Геннадий Малейчук
Когда мужчина ищет женщину –
он ищет себе маму
Когда женщина ищет себе мужчину –
она ищет себе маму
В данной статье речь пойдет о комплементарности в браке, в котором отношения строятся по принципу дополнительности в виде Родитель-Ребенок. Комплементарный [фр. complementaire – дополнять] – дополнительный, добавочный. В данном случае имеется ввиду функциональная комплементарность, то есть супруг в таких отношениях выполняет для партера родительские функции.
Комплементарные браки могут иметь различные варианты: Отец-Дочь, Мать-сын, Мать-Дочь, но во всех случаях мы имеем дело с позицией Родитель-Ребенок.
Такие браки изобилуют страстями, уровень накала эмоций в них гораздо выше, чем в других браках, а отношения, начиная с первой встречи, обретают качества роковых. Эмоциональные связи между партнерами чрезмерны и по силе привязанности могут конкурировать с кровно-родственными отношениями.
Разорвать такую связь оказывается либо невозможно, либо, если это и происходит, то достаточно сложно, а иногда и трагически. Жить в таких отношениях тяжело, но и без них невозможно. Партнер по браку воспринимается как «крест», который нужно нести.
Отношение друг к другу в такой паре редко остается в «среднем регистре», чаще всего партнеров бросает от полюса «Не могу без тебя жить» до полюса «Я тебя ненавижу».
Что же делает эти отношения такими эмоционально-зависимыми?
Почему они возникают? Какие еще существуют характерные особенности комплементарных браков?
1. Причины возникновения комплементарных браков лежат в структуре личности партнеров. Это, как правило, личности, зависимые от отношений, с неудовлетворенными потребностями в безусловной родительской любви и привязанности.
Партнеры по браку отыгрывают в брачных отношениях детско-родительские сценарии, пытаясь удовлетворить свои неудовлетворенные детские потребности и тем самым завершить отношения со значимыми в детстве фигурами.
В результате их партнер по браку попадает под мощную родительскую проекцию и его образ оказывается нагруженным несвойственными для него функциями.
Пример: клиент С., описывая свои отношения с партнершей по браку, говорит о том, что он чувствует, что она относится к нему, как к отцу: «она как маленькая девочка – капризная, эгоистичная, ненасытная в своих претензиях и желаниях…».
2. Эти браки «перегружены» из-за двойных позиций, которые взвалены на партнера. Следовательно, и функций, которые несет партнер, становится в два раза больше, равно как и ожиданий. Спектр ожиданий к нему намного превышает список собственно партнерских.
Партнер в таком браке чувствует, что он больше, чем партнер. От такого партнера ожидают (и требуют) для себя безусловной любви, безоговорочного принятия и при этом все это без какой-либо благодарности, как само собой разумеющееся. Любви, поддержки не замечают – ее оказывается очень мало по сравнению с претензиями.
Пример: Клиентка К. в контакте производит впечатление обиженной девочки. Жалуется, что у нее много претензий к мужу. Она и сама осознает, что многого от него хочет, да и подружка ей тоже говорит: «Ну и что ты от него еще хочешь? Нормальный у тебя мужик».
На вопрос, какие у нее отношения с отцом, отвечает «никакие». Клиентка живет в расширенной семье, с отцом и матерью. Отношения с отцом дистантные, лишенные каких-либо эмоций. Сама клиентка их описывает так: «Отец, как чужой мне человек, проживающий на одной территории».
3. Мир воспринимается такими людьми, как будто он должен им, к нему много ожиданий и претензий, и, в итоге, разочарований, обид. То же отношение и к Другому.
Партнера с одной стороны идеализируют, с другой – хотят получить от него больше, чем он может дать. У него в итоге появляются ощущения: «Я для тебя больше, чем партнер, я не хочу этого больше…с меня и так достаточно…».
Ранние детские потребности, не получившие удовлетворения от родителей, оказываются спроецированы позже на другие значимые фигуры. В браке такой фигурой становится партнер.
В «браке» с терапевтом – терапевт. В терапевтическом контакте у терапевта возникает ощущение, что перед ним маленький ребенок – капризный, требующий, недовольный, обидчивый, голодный. Клиенты в жизни и терапии занимают экстернальную позицию – не принимают на себя ответственность, ждут чудес, советов, помощи от других и терапевта.
4. В структуре личности этих людей ярко прослеживается инфантильность, эмоциональная незрелость и эгоцентризм. Будучи взрослыми людьми, в своем психологический возрасте они остаются детьми.
5. Такие клиенты являются «пустыми» из-за структурного дефекта в их Эго-идентичности. Их «психические резервуары» оказываются незаполненными, они постоянно испытывают дефицит любви, а их внутренний ребенок остается вечно голодным. В связи с этим они сами не способны «давать» любовь. И это неудивительно, если сам не получил, то не можешь ничего дать другому.
6. Сексуальные потребности в таких отношениях, как правило, оказываются неудовлетворенными и часто замещенными. Секс в таких браках становится супружеским долгом. Согласно одному из основных законов удовлетворения потребностей, в фокусе сознания одновременно не может присутствовать две потребности.
Актуальной оказывается более важная потребность, остальные же уходят в фон. Для такого клиента потребность в безусловной любви оказывается важнее потребности сексуальной, она генетически более ранняя, а, следовательно, более важная.
7. Еще один немаловажный момент – присутствие в таких отношениях символического (психологического) инцеста. Партнер бессознательно воспринимается, ко всему прочему, как родительская фигура, и тогда сексуальная потребность оказывается блокированной.
Клиентка К., обратившаяся с запросом по поводу измены мужа, говорит о том, что у нее нет сексуального желания к нему, как, впрочем, и у него к ней. Мужа своего не ревнует, ее не занимает собственно его сексуальная измена, в фокусе ее переживаний доминирующей остается возможность его ухода от нее. От мужа лишь хочет внимания, заботы.
Иногда в сексуальных отношениях с партнером проявляется другая полярность – секс становится гораздо больше, чем просто секс.
Клиентка П. рассказывает, что у нее не возникает сексуальных желаний, если отношения с партнером не пронизаны страстью, ревностью, эмоциональным надрывом, огромным чувством собственности, страхом брошенности.
8. Использование в отношениях в случае конфликтов слов "бросишь-не бросишь". Это слова, описывающие детско-родительские, а не партнерские отношения. Можно "бросить" ребенка. С партнером же можно расстаться.
9. В такого рода отношениях партнер остается главной фигурой и с рождением ребенка. Ребенок всегда рассматривается как приложение к партнеру по браку и всегда остается на вторых ролях. И это неудивительно, так как невозможно быть родителем, будучи самому «ребенком».
10. Незавершенные отношения с родительской фигурой в партнерских отношениях завершить оказывается невозможно. Партнер, даже при всем желании, не может быть родителем и удовлетворить спроецированные на него ожидания.
В тех случаях, когда такие браки распадаются, бывшие партнеры вновь создают комплементарные браки и отношения с новым партнером строятся по уже знакомому для них сценарию.
11. У терапевта в контакте с такими клиентами возникает два сильных чувства – жалость и злость. Причем, если злость лежит на поверхности и легко осознается терапевтом, то жалость появляется в результате его эмпатических усилий. За лежащим на поверхности требовательным, наезжающим поведением клиента в глубине просматривается маленький неудовлетворенный ребенок, изголодавшийся по любви, вниманию, заботе, участии.
Психологический портрет партнеров
Рассмотрим, какие же психологические особенности характерны для партнеров, состоящих в комплементарных браках.
Доминирующие потребности
Во всех описаниях клиентов из комплементарных браков красной нитью проходит потребность в принятии и безусловной любви от партнера. Это потребности ребенка к своему родителю. Если родитель в состоянии удовлетворять их, то у ребенка формируется надежная привязанность и как следствие этого потребность исследовать окружающий мир.
В противном случае надежная привязанность не формируется, и у ребенка потребность в принятии и безусловной любви оказывается неудовлетворенной. В последующей жизни такой человек будет пытаться удовлетворять эти потребности в контакте со своим партнером, «цепляясь» за него и предъявляя к нему непосильные для него требования в исполнении неспецифических для него функций.
На партнера по отношениям будет проецироваться образ идеального партнера с соответствующими от него ожиданиями. В партнере будут видеть собственно не партнера, а родителя и предъявлять к нему родительские функции. Невыполнение партнером родительских функций будет порождать претензии, обиды.
Пример. Клиентка С. по моей просьбе описывает образ идеального партнера: «Сильный, мужественный, надежный, заботливый, принимающий, прощающий ее недостатки, потакающий ее слабостям».
Замечаю, что она рисует не образ партнера, а скорее образ отца. Именно отец для своей дочери может быть одновременно и сильным, и принимающим ее безусловно, или, во всяком случае, многое ей позволяющим и прощающим. Взрослые же партнерские отношения предполагают «условную любовь» с сохранением баланса «брать-давать».
Сказанное вовсе не означает, что в партнерских отношениях нет места вышеназванным потребностям. Конечно же, они есть. Другое дело, что здесь они не будут основными. Ведущими потребностями в партнерских отношениях будут потребности в интимной близости и любви между мужчиной и женщиной.
Для комплементарных же браков интимность служит одним из способов удовлетворения потребности в безусловной любви. Партнер вынужден согласиться на такую «взрослую» форму любви в надежде через это «подпитаться» в любви детской.
Идеализация
В силу различных жизненных обстоятельств созависимый партнер не получил опыта разочарования в реальности, так называемую «прививку от реальности». Причины этому могут быть разные. В приводимом уже примере у клиентки С. в возрасте 5 лет трагически погиб отец. Образ отца, а следовательно и мужчины (а отец для дочери первый мужчина) для нее остался идеальным, «законсервированным».
Не случись этой трагедии, клиентка вынуждена была бы (и не раз) в последующих отношениях с отцом разочароваться в нем, свергнуть его с пьедестала (один только подростковый возраст предоставляет для этого богатые возможности).
Образ отца со временем лишился бы идеализациии и становился бы более приземленным, реальным, адекватным. У девочки был бы шанс деидеализировать отца, встретиться с реальным отцом – живым земным человеком с его слабостями, переживаниями, страхами, разочарованиями – что открыло бы для нее возможность реальной встречи с другими мужчинами.
В данном же случае идеальный образ отца остается недосягаемой вершиной для ее возможных партнеров – образ всегда красочнее реальности!
Одной из форм идеализации является присущий созависимым партнерам романтизм. Так как в реальной жизни встретить партнера, соответствующего идеальному образу практически невозможно, такой образ находят в кинофильмах, книгах, либо придумывают. Иногда этот образ является собирательным – далеко не все киногерои способны воплотить в себе все требуемые воображаемые качества!
Пример: Клиентка Е. описывает желаемые отношения со своим партнером следующим образом: «Это будет сильный, уверенный, надежный, заботливый мужчина. Я хочу, чтобы он любовался мной как цветочком, заботился, ухаживал за мной. А я буду радовать его своим присутствием, позволять ему любоваться собой».
Инфантилизм
В восприятии терапевта независимо от паспортного возраста созависимого клиента складывается впечатление, что перед ним маленькая девочка/мальчик. Манера разговаривать, жесты, мимика, взгляды, требования – все эти составляющие качества контакта создают определенные родительские контрпереносные реакции на клиента.
Инфантилизм (от лат. infantilis – детский) определяется как незрелость в развитии, сохранение в физическом облике или поведении черт, присущих предшествующим возрастным этапам.
Психический инфантилизм – психологическая незрелость человека, выражающаяся в задержке становления личности, при которой поведение человека не соответствует предъявляемым к нему возрастным требованиям.
Отставание проявляется преимущественно в развитии эмоционально-волевой сферы и сохранении детских качеств личности.
Одним из наиболее важных факторов развития психического инфантилизма являются родители человека, которые чрезмерно опекают, оберегают ребенка, и, как следствие этого не позволяют ему встречаться с реальностью, продлевая ему детство.
Пример. Клиентка С. После смерти отца воспитывалась матерью. Мать, по ее словам, отказалась от личной жизни и всю себя посвятила своей дочери – ни в чем ей не отказывала, оберегала ее от всех жизненных невзгод. В итоге у С. ярко выраженные инфантильные черты личности – непринятие ответственности, непринятие роли и функции взрослого человека, чрезмерные ожидания от партнера.
Основным критерием инфантилизма можно назвать неумение и нежелание брать на себя ответственность за свою жизнь, не говоря уже о жизни близких людей. Инфантильные люди выбирают себе партнеров, которые бы заботились о них.
В контакте с таким человеком создается ощущение, что на него нельзя положиться в критический момент! В браках такие люди создают семьи, рожают детей и перекладывают ответственность на своих партнеров.
Эгоцентризм
Эгоцентри́зм (от лат. Ego– «я», centrum– «центр круга») – неспособность или неумение индивида встать на чужую точку зрения, восприятие своей точки зрения как единственной существующей. Термин введён в психологию Жаном Пиаже для описания особенностей мышления, характерного для детей в возрасте до 8 – 10 лет.
В норме эгоцентризм свойственен детям, которые по мере развития приобретают способность к «децентрирации», воспринимать мир с других точек зрения. По различным причинам такая особенность мышления в разной степени выраженности может сохраняться и в более зрелом возрасте.
Эгоцентризм (Я-центризм) в отношениях проявляется в сосредоточенности индивида на себе и относительной нечувствительности к другим, поглощенности самим собой, оценке всего сквозь призму своей личности.
При эгоцентрическом восприятие мира индивид считает самого себя центром всего и неспособен видеть происходящее и самого себя глазами других людей, с какой-то иной позиции.
Личность с такой направленностью может испытывать затруднения в непонимании переживаний других людей, отсутствии эмоциональной отзывчивости, в неумении учитывать точки зрения других людей. Других людей такой человек часто воспринимает функционально (люди-функции).
Пример. Клиентка С. решает, расстаться или нет с молодым человеком? Взвешивая «за» и «против», она не говорит о нем как о человеке, о своих чувствах к нему, а описывает своего партнера, как набор функций, перечисляет его «технические» характеристики – образованный, статусный, перспективный, интеллигентный – и приходит к заключению, что такой мужчина не «залежится» на рынке, любая девушка от такого не откажется.
Помните мультфильм о том, как мужик свою корову продавал: «корову свою не продам никому – такая скотина нужна самому»!
Установка брать
У партнеров в комплементарных браках присутствует ярко выраженная «оральная установка». Хронически не удовлетворив в контакте с родительскими фигурами базовые потребности в безусловной любви и принятии, они надеются получить их в новых отношениях, «насосаться» от своих партнеров.
Партнер рассматривается ими как объект, который должен давать. Баланс «брать-давать» в таких отношениях объективно сильно нарушен. Хотя субъективно из-за детской ненасытности в любви созависимому всегда ее мало. От партнера он ожидает выполнения для себя родительских функций с полной самоотдачей.
Пример. Клиент Д., мужчина 30 лет пришел на терапию с проблемой сложностей вступления в отношения с противоположным полом. Не чувствует себя мужчиной, жалуется на неуверенность, низкую самооценку. Живет до сих пор в родительской семье.
С отцом (алкоголик) отношения дистантные, холодные. С матерью на данном этапе отношения контрзависимые. Отец по его описаниям безвольный, в отношении к нему клиент чувствует презрение, отвращение. Мать контролирующая, эмоционально холодная, но навязчивая, нарушающая его границы.
К матери основное чувство – злость, но в фоне есть много страха. В последнее время клиент все острее ощущает потребность в брачных отношениях, хочет создать собственную семью. При обсуждении его отношений с вероятными кандидатами на брак обращаю внимание на брошенные им слова в отношении таких девушек: «Они хотят от меня только одного – выйти замуж и родить ребенка».
Что же так не нравится клиенту в таких вполне естественных намерениях? Он боится, что не он, а возможный ребенок будет занимать его потенциальную супругу. Здесь можно заметить желание клиента быть ребенком для партнера, получать от него безусловную любовь и непринятие на себя мужских партнерских функций – обеспечивать материально семью, быть сильным, надежным.
Несмотря на получившийся не очень симпатичный портрет созависимого партнера, не стоит подходить к таким людям с оценочных, моралистических позиций, и обвинять их в инфантильном, эгоцентрическом поведении.
Их черты личности образовались не по их вине, они сами жертвы определенных жизненных обстоятельств и отношений и ведут себя таким образом, так как по-другому не умеют, да и к тому же часто и не осознают этого.
Прогноз
Как было указанно ранее, в такого рода отношениях партнеры пытаются завершить для себя другие незавершенные отношения – со своими родителями. Однако партнер, даже при всем желании, не в состоянии выполнять родительские функции – безусловно любить и принимать другого.
Следовательно, с помощью партера не удается завершить свои незавершенные отношения. Такой клиент будет бесконечно вступать в отношения, пытаясь снова и снова это сделать, но безуспешно. Единственным выходом в такой ситуации является терапия.
Терапевтические цели:
-
Принять реальность такой, какая она есть.
-
Преодолеть эгоцентрическую позицию.
-
Научится опираться на себя.
-
Замечать, когда тебе в отношениях что-то дают.
-
Научится быть благодарным за то, что тебе дают.
-
Научится самому в отношениях давать.
-
Осознавать, кто ты в отношениях в конкретный момент, различать в себе детскую, супружескую и родительские позиции.
Кратко о терапевтических стратегиях и методах
-
Первоначально терапевту необходимо давать много поддержки. Поддержка необходима как для появления у клиента к терапевту доверительных отношений, так и для «насыщения» клиента безоценочным опытом принятия.
-
После того, как образ терапевта у клиента станет достаточно позитивным и поддерживающим, постепенно необходимо переходить к интерпретациям его поведения с целью осознавания клиентом своих «вкладов» в такого рода отношения.
-
В терапии придется много работать с ранними детско-родительскими отношениями, клиенту придется осознавать и переживать свои чувства к родителю, оказавшемуся неспособным удовлетворить его ранние детские потребности. Чаще всего речь будет идти об обиде, злости, ярости, которые первоначально могут быть скрыты под маской безразличия и эмоциональной отстраненности от родителя.
-
Параллельно необходимо работать на границе контакта терапевт-клиент для осознавания и принятия клиентом своих родительских проекций в отношении терапевта, а в последующем и к осознаванию им своих проекций к партнеру.
-
Отдельно необходимо работать над дифференциацией у клиента диффузной позиции «Отец-Муж», «Мать-Жена» и выделении и осознавании в его актуальном опыте отношений с партнером в каждой из этих позиций по отдельности.
В качестве методов работы подходящими будут следующие:
-
Работа на границе контакта терапевт-клиент для осознавания последним своих проекций в отношении к терапевту.
-
Работа с пустым стулом – в плане организации встречи клиента с родительской фигурой для проработки первоначально сильных замороженных чувств (их осознавании и отреагировании).
-
Монодрама, позволяющая пережить позицию другого человека и создать в дальнейшем возможность появления у клиента диалогической позиции, что позволит преодолеть у него эгоцентризм.
PS: Статья, ко всему прочему, имеет еще и диагностическую функцию. Если во время ее чтения вы испытывали раздражение, злость на автора, то можете смело причислять себя к данному описанному здесь типу людей:)