Письма Ольги Николаевны - часть 2 |
Письма Ольги Николаевны - часть 2
25 июня
Папá мой золотой!
Не успела написать Тебе с сегодняшним фельдъегерем, так как времени не было. Были мы в лазарете Большого дворца сегодня днем с Алексеем и было удивительно скучно и слабо, так как мы и сестры стояли у одного дерева, а раненые у другого, и долго не могли разойтись. А после сыграли в теннис в первый раз после Твоего отъезда. Четыре сета по-разному, и я все проиграла. Погода была чудная, и солнце сильно припекало, так что понемногу начинаем загорать, а вечера совсем свежие, так что в платье холодно сидеть. Здесь, на балконе, стало очень уютно, так как Мамá приобрела новую соломенную мебель, сделанную инвалидами, и горят две лампы. Сейчас принесли чайный стол, и Галкин усердно пихает Аню в кресле под столом. Папá душка, я много о Тебе думаю эти тревожные дни. Бог даст, все скоро пройдет и «будет легче», как Григорий всегда говорит. Ах, да! Были мы четыре, Иза, Кира и Вильчковский в Колпине вчера днем. Там гораздо теплее, чем здесь, и очень красиво около реки. Мы были в шести лазаретах и церкви, где находится образ Св Николая Чудотворца (чудотворный). Там было довольно много рабочих и между инженер-механиками Соловов — помнишь его на яхте, а потом на «Абреке». Извиняюсь за только что сделанную кляксу. У нас в лазарете находится Коленкин — у него нарыв в левом ухе, но уже лучше. Прибыл он в Александрийск только неделю, но его уже очень полюбили, и он рвется обратно.
Ну, теперь кончаю. Храни Тебя, Папá, ангел мой.
Целую и люблю Тебя крепко, крепко.
Твой верный Елисаветградец.
Кланяюсь Николаю Павловичу.
22 августа
Папá, золото мое!
Как же грустно, что Ты уезжаешь, но в этот раз с особенным чувством радости Тебя провожаем, так как все мы горячо верим, что этот Твой приезд туда подымет как никогда крепкий дух нашей могучей, родной Армии. Помни и храни тебя Господь на этом новом и тяжелом, но святом пути. Все наши молитвы и мысли будут около Тебя, Папá, ангел мой любимый.
Крепко, как люблю Тебя, обнимаю и целую.
Твой самый верный Елисаветградец.
Дневник Ольги Николаевны с засушенными цветами
24 августа
Папá, золото мое ненаглядное!
Твоя вечерняя телеграмма всех нас очень обрадовала. Помоги Тебе Господь. Погода вчера была чудная, но к чаю стало свежее и дождь пошел. Швыбзик с нами завтракал, но сидел за отдельным столом на солнце. Ос было много меньше. Мы были в 9 часов у Обедни в пещерной церкви . Маленький батюшка Анфис служил. Много аппетитных детей ниже колен причащалось, и мне стоило больших усилий не броситься и не подавить их. После этого мы поехали на перевязки в лазарет, очень скоро всех перевязали, так как больных было мало, и пошли играть в крокет. Споров и смеху было много, так как более нечестно, как мы играли, я думаю, играть нельзя. Остальные все неходячие раненые сидели в креслах и на скамейках, как в театре, и страшно хохотали. Алексей просил Тебя поцеловать и сказать, что напишет про Ирину Толстую. Мы уютно провели время у Ани с ней и Ритой Хитрово. Она еще больше выросла и ужасно милая. Вечером мы прокатились с Мамá в полуоткрытом моторе вокруг бульвара и немножко дальше, было очень тепло и темно. Да, а днем мы были в Большом дворце. Половина раненых была в саду, а когда пошел дождь, их перетащили в большую палатку, где они мило и долго жили. Аня завтракала у княгини Палей. Муж Али приехал на несколько дней. Он загорел и возмужал, но слаб в черкеске. Он переходит в 3-й Уланский полк, совсем не надо, правда? Аня читала нам прелестные стихи Володи Палей, переписанные его матерью. Ну, а сегодня утром ездили мы как всегда в лазарет. К концу перевязок Мама приехала к общей радости. А погода зато ужасная. Дождь идет, свежо и туман. Завтракали мы наверху в игральной, так как у Алексея немного болит рука. Он жалеет, что не может написать Тебе сегодня. Сидели днем там час — Mr. Gilliard читал Алексею что-то, а до и после чая показывал нам его волшебный фонарь(аппарат для проекции нарисованных прозрачными красками изображений на экран) . Сейчас сижу у Мамá в лиловой комнате у окна. Только что спустились. Она собиралась отдохнуть, но ей напомнили, что Ордин и Апраксин ждут, и пришлось идти принимать их. Наверху в красной комнате сидит за роялем настройщик и уже порядочно надоел, стуча все по одной ноте.
Ну, Папá родной мой, теперь кончаю.
Христос с Тобой. Кланяюсь Коле, а Тебя крепко, крепко целую.
Твой верный Елисаветградец
27 августа
Папá мой душка!
Пишу Тебе в лиловой комнате Мамá, на Твоем удобном кресле. Она только что вышла. Обедаем мы эти дни в игральной, и это совсем уютно. Погода сегодня хотя и ясная, но холодная. Мы ездили днем в 2-х экипажах в Павловск в лес. Хорошо там было и напоминало и Беловеж, и Шхеры, так как нашли несколько ягод брусники и черники. Дядя Павел пил с нами чай и говорил после с Мамá «отдельно», а мы тем временем отправились к Татиане, которая приехала на несколько дней из деревни и живет в Стрельне, а сегодня провела день в Павловске. Она выглядит немножко лучше, хотя так же худа. Видели мы Твою крестницу Екатерину на руках у бабушки, и она очень мила. Про Всеволода я уже не говорю. Костя сидел все время и мешал. Георгий тоже, он имел насморк и все время вмешивался в разговор, что скучно. Были после у Всенощной в верхней церкви, и батюшка говорил длинную, но хорошую проповедь. Жаль, что больше народу его не слышит. Вчера мы 2 были в городе. Ездили сперва посмотреть склад пожертвованных вещей Татьяниным беженцам. Нейдгарт был очень важен. Оттуда отправились в Зимний дворец, Татьяна на комитет, а я на пожертвование. Денег получила много, более 2000 рублей, но народу было совсем мало. Волконский был очень милый, и говорил интересные вещи. Графиня Карлова была «ымынынныцей», и мы все забыли ее поздравить, конечно. Чай мы пили на Елагине с Бабушкой и тетей Ксенией. Тетя Ксения была простужена и чувствовала себя нехорошо и была бледной, а Бабушка, слава Богу, хорошо. Она была очень рада хорошим новостям. Вася сперва показывался, а потом был страшно весел. Он едет скоро в Крым на место возвращающихся Феодора, Никиты и Ростислава. Другие два остаются еще для здоровья. У Ирины уже болел там живот, и она лежала несколько дней. Аня теперь пришла и уселась в Твое кресло, а я переехала к роялю. Днем мы были в Большом дворце. Там лежат 4 молодых прапорщиков, преображенцы. Все вместе и их палата называется «детской», так как они шалят там, как маленькие дети, за что им иногда попадает, но что им, бедненьким, другого делать. Сейчас пора идти спать, потому кончаю, Папá мой дорогой. Все страшно радовались Твоему письму Мамá. Она читала нам отрывки, и мы мысленно давили и ужасно Тебя любили, Папа золотце. Продолжаю 28-го. Сидим на балконе и пьем чай. Погода редко хорошая. Ездили мы днем снова кататься и в одной лавочке за фермой в Павловске купили 2 чудные банки с земляничным и брусничным вареньем. Алексей тоже весь день в саду. Днем, до прогулки, мы были на крестинах сына прапорщика Кобба. Мари была.крестной матерью, а бывший улан Яковлев (комендант ее поезда) отцом. Его старший мальчик, которого крестила в прошлом году Мамá, был очень мил. Николай Дмитриевич дежурный, так что Мари очень суетится и кричит на балконе. Видели мы у Ани жену и дочерей Григория Ефимовича. Она такая уютная и хорошая. Папá душка, мне пора кончить. Сейчас едем ко Всенощной и на общей исповеди — прошу у Тебя прощения.
Храни и помоги Тебе Господь.
Крепко, горячо Тебя, родной мой Папа, целую как люблю.
Твой верный Елисаветградец.
1 сентября
Дорогой мой Папа!
Только что видела одного офицера моего полка. Он был ранен и контужен и на днях уже возвращается в полк. Сейчас едем кататься с Мама и Аней в 2 разных экипажах. У Татьяны русский урок. Мари и Настасья мучают вовсю Петра Васильевича. Сегодня утром у нас была операция тому контуженому офицеру, которого Ты видел в Тифлисе, и он просил о переводе сюда. Помнишь его? Но сейчас головой он больше не трясет, хотя левая рука и нога не действуют. Ну вот, теперь у нас 6 часов. Мы хорошо днем прокатились, ездили по всем улицам Павловска, совершенно незнакомым. Там много уютных домиков. Получили только что письмо от дяди Сандро. Пишет, что видел Тебя, и я ему завидую. Какое там у всех хорошее настроение и вообще, видимо, всем очень доволен. Папа душка. Теперь я кончаю — глупое письмо.
Помоги и храни Тебя Господь.
Крепко, горячо Тебя целую.
Твой верный Елисаветградец.
Видела наконец у Ани милого Александра Константиновича вчера вечером.
7 ноября
Дорогой, милый мой Папá!
Мы только что с Мамá завтракали, и она уже принимает Вильчковского. Татьяна имеет урок, Мари и Настасья пошли в свой лазарет, а в 3 часа поедем с Настенькой кататься. Снегу хотя и много, но все же ездим в коляске. Уже два раза, что я была в лазарете, ничего не делала, но так посидела с ними. Но все еще заставляют меня больше лежать, и Евгений Сергеевич вспрыскивает ежедневно мышьяк, отчего я немножко воняю чесноком, и это менее приятно. Более интересного я сообщить не имею принимала вчера моего молочного брата, вольно определяющегося моего полка. Он довольно мил, но в нем мало еще выправки, и мы друг друга немного конфузились.
Часто встречаем в Павловске гуляющую княгиню Палей, в собственном приятном обществе. Двух же княжат реже. Ну, Папá душка, теперь кончаю. Видела сегодня вернувшегося из Евпатории КНЯЗЯ Геловани. Он хорош, поправился.
Крепко Тебя и Алексея целую.
Храни Тебя Бог.
Твой Елисаветградец.
30 апреля
Здравствуй дорогой мой Папá!
Татьяна посылает Тебе эти карточки. Погода стала прямо ужасной, кажется, что будто уже осень, а это совсем не надо. Сегодня по крайне мере снега больше нет. Боюсь, чтоб все цветы не замерзли, особенно кауслип, которые начали распускаться. Бабушка прислала вчера мне и Татьяне медаль Красного Креста I степени, так что мы теперь заважничали. Мы с ней были вчера днем у Силаевых и уютно провели время. Девочки были очень милы. Мы водили их по всему дому, на чердак, кухню и т.д. к ужасу их матери. Она, то есть жена Силаева, получила два письма от 2-х бывших эриванцев, которые по мобилизации попали другие полки, и они умоляют, чтоб их как-нибудь да перевели в родной полк. Они были в Твоей роте в Ливадии, чудные простые люди, услышали как-то, что Силаев получил полк, и еще больше рвутся обратно, говорят, рады умереть, но только в своем полку. Вот она мне это и сказала так как не знает, как и что им написать, а я решила Тебя спросить. Они все в полку страшно довольны новым командиром, один из наших раненых пишет, что лучшего не могли бы найти, и слава Богу. Ездила на днях после 7 часов вечера с Алексеем вдвоем в коляске. Холод и мокрота были большие, но ничего, благополучно проехали по обыкновенным излюбленным дорогам, мимо новых казарм 3-го Стрелкового полка, по Захариевской, где указал мне дом Ирины, и т.д. Раненых у нас осталось очень немного, большинство уехало с поездом Ани в Евпаторию. Ну, Папá душка, мне и пора. Храни Тебя Бог.
Крепко целую и люблю.
Твой Елисаветградец.
источник- Августейшие сестры милосердия/ Сост.Н.К. Зверева. - М.: Вече, 2006.-464с.
Серия сообщений "Письма Царской Семьи":
Часть 1 - Письма Ольги Николаевны
Часть 2 - Письма Ольги Николаевны - часть 2
Часть 3 - Письма Татьяны Николаевны - часть1
Часть 4 - Письма Татьяны Николаевны - часть 2
...
Часть 14 - Письма Анастасии Николаевны часть 4
Часть 15 - Переписка Александры Федоровны и Татьяны Николаевны - Ч.1
Часть 16 - Переписка Александры Федоровны и Татьяны Николаевны - Ч.2
Рубрики: | ЦАРСТВЕННЫЕ ОСОБЫ, ЗНАТНЫЕ АРИСТОКРАТЫ/*** ЦАРСКАЯ СЕМЬЯ (РОМАНОВЫ) |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |