Ален Делон и Роми Шнайдер: нет ничего холоднее мертвой любви |
«Они будто связаны некой неосязаемой нитью», говорили друзья Делона и Шнайдер. Они казались идеальной парой, им самим казалось, что они будут счастливы с другими. «Апрель» совместно с создателем поздравительных слайд шоу и романтических признаний Morevi.ru рассказывает историю любви одной из самых красивых пар ХХ века.
И букет алых роз
Они познакомились в парижском аэропорту. Роми прилетела на съемки и только сошла с трапа самолета, а у подножья ее встречал Ален с букетом алых роз. Что может быть романтичнее для первой встречи? Наверное, они влюбились с первого взгляда? Ничуть! Все произошло с точностью до наоборот.
Роми – самая знаменитая молодая немецкая актриса конца 50-х, родом из театральной семьи (ее родители и бабушка были актерами), дебютировала на экране в 15 лет. К 20-ти Шнайдер сыграла юную императрицу Сисси в одноименном сериале и стала звездой. Предложения посыпались одно за другим. Ее мать и отчим тщательно отбирали варианты и остановились на мелодраме француза Пьера-Гаспара Юи «Кристина» – вольной экранизации пьесы австрийского писателя Артура Шницлера «Игра в любовь», о трагической связи невинной красавицы и молодого лейтенанта.
Главная роль была предложена 23-летнему Делону. Ален – сын колбасника, отслуживший в армии, какое-то время болтавшийся без дела, а потом решивший податься в актеры. Он тоже уже сыграл в паре фильмов, но был абсолютно никому не известен. «Слишком красив, чтобы стать актером», часто говорили ему менеджеры и антрепренеры. Его гонорар за съемки в этом фильме был в пять раз меньше ее.
При встрече Ален был одет с иголочки, причесан и старался выглядеть как настоящий джентльмен. «Я подумала: ну и пошлятина, а мальчик этот – просто тоска!», писала Роми позже в своем дневнике. Она произвела на него не лучшее впечатление: «Тщеславная, сладкая венская дурочка, без малейшего шарма».
Она не говорила по-французски, он не говорил по-английски или по-немецки. Оба не понравились друг другу и провели первые дни работы над фильмом в постоянной борьбе и ссорах.
«Австрийская булочка» и парижский плэйбой
Что произошло потом не было понятно, наверное, даже им двоим. Любовная лихорадка с экрана вдруг перебросилась в реальную жизнь. Когда после премьеры, которая проходила в Германии, Ален улетел домой в Париж, Роми не выдержала, собрала вещи и отправилась следом.
Надо ли говорить в каком возмущении была ее мать, строго следившая за дочерью. Роми в детстве даже училась в католической школе. Давление семьи и общества было невыносимым для нее. «Можешь ли ты себе представить, каково это, когда вся страна ждет твоей дефлорации?» – рассказывала она позже подруге. Семья Шнайдер, однако, настояла на официальной помолвке с кольцом и соответствующим приемом.
Ален был полной противоположностью ее прежнего круга, он был полон жизни и плевал на условности. Влюбленные поселились в небольшой квартирке, на выходные ездили в деревню. Роми бежала за Делоном из душной Германии, где для нее не было воздуха, и оказавшись в Париже наслаждалась забытым чувством быть никому неизвестной
.
Актриса писала в своем дневнике: «В Париже я познакомилась с настоящим Аленом, колючим, импульсивным юношей, который ходил в джинсах и рубашке, всегда опаздывал на съемки, носился по городу на своем «Рено» и рассказывал мне невероятные истории».
Впрочем, со временем эта «неизвестность» стала тяготить ее, тем более, когда карьера Делона начала развиваться стремительнее. Он мог оставить ее одну и отправиться кутить с друзьями, а в ответ на все жалобы ответить – «Дорогая, но тебя ведь никто не держит!»
Немецкая пресса отозвалась на побег Роми, который с чьей-то легкой руки стали называть алениадой
, резкими и саркастическими тирадами, высмеивая французского плейбоя, похитившего икону национального кинематографа.
Пережить эти нападки помогли новые знакомства. В 1960-м Делон начал сниматься у Висконти в «Рокко и его братьях». В итоге великий итальянец взял под свое крыло и Роми: познакомил ее с самой Коко Шанель, и та сделала из «австрийской булочки» истинную парижанку – диеты, спорт, уроки стиля.
«Три человека полностью изменили мою жизнь – Ален, Висконти и Коко Шанель», – скажет Роми позже.
Разрыв
В 1963-м Роми уехала в Голливуд. Карьера там никак не хотела налаживаться, и именно в этот момент ей на глаза попалось фото в газете – Ален, на коленях которого сидела хорошенькая блондинка. Делон позвонил в тот же день, убеждал ее, что это происки папарацци и ничего не произошло. Но это была ложь.
Летом 1964 года Роми получила от Делона письмо в котором он просил у нее прощения и сообщал о своей женитьбе на Натали Бартелеми, той самой блондинке на фото. Они расстались, оба думали, что навсегда.
Роми писала в своем дневнике: «После измены Алена я была уничтожена, растеряна, унижена... Если бы это зависело от меня, я бы никогда его не оставила... И раньше были моменты, когда я говорила себе: пора кончать! Но у меня не было сил. Я очень любила его и все прощала. Ни о чем не жалею. Но Боже сохрани еще раз испытать такое — я не переживу!»
Не пережить и этот разрыв актриса могла в прямом смысле слова, в порыве отчаяния она попыталась вскрыть вены.
Оправившись от разрыва с Делоном Роми познакомилась с Гарри Майеном, немецким актером и режиссером. В 1966 году они поженились и в том же году Роми родила сына Давида. Ребенок стал центром ее существования, самым важным существом в мире.
Отвечая однажды на вопросы журналистов, она сказала: «Вы спрашиваете меня, изменилась ли моя жизнь с появлением ребенка? Скажу так: с появлением Давида я начала жить!».
Личная жизнь Делона тоже била ключом, в 1965-м, на год раньше Шнайдер, у них с Натали родился сын. Но брак с француженкой не протянул больше четырех лет. Они развелись, а с 1968-го он начал жить в гражданском браке с Мирей Дарк. Даже будучи с другими людьми (отношения Делона и Дарк длились почти 15 лет), Ален и Роми продолжали поддерживать контакт. Их дружеские отношения не мешали семейной жизни на расстоянии, но стоило им встретиться вновь…
Бассейн
В 1968 году Жак Дере по просьбе Делона предложил Роми роль в драме «Бассейн», и та согласилась. Газетчики, увидев бывшую «идеальную пару» вновь вместе, начали нарезать круги вокруг съемочной площадки.
Актеры же убеждали себя и окружающих, что никаких чувств между ними не осталось. «Съемки «Бассейна» идут без проблем. С Аленом я себя ощущаю так, как если бы это был любой другой партнер. Это очень профессионально», писала Роми в своем дневнике в сентябре 1968 года.
Делон отмахивался от репортеров со словами, что на этот раз они «любили» друг друга точно по сценарию, а Роми патетично добавляла: «Нет ничего холоднее мертвой любви». Возможно любовь и была мертва, но в день премьеры фильма французские таблоиды пестрели фотографиями пары в страстных объятиях друг друга.
Окончательного воссоединения так и не произошло, Делон ушел к Мирей Дарк, а брак Роми рухнул в одночасье. Харри Майен так и не простил жену, он начал пить и к началу 1970-х они уже фактически не жили вместе, хотя официальный развод оформили лишь в 1975 году.
В 1979 году Гарри Майен покончил с собой. Он повесился в своей квартире, использовав для этой цели платок Роми.
Прощай, моя куколка
Роми попыталась наладить свою жизнь еще раз. В 1975 году она вышла замуж за своего секретаря Даниэля Бьязини, который был моложе ее почти на 10 лет. У них родилась дочь Сара, но и этот брак закончился разводом.
Но самое тяжелое испытание было впереди. Летом 1981 года ее 14-летний сын Давид трагически погиб. Он попытался перелезть через ограду, поскользнулся и упал на металлические прутья. Когда мальчика нашли, он уже истек кровью.
Состояние Роми вряд ли можно описать словами. Единственным, кого она подпустила к себе тогда был Ален. Делон взял на себя организацию похорон и все формальности.
Год спустя в ночь на 29 мая 1982 года Роми Шнайдер нашли мертвой у себя дома. Медицинская экспертиза показала, что она скончалась от остановки сердца в результате постоянных нервных перегрузок.
Организацией похорон вновь занялся Делон. У гроба он стоял все с тем же букетом алых роз. Позже он сделал так, чтобы прах сына Роми перезахоронили в ее могиле.
Через неделю после похорон актер опубликовал открытое письмо к Шнайер под заголовком «Прощай, моя куколка», в котором писал: «Мне говорят, что ты мертва. Виноват ли в этом я? Да, это из-за меня твое сердце перестало биться. Из-за меня, потому что 25 лет назад меня сделали твоим партнером в «Кристине».
После смерти Роми Делон в течение нескольких лет был женат на голландке Розали ван Бремен, которая родила ему двоих детей.
Сейчас ему 80, и он вновь холост.
Десятое апреля 1958 года. В аэропорту Орли приземляется авиалайнер Constellation. Винты еще вращаются, когда к самолету устремляются четверо мужчин: продюсер Мишель Сафра, режиссер Пьер Гаспар-Юи, молодой актер, о котором уже говорят, Ален Делон и его приятель Жан-Клод Бриали.
Они приехали встречать одну из самых известных звезд европейского кино, Роми Шнайдер. После выхода фильма «Сисси — молодая императрица» миниатюрная немка уже стала идолом для целого поколения молодых девушек, и теперь ей предстояло сыграть главную роль в фильме «Кристина», подготовкой которого они занимались несколько месяцев.
Продюсер передаст фотографии прессе, и на следующий день они, разумеется, появятся на страницах «Пари-пресс» и «Франс-суар». Роми Шнайдер снимается во французском фильме — это сенсация! Сафра счел, что Ален Делон, вручающий Роми огромный букет роз, отлично оживит снимки. С этого букета и начался роман между Аленом Делоном и Роми Шнайдер.
В костюме и при галстуке Делон выглядит чрезмерно нарядным. Он слишком красив, слишком молод, слишком аккуратно причесан, — думает Роми. Даже букет цветов кажется ей «слишком красным». Сама она одета в простой костюм. Невинная юная девушка, — решает Делон.
С обеих сторон это, безусловно, не самое лучшее начало. Но проходят дни, и Роми открывает для себя Делона — полную противоположность «идеальному зятю», за которого она его поначалу приняла. Он одет в более привычные для него спортивные рубашки и джинсы, а его волосы взъерошены после сумасшедшей езды на MG с откидным верхом. В нем чувствуется бунтарская искра, что-то дикое и необузданное; он всегда опаздывает, и его единственное оправдание — его улыбка. Роми очарована.
Позднее Делон признается, что они часто спрашивали друг друга: «Кто первый влюбился? Ты или я?» И всегда приходили к одному ответу: «Ни ты, ни я. Мы оба!»
Съемки фильма «Кристина» проходят в Вене. В парке на окраине австрийской столицы Кристина (Роми) держится высокомерно по отношению к Францу (Делон). После фотосессии на лодке они садятся на бревна. Франц наклоняется к Кристине и впервые целует ее. Но когда Ален Делон наклоняется поцеловать Роми Шнайдер, он не играет. Вымысел и реальность сливаются. Это происходит на глазах у всей съемочной группы. Делон разжигает огонь страсти в сердце Роми и вовсе не намерен тушить разгоревшееся пламя.
На следующий день после окончания съемок «Кристины» Роми Шнайдер сопровождает Делона в аэропорт Вены. У трапа она целует его в последний раз. Но в отеле ее ждет письмо от Алена. Оно начинается словами «Моя Puppele» — моя куколка, на немецком. Делон признается, как грустно ему покидать ее и как он хочет снова быть с ней. Фактически он признается ей в любви.
На следующий день Роми должна лететь в Кельн. Она должна взять себя в руки. Ее ждут съемки, контракты уже подписаны. Но, когда приходит время, она меняет билет — на Париж!
Ею движет любовь, но не только. Для нее роман с Делоном — это и возможность сбежать от Магды, ее матери, от которой она уже успела отвыкнуть, но которая теперь следует за ней по пятам, и особенно от «папочки», Ганса Герберта Блатцхайма, хищного отчима с похотливым взглядом и двусмысленным поведением. Позже она призналась: «Мне было четырнадцать или пятнадцать. Он несколько раз наваливался на меня. Его мерзкие руки щупали мою грудь, тянулись под юбку. Мне не хватало сил оттолкнуть его. Я чувствовала себя грязной, мне было стыдно».
С самого начала своей карьеры в кино Роми была для него курицей, несущей золотые яйца. Но молодой женщине хотелось самой выбирать роли. Когда зашла речь о съемках второй, а затем и третьей серии «Сисси», она взбунтовалась, но после все же сдалась.
Когда Роми прилетела к Делону в Париж, он жил на набережной Малакке, у своего агента Жоржа Бома. Роми переехала к своему возлюбленному. Бом занялся карьерой Роми.
Мать или отчим звонят ей каждый день. Напоминают о контрактах, сценариях, инвестициях. По большей части чтобы ее образумить. Они все пытаются предостеречь свою белую голубку от бесстыдника-француза, которому нужна не она, а ее слава и деньги. Три месяца спустя Магда и Ганс осознают всю тщетность своих попыток разбить молодую пару. 22 марта в Лугано Роми и Делон отмечают помолвку.
На первые гонорары Делон купил дом в Париже на Авеню де Мессин, куда влюбленные вскоре переезжают. Но любовь не препятствует им строить карьеру.
«На ярком солнце», фильм, за главную роль в котором Делону пришлось бороться, вышел на экраны 10 марта 1960 года. И весь мир убедился в том, что Делон не просто перспективный красавчик, разбивающий сердца, он настоящая звезда. Роми, переехав в Париж, уже не так популярна в Германии, как прежде. «Она стала жить во Франции, и ее считали предательницей», — объясняет Михаэль Юргс, бывший редактор «Штерн».
Ей необходимо заняться своей карьерой. Но во Франции Роми остается Сисси, воплощением старомодного сентиментального кино, скучного и безнадежно устаревшего. Позднее она с горечью скажет: «Немцы отвернулись от меня. Во Франции как актриса я не существовала».
Ее положение усугубляется еще и тем, что после успеха фильма «На ярком солнце» Делон пользуется бешеным успехом везде, где бы он ни появился. Когда она вместе с ним едет на ужин, прием или премьеру, с ней обращаются очень дружелюбно, но центром внимания остается ее возлюбленный.
Роми едва исполнилось двадцать, а она уже упавшая с небосклона звезда. «Впервые в жизни, — признается она позже, — я позавидовала успеху»
.
Роми спасает Лукино Висконти. Режиссер работал над «Боккаччо-70». Этот фильм, с его тяжелыми пурпурными портьерами, стал для его протеже чем-то вроде театрального бенефиса.
Очередное стечение обстоятельств, которыми пронизана вся их история, приводит к тому, что в 1962 году Роми и Делона приглашают в Канны на кинофестиваль. В зените славы звезды Роми и Делона сияют одинаково ярко. Однако теперь, когда они в равной степени успешны, им становится крайне трудно скоординировать свои расписания.
Роми сегодня в Париже, а уже завтра в Риме. То же самое и Ален, но совсем не обязательно в те же дни. Встречи с режиссерами, примерки, подписание контрактов, интервью, фотосессии, личные и профессиональные обязательства. Их встречи наполнены страстью, но каждый из них — сильная личность, и малейшее раздражение приводит к столкновению характеров.
Возникает ощущение, что они не могут больше контролировать ситуацию. Что они расходятся все дальше. Моменты близости наполнены страхом неотвратимого расставания. Это постоянное состояние неудовлетворенности порождает обиду, горечь, отстранение. Со дня помолвки в Лугано журналисты не перестают донимать их вопросом: «А когда свадьба?» Но они по-прежнему откладывают этот великий день
.
Ребенок? Несомненно, они о нем думали, но никогда не говорили, по крайней мере на публике. Позднее Анни Жирардо вспомнит, как однажды в 1962 году Роми открылась ей: «Она смотрела, как я нянчу своего малыша, укачиваю его, а потом сказала Алену: “У нас тоже будет ребенок”. Он промолчал». Общих детей у них никогда не было.
Все окончательно пошло под откос в 1963 году, когда Роми согласилась поехать в Америку на презентацию «Боккаччо-70», фильма Висконти, который так много для нее значил. В Голливуде Роми Шнайдер встретили как королеву. В ней видели новую Марлен Дитрих. О «Сисси» никто не упоминал. Ее приглашали всюду. Это был ошеломительный успех.
«Коламбия» предложила ей контракт на три года. Чувствовала ли она, что отношения с Делоном близки к концу и ей нужна новая цель в жизни? Во всяком случае, контракт она подписала.
Для Роми Америка могла воплощать новое начало. Вдали от Делона. Вдали от матери и «папочки» Блатцхайма. Вдали от немецкой прессы, которая не переставала преследовать и критиковать ее с тех пор, как она переехала жить в Делону. Но…
Летом Ален Делон приехал навестить Роми Шнайдер в Лос-Анджелес. Он не предупредил ее о своем приезде и появился как раз в тот момент, когда она ждала телефонного звонка из Испании, где проходили съемки Делона, чтобы с ним поговорить. «Он был мастер на такие сюрпризы», — позднее вспомнит Роми.
Но что на самом деле заставило Алена Делона пересечь Атлантику? Радость воссоединения с любимой или подтверждение мучительного чувства — ощущения, что изначальный жар их любви не сменился нежной близостью? Как бы то ни было на самом деле, Роми он ничего не объяснил. Позже она будет прокручивать в голове его визит, час за часом, минута за минутой, но каждый раз будет приходить к одному и тому же заключению: «Он был таким, как всегда». И все же…Роми и Делон не всегда были верны друг другу. Такова уж природа соблазнителей — им всегда требуется подтверждение. Но Делон сделал свой выбор. С тех пор в его жизни появилась другая женщина, Натали Бартелеми
.
В ноябре Жорж Бом, европейский агент Роми, приезжает к ней с портфелем, набитым сценариями. С его появлением в большом доме оживает дух Парижа. Как будто тень Алена. Сам актер в это время находится на Французской Ривьере. Однажды утром Роми слышит, как Жорж разговаривает с ним по телефону. Она к этому привыкла, они разговаривают все время. Но этим утром Жорж Бом впервые не передаст ей трубку. «Почему ты не дал мне поговорить с Аленом?» — спросит она. Жорж Бом вынужден признаться. «Роми, — печально говорит он. — Вам нужно собраться с силами. У меня для вас письмо. Ален сунул его в мои бумаги перед отъездом». Роми прочла письмо, все 15 страниц. Позднее она скажет: «Я не ответила. Говорить было нечего». Время невинности миновало.
Восемнадцатого декабря 1963 года Роми Шнайдер возвращается в Париж. Она сообщила Делону о своем приезде. Может быть, в глубине души она надеялась вернуть его. Они так часто ссорились, а потом начинали все заново.
Но он ее не встречает. «Квартира была пуста, — вспомнит она позднее. — Там был букет роз с запиской: «Я уехал в Мексику с Натали. Мне нечего сказать. Ален»
.
В Париже каждая улица, ресторан, театр напоминают ей о Делоне. Она сломлена, потеряна, разбита. Одна в своем любимом городе, она вынуждена оставлять записки на ветровом стекле Делона. Она погружается в депрессию, ее затягивает в порочный круг транквилизаторов и алкоголя. Поползли слухи, что у нее куча романов.
«Моя жизнь — ад», — напишет она в своем дневнике в январе 1965 года. Делон сломал ей крылья. Без него существование невозможно.
Первого апреля 1965 года в берлинском «Европа-Центре» она знакомится с Гарри Майеном. Ему 41 год — он на 14 лет старше ее. Хотя он тоже актер, но больше известен как театральный режиссер и постоянный режиссер театра Kömodie. Они стали работать вместе, но очень скоро их дружба перерастает в любовь. Однако Гарри Майен был женат, и немецкая пресса вновь набрасывается на Роми. В конце концов она оплачивает его развод.
Пятнадцатого июля 1966 года в Сен-Тропе она выходит замуж за Гарри. Это событие держится в тайне. 1 декабря в Берлине родился их сын, Давид.
После разрыва с Делоном она написала в дневнике: «Мне нужна сила, мужчина, который подавит меня, который посадит меня к себе на колени». Таким мужчиной стал Гарри. Он хотел, чтобы она принадлежала ему. Хотел ею владеть. Изголодавшаяся по любви Роми окунулась в его всепоглощающее внимание. Теперь она почти все время гуляет с детской коляской по Грюнвальду, где они живут.
Летом следующего года Делон объявляет о своем разводе с Натали.
Когда Делон прочитал сценарий к фильму «Бассейн», ему понравилась роль беспокойного, преследуемого внутренними демонами человека, которую режиссер Жак Дерей задумал под него. Но кто из актрис подойдет на главную роль? Натали Вуд или Энджи Дикинсон, с которой у него был роман в Голливуде? Моника Витти? «Может, пригласить Роми?» — предлагает Делон. «Она уже не та», — возражает продюсер. Но Делон всегда получает то, что хочет. После нескольких дней жарких переговоров он заявляет: «Или мы с Роми играем вместе, или фильма не будет».
Вместе с Жаком Дереем Делон отправляется к Роми в Берлин. «Мне нужна настоящая пара, мужчина и женщина, которые знают друг о друге все, которые знают, на что каждый из них способен», — объясняет режиссер. И Роми соглашается.
Конечно, она боялась встречи с мужчиной, которого так сильно любила. Чего он хочет? Вернуть ее? Или это игра на публику? Или он искренне хочет ей помочь? Сомнения гложут ее, но желание снова оказаться на съемочной площадке берет верх. Предложение было сделано как нельзя вовремя
.
Фильм пронизан диалогами, в которых эхом отдается их собственная история. Роми: «Я счастлива, когда ты рядом. Большего я не прошу». Делон: «Когда женщина проявляет ко мне интерес, я влюбляюсь в нее моментально». Позднее Роми напишет в дневнике: «Все было строго профессионально. Я не чувствовала ничего, как будто целовала стену».
Тем не менее сами съемки и в еще большей степени энтузиазм, с которым был встречен фильм, возродили в ней уверенность в себе. Спустя четыре года после разрыва Делон подарил ей не просто роль: он подарил ей новый шанс. «Как я и предполагал, с “Бассейна” начался новый взлет настоящей и серьезной карьеры Роми Шнайдер», — скажет он позднее.
По окончании съемок Роми просит Гарри Майена переехать всей семьей в Нейи. Однако во Франции немецкий режиссер превращается в мсье Шнайдера. Терзаемый оскорбленной гордостью, он ищет спасения в алкоголе и таблетках, как и Роми. Саморазрушение Гарри пагубно влияет на нее. Единственный способ спастись — уйти от него. Но Гарри Майен чувствует, что не сможет жить после ухода Роми. Он хочет получить право опекунства над Давидом, и немецкая пресса встает на его сторону. Роми не сдается. Ей удается оставить сына при себе, но лишь после того, как она выплачивает Гарри 1,5 миллиона марок. Десять лет назад она заплатила за его развод, в теперь, в 1975 году, заплатила за то, чтобы уйти.
Даниэль Бьясини был шофером Роми. Их разделяли восемь лет, но, устав от неустроенного хаотичного существования и от романов с Бруно Ганцем, Жаном-Луи Трентиньяном и Жаком Дютроном, которые ни к чему не привели, Роми приходит к выводу, что этот красивый мужчина, возможно, как раз тот, кого она ищет: «Всю жизнь я пыталась собрать под одной крышей мужа, детей, карьеру, успех, деньги, свободу, надежность и счастье».
Восемнадцатого декабря 1975 года в Берлине Роми выходит замуж за Даниэля Бьясини. 21 июля 1977 года у нее родилась дочь Сара.
Однако Роми словно лишена способности быть счастливой. Уже в 1979 году ее брак с Бьясини начинает распадаться, несмотря на присутствие Давида и Сары. Как будто рождение ребенка для нее — точка невозврата к глубоким чувствам к мужчине. Как это ни странно, но, возможно, именно из-за отсутствия ребенка ее страсть к Делону пылала так долго.
Процесс саморазрушения на этот раз запускает смерть Гарри Майена. Его кончина вызвала у Роми глубочайшее чувство вины. Чтобы приглушить боль, она снова обращается к алкоголю. Она становится раздражительной. Бьясини прячет от нее бутылки. «Какое ты имеешь право?» — возмущается она. Терпение Бьясини лопается. Он уезжает в США. Роми подает на развод.
Ей 41 год, и она не перестает повторять себе, что она стара, очень стара. А потом «скорая» увозит ее в больницу. Врачи диагностируют опухоль: ей предстоит вырезать почку. Ее тело начинает сдавать. Несчастья преследуют ее.
Сыну Роми Давиду всего 14, но он опора и поддержка матери, в которой она так нуждается, хотя он и против развода, поскольку считает Бьясини своим отцом.
В воскресенье, 5 июля 1981 года, он взбирается на металлический забор дома родителей Бьясини, в котором он проводил выходные. Соскользнув, он падает прямо на железные прутья. Роми примчалась в больницу, но врачи не смогли спасти ее мальчика. «Когда я сообщил ей новость, она не кричала», — вспоминает хирург.
Позднее Делон скажет: «В тот день, когда умер Давид, Роми покинула нас. С того момента она больше не хотела жить».
Делон понимает ее состояние. Он рассказывает ей о новом фильме, в котором они вместе будут играть. Но он хочет, чтобы фильм был достоин восхищения, которое он испытывает к Роми. Сценарий переписывается несколько раз. Наконец съемки фильма назначены на лето 1982 года
.
Присутствие ее новой любви, Лорана Петана, делает жизнь Роми проще. Они покупают дом в Буасси-Санс-Авуар, среди пшеничных полей, но Роми все больше погружается в депрессию. После смерти Гарри Майена она добавила к алкоголю лекарства, хотя Лоран Петан, находя таблетки, немедленно их выкидывал.
В полночь в пятницу, 28 мая, после ужина у друзей, Роми и Лоран Петан возвращаются в свой дом в Париже на улице Барбе-де-Жой. «Иди спать, — говорит она ему. — Я побуду с Давидом, послушаю музыку».
Лоран Петан не удивился. Каждый вечер она разговаривает с Давидом, с его фотографиями. Тем вечером, она, как всегда, наливает себе бокал бордо, затем еще один…
Ночью Петан, проснувшись, не видит ее рядом. Встревоженный, он идет в гостиную. Он думает, что она спит, и относит ее в постель. Ранним утром он обнаруживает ее без признаков жизни — она умерла.
Известие о смерти Роми застает Делона в Перигоре. Ему сообщает об этом продюсер Ален Терзян. Через несколько часов они уже были на улице Барбе-де-Жой. «В комнате, где лежало ее тело, Ален сразу встал на колени, — вспоминает Терзян. — Он поцеловал ее и зарыдал».
Всю ночь Делон не покидает тело Роми и пишет письмо, которое заканчивает словами: «Ich liebe dich. Я люблю тебя, моя Puppele».
В день похорон Делон отказался идти в церковь и на кладбище. Он не хотел показываться перед фотографами, потому что знал, что не сможет сдержать слез. Он пришел попрощаться с Роми в ее дом и, перед тем как ее тело положили в гроб, сделал три поляроидных снимка. С тех пор он всегда держит эти снимки в своем бумажнике. В своем сердце.
Есть что-то глубоко трагическое в том, с каким благоговением Делон относится к памяти Роми. Возможно, ключ к его отношению можно найти в признании, которое он сделал в 2009 году: «Мне следовало на ней жениться».
Посмотреть полностью:
http://www.spletnik.ru/blogs/pro_zvezd/104183_odna-istoriya-lyubvi
/
Рубрики: | ЖЗЛ Лучшее на Li.ru Кино |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |