Немецкие принцессы в России. Императрица Александра Федоровна |
Александра Фёдоровна (урождённая принцесса Фридерика-Шарлотта-Вильгельмина, известная также как Шарлотта Прусская, нем. Charlotte von Preußen; 13 июля 1798 года, Потсдам — 20 октября (1 ноября) 1860 года, Царское Село) — супруга российского императора Николая I, императрица российская. Фредерика-Шарлотта-Вильгельмина родилась 13 июля 1798 г. и была третьим ребёнком прусского короля Фридриха-Вильгельма III и его супруги, королевы Луизы. Она была сестрой прусских королей Фридриха-Вильгельма IV и Вильгельма I, впоследствии первого германского императора. Ее отец, Фридрих-Вильгельм III (1770-1840 гг.), был добрым и искренне верующим человеком, но оказался слабым и нерешительным правителем, натурой, в общем, совсем не примечательной. Мать принцессы Шарлотты, прусская королева Луиза-Августа-Вильгельмина-Амалия (1776-1810 гг.) была дочерью дочь герцога Карла Мекленбург-Стрелицкого. Королева Луиза считалась первой красавицей своего времени. Она пыталась кружить голову Наполеону, ей самой вскружил голову русский царь Александр. Детство Фредерики-Шарлотты-Вильгельмины совпало со временем разгрома Наполеоном Пруссии. Когда ей исполнилось восемь, королевская семья оставила Берлин. Искали убежища сначала в Штеттине, потом в Кенигсберге, наконец в Мемеле(ныне-Клайпеда). Тяжелая доля изгнанников сблизила родных, особенно мать и дочь. Луиза воспитала в Шарлотте истинно религиозное чувство отзывчивости к чужому горю, к состраданию ближнего. В 1807 году, после заключения Тильзитского мира, Фредерику была возвращена часть владений, а в конце 1809 года состоялось возвращение короля и в Берлин. Счастливая Шарлотта сидела в карете рядом с матерью. Радость, однако, была недолгой: мать вскоре умерла. И 12-летняя девочка осталась на попечении наставницы, госпожи Вильдермет. Лоттхен, как ее звали в семье, была невероятно красивой девочкой - беленькая, румяная, нежная, с удивительно тонкой талией, она казалась неземным существом. После победы над Наполеоном ей можно было подумать и о браке, а одним из потенциальных женихов был младший брат русского императора Александра I - Николай Павлович.
Хотя Николай и не считался наследником, Александр I приобщал его к государственным делам с ранней юности. В 1814 году семнадцатилетний Великий князь вместе с императором въезжал в Париж, а затем присутствовал на Венском конгрессе четырех великих держав - победительниц Наполеона. Позже он сопровождал брата-венценосца в его визитах в Англию, Австрию, Пруссию. Именно в Пруссии, в 1814 году, Николай встретил и влюбился в юную дочь короля Фридриха Вильгельма III Шарлотту. Уже 4 ноября 1815 года в Берлине, во время официального обеда российский император Александр I и прусский король Фридрих Вильгельм III объявили о помолвке принцессы Шарлотты и брата русского царя - царевича и великого князя Николая Павловича.
Этим браком император Александр надеялся укрепить русско-прусские отношения, давшие серьезную трещину после Тильзитского мира. Впрочем, все политические расчеты отступили на второй план после первой же встречи Великого князя и принцессы. Николай писал о своих впечатлениях: «Тут, в Берлине, провидением назначено было решиться счастию всей моей будущности: здесь увидел я в первый [раз] ту, которая по собственному моему выбору с первого раза возбудила во мне желание принадлежать ей на всю жизнь; - и Бог благословил сие желание".
Во время второго визита Николая в Берлин, 23 октября 1815 года состоялась официальная помолвка Великого князя Николая Павловича и принцессы Прусской Шарлотты. На следующий день после помолвки, Великий князь написал своему другу, Н.П.Муравьеву: «Был я во второй раз у моей Сашеньки; и нашел себя так глупым, что не знал, что делать, и пишу сущий вздор; только одно чувство во мне есть; желание искреннее сделать ее сщастливой в чем бог мне свидетель. Николай.». Как только Великий князь вернулся в Петербург, принцесса получила от него послание: «Прощайте, мой ангел, мой друг, мое единственное утешение, мое единственное истинное счастье, думайте обо мне так часто, как я думаю о Вас, и любите, если можете, того, кто есть и будет на всю жизнь Вашим верным Николаем». История этой четы с самого начала оказалась окруженной символами. Обручились они в день его рождения - 25 июня 1817 года, когда ему исполнился 21 год, а бракосочетание - 1 июля, в день ее рождения. С тех пор каждый ее день рождения и совпадающая с ним годовщина свадьбы пышно праздновались. И всякий раз в утренней серенаде неизменно звучала та самая музыка, под которую они когда-то вальсировали в Берлине.
В отличие от супруги царя Александра Первого бывшая «Лоттхен» сразу пришлась русскому Двору «ко двору». Свекровь полюбила ее все с той же немецкой сентиментальностью, – экс-Лоттхен отвечала ей тем же. Не слишком образованная, любезная, очень «понятная» и «своя», веселая, счастливая, красивая, умопомрачительно грациозная, Александра Федоровна стала украшением русского Двора.
Портрет великой княгини Александры Федоровны, 1821 г.: Ж.-А. Беннер:
Царь Александр любил именно с ней открывать балы. Юный Пушкин пленился ею и оставался шутливым почитателем А.Ф. всю жизнь. Она тоже платила ему большой приязненностью. Пушкин отмечал в ней легкость духа и человечность счастливого существа. А уж ее красота и изящество… При Дворе молодую прозвали Лалла-Рук в честь героини романтической поэмы Т.Мура. Такой и запечатлел ее Пушкин в «Евгении Онегине»:
…в умолкший тесный круг,
Подобно лилии крылатой,
Колеблясь, входит Лалла-Рук,
И над поникшею толпою
Сияет царственной главою
И тихо вьется и скользит
Звезда-харита средь харит.
Великая княгиня Александра Федоровна в костюме Лаллы-Рук. В.Хензель, 1821 г.:
Между тем, через месяц после свадьбы - в начале августа - Великая княгиня потеряла сознание во время церковной службы. Вскоре после этого было объявлено, что она ждет ребенка. А в конце сентября великий князь с супругой отправились в Москву. На следующее утро после приезда, Александра Федоровна, подойдя к окну, увидела перед собою впервые Москву: «Сердце мое забилось: я поняла Россию, я гордилась тем, что принадлежу ей!» - вот в каких выражениях великая княгиня записала свои впечатления.
17-го апреля 1818 года, у Николая и Александры родился первенец - великий князь Александр Николаевич: «В 11 часов, я услыхала первый крик моего первого ребенка. Никс целовал меня, заливаясь слезами, и мы возблагодарили Бога вместе, не зная еще, даровал ли он нам сына или дочь, когда матушка, подойдя к нам, сказала: “это сын”. Счастье наше удвоилось, однако, я помню, что почувствовала что-то внушительное и грустное при мысли, что это маленькое существо будет со временем императором!». Крещение великого князя Александра Николаевича совершено было 5-го мая в церкви Чудова монастыря... Восприемниками были император Александр, императрица Мария Федоровна и король Фридрих-Вильгельм III. Чувства и настроение самого Николая в этот период, лучше всего выражает фраза сказанная супруге: - Если кто-нибудь спросит, в каком уголке мира скрывается истинное счастье, сделай одолжение, пошли его в аничковский рай.
Вскоре Великая княгиня ждала второго ребенка, и 7 августа 1819 года, в Павловске родилась Великая княжна Мария Николаевна .
Несмотря на то, что в будущем ей предстояло стать императрицей, Александра Федоровна была, прежде всего женой и матерью: жизнь Великой княгини протекала по большей части в тесном семейном кругу, в заботах о детях; также Великая княгиня брала уроки музыки и пения, вела обширную переписку с многочисленными родственниками и друзьями в Германии.
Поскольку у старших братьев Николая – императора Александра и цесаревича Константина - детей не было, на Николая и Александру возлагалась ответственная миссия – продолжение династии Романовых. Александра Федоровна, родив двух детей-погодков, явно намеревалась последовать примеру императрицы-матери Марии Федоровны. К сожалению, в 1820 году, супруги испытали первое горе: 29 октября Великая княгиня родила мертвую девочку. Вдобавок ко всему, три беременности подряд серьезно расстроили здоровье молодой женщины, и по рекомендации врачей, Александра Федоровна в сопровождении мужа отправилась к отцу в Берлин, надеясь весной следующего года пользоваться водами на курорте в Эмсе.
Трудно сказать, до какой степени Александра и Николай были «не в курсе» планов царской семьи именно им передать императорскую корону. Согласно официальной версии, только в 1819 году Александр Первый объявил им об этом. И молодожены разрыдались, – так они не хотели вылезать из уютного мирка своего счастья в мир большой политики! Однако же в 1818 году Александра Федоровна родила своего первенца, и рожать свекровь погнала ее в Москву, – а это уже был знак того, что ожидается появление на свет не просто члена царской семьи, но возможного будущего государя. С немецкой аккуратностью Александра Федоровна «не подкачала» и родила сына Александра. Правда, роды были непростыми, а главное, Александра Федоровна вдруг испытала огромную тревогу за будущее младенца. Вещее сердце матери: ведь родился будущий Александр Второй!.. Это ощущение тревоги ей запомнилось навсегда. Когда через несколько лет маленькому Александру Николаевичу объявили, что он станет наследником престола, мальчик горько расплакался. Снова предчувствие? Может быть… Однако счастливые и во всех смыслах «безукоризненные» Николай и Александра больше подходили на роль императорской четы, чем взбалмошный, бездетный Константин и его морганатическая супруга полячка княгиня Лович.
1825 год стал одним из самых тяжелых в жизни Александры Федоровны: смерть деверя – императора Александра I, напряженная обстановка междуцарствия, наконец, восстание декабристов – все это угнетало ее душевно и физически. Как и ее предшественницы, Александра Федоровна очень дорого заплатила за императорскую корону – она так и не оправилась от нервного потрясения, испытанного 14 декабря.
Итак, когда Александр Первый умирает, все узнают, что императором должен стать по его завещанию Николай. Мы прекрасно знаем, что тогда началась «смута»: восстание некоторых гвардейских частей на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. Этот день был самым страшным в жизни Николая и Александры: оба понимали, что не только корона, но и сама их жизнь висит на волоске. С того дня Александра Федоровна стала страдать нервным тиком, а Николай сделался упрямым и жестоким, что пугало ее. На робкие просьбы жены помиловать декабристов Николай гневно вскричал: «Как ты можешь говорить мне об этом, – ты, ты! Ведь они хотели убить твоих детей!..» Это был, конечно же, «аргумент»: Александра отступила. Но волнения тех дней еще скажутся. Вскоре Александра Федоровна родит третью дочь, которую назовут в ее честь. Александра-младшая будет разительно отличаться от упрямых и бойких старших своих сестер Марии и Ольги тихим нравом, задумчивостью, мягкостью. Она станет любимицей матери и всей семьи, и угаснет в 18 лет, – это будет второй страшный удар для Александры Федоровны. Сия «семейная» подоплека многое объяснит нам в политике Николая…
«Возвратившись к Александре Федоровне после подавления мятежа, Николай увидел, как у нее трясется голова, – от этого тика ей не удалось излечиться. Дрожь едва заметна, она даже почти не видна, когда императрица спокойна и находится в добром здравии, но едва что-то начинает мучить ее морально или физически, как недуг проявляется».*
Коронация императора Николая I и императрицы Александры Федоровны состоялась 22 августа 1826 года.
Портрет императора Николая I. Гравюра А. Сандомури с оригинала Дж.Доу, 1826 г.:
Однако, после вступления Николая на престол, императрица записала в своем дневнике: «Я буду и на троне только его подругой». Когда император, узнав о желании жён сосланных в Сибирь декабристов, разделить участь мужей, поставил им совершенно бесчеловечное условие - муж или дети, он не предполагал, что выбор будет в пользу мужей, а императрица написала: «О, на их месте я поступила бы так же».
Это был первый по-настоящему счастливый союз в доме Романовых, во многом ставший таковым, благодаря Александре Федоровне.
«Император Николай питал к своей жене, этому хрупкому, безответному и изящному созданию, страстное и деспотическое обожание сильной натуры к существу слабому, единственным властелином которого он себя чувствует. Для него это была прелестная птичка, которую он держал взаперти в золотой и украшенной драгоценными каменьями клетке, которую он кормил нектаром и амброзией, убаюкивал мелодиями и ароматами, но крылья которой он без сожаления обрезал бы, если бы она захотела вырваться из золоченых решеток своей клетки.».
Все, даже самые незначительные, детали семейной жизни, находились под неусыпным контролем императора: так, например, бывали случаи, когда, несмотря на доходившие до слез протесты «мама, ей приходилось сменить наряд только потому, что он не нравился отцу»,*** вникавшему во все мелочи ее туалета. И только уступчивость Александры Федоровны предотвращала бурные домашние сцены. Тем не менее, «птичка» была вполне счастлива в своей клетке и не помышляла ее оставлять ни на миг. Этого не могло просто быть по ее внутренней природе, поскольку «ее душа была трогательно детская, чистая и непорочная... И эта душевная чистота отражалась на всем ее существе и во всех ее действиях».
Болезненная и инфантильная, Александра Федоровна мало интересовалась государственными делами. Она вела активную светскую жизнь, с 1828 года стала попечительницей благотворительных учреждений, перешедших в ее ведение после смерти свекрови - жены Павла I императрицы Марии Федоровны. Государыня была также покровительницей Императорского женского патриотического общества и Елизаветинского института. Ее именем назван Александринский театр в Санкт-Петербурге.
Николай I окружал Александру Федоровну вниманием и любовью, создав настоящий культ "белой дамы" (символом императрицы была белая роза). Ей посвящена строка В.А.Жуковского "Гений чистой красоты", повторенная затем А.С.Пушкиным. Летом 1828 года Николай и Александра делают визит в Берлин. Здесь, при дворе отца, русская императрица отпразднует свое 30-летие. Праздник этот войдет в историю немецкой культуры: лучшие поэты воспоют выдержанный в духе средневековых турниров праздник Белой Розы, - так поэтически называют саму Александру Федоровну. Правда, на торжестве не будет любимого мужа: он срочно уедет в Россию "по делам". Среди этих "дел" - подготовка главного подарка для супруги. Вскоре после возращения в Петербург Александра Федоровна стала хозяйкой нового дворца. Шотландец А.Менелас воздвиг в Петергофе здание в духе английских загородных коттеджей, - так его и прозвали: Коттедж. Конечно, герои диккенсовских произведений сочли бы эти апартаменты чересчур пышными, но с точки зрения русской царицы, здесь все было так, как любила она: "маленькое, уютное, удобное и милое". Дворец был отделан в псевдоготическом стиле, его гербом стала белая роза, - любимый цветок Александры Федоровны. Воздвигая этот дворец, Николай как бы говорил жене: молодость позади, начались семейные будни зрелости, - пускай же они будут безмятежными!.. После создания для нее дворцово-паркового ансамбля Александрия в Петергофе, императрица стала называть себя "петергофской помещицей". По традиции именно сюда, а не в Большой Петергофский Дворец все венценосное семейство вместе с детьми выезжало на лето. Александра Федоровна как-то признавалась маркизу де Кюстину: "Жизнь в Петергофском дворце для меня была невыносима. Чтобы отдохнуть от его тяжеловесной позолоты, я выпросила у государя эту обитель. Никогда я не была так счастлива, как здесь". Речь в письме шла о парке Александрия.
Со временем быт высших слоев и Двора демократизировался. Появились публичные маскарады, где высшие сословия могли смешиваться с прилично одетыми "простолюдинами", затевать там интрижки, непринужденно общаться. Публичные маскарады - "хит" петербургских бальных сезонов в 1830-е годы.
Царская чета постоянно участвует в маскарадах Энгельгардта. Но затем на этих же маскарадах царь заводит одну интрижку, другую, третью, - и уже не рассказывает об этом жене. Зато, как всякий деспот и собственник, он ревниво следит за своей супругой. К ней приставлена графиня Софья Бобринская. Правда, она становится лучшей подругой царицы, - именно Бобринская иногда сопровождает и ее на маскарад. Впрочем, в отличие от мужа и рано повзрослевших дочек императрица может позволить себе разве что легкий флирт, "мазурочную болтовню", - не больше. На официальных балах царь сам утверждает список тех, с кем будет танцевать его жена, причем чаще раза в два года ни одна фамилия в списке не повторяется… Самое большее, на что смогла отважиться "А.Ф.", было ее увлечение князем А.Трубецким, которого она в переписке с Бобринской называет Бархатом. И хотя Лалла-Рук и Бархат - лишь партнеры по редким танцам, конспирация не излишня: царь в конце концов отсылает Трубецкого за границу.
Ходили слухи, что со временем царь "осчастливил" всех более или менее хорошеньких дам и девиц во дворце. Одна придворная дама объяснила путешественнику маркизу де Кюстину, что если б она отказала царю, то первым бы осудил ее за это собственный муж…
А между тем, Николай не на шутку влюбился, да так, что уже не стал скрывать этого. Ее звали Варварой и она была родной племянницей фаворитки его отца знаменитой Нелидовой. Варенька Нелидова была фрейлиной Александры Федоровны. И тут царица вдруг потеряла самообладание, почувствовав, что грянуло не очередное увлечение мужа, а большое чувство.
Императрица устроила форменный бунт. Она собралась в Италию и забрала с собой Вареньку. Две недели шли приготовления к поездке. Две недели Николай не говорил жене ни слова, - это единственная, но какая размолвка в их долгой совместной жизни!.. Через несколько дней после отъезда жены царь сорвался с места и полетел вослед путешественницам. В Неаполе они соединились. О чем говорили все трое, знают только они. Но в Петербург троица возвращается вроде бы примиренной.
Императрице не оставалось ничего иного, как смириться с многочисленными романами мужа, поскольку внешне все выглядело в высшей степени благополучно. «Она обладает значительно большей силой и душой, чем предполагают, умеет скрывать многие свои чувства, но страдает от этого не меньше...», как и всякая женщина, столкнувшаяся с изменой любимого человека.
Варвара Аркадьевна Нелидова
Нужно отдать должное Вареньке: она - сама деликатность, никогда не афишировала свои особые отношения с царем. Николай также соблюдал абсолютную корректность к жене, и, кажется, еще больше баловал ее, строя для нее прелестные дворцы и даря массу "милых маленьких" (и весьма дорогих) вещей. В московском Кремле по проекту К.А.Тона возводится главный дворец империи, где самые роскошные помещения (несравнимые с его собственными) - апартаменты императрицы. Первый праздник страны – по-прежнему ее день рождения в Петергофе. Современники отмечают, между тем, болезненный вид А.Ф. и в то же время то, что она одевается, «как молодая»
В 1844 году императорской семье пришлось пережить страшный удар: 29 июля от скоротечной чахотки и преждевременных родов скончалась младшая дочь – Великая княгиня Александра Николаевна, ландграфиня Гессен-Кассельская. Александра Федоровна была так потрясена смертью дочери, что с ней случились уже настоящие, а не разыгранные нервные припадки, и болезнь ее усугубилась. И Николай тоже был безутешен. Двор снова был погружен в долгий траур. Но на этот раз – впервые! – Александра Федоровна не капризничала, не жаловалась на скуку и на необходимость носить все черное, тогда как этот цвет ей совсем не к лицу… Она оплакивала дочь.
Портрет императрицы Александры Федоровны. К.Робертсон, 1851 г.:
...Овдовела Александра Федоровна прямо в разгар столь неудачной для России Крымской компании. Говорили даже, что император отравился, не снеся позора бесчисленных воинских поражений. Врачи не смогли придти к единому мнению в отношении его болезни. Он умер 18 февраля 1856 года. Николай I предчувствовал смерть за несколько часов и пригласил близких проститься. Его постоянная на тот момент любовница, фрейлина Варвара Нелидова, рыдала под дверью опочивальни – и даже императрица сжалилась над несчастной и просила умирающего попрощаться с ней, но Николай Павлович решительно отказался. Императрице во время прощания сделалось дурно и она пролежала в полубесчувственном сознании до вечера. Император Николай I скончался 18 февраля 1855 года, на 59-м году жизни, его последние слова были обращены к жене: «С первого дня, как я увидел тебя, я знал, что ты добрый гений моей жизни». Для России начинается новая эпоха. Новая эпоха начинается и для обеих женщин – вдовствующей императрицы и экс-фаворитки. Нелидова отдает все деньги, которые ей завещал царь (200 тысяч), на благотворительные нужды, оставшись не только без средств к существованию, но и без крова, – ведь до этого, как большинство фрейлин, она жила во дворце. И тут происходит удивительное: на следующий день после смерти Николая его вдова предоставляет сопернице придворную должность! Больше того: теперь обе женщины не расстанутся до смерти А.Ф. Память о любимом человеке сделает их лучшими подругами! Александра Федоровна окружена прежним почетом, – сын, новый император, любит ее, да и характером он, кажется, больше в мать. Но силы с каждым годом уходят из когда-то прекрасной женщины. Теперь она многие месяцы проводит на немецких курортах. Однако в начале июля каждого года возвращается в «гнилой» Петергоф, где по-прежнему царит на главном празднике России, – своем дне рождения. Она все так же любезна, мила, грациозна, она сама заваривает чай гостям. Последний раз императрица-мать делает это в июле 1860 года. Осенью Александра Федоровна слегла окончательно. На призыв священника простить всем обидчикам она возразила: «Да, я прощаю всем, кроме императора Австрии!..» Предательства им Николая она не смогла забыть и на смертном одре. 20 октября 1860 года этой, такой «обыкновенной» и все-таки по-своему замечательной женщины не стало. Последними словами ее были: «Ник, я иду к тебе…» Варенька Нелидова пережила и ее сына, и ее внука, и увидела коронацию последнего русского императора Николая Второго – правнука своей августейшей подруги. Нелидова ушла из жизни в 1897 году. Нелидова доживет до царствования Николая II в семье своей сестры, от имени которой и было опубликовано в газетах сообщение о смерти фрейлины двора его величества. Великий князь Михаил Николаевич, последний сын Александры Федоровны, родившийся в 1832 году, будет присутствовать на ее похоронах.
Незадолго до смерти, уже не вставая с постели, она продиктовала — писать сама уже не могла — свое завещание, в котором, в частности, было сказано: “Я желаю, чтобы мои комнаты в Зимнем не стояли долгое время пустые и чтобы через год после моей смерти они были предназначены для кого-либо из новобрачных в царской фамилии, которые, поселившись в них, будут пользоваться, надеюсь, тем же семейным счастьем, каким пользовалась в них я”. Через год после ее смерти в Ницце были изданы ее мемуары, написанные тайком от сына. Александра Федоровна помнила, как ее муж собственноручно сжег “Записки” покойной императрицы Елизаветы Алексеевны, вдовы Александра I. Свою собственную книгу она сберегала со всей возможной тщательностью — и довела-таки до типографии и книжных лавок! Всю прибыль от продажи книги — а она была значительной, потому что прочесть тайные мемуары русской императрицы хотели все! — Александра Федоровна приказала отдать на нужды русской православной церкви в Ницце, построенной по ее приказу и на ее средства. Впрочем, в мемуарах не оказалось ничего особенно скандального. Помимо воспоминаний о балах и прогулках, и подробного описания нарядов, они содержали бесконечные славословия покойному императору Николаю I, как самому нежному и верному супругу.
В браке у Николая Павловича и Александры Федоровны родились 7 детей:
Александр (1818—1881) будущий император Александр II Николаевич; Мария (6.08.1819-9.02.1876) 1-й брак — Максимилиан герцог Лейхтенбергский (1817—1852) 2-й брак (неофициальный брак с 1854) — Строганов Григорий Александрович, граф; Ольга (30.08.1822 — 18.10.1892) муж — Фридрих-Карл-Александр, король Вюртембергский; Александра (12.06.1825 — 29.07.1844) муж — Фридрих Вильгельм, принц Гессен-Кассельский; Константин (1827—1892) Николай (1831—1891) Михаил (1832—1909)
продолжение следует...оно здесь
Серия сообщений "***Романовы и о Романовых":
Часть 1 - Немецкие принцессы в России[начало]
Часть 2 - Немецкие принцессы в России.София Шарлотта[часть 1]
...
Часть 6 - Немецкие принцессы в России.Императрица Мария Федоровна[часть 5]
Часть 7 - Немецкие принцессы в России.Императрица Елизавета Алексеевна [часть6]
Часть 8 - Немецкие принцессы в России.Императрица Александра Федоровна[часть7]
Часть 9 - Немецкие принцессы в России.Императрица Мария Александровна[часть8]
Часть 10 - Немецкие принцессы в России.Императрица Александра Федоровна,жена НиколаяII [часть9]
...
Часть 28 - Последний из Романовых
Часть 29 - Сладкая месть великой княгини
Часть 30 - История России:Династия Романовых(схема и краткий обзор правления)
Серия сообщений "Дореволюционная Россия в лицах":
Часть 1 - Удивительные истории из жизни Екатерины Великой
Часть 2 - Александра Иосифовна Романова. Сладкая месть великой княгини
...
Часть 10 - Немецкие принцессы в России. Императрица Мария Федоровна
Часть 11 - Немецкие принцессы в России. Императрица Елизавета Алексеевна
Часть 12 - Немецкие принцессы в России. Императрица Александра Федоровна
Часть 13 - Немецкие принцессы в России. Императрица Мария Александровна
Часть 14 - Немецкие принцессы в России. Императрица Александра Федоровна, жена Николая II
...
Часть 28 - Аврора Карловна Шернваль-Демидова-Карамзина
Часть 29 - Наталья Брасова и Михаил Александрович Романов
Часть 30 - Костюмированный бал 1903 года
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |