2.
Стёпке было семь лет, когда он понял, что не похож на других. Это случилось неожиданно, навсегда изменив его жизнь. Однажды летом он просто убежал в поле за ворота городища и заблудился. Он не сразу понял, что больше не видит высокой башенки церкви, что не слышит стук молота страшного хромого кузнеца Угрюма. Только шумели высоченные сосны в лесу на краю поля, да ветер гнал волны по траве.
Дергая русой головой во все стороны, Степка старался разглядеть городище, но был так мал ростом, что дальше трав и цветов не видел ничего. Сообразив, что с дерева он сможет осмотреться, мальчик полез на ближайшую сосну, но лишь ободрал ладошки. Это оказалось ему не по силам.
Тогда Степка пошел наугад через поле, но, проплутав в высокой траве, вышел опять к лесу и сел прямо на землю, совсем перетрусив.
Размазывая кулаком бессильные слезы, он злился на себя.
- Ну почему я такой слабый и глупый?! Любой мальчишка из городища смог бы найти дорогу домой, даже Федька-дурачок. Один я потерялся.
От жалости к себе он заревел еще громче.
- Ты не веришь, что Господь выведет тебя на верный путь?
Голос раздался откуда-то сверху и так неожиданно, что Степка тут же перестал плакать. Подняв острое личико с огромными серыми глазами, мальчик рассматривал странника. Темная ряса была в пыли, видно, что путь был не близкий. Мальчик испуганно смотрел в полумрак тени капюшона на голове незнакомца.
- Ты боишься меня?
Голос был теплый, ласковый, как руки матери, которой Степка не помнил. Было приятно просто ощущать себя окутанным звуками голоса странника, словно плывешь по течению реки жарким летом или, что Степка любил более всего, стоишь на колокольне, на самом краешке и, раскинув руки, ловишь ветер, когда кажется, что летишь в небо, растворяясь в его сини.
- Немного, - сознался мальчик и почувствовал, как наливаются жаром щеки. - Вы кто?
- Я твой друг. И буду помогать тебе. Только ты не должен никому рассказывать обо мне.
Странник поднял Степку и поставил на поваленное дерево. Капюшон был откинут назад. Изумленно мальчик окунулся в синь ясно-лазоревых глаз странника. Взгляд был добрый, но очень пристальный, глубокий, и одновременно немного отстраненный, словно глаза смотрели вне этого мира. Так и запомнил мальчик с их первой встречи лишь глаза и голос.
- Не расскажешь? – спросил странник.
- Нет. А кто ты, дядя?
Незнакомец внимательно смотрел Степке в глаза.
- Я тот, кто делает работу для Господа.
- Ты ангел? – восхищенная радость озарила лицо мальчика.
Странник рассмеялся.
- Нет, дитя, я лишь тот, кем назвался. Никогда ничего не бойся. Я буду говорить с тобой.
- Зачем?
- Так нужно. Когда ты станешь большим, то все поймешь, и твой Путь, уготованный Богом, исполнится. А пока иди, - он поставил Степку на землю и легонько подтолкнул вперед. – Верь и Бог не оставит тебя. Будь добрым к людям и слушай свое сердце.
Не оглядываясь, Степка пошел через поле. Он шел уверенно, и не сворачивая с пути, по которому был направлен странником. Из-за высокой травы показался купол церкви, тяжелые удары молота кузнеца сотрясали тишину.
Степке казалось, что ничего желаннее этих эхообразных ударов по наковальне для него в целом мире не существует. Он вприпрыжку побежал на звук, стараясь обогнать ветер, который еще совсем недавно казался ему невероятно чужим. Теперь же он доносил до мальчика аромат свежеиспеченного к ужину хлеба, смешанный со сладким запахом луговых цветов, которым всегда был пронизан воздух родного для Степки городища. Впереди показались открытые настежь большие деревянные ворота с увесистыми искусно выкованными петлями, и Степка побежал изо всех сил, громко смеясь своему счастливому возвращению. Но ни на минуту он не задумался о словах лесного странника... Он забыл, как плакал над своей слабостью и глупостью... Все его существо сейчас охватила безумная радость от того, что он все-таки смог найти дорогу домой, хотя и находка эта была для него даром незнакомца с ясным лазурно-синим взглядом. И только когда мальчик ложился спать, в мыслях его созрело сожаление, что он даже не поблагодарил странника за указанный путь к городищу. С каждым днем все реже вспоминал Степка о страннике в лесу, но продолжал ощущать на себе его пронзительный взгляд. И не было возможности скрыться от него ни днем, ни ночью. Многое случалось в мальчишеской жизни Степки, но лишь хотел он солгать или поступить по злобе, как тут же жгуче начинали гореть щеки и словно в душу смотрели синие глаза незнакомца.
Еще год прожил Степка в городище. Из всей семьи был у него только дядька, брат умершей матери, да жена дядьки с малыми детьми. Отец Степкин когда-то ушел воевать с кочевниками, да так и сгинул.
Настало новое лето в жизни Степки и после восьмого дня рождения, задумал дядька отдать мальчика в учение. Еще издали увидел Степка высокую черную фигуру кузнеца Угрюма, что хромая шел к их дому. Испуганно мальчик думал о том, что же надо Угрюму от дядьки. Все в городище боялись и уважали кузнеца, но общаться с ним никто не хотел из-за сурового нрава. Кузнец вошел в дом, а Степка проскользнул за ним и притаился как мышка, чтобы услышать разговор. Как дорогого гостя усадили Угрюма на лучшее место и угощали, как сами не каждый день ели.
- Мальчонка он смышленый, - говорил дядька. - Сразу все смекает.
- А силы то в нем много ль? - голос Угрюма был хриплым и грозным.
- Сгодится, - кивнул дядька.
- Ну, покажи своего волчонка.
Дядька бросил короткий взгляд на жену, та быстро метнулась во двор и в сенях наткнулась на мальчика.
- Ах, вот ты, кутенок!
Она больно ухватила Степку за ухо и потащила в избу.
Сдерживая слезы, мальчик потирал красное ухо. Угрюм медленно встал из-за стола и подошел. Черная громада закрыла свет.
- Хиловат что-то. Да его ж и от пола не видно.
- Ай!
Степка не сдержался и вскрикнул, когда кузнец ухватил его за плечи. Ему показалось, что кости сейчас треснут и Угрюм раздавит маленькое тело.
- Что пищишь как баба?! - черное обросшее жесткой бородой лицо Угрюма оказалось совсем рядом. - Не хочешь в кузню?
Внутри у Степки все похолодело. Часто видел Степка, как мечутся по кузне черные как чертенята подмастерья Угрюма и на за что на свете не хотел бы попасть туда.
- Не хочу, дяденька.
Громовой хохот разбил тишину.
- Не хочет, посмотрите на него, - смеялся кузнец.
Степке хотелось провалиться сквозь пол.
- Через два дня приведешь волчонка в кузню, - коротко бросил Угрюм дядьке и ушел.
- Не отдавайте меня. Я не хочу в кузню, - тихо попросил мальчик, глядя в глаза дяде.
Недобрым было у того лицо.
- Будешь меня позорить - знать тебя не хочу. Делай, что велят. Мал еще решать хочу-нехочу. Отправишься к кузнецу, он тебя научит жизни.
«Не заплачу, не заплачу, не заплачу…», - стиснув зубы, про себя повторял Степка. В груди все горело от обиды, но одновременно, словно холодной сталью одевалось сердце, необычайная сила и решимость наполняли все тело. Он желал, чтобы все изменилось, чтобы никогда не было кузницы и Угрюма. Вырвавшись из темной избы, Степка, побежал прочь из городища. Сейчас он не боялся заблудиться, а даже желал этого. Высокая трава на поле опутывала ноги, и мальчик спотыкался, падал, но вновь поднимался и бежал. Он так любил этот свободный воздух и свет солнца, что жаркая темная кузница виделась адом, который неминуемо погубил бы его. Всем телом и душой мальчик ощущал опасность. Если только он попадет в кузню, то его жизнь закончится.
- Помоги мне, помоги.
Степка жадно впитывал воспоминания о глазах странника в свое сердце, искал поддержки, защиты. Почти на краю поля, ослепленный белым светом, мальчик упал лицом в траву и затих, силы покидали его.
Ветер потрепал русые волосы на макушке, и теплая легкая рука коснулась спины.
- Сила Господа с тобой, мальчик.
Этот голос. Степка задрожал от радости. Он узнал плавное течение речи и покой, что дарил странник. Рыдая, он уткнулся в черную ткань одеяния незнакомца.
- Отдать кузнецу…, - отрывисто повторял Степка, - хотят отдать. Я там умру.
- Ты не веришь, что будешь спасен?
Теплые ладони приподняли личико ребенка. Смотря в лазурь глаз странника, ощущая как спокойно и уютно в его ладонях, Степка мог ответить только одно.
- Верю!
- Верь и будешь спасен. Ты нужен этому миру и Бог не допустит, чтобы ты покинул его раньше, чем это станет неизбежным.
- А когда это станет неиз…. Неизбежным, - трудно далось Степке это странное слово. - И что это значит?
- Неизбежное - это то, что обязательно случится, что должно произойти. Все рождается и растет, все умирает. Это неизбежность. Но с тобой это случится еще не скоро, - странник улыбнулся. – А пока спи, спи….
Странник гладил голову мальчика, и Степка ощущал, как слипаются глаза, как тяжелеет тело и он проваливается в сладкую дремоту, в которой был абсолютно счастлив.
Проснулся Степка уже к вечеру, когда в лесу потемнело, только небо было багрово красным над городищем. Испугавшись, что ему влетит за позднее возвращение, он кинулся домой. Очень быстро мальчик смог убедится, что красно небо не от закатного солнца. От ворот ничего не осталось, только два обугленных столба тихонько курились, а черные петли сиротливо поскрипывали на ветру. Дрожа, Степка остановился, не решаясь идти дальше. Он уже понял, что остался один. Воины дружины, что были оставлены для защиты городища, погибли с оружием в руках. Черные стрелы кочевников убивали точно и быстро. Как это случалось всегда, не было оставлено ни одного дома, ни одной постройки – все полыхало огнем. Даже кузница, ненавистная Степкой еще днем, адское место, которого он так боялся, даже она прогорела до крыши и обвалилась. Он не знал что делать, но страх погнал его к родному дому. Почти зажмурившись, Степка обошел дядьку с рассеченной головой, лежавшего на крыльце. В ушах зашумело, голос странника звучал колокольным звоном: «Верь и будешь спасен. Будешь спасен…. Спасен…». Страшная мысль пронзила Степку. Если бы он не убежал в поле, то лежал бы теперь здесь, и это называлось бы неизбежность, но такого быть не должно. А еще он мог согласиться пойти в подмастерья к Угрюму. И тогда бы ничего не случилось. Степка чувствовал это, просто знал, просто поверил вдруг, что его желание заставило орду кочевников повернуть к их городищу, убить всех, сжечь кузницу. Боль разрывала его сердце. Холодная сталь внутри стала ощутимее. Слез больше не было. Медленно продвигаясь, не смотря по сторонам, Степка разыскал спрятанные запасы еды в сараюшке возле избы и навсегда покинул городище. [\more]
Серия сообщений "Свитки Серафима":
Часть 1 - Свитки Серафима. Часть 1.
Часть 2 - Свитки Серафима. Часть 2