слово «роман». За последние лет 300 этот столб-столп обставили разными дополнительными «архитектурными излишествами» и всё стало визуально «не таким однозначным», но вот столп то ли подгрызли, то ли он подломился (от чрезмерной эксплуатации), и шатёр проседает, хотя его полог от времени как-то затвердел и пока держится. Это касается не только худлита, но и песни как жанра, ведь «все песни — про любовь». Очень чувствуется: вдалеке маячит мир, где как таковая «вечная» лирическая тема либо не нужна вовсе, либо она про невозможность любви.
Кстати, последнее обстоятельство, открывает кое-какой шанс для классики: она-то не про любовь, а про Прекрасное.
На этом остановлюсь и, пожалуй, устрою запоздалый праздничный концерт. Всё по проверенному старому шаблону: сначала немного классики и фольклора, потом мастера лёгкого жанра, мелодии и ритмы зарубежной эстрады, чуть разговорного жанра, а по завершении «ретро-дискотека» (это уже не совсем совсем стандарт старой школы, привнесено в начале нулевых, но прижилось, пусть будет).
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |