- Древняя легенда говорит о Хонсу-Ат-Каалайе, что появится среди моего народа. Он разрешит старый спор между Светлыми Вала и народом Эльдар, прекратит войну и откроет расам знание, которое объединит их и даст Свет каждому. И всякая раса готова будет признать его своим королем. От Эру дана будет Каалайе власть над временем и мирами. Он будет спасителем нашей расы. Тысячи лет ждет Ильфирион, наш мудрый король, рождения Хонсу. По преданию – это ребенок его рода.
- Устал я от ваших легенд, - искренне вздохнул я. – Пророчества, дети…Погоди! У нас же есть Каалайя!
- Каалайя людей – это только Каалайя людей. Хонсу эльфов будет более велик, - гордо заявил Энгвар.
- Допустим, - с улыбкой согласился я, так как не был фанатом нашего Главного Хранителя, как Серега, к тому же я его совсем не знал. – И причем здесь я?
- Рождение Нелдэрола или Триединого предварит приход Предвестника, несущего на своем теле знак Южного Бога Времени.
- Что означает Триединый?
- Нам не дано знания об этом. Известно только, что перед ним будет Предвестник со знаками на теле.
- Это только татуировка. Я сделал ее месяц назад или меньше. Так что извини - никакой я не Предвестник, а простой человек - Максим Александрович Смирнов, компьютерщик из Питера.
Тень сомнения легла на прекрасное лицо эльфа, но лишь на несколько секунд.
- Ты здесь, и знаки с тобой – ты Предвестник. Кем ты был и кем будешь – это ничего не значит.
- Мне об этом ничего не известно. И давай на этом остановимся. Будем есть и отдыхать. Если же ты в таком легендарно-сказочном настроении, расскажи другую легенду, где я не принимал бы участия.
Вздохнув, мой спутник смирился, и мы спокойно поели. Я чувствовал себя разбитым после падения, но спать не хотелось. Энгвар дулся на меня. Не думал, что эльфы такие обидчивые.
- Ну, так есть в твоем арсенале другие легенды? – примирительно сказал я.
- Вы, люди, ничему не верите, ничего не понимаете! – он все еще был раздосадован. – И то, чего не понимаете, вы уничтожаете. Люди появились позднее эльдар. Мы были рядом с вами, помогали, лечили, обучали. Вы, Апаньяр, странные. Вначале мирно жили вместе с нами, потом стали сочинять про эльдар немыслимые истории, не понимая нашей сущности. Затем страх испортил души людей, большинства из вас. Эльфам стали приписывать разные гнусности и злодейства. Вы убивали мой народ, жгли на кострах, священники, не имевшие ничего общего с настоящей верой, преследовали эльдар. Смерть и скорбь стали спутниками эльфов.
Он замолчал. В наступившей тьме лицо Энгвара излучало легкое белое свечение, язычки пламени плясали в зрачках. Под влиянием рассказа мне ярко представились картины прошлого древнего народа.
- Скорбь и великая печаль, - боль в его голосе была искренней, - съедали дух эльдар. Тогда большинство кланов приняли решение покинуть мир людей. Мнение эльфов разделилось – одни говорили, что необходимо спасать жизнь Перворожденных и уйти, другие, что следует остаться и попытаться вывести людей из Тьмы заблуждения, тайно помогая Добру и Свету. Они так и не договорились. Пришло время Великого Переселения. Постепенно, корабль за кораблем, уходили эльдар из своего мира, в мир свободный от преследователей - в мир, куда уже раньше переселились Светлые Вала. И в это темное время оставались люди, близкие духом Эльдар, чистые духом. С разрешения старейшин они уходили с нами. Иногда целыми народами. Корабли эльфов навсегда покидали родные берега, пересекали океан и скрывались в месте, где властвуют голубые туманы и останавливается время. Так мы оказались здесь, сохранив себя, но, потеряв связь с Родиной, - он опечалился еще больше. – В каждом из эльдар живет тоска по родной земле. Даже в том, кто родился много позже времен Великого Переселения. Были и те, кто остался, скрывшись в глухих непреступных местах, лесах и горах. Кто-то смешался с людьми, прервав свой род как род эльфа и дав миру новых людей. Но многие из них обрекли себя на вечные скитания. Такова история моего народа.
- Мне очень жаль, - выслушав его печальный рассказ, кивнул я.
- Говорят, что когда придет наш Каалайя, то эльфы снова смогут ступить на родную землю и соединиться с оставшимися родами. Мы живем надеждой и верой, что увидим свет нашей земли, - он улыбнулся с великой печалью. – Об этом есть прекрасная песня.
Отрешенно, Энгвар запел на родном языке. Мое сердце сжалось от нахлынувшей тоски, невиданной красоты мелодии и чистого глубокого голоса эльфа. Я не понимал слов, но моя душа будто слилась с душой поющего эльфа и проливала слезы вместе с ним.
- Мне жаль, что я не знаю вашего языка, - сказал я, когда он замолчал.
- На твоем языке это звучало бы так.
Последний корабль, прощаясь,
Покинул светлый край родной земли,
Не увидеть Эльдар звезд, подобных этим,
Нет чистоты родника более, нет зелени лугов.
Погас огонь глаз народа эльдар,
И дух опален скорбью и Тьмой.
О! Вера и Надежда,
Манящая новой весной, несущая Свет,
Станешь ли ты сущей?!
Узрим ли мы Свет родной земли?
Станет ли она вновь
Источником Жизни и Истины?
- А знаешь ли ты легенды своего народа?
Все еще под впечатлением от песни, я не сразу ответил.
- О, нет! Ни одной. В моем времени людям не до сказок и легенд. Безумное время, безумная жизнь, безумные люди. Нам некогда подумать о будущем, а прошлое… оно уже позади…. Сейчас я смотрю на все со стороны, более отстраненно, и как будто вижу заблуждения нашего мира. Глупо! Как глупо! – я не знал, как выразить свои чувства. – Знаешь, Энгвар, мне кажется, я с удовольствием остался бы в таком мире, как этот. Я действительно чувствую, что хотел бы и мог остаться здесь. Странные перемены в моей душе произошли за последние недели.
- Может, ты просто позволил своему духу управлять тобой, открыв свое сердце своей Судьбе?
- Не знаю. У меня чувство, что я нахожусь в поиске места, где можно наиболее полно прожить свои годы. Этот мир чертовски близок к идеалу.
Эльф пожал плечами. Не знаю, понял ли он то, что я хотел выразить плоскими словами человеческой речи. Надо бы выучить эльфийский….
Мысли в голове сплетались в неясную массу, а затем растекались тотчас во всех направлениях, будто я мог думать сразу о трех или четырех вещах одновременно. Не подсыпал ли хитрый эльфийский лис опять какую гадость в котелок с питьем? Не думаю. Усилием воли я выделил одну мысль, что была четче и приятнее остальных. Мысль об Элиане. Появилось ощущение невесомости и пустоты, которое очень быстро исчезло, так как из абсолютной черноты родился далекий свет, выстроивший новое пространство цветными пятнами. Размытость изображения немного раздражала. Я заставил картинку проясниться. Мне хотелось увидеть сад с большими розово-красными цветами и залитой солнцем беседкой, где я виделся с эльфийкой. Небольшое волевое усилие, и мне это удалось. Созданное видение было ярким. Прикоснувшись к листьям растения, я убедился в их реальности. Меня очень волновала беседка, так как я был уверен, что Элиана находится там, и потоки света вновь окрашивают ее волосы в цвет темной меди.
Мы стояли друг перед другом. Ее глаза и улыбка, ее руки – все столь реально и близко. Подняв тонкую руку, она прикоснулась к моим еще свежим ранам на лице, прошептав:
- Ты становишься, как он - тот, что будет после тебя, Айвон Арквапоклион. Ты прошел через его боль.
- Кто он?
- Ищи ответ в себе. Не слушай других – они заблуждаются.
- Я не могу понять.
- Я тоже. Неясная сила вкладывает слова и видения в мой разум. Им нет объяснений.
Элиана взяла меня за руку и повела за собой по саду. Мы молчали, но наше молчание было красноречивее любых слов.
- Иногда он приходит в мои видения, - принцесса остановилась и взглядом указала на возникшую неизвестно откуда фигуру. – Он ищет ответ, как и ты. Но я не знаю ответа.
Как человек попал сюда? Это был мой сон, где я чувствовал себя хозяином своей воли. Его лицо вновь закрыто капюшоном, длинная накидка скрывала довольно высокую фигуру. Это был он – человек из моих снов! Хранитель! Элиана грустно улыбнулась.
- Он, как и я чувствует связь между нами, но не знает, почему. Это делает его несчастным и мешает исполнению предназначения. Он не знает, кто он и живет в мире условных понятий.
Загрустив, эльфийская принцесса опустила взгляд, склонив голову. Ее темные косы упали на грудь, обнажив часть тонкой белой шеи сзади, чуть ниже уха с блестящими листиками сережек. Небольшие тонкие рубцы, как от ожога, образовывали на шее девушки сложно переплетавшийся линиями знак. Я потерял силу внимания, и Элиана стала таять вместе с садом, беседкой и таинственной фигурой Хранителя.
Одна исчезнувшая картинка сменилась другой – предрассветный лес, наполненный запахами хвои и журчанием родника. Мне показалось, что я не закрывал глаз, пока спал. Ведь все виденное точно было только сном.
Энгвар внимательно, с нескрываемым интересом смотрел на меня.
- Что случилось? – спросил я.
- Скажи, люди тоже умеют грезить с открытыми глазами?
- Я спал.
- Я не мог спутать обычный сон и эльфийские грезы. Твои глаза оставались открытыми.
- Ты опять хочешь меня запутать, - отмахнулся я, направляясь к источнику.
Я рассмотрел свое отражение в воде. От вчерашнего приключения остались только затянувшиеся шрамы. Меня порадовало и поразило быстрое выздоровление. Пока мы завтракали, Энгвар с любопытством следил за каждым моим движением, как будто я был диковинным зверем. Он был смешным, милым молодым эльфом и я не мог на него сердиться.
Мы собрались и, не сговариваясь, побежали. Теперь я был более осторожен. Внимательно смотрел себе под ноги, чтобы не повторилась вчерашняя история. Лес не менялся - те же сосны и мох, те же серые валуны. Ничего интересного, никаких приключений более с нами не произошло. Двое суток бега и коротких привалов. Под утро шестого дня нашего путешествия лес неожиданно закончился, выведя нас на зеленую равнину.
- Скоро будет город серых эльфов, Остонд , - на бегу прокричал Энгвар. – Нам придется остановиться там и пополнить запасы еды.
После полудня на горизонте на юго-востоке показались горы. По мере приближения к ним стали вырисовываться здания, выраставшие прямо из камня. Через три часа мы прошли ворота каменного города и, запрокинув головы, рассматривали великолепные здания с резными фасадами и широкими балконами. Немногочисленные прохожие, спокойно прогуливающиеся по улицам или спешащие по своим эльфийским делам, бросали подозрительные взгляды на двух странных незнакомцев.
- Найдем лавку, купим продуктов и уйдем, - просматривая улицу, прошептал Энгвар.- Пойдем дальше и заночуем в лесу Падающих Птиц.
- Здесь так опасно? Может лучше заняться охотой? Собирать травы? Ты же в них разбираешься.
- Мы не можем рассчитывать на гостеприимство серых эльфов, - спокойно ответил он. – Но опасность минимальна.
Пройдя несколько улиц, Энгвар остановился перед зданием с потемневшей от времени вывеской, на которой еще угадывались очертания трех хлебцев. Ароматы свежей выпечки подсказывали, что мы на верном пути.
- Остановитесь! – строгий, холодный голос так и не позволил переступить порога лавки.
Мы обернулись. Как я успел заметить, Энгвар, оставаясь внешне спокойным, переложил руку ближе к кинжалу, что был спрятан в потайных ножнах на рукаве одежды. Трое эльфов с обнаженными мечами стояли в двух метрах от нас. Я поежился под взглядом янтарных рысьих глаз. Их физическая форма была так же идеальна, как и у других эльфов, но холод прекрасных лиц отталкивал и внушал ужас. В них не было живой непосредственности и открытости Энгвара, что делало их похожими на бесчувственных Ангелов Смерти.
- Идите с нами, - приказал один, самый непроницаемый и надменный из трех. – Идите и не пытайтесь бежать. Так как хотя мы и оставили вам оружие, не в силах бродяг бороться против стражей Великого Эгласа.
- Мы не бродяги! – вскипел мой товарищ. – Я Энгвар Квеллас, сын храброго Эсгара из Виньяосто, Нового Города эльдар.
- Ты слишком глупый Высокий Альв, - засмеялись они. – Поэтому будешь говорить, когда этого пожелает наш господин.
Смирившись, мы пошли вверх по улице. Я уже второй раз был в ситуации, когда меня подгоняли сзади вооруженные эльфы. Узкая, выложенная камнями улица привела нас к башне, надстроенной над скалистым уступом-площадкой, возвышающейся над всем городом. Монументальность постройки поражала не меньше, чем Тадж-Махал. Широкие ступени вели к входу, а сама лестница змеей расположилась на скале.
Холодные, темные залы неприветливо встретили незваных гостей. Лестница вверх показалась бесконечной - здесь неплохо было бы установить лифт. На редких площадках с черными проемами дверей завывал горный ветер. Казалось, кто-то плачет, горько, безутешно, оплакивая то ли погубленную жизнь, то ли свою темную душу. Лицо Энгвара бледным пятном виднелось во мраке, чувствовалось, что в нем нет страха, но эльфу явно было неприятно здесь находиться.
Наконец ступени кончились. Страж толкнул дверь - верно, самую последнюю в этой башне, и сказал несколько слов по-эльфийски.
- Проходите, - голос обдал нас ледяным ветром.
Наши спутники ушли, и я огляделся. Комната оказалась меньше, чем я ожидал. Книги огромными башнями громоздились везде, где это было возможно, отбрасывая черные тени на голые каменные стены. У стола, посередине комнаты, где вместе с раскрытыми книгами лежали бумаги, исписанные чернильными закорючками, стоял тонкий высокий эльф в длинных одеждах. Прямые волосы серебристыми струями спускались на плечи эльфа. Совершенные, но немного острые черты лица, высокие острые скулы, зеленовато-янтарные глаза необычного разреза, на первый взгляд лет 35-40, по человеческим меркам. От него веяло холодом и опасностью, а так же чем-то диким. Натянутый струной изгиб спины. Настороженное исследование незваных гостей. Он виделся мне рысью, готовой броситься на жертву.
- Энгвар Квеллас и Максим приветствуют тебя, Великий Мудрый Эглас, - поклонился молодой воин.
- Что нужно в моем городе Высокому Альву?
- Мы путешествуем, и наш путь проходит через твои владения. Пополнив запас пищи, мы пойдем дальше.
Заложив руки за спину, мужчина медленно прошелся по комнате. Осмотрев нас со всех сторон, он усмехнулся.
- Высокий Альв и человек. Ильфирион безумен духом, если послал ребенка и смертного в Храм Вала.
- Я воин, - покраснев, воскликнул Энгвар. – И прошел обряд почти тысячу лет назад.
- Гордый, глупый мальчик. Вы ничего не узнаете, даже если ответ будет прямо у вас перед глазами. Ни тебе, ни тем более человеку не хватит на это ума. Только мы, следящие за чистотой эльфийской крови и хранящие мудрость, способны познать Истину.
Его надменные слова завершились коротким смешком.
- У Ильфириона отменное чувство юмора. Привлечь человека для разговора с Вала. Почему бы ему сразу не признать Каалайю людей своим повелителем и не посадить его на трон Кориллона Ларетиана, нашего достопочтенного предка?! – взгляд Эгласа сделался мрачным. – Знай же, никогда этого не будет. Мой род не допустит людей в мир эльфов.
Последние слова он произнес громким шепотом. Ему даже пришлось наклониться ко мне.
- Люди – это худшее, что мог создать Эру. Меня трясет, когда я думаю об этом. Мне противен ваш примитивный язык, но, как видите, я говорю с вами.
Я не двигался, стоял как загипнотизированный под потоком его язвительности. Эльф, не отрываясь, изучал мое лицо и обошел вокруг.
- Так-так, - глаза Эгласа вспыхнули и он, взяв тонкими цепкими пальцами за подбородок, повернул мое лицо к свету. – Так я и думал, - величайшее презрение исказило его красивое лицо. – Полукровка! Какая мерзость!
Отпрянув, будто увидел жабу или нечто еще более отвратительное, эльф махнул рукой, отчего сама собой распахнулась дверь, и закричал.
- Да покарает Эру Ильфириона за потворство смешению светлой крови Эльдар с человеческой! Смерть им!
Дальнейшее происходило как во сне или голливудском боевике на историческую тему. Три стражника влетели в дверь. В ту же секунду Энгвар с силой толкнул меня на того, что бежал посередине, крикнув.
- Беги вперед! Держись юго-восточного направления!
Мне удалось прорваться на лестницу. Сбегая вниз, я обернулся – молодой воин прикрывал отход, ловко сражаясь сразу двумя мечами. Меч! Элиана назвала его «Таящий Свет»! Продолжая бежать, я вытащил подарок принцессы из-за спины, во тьме он сверкал бриллиантово-лунным светом. Перепрыгивая через две ступеньки, Энгвар приближался, продолжая отбиваться. На наше счастье, узкая лестница могла уместить не более одного эльфа, и нападал только один. Второй стражник лишь иногда наносил короткие удары мечом, а третий, оставшись наверху, с завидной скоростью стрелял из лука, но мой друг успевал уворачиваться. Редкие стрелы долетали и до меня.
- Беги, Макс!
Энгвар почти поравнялся со мной. Внизу лестницы и в зале стало труднее. Двое противников атаковали нас. Я не мог оставить Энгвара одного, но совершенно не знал, как обращаться с оружием. Тяжело отражая удары, которые молодой воин пропускал, я продвигался к выходу. Стрелы свистели над головой, как будто на лестнице находилось десять лучников, а не один эльф.
- О Боги! – эхо голоса Энгвара разнеслось по зале. – Нам не справиться. Я слышу, как сюда бежит десяток серых эльфов.
Действительно, группа вооруженных эльфов заблокировала выход, взяв нас в полукольцо. Энгвар, медленно переступая, следил за движениями воинов. Краем глаза я отметил, как из боковой двери выскользнула какая-то тень и быстро вклинилась в кольцо нападавших. Новый участник событий, закованный в темные доспехи и в шлеме, закрывающем половину лица, встал рядом с нами. Таинственный незнакомец. Кто он? Я бросил вопросительный взгляд на молодого эльфа - тот чуть пожал плечами.
Несколько минут продолжался своеобразный танец – внешний круг выжидал момент для нападения, а мы внутри перемещались по оставшейся свободной площадке, ожидая атаки. И они атаковали.
Очередная порция стрел накрыла нас. Увернуться я не смог, и одна из них пронзила мне левое плечо. Сам того не желая, я повалился на пол. Энгвар боролся за жизнь, как молодой лев, отбиваясь сразу от трех-четырех противников. Быстрыми взмахами меча рыцарь не позволял эльфам подойти достаточно близко, в то же время, пробивая дорогу к выходу. Все это я видел как в тумане, свет от факелов в зале расплывался. Свет…
Я широко раскрыл глаза. За спинами нападавших эльфов, ниоткуда, возникло сияние - столб света с крутящимися золотистыми частицами, создавший фигуру мальчика лет тринадцати. Подняв руки, он очень быстро сотворил между ладонями голубоватый шар и направил его в сторону эльфов. Переливаясь, оставляя голубые искры на каждом, кого касался, шар облетел зал и растворился. Наши противники опустили мечи и так и остались стоять, с взглядом, ушедшим в глубину собственного я.
- Пошли, - мальчик махнул нам рукой и вышел на улицу.
Энгвар потащил меня следом. Мы бежали в темноте ночи, впереди мелькала фигура мальчика, позади нас слышалось бряцание доспехов рыцаря. Город с его каменными башнями остался позади, равнина приняла нас. Но мы продолжали бежать, остановившись только под кронами деревьев в лесу.
Серия сообщений "Реки времени":
Часть 1 - Реки времени.
Часть 2 - Реки времени. Глава 1.
...
Часть 13 - Реки времени. Глава 13.
Часть 14 - Реки времени. Глава 14.
Часть 15 - Реки времени. Глава 15.
Часть 16 - Реки времени. Глава 16.
Часть 17 - Реки времени. Глава 17.
Часть 18 - Реки времени. Глава 18.
Часть 19 - Реки времени. Глава 19.
Часть 20 - Реки времени. Глава 20.