![Вячеслав Дюденко (700x459, 48Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/6/124/318/124318670_Vyacheslav_Dyudenko.jpg)
Парикмахер-стилист Вячеслав Дюденко представлял шоу-программы в Нью-Йорке, в Париже, участвовал в съемках Всемирного каталога причесок Хаир Висион в Милане, в создании Всемирной коллекции Фреедом для «Интеркуаффюр» в Париже. В 1992 году открыл первый частный авторский салон в Украине «Дюденко Киев». В 2001-м появился первый салон Д2 (сейчас их в Киеве три). Расшифровывается: «Доступно и Достойно». В 2000-м был избран президентом украинской секции международной организации элитных парикмахеров Интерцоиффуре Мондиал, в 2004-м стал президентом региона Восточной Европы. Отмечен в том же году званием «Рыцарь ордена Шевалье» в Токио. Выпустил книгу «Высокая миссия. Профессия избранных». Вячеслав Дюденко считает, что парикмахер ХХИ века ассоциируется с такими понятиями, как искусство, стиль, дизайн, альтернативное видение, креативное мышление. И своим творчеством он это подтверждает.
«От прически порой зависит успех государственной политики»
— Вячеслав, в 2001-м вас во Франции признали «Личностью года». Не стерлись воспоминания? Где вас награждали?
— В Париже, на Эйфелевой башне. Я приехал с женой. Стояла осень, было еще тепло. На фуршет все пришли в смокингах, вели себя чинно, с достоинством. Это была действительно мировая элита парикмахеров.
Седовласые мужчины. С ними очень красивые женщины. Ведут себя просто, раскованно, ни перед кем не кичатся. Ни тени высокомерия, но каждый знает себе цену.
— Такими респектабельными делает парикмахеров профессия?
— И она в том числе, и бизнес. Потому что мы, естественно, соприкасаемся с сильными мира сего. И, находясь рядом с ними, растем сами. Как гласит поговорка: «Перед парикмахером все головы клонят». Мы создаем успешный имидж успешным людям общества. Если ты не будешь с ними на уровне, они просто не станут тебя воспринимать.
Помимо стрижки-укладки, подразумевается и доверительное общение?
— Если в других творческих профессиях на создание шедевра уходят месяцы, годы, то ты создаешь их каждый день и, выполняя свое дело, так или иначе участвуешь в личной жизни своих клиентов.
— Можете назвать кого-нибудь из самых именитых?
— Это табу. С самого начала мы заявили, что аполитичны, не поддерживаем никакую партию. Когда была «помаранчевая революция» и многие развешивали у себя оранжевую или бело-голубую символику, я запретил это делать в наших салонах. К нам ходят представители разных политических течений, и, если мы отдадим предпочтение одним, не придут другие. Хотя, когда они встречаются у нас, великолепно себя чувствуют. Мы обслуживаем депутатов Верховной Рады от разных партий, представителей Кабмина, Нацбанка, районных и финансовых структур...
— А представителей шоу-бизнеса?
— Время от времени и они появляются, хотя это не носит постоянного характера. Понятно: сегодня ты популярен, снимаешь клипы, а завтра на волне кто-то другой. Но я в разное время работал с Софией Ротару, с Таисией Повалий, с Тиной Кароль, с Женей Власовой... Несколько лет назад «ВИА Гра» приобрела у нас три костюма (мы их шьем для своей коллекции). Когда в Киеве была Ева Герцигова, ее приводили в наш салон.
Что вы оканчивали?
— Советскую школу.
— И как же вы без высшего образования стали мастером высокого класса, прогремели на весь мир?
— С детства я хотел быть дизайнером одежды. Мне нравилось смотреть модные журналы, но зарубежных тогда вообще не было, разве что кто-то из родителей моих знакомых привозил из-за границы. В Украине выходил один журнал «Краса i мода». Короче, информация была закрытая, а я этим интересовался, шил себе брюки, рубашки. Садился за обычную машинку и строчил. Из-за этого увлечения игнорировал последние классы. Почти не ходил на уроки. У меня аттестат был очень плохой.
— Не получалось совмещать школьную учебу и увлечение?
— Меня доставали лицемерие, ложь, идеология, которая преподносилась как единственно правильная. Я видел, как пресмыкаются те, которые хотят получить золотые медали. Это выглядело очень унизительно.
Я дошел до того, что в старших классах прочитал «Начальный курс научного коммунизма», хотя этого не было в школьной программе, и понял, что все это утопия. Потому что тот «развитой коммунизм», который я видел на улицах, шел вразрез с провозглашенными декларациями. Встал вопрос: или я делаю себя таким, каким меня хочет видеть общество, или остаюсь самим собой. Меня уговаривали: «Будь правильным!». Но я понял: если стану правильным, то буду облапошенным.
— А как к этому отнеслись родители?
— Отец в моем воспитании уже не принимал участия: родители развелись, когда мне было 13 лет. Он занимал в спорте руководящий пост, а мама была инвалидом труда второй группы. Ее пенсия составляла 67 целковых. Отец, который хорошо зарабатывал, присылал алименты — 32 рубля, что было смешно. В основном вразумляли дяди, тети, двоюродные сестры: «Может, ты пойдешь в инженеры?».
— Были попытки куда-то поступить?
— Собирался в технологический техникум бытового обслуживания населения, но не прошел по баллам. Там была такая смешная ситуация. Сдавали экзамен по рисунку — три часа сидели. Был перерыв. Одна девочка возвращается в аудиторию и восклицает: «Ой, у меня уже все нарисовано!». Она не знала, что родители договорились с преподавателем, чтобы он сделал за нее рисунок.
— Никто не возмутился?
— Все посмотрели на нее, пожали плечами. Что тут скажешь? Только то, что уже через четыре года в этом техникуме преподавались мои технологии.
— Непоступление стало для вас ударом?
— В принципе, да. Я бегал по инстанциям: мол, у меня мать инвалид, я у нее на иждивении, но это никого не чесало. Мне сказали: «Вот если бы ты был инвалидом труда второй группы, тогда бы мы тебя взяли».
Дошел я, 17-летний пацан, до самого министра — Шпаковского Льва Константиновича. Прекрасный человек, воспитанный. Он мне говорит: «Группы все набраны, учеба пошла. Мы тебе подыщем место, годик поработай, а потом дадим направление на учебу».
![зкскл8 (465x700, 54Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/6/124/319/124319886_zkskl8.jpg)
И куда вас устроили?
— В обычной парикмахерской меня прикрепили к обычному мастеру. Стриг я там каких-то бабушек и дедушек, кого-то брил. Мастера, уходя со смены, оставляли мне свой рабочий листок: «Славик, трудись!».
Был в столице известный салон «Київський перукар». Я туда после работы бегал: «Можно я в стороночке у входа постою, посмотрю, как вы работаете?». — «Ну, постой». Здесь было совершенно другое отношение к работе, другой контингент клиентов, другие технологии. Было чему поучиться. И вскоре в своем салоне я стал делать такие же прически, как в «Перукаре».
В конце концов меня отметили, и я начал работать в лучшем киевском салоне. Но конкуренция там была серьезная! На семь рабочих мест — 22 парикмахера. Я — подменный мастер. Тобой затыкают все дырки: выходишь в любую смену, работаешь без выходных, без отпусков.
— Это окупалось?
— Через год я стал зарабатывать больше, чем мой отец. Мне повезло, что в этом салоне работали мастера сборной Украины. Я стал участвовать в конкурсах. На городском занял третье место, на республиканском — первое. В 79-м меня взяли в сборную Союза. Но не парикмахером, а моделью. На конкурсе в Ташкенте мне полностью обесцветили волосы, я белым стал. Пришел домой, мама открыла дверь: «У! Кто такой?» — и захлопнула перед носом.
Почти пять лет был моделью. Позже, уже мастером, меня приглашали в сборную Союза для подготовки на международные конкурсы. Но вскоре я отказался в ней участвовать. Два раза поехал на сборы и понял, что с меня достаточно
![экскл 7 (525x700, 137Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/6/124/320/124320277_yekskl_7.jpg)
— После «Перукаря» меня пригласили в республиканскую лабораторию художественного моделирования причесок. Здесь мы не только разрабатывали прически для парикмахерских, но и создавали новые технологии, делали фотографии... Я отобрал 14 лучших снимков моделей, которые на тот момент у нас были, и отправил их во французский журнал «Ля куаффюр де Пари». Это всемирное издание в русском варианте выходило еще в царской России. Наши работы в нем были напечатаны и подкреплены статьей «Русские наступают!».
В 2001 году вдвоем с Наташей Балабановой (мастером, которая когда-то работала у нас в фирме) мы сделали шоу-программу и отправились в Париж. Взяли восемь моделей, визажиста, режиссера-постановщика, съемочную команду. На потраченные деньги мы могли бы купить в то время шикарную машину, но мне до сегодняшнего дня приятно вспоминать, что после нашего выступления весь зал аплодировал нам стоя.
![экскл6 (700x467, 73Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/6/124/320/124320363_yekskl6.jpg)
сколько раз женились?
— У меня второй брак. С первой женой я прожил около четырех лет. Мы с ней познакомились еще в школе. Она была младше меня года на два. Я любил всех женщин, с которыми имел в этой жизни отношения, и искренне верил в то, что буду жить с первой женой вечно.
— Есть дети?
— Две дочери от первого брака: старшей — 26, второй — 24. Живут в США, воспитаны в американской среде. Особого контакта с ними нет. Были попытки переписываться по электронной почте, потом вдруг резко как-то все оборвалось. Сейчас никаких связей.
Мой отец, когда бросил мать, сразу нашел себе молодую девушку. Но я не скажу, что копировал его судьбу в этом плане. У меня была несколько другая ситуация. Я не «нашел» себе вторую жену помоложе, а просто познакомился с Ириной через полтора года после развода. Есть прекрасный сын, 12 лет.
У нас с Ириной хороший творческий тандем. Она — режиссер-постановщик шоу-программ, помогает мне, когда мы создаем свои коллекции, проводим мастер-классы, семинары, шоу-программы. Помимо этого, ведет рутинную работу по организации деятельности наших предприятий.
— Вы как-то сказали, что любите работать с женщинами...
— Да. Только! Я всегда говорил, что лучше работать с сильными женщинами, чем со слабыми мужчинами. И это правда. На сегодняшний день мы идем к андрогинии (наличие у самки признаков самца и наоборот. — Авт.). Рано или поздно будут стираться многие надуманные различия между мужчинами и женщинами.
Я всегда за красоту женщины, но я и за красоту мужчины. Я — за самостоятельность мужчины, но я и за самостоятельность женщины. Хочу, чтобы все были красивые, обеспеченные и в обществе имели равный авторитет.
— Прическа — сексуальный символ?
— Она влияет очень сильно. На моем веку были ситуации, когда я прической спасал семьи, которые рушились. Пришла женщина, которая была на грани развода с мужем. Я сделал ей новую стрижку, окраску. Полностью ее поменял! Через неделю она явилась с огромным букетом цветов и сказала: «У меня в жизни все наладилось!». Главное — внушить своим клиентам, тем же женщинам, уверенность в себе.
— Хорошая цитата: «Жизнь женщины полна страданий, горя, ненависти, предательства и разочарований!.. А потом, наконец, вы встречаете того парикмахера, который вам нужен!»...
— На этом все сходится. Наших женщин с малых лет ориентируют на подчиненное, угнетенное положение — на то, что над ними всегда будут нависать родители, муж, начальник на работе, общество. А парикмахер может все это перевернуть, совершить революцию в сознании!