РАСТИТЕЛЬНЫЕ ЛИМФОСТИМУЛЯТОРЫ ⠀ Адонис (горицвет) - усиливает дренаж сердечной сферы. ...
Коты - существа неземной красоты))) - (0)Кто на свете всех милее? Кошачий хор - Мяу Живут на земле Существа неземной красоты. Я ...
>Ромашковое лето! - (0)Маленькое солнце на моей ладошке, — Белая ромашка на зеленой ножке. С белым ободочком жёлтые с...
>Невидимая угроза — постельный клещ. Очищаем матрас от паразитов за 5 минут - (0)p> После такой очистки, матрас будет как новый и без угроз для здоровья! Мы предлагаем вам самый п...
Носочки спицами =Плетенка Айсте=))) - (0)Страна Мам → Носочки спицами =Плетенка Айсте=, моиТэги: вязание, носки, спицамиРанее пост...
✨Русская Венера -Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова. |
Есть что-то в ней, что красоты прекрасней,
Что говорит не с чувствами — с душой;
Есть что-то в ней над сердцем самовластней
Земной любви и прелести земной.
Как сладкое душе воспоминанье,
Как милый свет родной звезды твоей,
Какое-то влечет очарованье
К ее ногам и под защиту к ней.
Е. Баратынский
Портрет В. Д. Римской-Корсаковой — Франц Ксавьер Винтерхальтер
Девичья фамилия Варвары Дмитриевны Римской-Корсаковой — Мергасова. Это костромской дворянский род. Ничего более конкретного о волжских родственниках парижской красавицы неизвестно. Зато семья, куда она вошла невесткой, в истории русской культуры очень заметна.
Ее муж, Николай Сергеевич Римский - Корсаков, был он очень красив — это отличительное свойство мужчин Корсаковых, один из которых был фаворитом Екатерины II.
Императрица Екатерина II
Иван Николаевич Римский-Корсаков
Отсюда титулы, почести, богатство, которое перепало вдоволь и упомянутой Марии Ивановне. Но когда бабушка увлекается балами, волей-неволей за это расплачиваются внуки. Подраставшему Николаю Сергеевичу плясать до рассвета надо было уже с осторожностью. А этого в нем не наблюдалось. Как писали, «на рубеже новой эпохи в последний раз ярко вспыхнула легкая кровь Марьи Ивановны в ее внуке».
Мария Ивановна Римская-Корсакова, в девичестве Наумова
Выпускник Московского университета, гусар, обаятельный, веселый, душа нараспашку, всегда с гурьбой приятелей, отличный танцор, элегантный, гроза московских барышень — таков был Николай. На всю Москву шла слава об особых, костюмированных балах, которые ввел в моду отец юного Николая, Сергей Александрович, приглашая на них московскую молодежь. Каждый здесь мог проявить свою фантазию, а девицы являлись в костюме, который особенно подчеркивал их очарование.
Не из дома ли Корсаковых вынесла Варенька Мергасова пристрастие к маскарадным эффектным одеяниям? Ездила она туда сначала просто гостьей, потом невестой и в конце концов обосновалась там как жена Николая Сергеевича.
Дом М.И. Римской-Корсаковой. Больше известен как дом Фамусова.
Варенька Мергасова считалась завидной партией. Она была очень богата. Но нет ни малейшего подозрения в том, что ее богатство сыграло в этом браке какую-то роль.
Вообще, все, что рассказано о Николае Корсакове, рисует его в симпатичном свете, хотя, как писали, «жизнь его сложилась как-то беспутно». Он окончил Московский университет. В двадцать один год был выбран предводителем вяземского дворянства. Но непоседе на месте не сиделось. Началась война, Николай бросил свое предводительство и пошел в самое пекло, в Севастополь. Здесь князь Горчаков берет его себе в ординарцы, причем просто рядовым, что также примечательно.
Князь Горчаков Михаил Дмитриевич
В скромной этой должности Николай Корсаков получает Георгиевский крест. Он постоянно играет со смертью, его видят в самых опасных местах. Из рядовых его производят в офицеры.
Литография перспектива города гавани и укреплений Севастополя
Однажды Корсаков был послан с донесением о какой- то победе к императору Александру II. По традиции, его ждало повышение по службе, и, провожая Николая, товарищи уже поздравляли его. Но в Петербурге вышло то, что и должно было выйти, если учесть прямодушный характер Корсакова.
Государь спросил:
— В чем нуждаются в данное время в Севастополе?
— Да пороху не хватает. Так, глядишь, все там помрем.
— Не может быть! — гневно воскликнул Александр.
— Так точно и есть, ваше императорское величество!
Портрет императора Александра II, художник Алексей Алексеевич Харламов
Разумеется, государь был раздосадован. Корсаков сказал то, чего тот не хотел слышать. Но пришлось. Гонца с фронта послали к военному министру. Тот, получив взбучку от царя, готов был испепелить Корсакова взглядом. Обратно Николай Сергеевич прибыл не только без наград и повышения, но и с бумагой к князю Горчакову, где, между прочим, было рекомендовано впредь таких курьеров не присылать.
Бой на Малаховом кургане в Севастополе в 1855 году. Шукаев, Григорий Фёдорович
Корсакова ничуть не обескуражил такой поворот дела. Он продолжал по-прежнему честно и самоотверженно служить. После Севастопольской кампании перешел в гвардию лейб-гусаров. Старой веселой жизнью пахнуло снова: без Корсакова не обходился ни один бал, он всех знал, и его все знали, он умел зарядить любое общество весельем, дирижировал танцами, ухаживал за хорошенькими женщинами.Свадьба Николая Римского-Корсакова и Варвары Мергасовой состоялась 20 мая 1850 года. Первенец молодоженов, если верить документам, опубликованным в «Пензенском временнике любителей старины» за 1891 год, родился через три месяца после свадьбы, в августе того же года. Николаю тогда минуло двадцать лет, а Варваре было шестнадцать. В 1853 году у супругов родился второй ребенок — сын Николай, через два года — Дмитрий.
Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова, портрет кисти Ф. К. Винтерхальтера, 1864 год, музей Орсэ, Париж
Варвара Дмитриевна расцветала нежным цветком, шила себе эффектные наряды — бархат, газ, шелк, украшения, — все это так шло к ее облику, несмотря на частые роды, не терявшему почти девичьей свежести. Она была в моде, как и ее муж.
...«С кем мы не знакомы? Мы с женой как белые волки, нас все знают», — говорил Егорушка Корсунский Анне Карениной, приглашая ее на вальс.
Толстой описывает его не без иронии — «лучший кавалер, главный кавалер по бальной иерархии, знаменитый дирижер балов, церемониймейстер, женатый, красивый и статный мужчина». И прибавляет: «Там была до невозможного обнаженная красавица Лиди, жена Корсунского...»
Так по воле Льва Толстого Варвара и Николай Римские-Корсаковы под фамилией Корсунских попали в «Анну Каренину».
Франсуа-Ксавье талантливо передавал портретное сходство. Если он и льстил, то тактично. Он умел виртуозно писать ткань, мерцание жемчуга, блеск драгоценностей, роскошь кружев и лент, а для какой женщины пустяк то, в чем она села позировать художнику? Винтерхальтеру с его высочайшей техникой легко было передать и шелковистость волос, и блеск глаз.
Разумеется, именно это ему могли поставить, да и ставят в упрек — «слишком натурально», «салонно», «искусство для искусства». Но давайте зададим себе вопрос, хотели бы мы видеть сейчас портрет Варвары Дмитриевны в чьем-нибудь ином исполнении? И захотелось бы нам в этом случае идти по следам ее судьбы?..
Портрет 26-летней русской красавицы обожавший ее Франсуа Ксавье Винтерхальтер написал в 1858 году(Пензенский музей)
Жизнь двоих, счастливая или нет, всегда тайна. Редкая женщина сама точно скажет, с чего, с какого момента что-то случилось, разладилось в таинственной связи с избранником.
Между тем чаще всего измена — это финал, а не увертюра, скорее, итог душевной маеты, разлада, накопленных обид, неосуществленных желаний. И наверное, не стоит гадать о причине разлада между супругами Корсаковыми, тем более что дневников и писем — того, где человек бывает всегда откровеннее — от них не осталось.
Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова
Есть, правда, упоминание о том, что у Николая Сергеевича была дуэль из-за жены. Стрелялся он с лейб-гусаром Козловым, в чем-то похожим на него, бонвиваном, любителем весело пожить, которого вся Москва звала на французский манер — «lе Prince».
Злые языки, как правильно говорят, страшнее пистолета. И вскоре поползли слухи о том, что Варвара Дмитриевна неравнодушна к молодому гусару того же лейб-гвардейского полка Козлову. Сколько в этих слухах было истины, осталось неизвестным, но Козлова многие сравнивали с Римским-Корсаковым. Он тоже происходил из богатой московской семьи, был любителем весело пожить, завсегдатаем балов, великосветским кутилой, и вся Москва знала его по кличке, которую ему дали на французский манер — lе Prince.
Долго ли, коротко ли, но слухи эти достигли и самого Римского-Корсакова. Человек отчаянной смелости, он решил положить конец этим слухам. Во время очередного бала, оказавшись рядом с Козловым, Римский-Корсаков произнес в его адрес несколько фраз (свидетели потом пересказывали, что оскорбленный муж высказался по поводу некоторых деталей внешности и костюма Козлова). Молодой гусар вспыхнул, а на следующий день прислал Римскому-Корсакову своих секундантов!
О том, что теперь готовилась дуэль между двумя блестящими офицерами, молодыми людьми, вскоре знала вся Москва! Впрочем, и сами дуэлянты не скрывали своих приготовлений. И уж тем более не собирались молчать секунданты – прапорщик Загряжский и поручик Вяземский. Вскоре слухи о готовящейся дуэли дошли до московского генерал-губернатора Закревского. Поразмыслив над тем, что теперь делать, Закревский вызвал отца поручика Козлова, отставного капитана Козлова, и велел ему передать сыну: он не против дуэли как таковой, но поскольку он озабочен общественным мнением и служебным спокойствием, приказывает провести поединок где угодно, только не в Московской губернии. Секунданты встретились со своими доверителями и решили, что лучшим местом для проведения дуэли будет Тверь!
18 апреля 1857 года дуэлянты вместе с секундантами отправились в Тверь по железной дороге. Чтобы не привлекать внимания, Козлов со своим секундантом Загряжским сел в поезд на станции Химки, а Римский-Корсаков со своим секундантом Вяземским и доктором Новацким – на станции Подсолнечная. Прибыв в Тверь, секунданты наняли экипажи для дуэлянтов (сами они, согласно дуэльному кодексу, не могли встречаться лично до проведения поединка). Пока дуэлянты ожидали в наемных экипажах, секунданты на Тверской почтовой станции наняли лошадей, а также дождались приезда тверского доктора Новацкого, который был извещен о дуэли заранее и должен был выбрать место для проведения поединка.
Где именно проводился поединок, осталось неизвестным, а в материалах следствия об этом не сообщается. Говорится только, что для дуэли была выбрана тенистая аллея на некотором отдалении от самой Твери, «в виду тверской гостиницы». Определили дистанцию, на которой предстояло стреляться, предложили дуэлянтам (так требовали правила) решить дело примирением, однако ни Козлов, ни Римский-Корсаков не согласились и изъявили желание стреляться.
Бросили жребий, и первый выстрел достался Козлову. По показаниям секундантов, перед тем как стрелять, он еще раз спросил противника, не желает ли тот принести извинения за те оскорбительные слова, которые произнес на балу. Римский-Корсаков не стал отвечать, и раздался выстрел. Римский-Корсаков упал как подкошенный! Пуля из пистолета Козлова прошла между двумя ребрами в правом боку и засела возле позвоночника. Раненого немедленно перенесли в карету и полным ходом отправились в гостиницу, близ которой проводился поединок. Там доктор Новацкий сделал разрез и извлек пулю, а саму рану зашил. Как потом установило следствие, рана могла бы стать смертельной, если бы не искусство медика, который оказал раненому неотложную помощь. После чего Римского-Корсакова в сопровождении секунданта посадили на поезд и отправили обратно в Москву. В тот же день в Москву вернулись и все остальные участники дуэли.
На поединке Козлов тоже чудил. Заметив, что тот медлил подойти к барьеру, Корсаков взорвался:
«Да поскорее вы! Подходите!»
Козлов хладнокровно отвечал:
«Я забыл калоши, боюсь промочить ноги».
Когда же Корсаков, рассвирепев, снова закричал на него, тот добавил:
«Я готов рисковать жизнью, но не желаю схватить насморк».
Но дуэль есть дуэль. И господа играли со смертью. Козлов выстрелом в грудь ранил Корсакова. Тот упал. Думали, рана смертельна, но пуля, скользнув по ребрам, засела возле позвоночника. Ее вынули простым надрезом ножа.
Однако теперь в дело вмешались тверские власти! Гражданский губернатор Твери Бакунин распорядился самым тщательным образом провести следствие. Полицейские отработали безупречно: в течение нескольких часов были разысканы и допрошены и извозчики, которые доставили дуэлянтов к месту поединка, и акушерка Перхурова, помогавшая доктору Новацкому извлекать пулю. После чего губернатор Бакунин написал всеподданейший отчет на имя императора Александра II и отправил в Петербург. Губернатора можно понять. Больше всего его оскорбило, что московские офицеры избрали Тверь местом своего поединка «из личных неудовольствий», подвергая опасности и жителей, и репутацию Тверской губернии…
Эта история закончилась плохо для обоих участников. И Козлов, и Римский-Корсаков за проведение дуэли были лишены всех воинских наград, званий, разжалованы в рядовые и уволены из армии (секунданты получили по три месяца тюремного заключения). Для Николая Римского-Корсакова это означало крах карьеры. Он счел за лучшее выйти в отставку, и после, как писали современники, «щеголял в светском платье, по-прежнему посещая все московские балы».
Правда, посещал балы он уже в одиночестве! Дуэль повлекла за собой и окончательный распад семьи: Римский-Корсаков развелся с женой, и Варвара Дмитриевна вместе с детьми, получив богатые отступные при разводе, окончательно уехала в Париж
Это было время, когда на французском троне сидел племянник Наполеона Бонапарта — Наполеон III. Он словно задался целью ослепить всю Европу роскошью своего двора, которая у людей с тонким вкусом вызывала раздражение. Все было чересчур, перегружено, всему изменяло чувство меры. Появились подделки «под мрамор», «под золото».
Наполеон III
Женщины явно усердствовали в обилии драгоценностей. Пример подавала сама императрица Евгения Монтихо, отчаянная щеголиха, ревностно относившаяся к впечатлению, которое производила ее красота — действительно замечательная! — на окружающих. Она изобретала одно развлечение за другим, лишь бы была возможность продемонстрировать изысканные, но слишком затейливые туалеты и себя в них. В ней говорило ущемленное самолюбие женщины, муж которой собрал себе целый гарем из актрис и ловил любой момент, когда в обычном костюме можно будет покинуть Тюильри, чтобы как частному лицу отменно повеселиться.
Императрица Евгения в окружении фрейлин, 1855, Chateau de Compiegne Winterhalter
На один из костюмированных балов зимой 1863 года Римская-Корсакова явилась в костюме жрицы Танит — произведение Флобера «Саламбо» было тогда в большой моде. Весь наряд Варвары Дмитриевны состоял из наброшенной газовой ткани.
Разумеется, ее великолепная фигура предстала перед восхищенными взорами завсегдатаев Тюильри почти что во всей своей первозданности. Гости замерли. Лицо Евгении пошло красными пятнами. Через несколько минут к Корсаковой подошли жандармские чины и предложили ей покинуть дворец.
Скандал вышел на славу. Варвара Дмитриевна удивляла всех своей красотой, теперь удивила своею дерзостью. Тюильри было не единственным местом, где она продемонстрировала милые новшества своих одеяний. На курорте в Биаррице сотни глаз наблюдали, как русская нимфа выглядела так, «как будто только что вышла из ванны». Тут есть, вероятно, доля преувеличения, однако мадам Корсакова действительно своими смелыми костюмами и наготой прекрасного тела противопоставляла себя претенциозной вычурной моде, которой следовали при наполеоновском дворе.
Что-то буйное, страстное бродило в этой женщине и, не находя выхода, лишь иногда прорывалось наружу причудливым, фантастическим маскарадом. Однажды на балу, состоявшемся в Министерстве морского флота, Варвара Дмитриевна появилась на колеснице, которая была удивительна тем, что возница был наряжен в костюм крокодила. Сама же она стояла наверху, одетая в наряд дикарки. Разноцветные перья и лоскуты ткани, облегавшие ее фигуру, позволяли собравшемуся обществу оценить, как писали, «самые совершенные ноги во всей Европе».
...Варвара Дмитриевна, наверно, была самой дерзкой фигурой, но отнюдь не единственной среди русских женщин при дворе Второй империи. Наравне с ней блистали красотой, изысканной роскошью нарядов и умопомрачительными бриллиантами графиня Толстая, дочь князя С.В.Трубецкого — графиня де Морни.
Княжна Софья Сергеевна Трубецкая (1838, Москва — 27 июля 1898, Мадрид, Испания) — предполагаемая дочь Николая I, в замужестве графиня де Морни.
Родилась в семье Сергея Васильевича Трубецкого (1815—1859) и красавицы Екатерины Петровны Мусиной-Пушкиной (1816—1897), фаворитки Николая I.
В 1856 году на коронации императора Александра II в Трубецкую влюбился французский посол герцог Шарль Луи Огюст де Морни (1811—1865), единоутробный брат императора Наполеона III. Фрейлина А. Тютчева писала:
"...Самая громкая новость дня — свадьба молодой княжны Трубецкой и Морни… Блестящий посланник безумно влюблён и делает великолепные подарки своей красавице-невесте. В сочельник он преподнёс ей колье из двенадцати крупных бриллиантов. Говорят, что против брака только мать малышки, она считает, что жених слишком стар и не имеет прочного положения и состояния"
Софья стала одной из первых красавиц Парижа. Помимо этого она славилась своей экстравагантностью, пристрастием к экзотическим птицам, японским собачкам и восточной утончённости.
Графиня Закревская (Толстая) Аграфена Федоровна
Пушкин посвятил ей в том числе следующие строки:
Твоих признаний, жалоб нежных
Ловлю я жадно каждый крик:
Страстей безумных и мятежных
Как упоителен язык!
Но прекрати свои рассказы,
Таи, таи свои мечты:
Боюсь их пламенной заразы,
Боюсь узнать, что знала ты.
Софья Трубецкая в 1863 году. Портрет кисти Франца Винтерхальтера
Вокруг них словно образовывалось магнитное поле, которое притягивало поэтов, художников, искателей приключений. Здесь разбивались сердца, совершались безумства, вспыхивали романтические истории, легенды о которых потом передавались из поколения в поколение.
***
Мудрено не задаться вопросом: почему именно они? Откуда эти замашки владычиц мира у рожденных в рабской стране?
Александр Дюма-сын, сам женившийся на зеленоглазой красавице Нарышкиной, восхищался русскими дамами, которых «Прометей, должно быть, сотворил из найденной им на Кавказе глыбы льда и солнечного луча, похищенного у Юпитера... женщинами, обладающими особой тонкостью и особой интуицией, которыми они обязаны своей двойственной природе азиаток и европеянок, своему космополитическому любопытству и своей привычке к лени».
Александр Дюма-сын
Надежда Кнорринг-Нарышкина-Дюма (1827–1895), жена французского писателя Александра Дюма-сына.
***
Он, знаток женщин, их поклонник, друг и беспощадный судья, считал дочерей России «эксцентрическими существами, которые говорят на всех языках, смеются в лицо всякому мужчине, не умеющему подчинить их себе... самками с низким певучим голосом, суеверными и недоверчивыми, нежными и жестокими. Самобытность почвы, которая их взрастила, неизгладима, она не поддается ни анализу, ни подражанию».
Никакая цитата не кажется длинной, если это попытка мужчины понять природу женщины, да еще из такой страны, как Россия.
Князь Д.Д. Оболенский, хорошо знавший Варвару Дмитриевну писал о ней, что она
"считалась не только петербургскою, но и европейскою красавицей. Блистая на заграничных водах, приморских купаньях, в Биарице и Остенде, а также в Тюильри, в самый разгар безумной роскоши императрицы Евгении и блеска Наполеона III, В.Д. Корсакова делила успехи свои между петербургским великим светом и французским двором, где ее звали la Venus tartar". Ее называли во Франции "татарской Венерой".
В Корсаковой чувствуется уроженка волжских берегов, из века в век дававших пристанище и славянам, и калмыкам, и булгарам.
Многочисленные поклонники не раз звали красавицу под венец, но она неизменно отвечала отказом. Под обаяние «русской Венеры» попал и художник Винтерхальтер, который писал ее портреты дважды. Его часто обвиняли в преувеличении достоинств моделей, но на этот раз ослепительная красота позирующей не требовала гиперболизации. Портреты написаны с особой симпатией и теплотой.
Так написать женский портрет, как это делал Франц Великолепный (такое прозвище Франц Ксавьер Винтерхальтер получил в светских салонах Франции), умели в Европе середины XIX века немногие живописцы. Заказчицам импонировало, что он, как никто, умел придать фигуре грациозность и изящество, глазам – таинственность, а улыбке – легкое лукавство.
А как он передавал изысканные дамские туалеты! Под его кистью шелковисто струится атлас, тончайшей паутиной окутывают дамские плечи кружева, искрятся драгоценные камни. Немаловажно, что он принципиально не видел у дам недостатков. На его портретах все они красивы, но при этом не просто узнаваемы, а очень похожи на самих себя. А вот это уже – великое искусство.
Иметь портреты от Винтерхальтера хотели не только коронованные особы. Вы можете себе представить принцесс и графинь, «стоящими» в очереди и пишущими чуть ли не на ладони порядковые номера?
А великий романист Александр Дюма видел это своими глазами:
«Дамы в течение месяцев ждут своей очереди, чтобы попасть в ателье Винтерхальтера и Дюбюфа, они записываются, они имеют свои порядковые номера и ждут – одна год, другая восемнадцать месяцев, третья два года. Наиболее титулованные имеют преимущества. Все дамы мечтают иметь в своем будуаре портрет, написанный Винтерхальтером или Дюбюфом».
Добавить, как говорится, нечего.
У Варвары Римской-Корсаковой не было близких подруг. Ее сын Дмитрий считал, что за эпатажными выходками матери пряталось отчаяние.
У этой женщины было все: внешность, богатство, семья – красавец муж и трое очаровательных сыновей. А потом всё в одночасье рухнуло: развод, дети выросли, красота и здоровье постепенно покидали ее.
Дмитрий рассказывал, что Варвара часто вспоминала свои юные годы, блеск российских балов, первые годы брака. Слуги постоянно заставали ее перед зеркалом.
Она разглядывала лицо, часами расчесывала черепаховым гребнем свои роскошные волосы. Варвара боялась старости.
Может быть, поэтому смерть забрала ее слишком рано? Она покинула этот мир в сорок пять лет в следствие сердечной болезни.
Сын Николай продал ее поместье во Франции и вернулся в Россию к отцу, где позже женился на Катеньке Араповой (дочь Натальи Николаевны Пушкиной от ее второго брака с Ланским в свое время вышла замуж в семью Араповых).
Дочку Николай Николаевич назвал Варей - в честь своей матери.
_________________________________________
Рубрики: | Лики красоты. |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |