Декабристы, 86 портретов (альбом) |
|
Декабристы |
26 декабря 1825 года состоялось восстание российских революционеров-дворян против самодержавия, вошедшее в историю как восстание Декабристов. Это восстание, с одной стороны, стало причиной ещё более серьёзного размежевания между дворянской интеллигенцией и властью, а с другой – не было понято крестьянством. Многие факты тех событий остаются для историков спорными и сегодня. Читать далее
|
Галерея 1812 года - *Да, были люди в наше время, Могучее, лихое племя...* часть 1 |
![]() ![]() |
|
Юрий Лотман. Декабристы и их жены |
Серия сообщений "Истории об Истории":
Часть 1 - Именины Домового, или почему "1 апреля - никому не верю!"
Часть 2 - Языческая Русь в иллюстрациях
...
Часть 23 - Юрий Лотман. Эволюция дворянства.
Часть 24 - Юрий Лотман. Человек эпохи декабристов.
Часть 25 - Юрий Лотман. Декабристы и их жены.
Часть 26 - Вадим Бурлак. Стокгольм. история, легенды, предания. (аудиокнига + рисунки)
Часть 27 - История ёлочных игрушек. С Новым Годом!!!
...
Часть 34 - Новое Время. Н.И. Басовская (аудиолекции)
Часть 35 - Отцы-основатели США. Н.И. Басовская (аудиолекции)
Часть 36 - Революционеры. Н.И. Басовская (аудиолекции)
Метки: Декабристы |
Французский цветок на сибирском снегу... |
|
Декабристы на дагерротипах и фотографиях |
|
Мария Волконская |
Дочь известного героя 1812 года, Н.Н. Раевского , она в 18 лет, по воле отца, вышла замуж за генерала князя С.Г. Волконского, бывшего гораздо старше ее. Как и жены других декабристов, она узнала о существовании тайного общества только тогда, когда большинство заговорщиков уже было в крепости. Больная, едва оправившаяся от тяжелых первых родов, Волконская сразу, без колебаний, не только стала на сторону мужа и его товарищей, но и поняла, чего требует от нее голос долга. Когда стал известен приговор, она решила, что последует за мужем в Сибирь, и осуществила это решение вопреки всем
препятствиям, исходившим от семьи Раевских и от правительства.
"Никто (кроме женщин) не смел показывать участия, произнести теплого слова о родных и друзьях... Одни женщины не участвовали в этом подлом отречении от близких". Так определяет общественное настроение после 14 декабря Герцен . Николай I , тотчас после казни пяти декабристов, писал: "Этих женщин я больше всего боюсь", а много лет спустя сказал: "Они проявили преданность, достойную уважения, тем более, что столь часто являлись примеры поведения противоположного".
|
Генералам двенадцатого года |
Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса.
И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след -
Очаровательные франты
Минувших лет.
Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу, -
Цари на каждом бранном поле
И на балу.
Вас охраняла длань Господня
И сердце матери. Вчера -
Малютки-мальчики, сегодня -
Офицера.
Вам все вершины были малы
И мягок - самый черствый хлеб,
О, молодые генералы
Своих судеб!
Ах, на гравюре полустертой,
В один великолепный миг,
Я встретила, Тучков-четвертый,
Ваш нежный лик,
И вашу хрупкую фигуру,
И золотые ордена...
И я, поцеловав гравюру,
Не знала сна.
О, как - мне кажется - могли вы
Рукою, полною перстней,
И кудри дев ласкать - и гривы
Своих коней.
В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век...
И ваши кудри, ваши бачки
Засыпал снег.
Три сотни побеждало - трое!
Лишь мертвый не вставал с земли.
Вы были дети и герои,
Вы все могли.
Что так же трогательно-юно,
Как ваша бешеная рать?..
Вас златокудрая Фортуна
Вела, как мать.
Вы побеждали и любили
Любовь и сабли острие -
И весело переходили
В небытие.
Феодосия, 26 декабря 1913
Марина Цветаева
|
Цитата сообщения Song__Bird
Из к/ф "Звезда пленительного счастья" |
Цитата |
|
Комментарии (0) |
Мария Николаевна Волконская |
Славная аристократическая фамилия Волконских известна многим, особенно по женской линии. Вспоминается сразу Зинаида Волконская, имевшая литературный салон начала XIX века, где бывали Пушкин и Баратынский, и ещё одна Зинаида — уже эмигрантка, оставившая воспоминания о Набокове. Но, пожалуй, самой значительной представительницей этого семейства, превзошедшей по славе даже своего отца, известного генерала Отечественной войны 1812 года Раевского, стала Мария Николаевна.
Дело, вероятно, не в том, что она одной из первых отправилась за своим мужем декабристом Сергеем Волконским в Сибирь. И не в том, что её боготворил Пушкин. И уж, понятно, не в том, что она оставила интересные записки, рассказывающие о ссылке и каторге. А может быть, разгадка её популярности в словах собственного отца о своей дочери: «Я не знал женщины более замечательной». Генерал Раевский был скуп на похвалы и сентиментальные чувства. Когда то в памятном 1812 году он бросил совсем юных мальчиков, собственных сыновей, на самый опасный участок войны. Дочь тоже воспитывали в строгости и послушании…
Ю. Лотман однажды сказал, что необычайный всплеск русской духовности XIX века был подготовлен женщинами, дамочками, зачитывающимися любовными романами и грезившими жертвенными подвигами. Это они, невинные и неискушённые, создали рафинированные понятия чести, долга, совести; внушили эти понятия своим детям, но, к сожалению, под давлением практицизма и материализма тихо, без борьбы ушли в небытие. Мария Волконская из таких кристально чистых и высоких духом женщин. Она, возможно, воплощает неповторимый идеал, от которого сегодня сохранилось немного насмешливое и сожалеющее прозвище: «декабристка».
Марию выдали замуж без любви и без её согласия. Не принято было в семье «тирана» Раевского интересоваться мнением «соплячки». Само собой разумелось, что свадьба играется для блага девушки, а уж она потом оценит «подарок» родителей. Мария действительно внимательно отнеслась к воле отца. Судя по всему, она ощутила себя свободной, став женой богатого помещика. И, видимо, решила, что принуждение к свадьбе будет последним принуждением её жизни. Но свободу Мария понимала не как случайную радость поступать по собственной прихоти, а как возможность в полной мере реализовать духовные ценности, о которых она имела вполне самостоятельное представление.
До декабрьского восстания 1825 года Мария видела мужа всего лишь три месяца из совместно прожитого года. Она не произнесла ни одного слова обиды, когда муж отвёз рожать Марию в «медвежий угол» к её родителям в деревню, где до ближайшего врача было 15 вёрст. Пережив тяжёлые роды, Волконская немедленно стала интересоваться судьбой своего супруга и, узнав, что он арестован, отправилась в Петербург. О силе её характера можно судить по тому, что она уехала с сильной болью в ноге и с младенцем на руках.
Её подвижничество тем удивительнее, что оно не было продиктовано никакой конкретной целью — Мария не испытывала большой любви к мужу, не разделяла и не понимала она и политических взглядов декабристов, с большим пиететом относилась к существующей власти и даже боготворила милосердие Николая I. Её самопожертвование продиктовано высочайшими ценностями, воспринятыми ею из книг и героических примеров. Не зря, приехав в столицу, первое, о чём она справилась у знакомых, — не был ли её муж замешан в заурядных махинациях или авантюрах с государственными деньгами. Она брезгала всем мелким, пошлым, нечистоплотным. Порядочность, честь, долг, возвышенные идеалы — вот её ценности. Вероятно, она подсознательно радовалась, что судьба дала её поколению испытание на прочность, что жизнь женщины их круга наконец то вышла из тесного мирка балов, сплетен и пустых мечтаний.
Боялась ли Мария трудностей в Сибири? Конечно, невозможно себе представить человека, сколь романтичным бы он ни был, не страшащегося неизвестности и обречённости. Волконская же отправлялась на каторгу мужа надолго, скорее, навсегда, совершенно не представляя, что её там ждёт. На что она надеялась? Только на себя, на свои неоперившиеся ценности, на веру в доброту. Можно сказать, что она представляла жизнь гораздо лучше, чем она есть на самом деле. И чудо!.. Жизнь стала таковой.
Следом за отправившейся в путь Марией Николай I выслал гонца с бумагами, в которых предписывались самые строгие меры для жён декабристов. Власть хотела сломить строптивых. Женщины теряли свои дворянские права, и государство более не отвечало не только за их безопасность, но и человеческое достоинство. Что было страшнее для этих моралисток? Может быть, только то, что тяжёлым бременем ложилось на их материнские плечи — дети, прижитые в Сибири, «поступали в казённые крестьяне».
Потрясённый Сергей, увидев жену в тесном каземате благодатского рудника, бросился к Марии, но она опустилась на колени и прежде, чем обнять мужа, поцеловала его кандалы. В этот поступок вместился весь смысл её жизни, смысл жизни женщин её поколения. Слабый пол переставал быть только тенью своих мужей, он вступал на путь общественного самосознания, на путь активного участия в происходящем. Можно спорить о пользе и необходимости свободы женщины, но то, что эмансипация в России начиналась со «слабеньких барынек — декабристок», не вызывает сомнений.
Женщины, приехавшие в Сибирь, скоро выросли из безропотно молчащих пленниц. Они с энтузиазмом отстаивали права не только своих мужей, но и вообще всех бесправных узников. Однажды Волконская увидела, что заключённые выходят из тюрьмы, едва прикрыв свою наготу: без рубашек, в одном исподнем бельё. Тогда Мария купила холста и заказала несчастным одежду. Начальник рудников, узнав об этой вольности, рассердился: «Вы не имеете права раздавать рубашки; вы можете облегчать нищету, раздавая по 5 или 10 копеек нищим, но не одевать людей, находящихся на иждивении правительства». Волконская парировала: «В таком случае, милостивый государь, прикажите сами их одеть, так как я не привыкла видеть полуголых людей на улице». Начальнику пришлось извиняться за слишком резкий тон. Мария настолько высоко несла чувство собственного достоинства, что среди отбросов общества, годами селекционированных в Сибири — убийц, пройдох, насильников — никто ни разу не позволил дурно обойтись с нею, хотя единственной защитой была только она сама, слабая бывшая княгиня.
С годами жены декабристов создали какое то подобие общественного комитета, который распределял приходившие в частном порядке денежные средства, помогал хлопотать об амнистии или смягчении участи, заботился о неженатых, хоронил и женил товарищей по несчастью. Они стали огромной духовной силой. В Иркутске до сих пор не изгладилось это влияние. То и дело то там то тут вспоминают о добрых делах декабристской колонии.
В 1829 году из столицы пришла радостная весть: заключённым разрешили снять кандалы. Это была первая ласточка надежды на послабление участи. Однако годы шли, а суровое наказание оставалось в силе. Вначале Мария думала, что государь смилостивится через пять лет, потом она ожидала амнистии спустя десять, слабый лучик оставался и через пятнадцать лет ссылки. Через 25 лет Волконская смирилась. Единственное, о чём она молила Бога — вызволить из Сибири её детей. Однако, когда маленькому Мишеньке исполнилось семь, Николай решил позаботиться о государственных преступниках и предложил по желанию матерей забрать детей на попечение царствующего дома. Волконская наотрез отказалась, решив, что дети во что бы то ни стало должны сохранить свои корни и память о родителях.
При всей силе духа Волконской поражает её стремление остаться женщиной. Порой доходило до парадокса, словно общественный долг велел поступать ей как бесполому существу, а природа расставляла все по своим местам. В Петровском Заводе они добились от начальства разрешения на проживание прямо в камерах мужей. Долго боролись (даже писали письма в столицу) за то, чтобы в стенах, наконец, пробили маленькие окошечки. Мария купила крестьянскую избу для своей девушки и человека, приходила туда привести себя в порядок — причесаться, помыться, одеться. В камере же она сама обтянула стены шёлковой материей, поставила пианино, шкаф с книгами, два дивана. «Словом, — писала она, — было почти что нарядно».
Волконским повезло, они всё таки дожили до освобождения из ссылки. Из Сибири Мария Николаевна вернулась в 1855 году. Перед смертью она написала знаменитые «Записки», полагая своими читателями детей и внуков. Но молва о существовании воспоминаний распространилась быстро. Первым пожелал ознакомиться с записками Н. Некрасов, задумавший поэму о подвиге русских женщин. Он обратился к сыну Волконской, однако Михаил Сергеевич, не желая предавать огласке воспоминания матери, с трудом согласился прочитать поэту часть текста. Только в 1904 году «Записки» были опубликованы и поразили читателей глубокой порядочностью и скромностью автора.
Источник: книга " 100 великих женщин"
|
Декабристы |
Краткая "генеалогия" Тайных Обществ
Меньшая часть общества предполагала действовать более решительными мерами. Декабрист М. С. Лунин первым предложил план по убийству царя. Это предложение отвергал Пестель, предлагавший устройство тайного общества, разработки конституции и более четкой организации. Разногласия в путях осуществления своей программы привели в конечном итоге к кризису и роспуску организации.
|
Давыдова Александра Ивановна |
А.И. Давыдова
Об этой женщине известно меньше всех. Она была дочерью губернского секретаря И.А. Потапова. Необыкновенно кроткая и милая, она была пленена раз и навсегда лейб-гусаром, весельчаком и остроумцем Василием Давыдовым. Усадьба Давыдовых в Каменке Киевской губернии была их родовым имением, с которым связаны имена многих декабристов, Пушкина, Раевского, генерала Орлова, Чайковского. Василий Львович Давыдов, отставной полковник, участник Отечественной войны 1812 года, был членом тайного Южного общества, председателем Каменской управы Тульчинской Думы. В его доме и жила Александра, но обвенчались они только в 1825 г., когда у них родился пятый ребенок.
|
Жёны декабристов |
Памятник "Женам декабристов" в Иркутске
» …следуя за своими мужьями и продолжая супружескую с ними связь, они естественно сделаются причастными к их судьбе и потеряют прежнее звание, то есть будут уже признаваемы не иначе, как женами ссыльно-каторжных…» (Из предписания иркутскому гражданскому губернатору).
До 14 декабря 1825 г. были женаты 23 декабриста. После приговора и исполнения казни остались вдовами жены декабристов К. Рылеева и И. Поливанова, умершего в сентябре 1826 г.
11 жен последовали за своими мужьями в Сибирь, а вместе с ними еще 7 женщин: матери и сестры сосланных декабристов.
Во время венчания у алтаря люди клянутся быть вместе в горе и радости, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит их. И они были верны этой клятве.
|
Жёны декабристов |
Газета «Здоровье Сибири», №8, 1996г.
В "Записках княгини Волконской" (как известно, последовавшей в ссылку вслед за мужем - декабристом) читаем о быте таких же отважных и любящих женщин на руднике Благодатском: "У Каташи (так ласково звали Екатерину Трубецкую, всеобщую любимицу. - Примечание автора) не оставалось больше ничего. Мы ограничили свою пищу: суп и каша - вот наш обыденный стол; ужин отменили. Каташа, привыкшая к изысканной кухне отца, ела кусок черного хлеба и апивала его квасом. За таким ужином застал ее один из сторожей тюрьмы и передал об этом ее мужу. Мы имели обыкновение послать обед нашим... Как сейчас вижу перед собой Каташу с поваренной книгой в руках, готовящую для них кушанья и подливы...
Отношение к еде, эстетика трапезы даже в дни суровых лишений много говорят о состоянии духа человека, раскрывают его подноготную. Даже в преисподней забайкальских рудников декабристы оставались дворянами, за нищенским столом не теряли аристократизма манер.
Мало кто знает, что поваренная книга, которую упоминает в своих записках Мария Волконская, была написана рукой самих декабристов. Вернее, переписана ими с книги кулинарных рецептов, изданной в 1818 году в Москве в типографии Решетникова. Подлинник рукописи хранится в Чите, в музее декабристов.
Благодаря музейным работникам недавно было осуществлено издание тоненькой, но прелюбопытной книжицы - "Рецепты декабристов".Есть в ней и описания совершенно роскошных блюд типа "гарико из баранины". И наивно полагать, что они имели какое - либо отношение к "меню" каторжан. Как ни странно кому-то покажется, но и поваренная книга может послужить способом сопротивления обстоятельствам и сохранения в себе человека...
Мы же предлагаем читателям "СЗС" несколько вполне доступных рецептов "из глубины сибирских руд".
Яйца по-садовничьи
Положи в кастрюлю пять крупных луковиц, изрезанных в полоски, с куском коровьего мяса, обжарь на огне. Брось потом щепоть муки, смочи стаканом молока, приправь солью, потом увари до сгущения. Сняв с огня, выпусти в это яйца, взбитые особливо; выложи на блюдо, на котором подавать, и запеки над жаром под крышкою тортной сковороды.
Как сливочный пирог делать
Взять сливок, вскипятить их, положить немного ванили, свежего лимонного соку и с ним еще дать вскипеть. После сняв, откинуть на решето и дать стечь сыворотке, а потом употреблять.
Конфеты из сухой малины
Возьми полфунта (фунт - 409,5 г.) сухой малины, истолки ее с яичными белками, выложи на бумагу, натри мелким сахаром, раскатай кусочками. Положи на бумагу, сажай в печь и, как будут готовы, вынимай.
Метки: Декабристы |
Страницы: | [1] |