Genius loci. Сценарная заявка |
У кого-то из урбанистов (в широком смысле этого слова), чуть ли не у Ричарда Флориды, встречал одну историю, перескажу, как запомнилось, ибо по какой-то причине она не идёт у меня из головы.
В 1950-х годах (даты условны) во всём мире старые здания сносились кварталами. Мы по своему опыту много чего можем вспомнить, но вообще тенденция была широкая: «брюсселизация», «реконструкция Норрмальма», и т.д.
Да что я вам рассказываю:
«У Корбюзье то общее с Люфтваффе,
что оба потрудились от души
над переменой облика Европы.
Что позабудут в ярости циклопы,
то трезво завершат карандаши.»
А теперь собственно история: в Штатах реконструировались города очень бойко (как пишут, бульдозер, сносящий «старьё», там вообще — что-то вроде важного символа национального духа и даже консервативная ценность). Мрачные стильные здания из закопчённого кирпича сменялись «новым, прогрессивным» стеклом и бетоном с такими гнутыми хромированными железками в качестве украшений.
И это было (до поры, до времени) весьма выгодно: новые «с иголочки» городские кварталы как-то притягивали платёжеспособный спрос и т.д. Но времена изменились, и весь этот «нимейер» стал не моден, а модны старые цеха, историческая кладка и декор из кривых досок «с прошлым». В каком-то американском городе (название запамятовал, потому и источник найти не могу) запоздали со своей «реновацией», исторические кварталы снесли, «стекло и бетон» наставили, а «так уже не носят». И они решились на разорительные траты — пока не поздно, убрать всё это «новое-светлое» и восстановить старую застройку (нет, это не про «Прюитт-Игоу»).
И вот этот рискованный кульбит себя оправдал: состоятельная продвинутая публика оценила, бизнес ожил, пресса и активисты отметили, что «прежний дух уютных кварталов вернулся» (примерно в этом роде). В общем, новодел всем понравился и был оценен как удача....
Я почему-то эту историю забыть не могу. У меня она два вопроса вызывает. Один вопросик маленький и не слишком интересный (для меня): это ж какое там на местном уровне налогообложение «физлиц», что бы одним только привлечением состоятельных жителей можно было оправдать такие эстетические экзерсисы? Причём, оправдать с финансовой точки зрения, а не с позиций сохранения бесценного исторического наследия...
А второй вопрос: они там что, вообще не заморочены нашим вечным надрывным «новодел-неноводел»? Как так можно, без вот этого: «ах, всё не то», «не чувствую подлинности», «всё фальшь, немедленно унесите!» (Если что — я страдания по подлинности понимаю, и даже их испытываю, но и то, сколько в них бывает манипуляции, кокетливого политиканства, спекуляции — тоже не могу не видеть.) Р. Флорида, кстати, пишет, что да, не заморочены: аутентичностью креативный класс одержим, но в их головах это не синоним подлинности-древности, а антоним к типовому, штампованному, массовому. Любопытная разница в ментальностях: одни отказывают в подлинности индустриальному, превознося «крафтовое», другие («мы») – отказывают в этом и даже, в принципе, рукотворному (подлинностью — в нашей оптике — наделяют «века» и, вероятно, Бог, но не люди).
Кстати, Константин Анатольевич Крылов этот вот англосаксонский подход понимал, и где-то даже разделял: он как-то заметил, что Сухарева башня неплохо сохранилась, и пояснил, мол, фрагменты фундамента есть в земле. К слову, если покопаться в биографии некоторых «намоленных» исторических достопримечательностей, там нередко примерно такая же ситуация с «бережным сохранением через века». Блок же не зря писал об Италии «Уж не прекрасна больше ты!», он видел не ту Италию, что нынешние туристы, а страну, бросившуюся в догоняющую индустриализацию.
Сначала я думал: насколько же все эти условные «англосаксы» иначе устроены — превратили лицемерие в цивилизационное супероружие («fake it till you make it», «ври, пока это не станет правдой»), так ещё и любят когда фальшь добротная, качественная, мастерская (и в этом смысле подлинная, даже «правдивая», ибо всякое мастерство в чём-то правдиво). Вот что такое «английский сад»? «Все преимущества природы без её недостатков». Просвещённые зрители глядели на все эти «лорреновские пейзажи» и понимали, что за несколько лет до того на этом месте был регулярный парк или вообще поле, и никакую таинственную древность сень дерев не хранит, даже «вековой» мох — новодел. Но именно мастерству и вкусу «декораторов» предназначались комплименты, мол, «всё здесь дышит историей». Просто словечко «как бы» опускали, ибо зачем оно тем, кто и так всё понимает.
Потом подумалось, что вот это-то и есть проявление «homo ludens» (который «человек играющий»), т.е. люди готовы подыгрывать хорошо задуманной и реализованной игре. Отсюда и удовлетворённое похваливание якобы «сохранённой атмосферы» какой-нибудь (псевдо)исторической достопримечательности; дело не в том, что доверчивых лохов надули (хотя и это присутствует), а в том, что потребитель хочет получить определённые эмоции, и аплодирует и платит мастерам, которые ему оные эмоции доставляют (всё по честному, кроме возраста артефактов).
Но эти мысли мне не нравились, а потом появилась та, которая позабавила (дальше можно не читать, потраченное на этот текст время автором возмещено не будет).
А что если всё так и было: «прежний дух вернулся в восстановленные кварталы». Вот прямо так, буквально. Был квартальчик с «особой атмосферой», её обеспечивал genius loci (дух места), дома снесли, дух пошёл скитаться (а если не пошёл, а если его в пробирке заперли?), а потом случилась «реставрация» и для полноты успеха дух отловили (извлекли?) и вернули.
Я давно убедился в том, что принцип «верьте не словам, а делам» — односторонен и, в целом, проеден молью. Слова людей нужно слушать и понимать, желательно буквально, не обряжая их в свои представления об иносказаниях и контекстах. Сложность только в том, что бы определить на каком именно языке сказано слово.
В мире полно странных вещей, а самое главное — странного знания о сути вещей, материалов, стихий. Принято говорить, что такое знание есть проявление «фаустовского ума», но «Фауст» всё же разновидность человека, а здесь проглядывает что-то нечеловеческое... Знаете, каким логичным стало бы многое, если предположить (в порядке бреда, разумеется), что есть некие «серьёзные конторы», которые освоили на высоком технологическом уровне эксплуатацию некоторых существ из «Нижних миров» (или продуктивную кооперацию с ними же). Быть может, эта эксплуатация напоминает приручение, селекцию и разведение. А быть может, это скорее колонизация с элементами рабовладения. Естественно, всё на взаимовыгодных условиях с тамошней «знатью», «хороший Сагиб у бесёнка и умный, только больно дерется магическим стеком». Последний вариант, к слову, неплохо бы объяснял, откуда у деловых прагматиков-карьеристов обнаруживается рисковая тяга к тяжёлым наркотикам (галеоны нужны конкистадорам), и почему хозяева жизни равнодушно взирают на заселение чужаками своих родных вотчин на поверхности Земли (у них уже есть «новое жильё», а те, у кого нет — подвергнутся «деколонизации» и «искуплению исторической вины»). Всё это чудесно стыкуется с вечным сюжетом про искусного мастера-магистра, который купил своё мастерство ценой сделки с нечистыми.
У нас есть большая традиция считать себя «собеседниками Вечности», а за условным Западом числить «холодный рационализм, безжалостную расчётливость и плоский материализм». Впрочем, пунктиром проходит сквозь столетия и обратное самопонимание: «мы» — «просто люди», тёплые, живые, уязвимые и неискушённые; «они» — чернокнижники и маги. Современность в этом смысле много картинок актуализировала: рептилоиды, «чёрное причастие стволовыми клетками младенцев», «культ Ваала» и т.д. Впрочем, эти разные представления до некоторой степени можно примирить: нет там никакого самодовлеющего материализма, но имеются критерии реальности вещей и явлений — то реально, что есть в приходной ведомости (допустим). Я сейчас без оценок, просто экскурс по шаблонам.
В общем, у меня возникла идея сериала об эксплуатации людьми сущностей вида «genius loci». Даже не идея, а я словно одномоментно получил впечатление-послевкусие сразу о двух привидевшихся мне сериалах на эту тему — оригинал от какой-нибудь серьёзной корпорации («Netflix», «HBO» или что там у них есть) и отечественная адаптация «по мотивам».
Сразу оговорюсь: всё написанное чистый бред, даже два раза бред, два — потому, что в жизни я не посмотрел ни одного сериала. Нет, разумеется разрозненные куски некоторых эпопей я видел, но вот что бы «как люди» — сесть и отсмотреть сезончик — никогда, так получилось. Зато я приобрёл некоторое (естественно, превратное) представление о сериальном жанре, читая дилетантскую теле-кино-критику моих «френдов» и знакомясь с блогами некоторых сценаристов (почему-то большинство этих сценаристов — сценаристки).
Итак, первое — исходник. Название «Spiritcatchers» («ловцы духов»), отсылка, понятное дело к «Ghostbusters». Так не говорят по-английски? ну, у меня в блоге можно.
Общая канва. Есть неприметное агентство, которое занимается, созданием «неповторимой атмосферы», а конкретнее поселяет в заведения, учреждения и целые населённые пункты полезных духов, а злых изгоняет или перевоспитывает.
Коллектив небольшой. Маги разных традиций, экстрасенсы, спецы по биоэнергетике, уфологи, плюс техперсонал (IT, плазменные ружья, что-то в этом роде).
Во главе пожилая стильная бой-баба, держится уверенно, без особых понтов, «с юморком». Возраст не ясен: вроде 70 лет, но может быть и 300. «Ловцы духов» — её «тихая гавань», «хобби пенсионерки», а прошлое у героини бурное: карьера в спецслужбах, авиабаза «Эдвардс» (НЛО), мистическая подоплёка «Уотергейта», тёмная магия джунглей Вьетнама и Гондураса. Надо бы на роль негритянку, но не стыкуется с биографией, пусть будет Джейми Ли Кёртис, хотя там много подходящих по типажу актрис.
Правая рука Хозяйки — кельтская ведьма в 30-м поколении. Помнит все свои перевоплощения в своих же прародительницах, поэтому, в сущности ей 900 лет. У неё большие счета к белым мужчинам, католической церкви и классическому искусству. Берётся только за тяжёлые случаи, потом долго и эффектно страдает-восстанавливается. Я прямо вижу в этой роли
, но она-то точно не согласится (хмы), ну, тогда Джессика Честейн (о которой я толком ничего не знаю) визуально подойдёт.
Ещё один персонаж — толстый белый комик. Новых актёров этого плана я не знаю, пусть будет Джон Гудман (он, вроде, ещё в игре). Владеет магией вуду. По самоидентификации — колдунья с Гаити (привет, повестка!). Над ним смеются, но только до тех пор, пока не увидят его в деле. Когда он танцует ритуальный танец, все сразу понимают, кто здесь «black magic woman number one», а кто не понимает сразу — понимает потом, и это больно.
Плюс несколько чернокожих и азиатских гениев-эрудитов-айтишников с фиолетовыми дредами, небольшая бригада индейских чародеев (преимущественно разруливают проблемы с прокладкой хайвеев по доколумбовым кладбищам и местам боёв с белыми поселенцами) и прочие второстепенные персонажи.
Каждая серия, естественно, отдельный эпизод со своим сюжетом. Стандартный заказ в агентстве — трактирщик или галантерейщица хочет приобрести привлекательного и привлекающего «спиритуса» для своей лавочки. Вот, скажем, богатый отельер из Вегаса желает заполучить для своих нужд («деньги не проблема») духа известного клуба «Studio 54». «Охотники» юлят, говорят, что никак не могут его найти: клуб давно закрылся, спиритус аннигилировался, давайте мы договоримся с духом «Cafe Wha?», он круче, сговорчивее и идёт со скидкой. На самом деле, они хорошо знают, где дух «Студии», но он отошёл от дел, на века травмирован увиденным в этом богемном притоне, а главное – он теперь котик и оберегает свою сумасшедшую хозяйку. Безумная старушка в конце 1960-х была лихой «группи» (groupie) и как-то за одну ночь (это было в полнолуние) умудрилась «тесно подружиться» с несколькими крутейшими фронменами подряд (Джим Моррисон, Мик Джаггер, Фрэнк Заппа, точное количество сценаристам назовёт консультант-нумеролог, что б было по-мистичнее). А поскольку все они были мощными медиумами — фанатке «расширило сознание» на всю оставшуюся жизнь. «Охотники» понимают ситуацию, объясняют престарелой меломанке, что у неё не бред, а дар, учат этим даром распоряжаться и берут в свою команду. Дух «Студии 54», вселившийся в кота, становится талисманом фирмы и источником массы гэгов.
У «Spiritcatchers» есть конкурент — «Агентство-13» (незатейливо): белые озлобленные цисгендерные (лицемеры, тайком наряжаются в кружевные лифчики) мужчины плюс русская стерва (отец-кагебешник научил её рукопашному бою, боевой магии и ненависти к женщинам, трансам и демократам). «Тринадцатые» промышляют мелким рэкетом — подселяют в бар, контору или посёлок злого «барабашку», а потом дерут деньги с хозяев или муниципалитета за «очищение». На роль главаря нужен кто-то вроде Уиллема Дефо. Хозяйка «Ловцов» до поры держится с конкурентами корректно, но они добро не ценят.
Политическая повестка. «Агентство-13» получает жирный заказ от пожилого миллиардера-расиста-блондина (кто же он?). На границе с Мексикой стоит город, дружелюбный для иммигрантов, со статусом города-убежища (sanctuary city), там есть кое-какие проблемы, однако в целом, кругом инклюзивность и добрые белые активистки в меру сил искупают свою и чужую историческую вину перед угнетёнными. Но старому республиканцу нужно превратить город в ад: что бы трупы на улицах, наркотики, насилие. Банда Дефо берётся за дело, но всё пошло не так; злые духи «тринадцатых» не сильнее кухонного полтергейста и им не удаётся вдохновить мигрантов на нарушение закона, к тому же белым чернокнижникам противостоит светлый мексиканский кактусовый шаман (который приехал в Штаты работать уборщиком) и его друг хиппи-ньюэйнджер. И тогда «мужские шовинистические свиньи» решаются на другие методы создания невыносимой атмосферы: они сами начинают грабить-убивать, таким образом фабрикуя улики, что бы стравить местных и приезжих. Их разоблачают, зло повержено, миллиардер арестован. Шаман и хиппарь вливаются в команду «ловцов». Для трагизма можно добавить историю о том, как один из головорезов по недоразумению убил дочку/внучку главаря.
В следующих сериях: усмирение взбесившихся лифтов в небоскрёбах, таинственные события в музее Соломона Гуггенхайма, «умный дом» разбушевался и прочее... Много и со вкусом снимают архитектуру американских городов, здания становятся персонажами, наравне с людьми и духами...
Ну, и так далее, «примерно так».
Теперь отечественная «адаптация». Рабочее название «Я возвращаю душу городам». В эфир выйдет как «Обретение души». В неуютном офисе на окраине Москвы малохудожественный беспорядок и запах бедности. ООО «Гений места» с трудом находит себе заказчиков. По большей части бесплатно и даже тайно поселяют добрых духов в любительские театры и столовые для бездомных. Иногда выгоняют злых «барабашек», тоже из любви к людям и анонимно.
Во главе конторы, естественно, персонаж актёра Хабенского. Одарённый (его посещают видения-загадки, он умеет их разгадывать), ранимый, застенчивый, пьющий. Оператора и создателей компьютерной графики за эти воплощённые на экране «видения» наградят профессиональным призом, всё сделано немного кургузо, но со звериной серьёзностью.
Правая рука генерального директора фирмочки «Гений места» — колдунья, то ли из Полесья, то ли ещё из каких-то болот, себя величает Кикиморой. Помнит всех своих «мужиков-козлов», встреченных ею во всех предыдущих инкарнациях. Особенно того красивого рефлексирующего опричника и стеснительного эсера-бомбиста. Влюблена в персонажа Хабенского: харизматик-невростеник-алкоголик, устоять невозможно, как и в предыдущих 30 жизнях. Я посмотрел фото современных российских актрис, кастинг прошла Екатерина Волкова.
Персонаж Стоянова — узкий специалист, советская производственная магия, фамилия Шарашкин (богатая тема: как же так случилось, что эта магия пришла в упадок? рассказ на три серии). Помнит по совместной работе не только Королёва, но и Орджоникидзе. Актуальный сюжет: на заброшенном оборонном заводе пытаются возродить производство, но всё наперекосяк, станки ломаются, рабочие получают травмы, в смазочном масле песок. Всему виной дух «Чёрного Братка», которого убили и закопали где-то в этой промзоне в 1995-м. Совместными усилиями ООО «Гений места» и его помощников, дух братка успокоен и выдворен, а Шарашкин заселяет на предприятие доброго цехового-домового, которого зовут Старый Стахановец. Конвейер впервые работает как надо, герои обнимаются и ликуют, как на картине «Первая плавка. С Новым годом в сентябре».
Так же в коллективе есть ясновидящий кладбищенский сторож (специализация понятна, застройщики тревожат могилы), якутский шаман, бешеный УФОлог, экстравагантная дизайнерша интерьеров (поселяет в квартиры и коттеджи «нафань»), айтишница в берцах и с чудными косичками на голове, уборщица тётя Клава, которая умеет лечить припадки генерального директора, заговаривать кровь и т.п.
Конкуренты-враги «гениев» — агентство «Уникальная атмосфера». Пафосно-дорого-бохато. Вообще-то кое-что умеют, но больше кормятся с продаж втридорога амулетов из драгоценных металлов «на богатство» и наведение «невероятной ауры» в бутиках и ночных клубах. Владелица (ну, пусть будет актриса Виктория Исакова) цинична, беспринципна, жестока, развратна. Когда-то в Москву «приехала поступать и не поступила», навидалась всякого, озлобилась, знает все ключики к кошелькам и сердцам рублёвских жён и содержанок.
Единственное светлое пятно в этой чёрной душе — любовь к персонажу Хабенского (которого, при этом, гнобит и оскорбляет при любой возможности). Наведёт порчу на соперницу-Кикимору, но в последний момент поймёт, что объект страсти так не заполучить, и во Владелице проснётся то сложное нравственное переживание, которое описывают выражениями типа «ну, не совсем же я тварь конченная». С риском и уроном для физического и астрального тела спасёт Кикимору.
Зам Владелицы — по саморекомендации «бандит, но не тупой» (подойдёт каждый четвёртый артист рос.кино). Плюс небольшая массовка из карьеристов, карьеристок, фриков обоего пола и отставных героев Перестройки с фамилиями Кошаровский и Чулак. «Чёрный Браток», кстати, был при жизни родным братом Заместителя, и последний проникновенно поблагодарит конкурентов за то, что освободили душу брата из плена промзоны.
Это, к слову, любопытная особенность нашего кино: стремясь показать в отрицательных персонажах «что-то человеческое», их раз за разом наделяют способностью к спонтанному самопожертвованию (с таким отвержением собственного суетного интереса, «да пропади всё пропадом») и к чувству признательности. А, скажем, желание компенсировать сделанное зло (системно, без смертельного риска) в этом смысле совершенно не котируется. Я вполне принимаю этот миропорядок, просто замечу, что это всё что-то да значит.
Политическая повестка по-российски. В новом микрорайоне (снимали в Котельниках) неспокойно, мигранты с ножами, наркотики и т.д. «Гении» берутся изгнать из застройки сердитого духа рекультивированной свалки (на месте которой стоят ипотечные небоскрёбы), но скоро понимают, что дело тут не чисто, то есть не в одних только нечистых духах дело. Разгул криминала рукотворный, это работа «пацанов» Заместителя. «Тихий ад» в микрорайоне организован по заказу застройщиков-конкурентов, они возводят неподалёку свой квартал и хотели бы поднять цену на свои квадратные метры за счёт «хорошей репутации» (по сравнению с соседями) и переманить платёжеспособную публику к себе из «Котельников». Возмутители спокойствия разоблачены, мир-дружба-насвай, автозаки увозят в наручниках Заместителя и его людей (он взял всю вину на себя и — на них, но хозяйку спас). Довеском та же история про гибель родственника Владелицы (любимый сын? младшая сестрёнка?) в ходе провокации, и про её душевные муки при взгляде на полученные такой ценой денежные средства.
Ну, ещё кучка историй типа: возвращение мира в семью соседей «Хабенского» по подъезду, изгнание приведения из канализационной системы больницы, девчонка-айтишница влюбилась в злого духа, потом его перевоспитала и материализовала в виде добра молодца, «Хабенский» усмирил «барабашку», вселившегося в колесо обозрения и т.д. и т.п.
Вот такая фигня представилась, не читайте на ночь урбанистов.
P.S.: «Афиши» ни на что не претендуют; рисовал их забавы ради и что бы проще было показать какие именно типажи актёров я описываю.
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |