Без заголовка |
Было время, когда написание романса «Гори, гори, моя звезда» активно приписывали Бунину и Гумилёву. Но версия это продержалась недолго. Литературоведы, изучавшие их творчество, констатировали: таких строк у них не было. Зато «колчаковская» версия оказалась живучей, и многими и сегодня воспринимается за чистую монету.
Сразу после революции некоторые композиторы-эмигранты и артисты говорили, что лично видели партитуру романса с автографом, что якобы и было подтверждением тому, что автор строк именно он. Рассказывали даже о том, что незадолго до расстрела адмирал пел «Гори, гори…».
Доказать пел или не пел сегодня практически невозможно. На стать автором этого романса он не мог. Дело в том, что родился Колчак в 1874 году, а романс вошёл в сборник, который был выпущен издательством Майкова в Москве на 6 лет раньше.
Музыковеды называют временем создания романса то декабрь 1846, то январь 1947 и связывают его с рядом событий.
Так, в начале 1847 года в Москве с большим размахом отмечали 700-летие столицы. Этой дате посвятили множество различных творческих конкурсов, и в народе началось повальное сочинительство и пение. Да и звезда, о которой упоминается в романсе – это, скорее всего не просто символ, речь идёт о конкретной рождественской звезде. Да и к тому же именно в то время произошло потрясающее астрономическое открытие – астроном Леверье предсказал существование планеты Нептун, а буквально через два месяца её увидели в телескоп. Вот в такой удивительной атмосфере и появился романс «Гори, гори, моя звезда». Слова написал студент Московского университета, юрист Владимир Чуевский, музыку - композитор Петр Булахов.
Популярность романс приобрёл далеко не сразу. Ни в каких конкурсах он не побеждал, хотя в студенческой и творческой среде его исполняли достаточно часто. А потом о романсе забыли… Вторую жизнь он получил благодаря аранжировке талантливого певца Владимира Сабинина, добровольца действующей армии. В его исполнении романс стал настоящим патриотическим гимном, признанием в любви единственной заветной звезде – России. А после того, как в 1915 году свет увидела пластинка с записью Сабинина, романс замела без преувеличения вся страна. И романс постигла участь всех популярных песен – он стал «народным».
Уже в 1920-х советская власть приклеила к романсу ярлык «белогвардейский», а его исполнение приравняли к антисоветской деятельности. Иногда Козловский или Лемешев позволяли себе исполнить его на концертах, но пели его чуть ли не подпольно.
Возвращение романа на Родину состоялось в 1957 году. Он прозвучал в американском фильме «Война и мир», и его снова запела вся Россия. Правда долгие три десятилетия роман исполняли, не называя авторов. И только не так давно исследователи смогли отыскать в архивах 1847 года ноты с указанием имен Булахова и Чуевского.
Для наших читателей романс «Гори, гори, моя звезда» в исполнении Дмитрия Хворостовского
Интересна и история романса «Белая акация» - песни, ставшей одновременно неофициальным гимном «белых» и «красных».
Белой акации гроздья душистые
Вновь аромата полны,
Вновь разливается песнь соловьиная
В тихом сиянии чудной луны!
Это первый вариант текста романса, он известен с 1902 года. Переиздавался романс ежегодно под заголовком «Известный цыганский романс», и каждый раз его слова несколько изменялись. Неизменной оставалась только музыка. В первых изданиях указывалось, что обработка романса принадлежит М. Штейнбергу, но автор музыки и слов оставались неизвестными.
Максимилиан Осеевич Штейнберг - российский композитор, педагог, зять Н.А. Римского-Корсакова - родился в Вильно 4 июля 1883 года. В советское время он успешно работал в Ленинградской консерватории, он занимался обработкой известного романса. Были версии о возможных авторах музыки и стихов, но вопрос так и остался открытым.
С момента появления романса он сразу получил огромную популярность, и его исполняли самые известные исполнители: Н. Северский, В. Панина и другие. Романс моментально разошёлся по стране на грампластинках.
Это может показаться парадоксальным, но романс «Белой акации гроздья душистые» одновременно стал гимном Добровольческой армии генерала Деникина и пролетарской песней «Смело мы в бой пойдём». Слова изменились, но мелодия осталась всё той же.
Слова «белой» «Белой акации», которую пели в армии Деникина звучали так:
Слышали деды — война началася,
Бросай свое дело, в поход собирайся.
Мы смело в бой пойдём за Русь Святую И
как один прольём кровь молодую…
Русь наводнили чуждые силы,
Честь опозорена,
храм осквернили.
Мы смело в бой пойдём за Русь Святую
И как один прольём кровь молодую.
От силы несметной сквозь лихолетья
Честь отстояли юнкера и кадеты.
Мы смело в бой пойдём за Русь Святую
И как один прольём кровь молодую.
«Красные» куплеты «Белой акации» звучали несколько по-другому:
Слушай, рабочий, война началася:
Бросай своё дело, в поход собирайся!
Смело мы в бой пойдём за власть Советов
И как один умрём в борьбе за это…
Вот показались белые цепи,
С ними мы будем биться до смерти.
Смело мы в бой пойдём за власть Советов
И как один умрём в борьбе за это.
Что тут сказать – война, раскол, кровавое месиво, а песня одна на всех. Лирический романс стал одновременно маршем Красной и Белой армии. В те лихие годы перепевали эту песню на все лады: были варианты на злобу дня и прочие переделки. Идея разные – душа у народа одна.
Была у романса и дальнейшая судьба. В то время, как миллионы советских граждан разучивали в обязательном порядке «Смело мы в бой пойдем», миллионы «выброшенных» из страны увезли песню с собой в эмиграцию – и как ностальгический романс, и как гимн своего поражения. Мелодию эту с разными словами начали петь с лёгкой руки русских эмигрантов по всему миру. И не случайно в Советском Союзе романс «Белая акация» прозвучал в спектакле «Дни Турбиных» во МХАТе. И хотя сам Сталин, как говорили, посмотрел этот спектакль несколько десятков раз, постановку периодически запрещали, а позже и вовсе заставили убрать из репертуара тетра.
Вспомнили в СССР о романсе в 1950-х. Вернули песню к жизни Алла Баянова и Борис Штоколов, а затем её стали пени и другие известные и не очень исполнители. В 1976 году В. Басов снял художественный фильм «Дни Турбиных». Обойтись без «Белой акации» было невозможно, но песню уже «рассекли» надвое – она поправу принадлежала и «белым» и «красным». В фильме же появились две песни – о бронепоезде и новый романс. Музыку к фильму написал В. Баснер, слова к песням — М. Матусовский. В основу романса для фильма была положена дореволюционная «Белая акация».
Целую ночь соловей нам насвистывал,
Город молчал и молчали дома.
Белой акации гроздья душистые
Ночь напролет нас сводили с ума…
Годы промчались, седыми нас делая,
Где чистота этих веток живых?
Только зима да метель эта белая
Напоминают сегодня о них.
В час, когда ветер бушует неистово,
С новою силою чувствую я:
Белой акации гроздья душистые
Невозвратимы, как юность моя.
Так, старый романс получил вторую жизнь. Точнее, сегодня существуют два романса: «Белая акация» начала XX века и романс «Белая акация» из фильма «Дни Турбиных». Но лучше уж два романса и мир, чем один – и война.
_________________________________
Источник
Рубрики: | МУЗЫКА |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |