Правда жизни
Салдинец Василий Сигарев — начинающий драматург, Его пьесы уже ставятся на сценах Екатеринбурга, Москвы, Санкт-Петербурга и даже Германии.
Пьеса "Пластилин** не случайно публикует-ся на страницах "Салдинской панорамы". Эта пьеса о нас с вами, о наших взаимоотношениях, о нашем городе, В ней правда жизни. Она шо-кирует, пугает, но никого не оставляет равно-душным...
Олег Журавлёв.
ПЛАСТИЛИН
Действующие лица:
МАКСИМ -14 ЛЕТ
ОНА
И ДРУГИЕ...
Вот и всё... Отцвели розы, Лепестки облетели... Отче-го мне всё время
мерещились розы? Мы их искали вместе, Мы отыскали розы... Вот и всё... и забыты розы.
Дино Кампана
1.
Он сидит на полу в комнате, где из мебели только стол, кровать и ковер на стене. Его руки лепят из пластилина что-то очень странное. Закончив, Он помещает это своё странное создание в тарелку с гряз-но-белой кашей. Потом очищает от шлака свинцовые пластины от ак-кумулятора, постукивая ими по фаю кровати. Потом ломает пластины и складывает их в сковороду. Прино-сит плитку с голой спиралью. Ста-вит сковороду на плитку. Включает. Берет тарелку, трогает рукой её со-держимое. Оно твердое, как камень. Он выскребает пластилин. Смотрит на сковороду. В ней - серая свинцо-вая лужа, в которой отражается Его лицо и лампочка под потолком, за-точённая в белый плафон.
Он берет сковороду и льёт сви-нец в тарелку. Шипят, сгорая, остат-ки пластилина. Вспыхивают. Дым поднимается к потолку. Попадает Ему в глаза. Идут слезы. Он отворачивается, но слезы про-должают катиться к носу, а оттуда к уголкам губ. И вот Он уже плачет по-настоящему. Уже рыдает.
Плачет так, как будто знает ЧТО-ТО...
Тарелка трескается...
2.
Подъезд пятиэтажной "хру-щёвки". Максим поднимается по лестнице на пятый этаж. Мимо него идут какие-то люди. Молчаливые, с пустыми лицами. Лестница заканчивается. Впереди дверь. Открыта и зафиксирована валенком, засунутым в щель. Напротив двери зеркало. Оно завешено красной плюшевой скатертью с бахромой. Максим останавливается напротив зеркала. Смотрит. Вдруг скатерть падает на пол. Максим видит в зеркале своё лицо. Удивленно рассматривает его, словно видит в первый раз.
Кто-то трогает его за плечо.
Максим оборачивается. Видит женщину в черном платке.
ЖЕНЩИНА. Ты чиво это? Нельзя.... Одноклассник?
Максим кивает.
ЖЕНЩИНА. Иди туда...
Максим идет в комнату. Там полно народу. А посреди комнаты гроб с закрытой крышкой. Максим встает за спинами двух старух. Пытается рассмотреть гроб, приподнимается на носочки.
ПЕРВАЯ СТАРУХА. Не толкайся!
МАКСИМ. Чё?
ПЕРВАЯ СТАРУХА. Пшел вон!
Максим недоуменно смотрит на неё.
ПЕРВАЯ СТАРУХА. Пшел вон, сказала!
МАКСИМ. Дак я...
ВТОРАЯ СТАРУХА. Иди, иди, мальчик.,.
Максим отходит в сторону.
ПЕРВАЯ СТАРУХА. В автобусе, говорю, один такой же ехал. Вот так же взади пристроился и трется доб-ром. А оно у него твердое сразу стало. Я его как схвачу и давай волосья драть. Вот ведь, чё бывает-то... С виду маленький, а уже твердое...
ГОЛОС ИЗ ПОДЪЕЗДА. Вышка приехала...
Женщина в чёрном платке подходит к окну, выглядывает.
К ней подходит Маленький Мужчина В Большом Пиджаке.
МУЖЧИНА. Елки где ложить?
ЖЕНЩИНА. Какие? А... (Задумалась.) Там и тут положь. Какая разница?..
Мужчина уходит.
Женщина начинает открывать балкон. Он заклеен на зиму тряпками. Она отрывает тряпки. Злится.
ЖЕНЩИНА (Обращаясь непонятно к кому). Чё, не могли раньше распечатать? Мудаки...
Дергает балконную дверь. Она с грохотом распахивается. Из щелей сыплется вата.
ГОЛОС. Сюда не пройдет. В окно надо.
ЖЕНЩИНА. Ну, молодцы! Чё я..? Сами давайте... Я уже всё...
Уходит.
Какой-то мужчина встаёт на подоконник. Распечатывает окно.
Люди, словно сговорившись, начинают дружно выходить из квартиры.
Максим идет вместе со всеми.
Его догоняет Вторая Старуха, останавливает и шепчет что-то на ухо.
Он бледнеет и быстро бежит по лестнице.
Вторая Старуха странно улыбается.
3.
На улице.
Под самыми окнами стоит авто-вышка. Её окружила толпа людей. Все смотрят вверх. Туда, где привязывают к стреле автовышки фоб.
Максим стоит рядом с парнем и девушкой.
ДЕВУШКА. А чё его так?
ПАРЕНЬ. Прихожка узкая - не проходит. У нас у бабки такая же квартира была. Дак её вообще дос-тавали и так выносили. А она тол-стая - горюшка хапнули, короче.
ДЕВУШКА. Ууу.
ПАРЕНЬ. А, прикинь, упадет...
ДЕВУШКА. А чё?
ПАРЕНЬ. Прикинь, по башке.
ДЕВУШКА, Пойдем отсюда, а.
ПАРЕНЬ. Да не упадет. Фирма. Проверено электроникой.
ГОЛОС СВЕРХУ. Майна!
Стрела автовышки начинает медленно опускаться, раскачиваясь, словно длинное тонкое дерево. Не-известно откуда возникает похорон-ный марш.
Максим озирается в поисках ис-точника музыки. Видит Маленького Мужчину В Большом Пиджаке. У того на шее висит кассетный магни-тофон. Мужчина любовно поглажи-вает магнитофон по черному пла-стмассовому корпусу, словно это его единственный ребенок.
ДЕВУШКА. А кого хоронят хоть?
ПАРЕНЬ. Не знаю. Ландух, по-моему, какой-то повесился из-за бабы. Так вроде говорили.
ДЕВУШКА. Нет, серьезно.
ПАРЕНЬ. Говорю, не знаю, (Мак-симу.) Пацан, кого хоронят?
МАКСИМ. Спиру
ПАРЕНЬ. Кого?
МАКСИМ. Парня одного.
ПАРЕНЬ. Чё за парень? Кто та-кой?
МАКСИМ. Просто...
ПАРЕНЬ. А чёс ним?
МАКСИМ. Умер.
ПАРЕНЬ. Всё ясно с тобой. Сам ни хрена не знаешь. (Отвернулся.)
Тем временем гроб опустили, от-вязали и понесли к машине, в кото-рой памятник из нержавейки. На памятнике фотография улыбающе-гося мальчика.
Народ двинулся за гробом.
Остались только две женщины в черных платках. Одна пожилая, другая - моложе, но выглядит почти также. К тому же «под мухой».
Максим остановился, смотрит на них.
ВТОРАЯ. Я евоную одежу-то возьму?
ПЕРВАЯ. Еще чего! Пропить. У меня еще внуки есть. Им будет.
ВТОРАЯ. А я чё, никто уже?
ПЕРВАЯ. Никто.
ВТОРАЯ. Я - мать!
ПЕРВАЯ. Говно ты, а не мать! Таким матерям матки надо выре-зать сразу.
ВТОРАЯ. Такчё, не отдашь, што ли?
ПЕРВАЯ. Не отдам. Иди давай отсюда. Не позорь. Срамота!
ВТОРАЯ. Я на кладбище еще поеду.
ПЕРВАЯ. Да што ты? И в столовую?
ВТОРАЯ. И в столовую. Имею право,
ПЕРВАЯ. Попить на халяву?
ВТОРАЯ. Помянуть.
ПЕРВАЯ. Ну, помяни, помяни. (Пошла.)
ВТОРАЯ. (Догоняет). Так чё, не отдашь одежу-то?
ПЕРВАЯ. Не отдам.
ВТОРАЯ. Не отдашь, да?
ПЕРВАЯ. Отстань, шалава!
ВТОРАЯ. Я в суд на тебя подам. (Вдруг кричит) Ты его угробила, ведьма! Ты! Я знаю! Сука старая! Ведьма! Ты! Ребенка моего единственного угробила! Ты! (Падает, плачет.)
ПЕРВАЯ быстро уходит.
ВТОРАЯ (Максиму). Иди сюда. Эй!
МАКСИМ. Пошла на фиг, короста. (Пошел в другую сторону.)
ВТОРАЯ. Чё? Эй... Подняться помоги...
МАКСИМ. Сдохни, тварь!
ВТОРАЯ. Чё?! Я тебя знаю, щенок! Я к твоим родителям пойду! Они тебя быстро...
МАКСИМ. Отсоси!!!
Побежал.
Вторая что-то кричит ему вдогонку.
Снова начинает играть по-хоронный марш. Но музыка вдруг замедляется, а потом совсем обрывается.
Маленький Мужчина В Большом Пиджаке достает из магнитофона кассету, пленка которой намотана на головку. Мужчина пытается освободить пленку, но у него ничего не получается. Тогда он рвет пленку, суёт кассету в карман и бе-жит в автобус.
ВТОРАЯ поднимается и тоже бежит к автобусу. Но перед самым её носом двери автобуса закрываются, и он уезжает.
ВТОРАЯ что-то долго кричит ему вслед. Плюётся. Матерится. Потом затихает и идет по дороге в ту же сторону.
С балкона соседнего дома свешивается мужик с голым торсом.
МУЖИК. Чё, обломалась?
ВТОРАЯ. Заглохни.
МУЖИК. Эй! Пить будешь?
ВТОРАЯ. А чё - есть?
МУЖИК. Есть.
ВТОРАЯ. Буду.
МУЖИК. Десятая квартира. (Исчезает.)
Вторая достаёт из кармана осколок зеркала. Кое-как прихорашивается и идет в подъезд. Довольная и счастливая.
Максим, всё это время наблюдавший за происходящим, поворачивается и идет по дороге.
И вдруг видит её.
ОНА идёт навстречу по тротуару, аккуратно переступая лужи. Не идёт, а парит. Такая вся лёгкая, воздушная, неземная. ОНА.
Максим стоит, как завороженный. Смотрит.
ОНА сворачивает за угол и исчезает.
4.
В школе. Мужской туалет. Максим и Леха курят, укрывшись за перегородкой. Сильно шумят сливные бачки. Леха пускает в потолок кольца. Улыбается.
МАКСИМ. Чё у Спиры не был?
ЛЕХА. Чё я там не видел?
МАКСИМ. Гроб не открывали...
ЛЕХА. Протух, фигали.
МАКСИМ. Ты её знаешь?
ЛЕХА. Ни чё бикса. Я бы не отказался. .. (Выбросил сигарету.) Докуривай, короче. А то щас эта опять припрется.
МАКСИМ. Пускай.
ЛЕХА. Тебе-то по бороде. А меня маминская убьёт.
Открывается дверь.
Максим бросает сигарету в уни-таз.
Входит Людмила Ивановна, учи-тельница русского языка. На ней длинное коричневое платье.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Так! По-пались?! (Подходит.) Кто тут у меня?
Максим и Леха встают к унита-зам, делают вид, что мочатся.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ну-ка, повернулись!
ЛЕХА. Щас, чё.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Быстро, быстро.
ЛЕХА. Щас.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Быстро, я сказала!
Леха поворачивается, застёгива-ет ширинку.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ты те-перь.
МАКСИМ. Я еще не всё.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Чего не всё?!
МАКСИМ. ...Не поссал...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Как ты сказал? А ну, повтори. (С силой развернула его.)
МАКСИМ. Трогать не надо!
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА (На се-кунду опешила, потом схватила Максима за волосы, трясёт.) Ах, ты, щенок такой! Ты чего это голос по-вышаешь?!
МАКСИМ. Руки!
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Чего ты?! Да я тебя сейчас...
МАКСИМ. Руки убери, короста!
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Кто?!
МАКСИМ. Руки! (Вырвался, по-шел к двери.)
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. А ну, стой!
МАКСИМ (Нефомко). Обломай-ся.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Стой, кому сказала!
МАКСИМ. Вы вообще в мужской туалет не имеете права заходить.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Чего? Стой!
Максим вышел.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА (Лёхе). А ты чего с этим обормотом связыва-ешься? С ним песенка уже давно спета. А ты-то чего? Что ребят больше нету нормальных, что ты с ним дружишь?
Л ЁХА. Я не дружу...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Только не надо!
ЛЁХА. Не дружу я.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Его ско-ро отчислять будем. Хочешь, чтоб и тебя?
ЛЁХА. Не хочу.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Еще раз с ним увижу, и по тебе вопрос ре-шать будем. Всё ясно?
ЛЁХА. Ясно.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ступай.
Лёха уходит.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА (За-глядывает в унитаз, принюхи-вается). Ничего, гадёныш, у нас с тобой особый разговор будет...
5.
Максим и Лёха сидят на детской площадке. Лёха ест мороженное в вафельном стаканчике. Максим опустил голову и плюёт вниз. У него под ногами огромная лужа слюней.
ЛЁХА. Скоро тебя, Макся, всё - попрут, сказала.
МАКСИМ. Мне-то чё.
ЛЁХА. На самом деле.
МАКСИМ. Ну и чё.
ЛЁХА. Тебе-то ясно...
МАКСИМ... Короста, бля, докопалась до меня. Чё я ей сделал-то?
ЛЁХА. Так это всё из-за этого... Как его? Ну, которому ты по дыне в раздевалке тогда настучал...
МАКСИМ. И чё? Не фиг шкерить по карманам было. На меня же подумали бы.
ЛЁХА. Дак это её племянник был. Или кто там?
МАКСИМ. И чё? Знаю я...
ЛЁХА. Ну и всё...
МАКСИМ. Да пошла она на.... Еще раз в туалет зайдет, я ей кое чё покажу.
ЛЁХА. Обоссышь, что ли?
МАКСИМ. Да нужна она мне. Жаба. Член из пластилина слеплю до колена и пускай радуется.
ЛЁХА (Смеётся). Гонишь.
МАКСИМ. Чё мне гнать? Увидишь.
ЛЁХА. Чё прям до колена?
МАКСИМ. Посмотрим.
ЛЁХА. Представляю. Смочить морожки?
МАКСИМ (Поглядел на мо-роженное). Нет.
ЛЁХА. Погнали сёдьня в кино. Там знаешь чё? Помнишь, Богатка говорил, по видику он смотрел "Калигула" кино? Порнуха.
МАКСИМ. Ну.
ЛЁХА. Вот, идёт.
МАКСИМ. Дакфигли, там вырезали всё.
ЛЁХА. Ни фига! У меня батинок с маминской ходили. Потом у них кровать - чу, чу, чу. Значит, не вырезали.
МАКСИМ. Ну, погнали.
ЛЁХА (Поглядел на часы). Тогда часиков в семь срастемся. Жрать, блина, хочу. У меня пельмени. Погнал.
МАКСИМ. Давай.
Лёха убегает.
Максим смотрит в лужу слюней. Из носа у него падает капля крови. Он трогает нос рукой. На ней кровь. Он задирает голову. Смотрите небо. Там кружат чёрные точки стрижей. Они суетятся, мечутся, охваченные какой-то своей, птичьей, тревогой.
Максим закрывает глаза.
6.
Вечер. Максим и Лёха подходят к кинотеатру с задней стороны. Остановились. Огляделись.
ЛЁХА. Ты давай бей. С одного удара чтоб.
Подкрались к двери, через которую выходят зрители после сеанса. Максим, не говоря ни слова, разбежался и ударил в дверь плечом.
Что-то грохнуло, лязгнуло.
ЛЁХА. Всё?
МАКСИМ. Ни фига.
ЛЁХА. Давай я там постою.
Максим, не отвечая, снова ударил.
Грохот. Слышно, как выскочил из петли и упал металлический крючок.
Максим согнулся пополам. Схватился за голову.
ЛЁХА. Чё, Макся?
МАКСИМ. Башка, бля, опять...
ЛЁХА. Открылась хоть?
МАКСИМ. Ну...
ЛЁХА. Пошли тогда покурим пока.
МАКСИМ. Заходим.
ЛЁХА. Чё сразу?
МАКСИМ. Чё ждать-то?
ЛЁХА. Вдруг слышали.
МАКСИМ. По фигу. (Потянул дверь. Та открылась. Из зала полилась музыка Прокофьева.) Заходи.
ЛЁХА. Всё. Тихо.
Зашли. Закрыли дверь.
В темноте.
ГОЛОС МАКСИМА. Садись на пол.
ГОЛОС ЛЁХИ. Трахаются, слы-шишь. Открывай скорей.
ГОЛОС МАКСИМА. Щас чё.
ГОЛОС ЛЁХИ. Ну, скорее, Макся. И так всё пропустили.
Приоткрылась дверь в зал. Вид-но экран, на котором две голые женщины ласкают друг друга.
ГОЛОС ЛЁХИ. Ни фа! Смотри!
ГОЛОС МАКСИМА (голос у него дрожит). Тихо.
ГОЛОС ЛЁХИ, Мамочка! (Долгая пауза.) Макся.
Максим не отвечает.
Макся....
ГОЛОС МАКСИМА. Чё?
ГОЛОС ЛЁХИ. Макся...
Шуршание.
ГОЛОС МАКСИМА. Ты чё, блин?
ГОЛОС ЛЁХИ. Ну, Макся, чё ты?
Давай...
ГОЛОС МАКСИМА. Смотри...
ГОЛОС ЛЁХИ. Ну, один раз, Макся...
ГОЛОС МАКСИМА. Потом...
ГОЛОС ЛЁХИ. Один раз, Макся...
Возня. Лёха тяжело дышит. Сто-нет.
На экране две женщины мочатся на только что убитого мужчину.
7.
Перед кинотеатром. Максим и Лёха стоят напротив афиши, на ко-торой красными буквами намалёва-но: "Калигула".
МАКСИМ. Может, покружим по Бродвею.
ЛЁХА. Поснимать кого-нибудь?
МАКСИМ. Посмотрим.
ЛЁХА. ...Не. Я домой. Маминская орать будет. И жрать хочу еще. Ладно. Давай.
МАКСИМ. Ну.
Лёха уходит.
Максим идет в другую сторону. Ему дорогу перебегает чёрная кош-ка.
Женщина с сумками, идущая на-встречу, застывает, как вкопанная. Смотрит на Максима. И только, ко-гда он пересекает траекторию дви-жения кошки, продолжает свой путь.
Максим оглядывается. Улыбает-ся.
Женщина тоже оглядывается. Тоже улыбается.
Из темноты двумя горящими не-мигающими глазами смотрит кошка. Не улыбается.
8.
Максим проходит мимо столовой, в которой орёт музыка и беснуются пьяные голоса. За витриной видны накрытые столы и танцующие люди.
Возле входа на урне сидит жених в бабочке. У него на коленях невес-та.
Невеста курит и что-то очень громко говорит. Потом замечает Максима. Выбрасывает сигарету. Шепчет что-то на ухо жениху и спрыгивает с его колен.
НЕВЕСТА. Эй...
Максим не оборачивается.
НЕВЕСТА. Эй, парень!
Максим остановился. Ждет.
НЕВЕСТА (Идет к нему, приподняв платье, смеется). Угости сигареткой, молодой красивый.
МАКСИМ. У меня "Прима".
НЕВЕСТА (Улыбается). Ништяк. Давай "Приму".
Максим достаёт пачку. Даёт ей сигарету. Другую вставляет себе в рот. Вытаскивает зажигалку. Протягивает невесте.
НЕВЕСТА. Погоди ты. Тебя как зовут?
МАКСИМ (Поджигает свою сигарету). Какая разница?
НЕВЕСТА. Да ладно тебе.
МАКСИМ. Ну, Макс.
НЕВЕСТА. Максик?
МАКСИМ. Ну...
НЕВЕСТА. Знаешь чё, Максик?... Забери меня отсюда...
МАКСИМ. Чё?
НЕВЕСТА. Давай, Максик, уедем с тобой, хочешь? Я буду любить тебя, Максик. Знаешь, какие у меня груди? (Смеется). Вот потрогай... (Схватила Максима за руку, прижимает её к своей груди). Я хочу тебя, Максик. Я уже вся мокрая, Максик.
МАКСИМ (Вырвал руку, пошел). Иди ты...
НЕВЕСТА (Смеётся). Чё, захотел! (Кричит жениху). Славик, сука, меня этот пидор за сиську схватил! Стой, бпя, шакал!
Жених сорвался, побежал к ним.
НЕВЕСТА. Стой, тварь!
Максим идет, не оборачивается.
ЖЕНИХ. Стоять, мудень!
Максим остановился.
ЖЕНИХ (Подбежал к нему). Ну, чё, ссучок, с тобой делать будем? (Замахнулся.)
Максим вздрогнул.
НЕВЕСТА. Славик, сука, наваляй ему! Чё не мужик, что ли?! Вали его на! Вали суку!
Жених какое-то время ко-леблется, потом бьет Максиму кулаком в лицо. Сигарета летит в одну сторону, Максим - в другую.
НЕВЕСТА. Мочи его, Славик, пидо-ра! Ногами суку!
Жених пинает.
НЕВЕСТА (Ржет. Снимает туфель. Бьёт им Максима), Наглушняк его, Славик! Чё не мужик, что ли?! Вали егопидора!
ЖЕНИХ. Всё! Хорош! (Оттаскивает невесту.)
Невеста нагибается, плюет Максиму на голову.
Ржут. Убегают
Максим какое-то время лежит, не двигаясь. Потом садится, держится за голову. Хрипит.
Мимо по дороге проезжает машина. Из неё выкидывают пустую пивную бутылку. Она приземляется рядом с Максимом, но не разбивается.
Он встаёт идёт в ту сторону, откуда пришёл. Потом возвращается, поднимает бутылку и подходит к витрине столовой.
Прямо у самого стекла невеста обнимается с какой-то женщиной. Женщина целует её, что-то увлечённо говорит. Невеста смеётся. Сияет.
Максим стучит бутылкой по стеклу
Невеста жестом останавливает женщину, прижимается к окну. Глядит.
МАКСИМ (Замахивается бутылкой). Сдохни, сука...
Невеста не реагирует. Вероятно, не видит его.
Максим не шевелится.
Долгая пауза.
Невеста снова поворачивается к женщине. Пожимает плечами.
МАКСИМ. Да пошли вы все! Бе-жит. По пути кидает бутылку в окно квартиры. Звон бьющегося стекла.
9.
Максим подходит к своему подъ-езду. "Солит" об косяк сигарету.
ГОЛОС ЗА ЕГО СПИНОЙ. Макс...
Максим оборачивается.
В калитке детского садика стоит мальчик.
МАЛЬЧИК Пошли...
Отступает. Свет падает на его лицо, и становится видно, что это лицо с фотографии на памятнике из нержавейки.
МАЛЬЧИК. Пошли, Макс.
Максим делает несколько шагов в его сторону. Останавливается.
МАЛЬЧИК. Пошли... (Отступает.)
МАКСИМ. Я потом, Спира...
МАЛЬЧИК. Пошли...
МАКСИМ. Потом я...
Поворачивается и бежит в подъ-езд.
Мальчик растворяется в темноте.
10.
Ночь. Темно. Максим лежит в по-стели. Держится за голову. Смотрит в потолок. Вдруг начинает шептать:
-Перестань... Перестань. Больно. Мамочка, больно. Перестань... .Перестань. Не могу больше. Ну, мамочка. Пожалуйста. Пожалуйста. Перестань... (Скулит, стиснув зубы.) Кончай, сука! Кончай, сказал! Кон-чай!!! (Стучит себе ладонью по го-лове.)
Тишина.
Максим выбирается из постели. Включает свет. Достает из-под кро-вати коробку. В ней - огромные ком-ки пластилина. Максим садится на пол. Лепит.
У него на спине сизые пятна от белых туфелек невесты.
11.
Школьный туалет. Максим курит. Лёжа сидит рядом с ним на корточ-ках.
ЛЁХА. А я же, блин, прикинь, вчера-то домой не пошел. Иду та-кой, короче. Bay!!! На встречу бикса чешет. Датая. Я такой к ней подру-ливаю. Пива, такой говорю, попьём. Она такая - даром. Я такой, бах, пивца взял, мальбара. В подъезд с ней, такие, пошли. Она какая-то не местная, короче. И того маленько, короче. (Крутит пальцем у виска).
МАКСИМ. И чё?
ЛЁХА. Чё, чё. Присунул, чё. Сперва, такая, ломалась. Ой, да я еще целка, такая. Все дела. А потом сама презик одела. В подъезде не-удобняк такой, прикинь. Третья уже. Зря ты со мной не пошел. У неё тет-ка, короче, в "китайской стене" жи-вет. Можно, если чё... А тебе-то кто навалял?
МАКСИМ. Так. Ерунда.
ЛЁХА. Можно ж е разборки сде-лать.
Я братишу подключу. Кто такие-то?
МАКСИМ. Не знаю я.
ЛЁХА. Ну, как хочешь.
МАКСИМ. Да, фигня.
Открывается дверь.
ЛЁХА. Атас! (Встает к писсуару)
Максим подходит к унитазу. Достаёт что-то из-за пазухи.
Появляется Людмила Ивановна. Она всё в том же коричневом платье.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Так. Опять, голубки? Васильев, я тебя предупреждала, кажется.
ЛЁХА. Я не курил. Хотите дыхну?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Не надо мне
ЛЁХА. Дак я не курил же.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Меня не волнует.
ЛЁХА. Ни фига. Чё уже и в туалет нельзя...
ЛКЭДМИЛА ИВАНОВНА. Пофигакай мне еще тут. А ты, принц персидский, так и будешь стоять?
МАКСИМ. А чё, нельзя?
ЛКЭДМИЛА ИВАНОВНА. Нельзя.
МАКСИМ. А кто так решил?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Я так решила. Ну-ка, повернулся!
МАКСИМ. Я еще не всё.
ЛКЭДМИЛА ИВАНОВНА. Да что мы говорим.
Схватила его, развернула. Побледнела.
Лёха тоже побледнел.
Максим улыбается. Держит, приставив к ширинке, огромный пластилиновый член. Блестящий и очень похожий на настоящий.
Немая сцена.
12.
Кабинет русского языка и литературы. На стенах портреты классиков. За учительским столом сидит Людмила Ивановна. Напротив неё за партой мать Лёхи - предста-вительная женщина с короткой стрижкой.
МАТЬ ЛЁХИ. Такой парень был -загляденье. Всё дома, всё дома. А как с этим связался, так как подменили. Вы уж, Людмила Ивановна, простите его. Он, знаете, что говорит? Говорит, боится этого Максима. Тот как будто на него каких-то ребят обещался натравить, если с ним не будет... Дружить. Бьёт, говорит, постоянно.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Этот может.
МАТЬ ЛЁХИ. Обещался на совете подтвердить...это ваше происшествие.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Мы его и без этого выкинем. Как кутька.
МАТЬ ЛЁХИ. Вы уж тогда Лёшу-то не упоминайте, Людмила Ивановна. А я вам абонемент в бассейн сделаю. Я там заведую.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Понимаю я. Зачем мальчику жизнь ломать. Хороший мальчик. Никогда слова плохого...
МАТЬ ЛЁХИ. А этого гоните к чертям собачим в шею. Легче дышать сразу станет. Ишь, выискался тут. Сирота казанская. Одна вот такая блоха заведется и всех терроризирует.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ну, с ним-то вопрос решенный.
МАТЬ ЛЁХИ. Вот и правильно.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Может, прибьют на улице скорее, да и всё. Хоть одним гадом на земле меньше будет.
МАТЬ ЛЁХИ. Правильно. Нечего...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Мне б тогда и племяшу абонемент. Вместе б ходили.
МАТЬ ЛЁХИ. Да какие вопросы, Людмила Ивановна. Сделаю. Чего для хорошего человека не сдела-ешь.
13.
Кабинет директора. За столом сидит директор - высокий мужчина лет сорока в костюме-тройке. Спра-ва от него Людмила Ивановна. Напротив, на стуле, бабушка Максима. Максим стоит за её спиной.
ДИРЕКТОР. Вы понимаете, Оль-га Ивановна... Ольга Ивановна, правильно?
БАБУШКА. Правильно.
ДИРЕКТОР. Вот, Ольга Иванов-на. Вы понимаете, что мы отчисля-ем вашего внука из нашего общеоб-разовательного учреждения.
БАБУШКА. Как так?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Очень просто.
ДИРЕКТОР. Погодите, Людмила Ивановна. Максим, ты разве не ска-зал?
МАКСИМ. Какая разница? Я же сказал, давайте мне документы и всё.
ДИРЕКТОР. Как это тебе?! По закону родители должны... или опе-куны.
МАКСИМ. Ну, всё тогда, ей да-вайте.
ДИРЕКТОР Не всё! Так вот, Оль-га Ивановна... Ольга Ивановна, правильно я Вас?
МАКСИМ. Правильно.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Тебя не спрашивали.
ДИРЕКТОР. Так вот, Ольга Ива-новна, мы вынуждены прибегнуть к отчислению вашего внука.
БАБУШКА. За што же это?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. За всё хорошее.
БАБУШКА. Што ж он сделал-то?
МАКСИМ. По морде её племян-нику-карманнику настучал.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. За-ткнись, щенок! Олег Петрович, я поражаюсь просто! Сидит тут какая-то, непонятно кто. Воспитала подон-ка последнего да еще и защищает. Вы хоть сами-то, как вас там, пони-маете?
БАБУШКА. Што мне понимать?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ой, я не могу, Олег Петрович! Понимаете, что подонка воспитали?
БАБУШКА. Почему ж он подо-нок? Хороший он. Он мне утку бы-вает, когда слягу И уберет. И скульптуры из пластилину лепит.
ДИРЕКТОР. Не то, что надо ле-пит.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Так зна-чит хороший он?
БАБУШКА. Хороший.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ну, то-гда я не знаю, Олег Петрович, как с ней разговаривать. Вы в школе-то, милая моя, когда последний раз были?
БАБУШКА. Дак у меня ноги...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Что но-ги?
БАБУШКА. Дошла еле.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Раз но-ги, чего же было опекунство брать. Я, Олег Петрович, поражаюсь, как вообще ей позволили. Куда гляде-ли. Это же, милая моя, ответствен-ность громадная.
БАБУШКА. А куда ж его?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Этого вот только не надо. У нас государство, слава Богу, все условия создало. А такие как вы этого до сих пор понять не могут. И самодеятельностью всякой занимаются. А итог вот. (Показывает на Максима.) Вот он итог - наркоманы, подонки и, вообще, всякие отбросы.
БАБУШКА, Да ты...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Вы мне не тыкайте. А то так тыкну...
ДИРЕКТОР. Людмила Ивановна, полегче.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Да куда с ними полегче! Его сажать надо давно. И её за одно.
МАКСИМ. Ты, курица, заткнись, а!
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Как?!
МАКСИМ. Затухни, короста!
ДИРЕКТОР Максим. Максим.
МАКСИМ. Чё Максим, ептыть?!
БАБУШКА. Максима.
МАКСИМ. Пошли отсюда, ба. Чё эту жабу слушать. Или пускай она валит.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Видала, да! Вот кого ты воспитала!
МАКСИМ. Заткнись, сука! (Схватил со столика вазу.) Бошку щас проломлю!
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА (Вскочила со стула, спряталась за директора). Олег Петрович, уберите! Он же психопат, Олег Петрович! Ой, что творится! Милицию надо!
ДИРЕКТОР Максим, успокойся.
МАКСИМ. Да пошли вы. Пошли, ба.
Бабушка встала.
Максим поставил вазу обратно.
ДИРЕКТОР. Я еще не закончил...
МАКСИМ. Всего.
Уходят.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Вот мерзавец! Таких расстреливать сразу! В утробе матери еще! Кто их только таких рожает!
•ДИРЕКТОР. Идите на урок, Людмила Ивановна...
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Что? ДИРЕКТОР. Идите на урок.
............................................................