Швейцарская коммуна Обервиль-Лили — единственное место в стране, куда официально воспрещен вход и въезд беженцам. Когда швейцарское правительство дало указание каждому кантону станы принять к себе по несколько тысяч беженцев, жители Обервиль-Лили собрались на референдум и решили: лучше они заплатят огромный штраф, чем подвергнут себя нашествию выходцев из беднейших стран, которые поставят под угрозу их образ жизни.
Швейцарская Обервиль-Лили, одна из богатейших деревень Европы, отказалась принимать беженцев. Общим голосованием жители предпочли выплатить гигантский штраф в 250 тысяч долларов. Жители решили, что, в случае приезда беженцев, женщины и дети подвергнутся опасности сексуального насилия, а мирная и спокойная жизнь богатого альпийского курорта окажется под угрозой. На референдуме, проведенном по инициативе жителей в мае 2016-го, они единогласно проголосовали за то, чтобы отказаться принимать даже десяток мигрантов. Вместо этого 2200 жителей деревни, 300 из которых — миллионеры, решили выплатить полагающийся штраф за отказ от выделенной государством квоты на размещение беженцев. Сумма штрафа — отнюдь не символическая: в пересчете на американскую валюту он составит 250 тысяч долларов.
Некоторые богатейшие жители Обервиль-Лили согласились самостоятельно выплатить часть штрафа, наложенного на коммуну швейцарскими властями за отказ принять беженцев. «Мы не хотим их здесь видеть, вот и все», — заявили жители курортного поселка журналистам.
«Мы всю жизнь тяжело работали, и сейчас живем в прекрасной деревне, и не хотим, чтобы ее испортили. Наша деревня не годится для приема беженцев. Они здесь ни к месту», — заявляют местные жители. Действительно, соединенные деревни Обервиль и Лили, окруженные изумрудно-зелеными полями, со снежными шапками Альп, поднимающихся вдали, вполне годятся для рекламной фотографии или для украшения коробки швейцарского шоколада.
Дома в Обервиль-Лили — шале в альпийском стиле или современные здания со стеклянными фасадами. Благодаря местным красотам, деревня считается одним из лучших мест для жизни в Швейцарии — и одним из самых дорогих. Дороги здесь сияют чистотой, и хотя деревня расположена всего в 15 километрах от Цюриха, здесь удивительно мало машин. Добавьте сюда полное отсутствие преступности — и вы поймете, почему цена на дом в Обервиль-Лили начинается примерно от 1,5 миллионов долларов, а некоторые обойдутся втрое дороже.
На референдуме жители единогласно проголосовали за то, чтобы сохранить свою идиллию, которую грозило разрушить вторжение мигрантов.
1 мая первыми в Европе жители коммуны с небольшим перевесом проголосовали за то, чтобы отказаться от приема беженцев. Это голосование проложило трещину между жителями и стало серьезной проверкой дружеских отношений. Тех, кто голосовал против приема беженцев, правозащитники, включая организацию «Международная амнистия», пораженную итогами референдума, уже назвали расистами. Швейцария, хоть она и не является членом Евросоюза, взяла на себя часть обязательство по приему мигрантов, бежавших из-под власти ИГИЛ и от ужасов гражданской войны в Сирии. Швейцария пообещала принять, по крайней мере, 3000 сирийцев, а также принимать треть прибывающих в течение ближайших месяцев. В общей сложности, стана намерена принять 50 тысяч бежавших из Сирии из числа тех, кто сумел самостоятельно пересечь границу Швейцарии, чаще всего, со стороны Италии.
Мэр Обервиль-Лили Андреас Гларнер заявил, что сказать «нет» жителей, в немалой степени, заставило то, что они не будут знать, откуда именно прибыли направленные к ним беженцы. Воспоминания о новогодней ночи в Кельне, когда сотни женщин подверглись сексуальным оскорблениям со стороны иностранцев, тоже сыграли свою роль в этом решении. В интервью он отмел предположение о том, что они голосовали из расистских побуждений. «Наш отказ — это протест против квоты, которую повесило на нас правительство. Нам никто не собирался говорить, кто эти люди — беженцы от войны из Сирии или мигранты, бежавшие от сложных экономических условий в своих странах. Да, беженцам из Сирии нужно помогать, но наилучшую помощь они могут получить в лагерях беженцев недалеко от собственных домов. Мы можем послать им денег, но если мы приютим их у себя, тем самым мы транслируем остальным неправильное послание. Тогда за этими беженцами придут другие, которые будут отправляться в опасное путешествие через океан и платить контрабандистам, чтобы те доставили их сюда». Кроме того, мэр Обервиль-Лили добавил, что,голосуя против приема беженцев, жители были уверены, что их примут в других городах и сельских коммунах, а Обервиль-Лили — тихое место, не приспособленное для того, чтобы поселить здесь десяток мигрантов.
С мэром согласны не все. Эта женщина, мать двоих детей, говорит, что ее смутил «расистский характер» принятого решения.
Мэр сам признается в том, что победа была одержана с минимальным перевесом, но, тем не менее, считает принятое решение правильным. «Мы едва победили, — говорит он. — Но Обервиль-Лили — действительно не место для беженцев. Какую работу они смогут здесь выполнять? У нас есть несколько фирм, есть фермы, но дополнительных рабочих мест для нездешних там нет. Скорее всего, они не говорят на языках страны, а если с ними будут дети, они пойдут в местную школу, где ими придется специально заниматься».
Около половины жителей Обервиль-Лили — молодые семьи, другая половина — пенсионеры. Последние особенно настроены против беженцев, заявляя, что не желают, чтобы их отдых на пенсии портили эмигранты».
Жители Обервиль-Лили, голосовавшие за прием беженцев, предлагали разместить их в пустующем офисном здании, но большинством голосов эта идея была отклонена, потому что это здание находится слишком близко от детского сада. По словам мэра, после голосования его просто завалили письмами поддержки из других городов и деревень страны. Соотечественники благодарили его за протест против системы правительственных квот на прием беженцев. Гларнер выпустил стикеры на автомобильное стекло с надписью «Я люблю Обервиль-Лили» и разослал заказчикам уже более 1000 штук. «На них написано «Я люблю Обервиль-Лили», но для тех, кто клеит их на свои авто, это значит: «Я не хочу здесь беженцев», — говорит он.
Женщины, комментируя принятое решение, чаще всего говорят о проблеме безопасности. Так, мать школьницы заявила, что голосовала против беженцев, помня о новогодних событиях в Кельне. «Я сочувствую людям и готова им помогать, но я не хочу, чтобы в нашу деревню приезжали молодые мужчины. Здесь так спокойно и безопасно! И я не хочу беспокоиться о безопасности моей дочки, — призналась она. — Я не эгоистка, я знаю, что людям, бежавшим из Сирии, нужна помощь. Я с удовольствием помогу им деньгами. Если бы нам сказали, что к нам приедет пара семей с детьми, быть может, я проголосовала бы «за». Но идея принять десять мигрантов, ничего не зная о них, просто неприемлема».
Пожилые люди куда более категоричны. «Есть много мест, где они будут уместнее, чем здесь, — отрезал на вопрос журналиста сидевший в местном ресторане «Триколор» мужчина за пятьдесят, по его словам, много лет живущий в Обервиль-Лили. — Им будет куда лучше в городе, где они смогут пользоваться помощью своей диаспоры.Здесь у них такой возможности нет».
Сегодня Обервиль-Лили разделился на две части. Патриция, 32-летняя мать двоих детей, говорит: «Было бы только правильно помочь тем, кому повезло меньше, чем нам. А сейчас в глазах всего мира мы выглядим как люди, которым безразличны другие, и которым есть дело только до себя. Но это не так». А вот пенсионер Александр Балдингер полностью поддерживает мэра. «Мы приняли правильное решение, — говорит он. — Европу скоро смоет этой волной беженцев. Здесь им не место. Кем они будут работать, не зная языка? Мы можем позволить себе платить штрафы, и, надеюсь, будем делать это и дальше. Еще одна мать согласилась говорить с журналистом лишь анонимно, признавшись, что не хочет, чтобы ее считали расисткой. «Да, я голосовала против беженцев, — сказала она, не сводя глаз с маленькой дочки, игравшей у ее ног. — Я им сочувствую, но здесь они не нужны. Если они не говорят по-немецки, как их ребенок пойдет в школу? У нас не необходимых ресурсов. Они — люди другой культуры, другой религии. Мы понимаем х проблемы, но… у нас им нет места».
27-летний студент Никлас Гюндель говорит, что стыдиться земляков, повернувшихся к беженцам спиной. «Каждый имеет право начать новую жизнь, и нужно быть совершеннейшим эгоистом, чтобы отказать людям в этом праве, — говорит он. — Деревня легко могла бы принять несколько семей и помочь им».
В общей сложности, 48% жителей Обервиль-Лили проголосовали за прием беженцев, 52% — против.
По утверждению мэра Обервиль-Лили Андреаса Гларнера, статистика свидетельствует: через пять лет после того, как беженцы получают официальный статус, 70% из них не имеют работы и продолжают жить за счет пособий, которые получают от швейцарского государства.
Жители кантона Аргау, где расположена деревня Обервиль-Лили, знают о проблемах, связанных с беженцами, по опыту соседей. Три года назад в ближайшем к Обервиль-Лили городке Брентгартен поселились 150 беженцев, в основном, из Эритреи. Они расположились в пустующих казармах. С этого момента в городе начались проблемы. Местные власти пытались уговорить беженцев не собираться шумными толпами в местном бассейне, спортивном центре и церкви. Но властям пришлось прекратить свои попытки призвать мигрантов к порядку из-за шумных протестов правозащитников. До сих пор город не может справиться с этой проблемой. Обервиль-Лили, привыкший к отсутствию преступлений и других неприятных происшествий, не хочет повторить судьбу соседнего городка.
В общей сложности, в 2015 году в Европу прибыло около миллиона беженцев и мигрантов. В первые три месяца 2016 года их было зарегистрировано 135 тысяч. Когда утихнет этот поток, никто не знает.