"Литературная газета"
Встреча двух известных писателей – Михаила Задорнова и Сергея Алексеева – в редакции «Литературной газеты» переросла в разговор об истории формирования русского языка, всего русского мира. На сей счёт у обоих собеседников имеются свои, взаимодополняющие концепции, во многом отличные от официально-научных, но, безусловно, заслуживающие пристального внимания, особенно в пору продолжающегося читательского интереса к «Новой хронологии» А. Фоменко и Г. Носовского. Вообще поиск исторических истоков России, пусть даже и вполне гипотетических, отражает устремление современников в будущее, а по словам русского фольклориста Юрия Миролюбова, «человек, не знающий историю своего народа, является не субъектом, а объектом цивилизации и культуры».
Сегодняшним диалогом «ЛГ» открывает авторскую рубрику Михаила Николаевича Задорнова – его беседы с не менее замечательными писателями. Мы предполагаем сделать эту рубрику ежемесячной.
Михаил ЗАДОРНОВ:
– Мы сегодня посвящаем нашу беседу писателю Сергею Алексееву, потому что он первым в современной России подтолкнул многих читателей к просветлению, к правильному видению и пониманию истории. Он написал романы, сами по себе очень интересные, в современном стиле фэнтези и детектива – только чтобы захватить наше воображение. Но при этом романы раскрывают очень интересную, верную философию, историю, которые подавлялись на протяжении почти 2000 лет. С тех пор как мы попали под влияние Запада, это полностью считалось закрытой темой. Потому что немцы всегда руководили знаниями на Руси, тем более во времена Романовых. То, что знает Алексеев, знают немногие…
Блок из шести его книг «Сокровища Валькирии», «Волчья хватка», «Аз Бога ведаю», «Роковой срок» и т.д. точно попадает в ту историческую, нравственную область, которая сегодня нужна русскому человеку. Должен вам сказать, что молодёжь сегодняшняя отличается удивительным качеством: первое, они хотят любить свою Родину и им не стыдно об этом говорить. Я сейчас с молодыми выступаю на сцене, и, когда рассказываю про один коллектив, который не уехал навсегда в Канаду из любви к России, зал аплодирует. Алексеев помогает молодёжи обрести чувство любви к Родине. Это важно именно сегодня, когда такое количество мерзопакости выплёскивается из массмедиа и телевидения. Романы Алексеева становятся живой водой.
В России образовался целый пласт читателей, которые любят Алексеева. Я в позапрошлом году путешествовал по стране. Захожу в книжный магазин в Ангарске и спрашиваю: «Алексеев есть?» – «Конечно. У нас даже есть люди, которые заказывают его по Интернету». Алексеев меньше известен в тусовочных слоях общества. Я Максиму Галкину дал читать роман Алексеева «Волчья хватка». И в момент проституционного скандала, того, прохоровского в Куршевеле, Галкин был там. Когда позвонил, я думал, будет про Прохорова рассказывать, а он мне стал зачитывать абзацы из Алексеева. А у меня с Алексеевым, чтобы закончить вступительное слово, вообще мистическая история. Мой отец был писателем, лауреатом Сталинской премии (хотя он не был никогда в партии). Ему давали на рецензирование рукописи молодых авторов. И вот в 1983 году папа мне говорит, что читал рукопись молодого писателя Алексеева, мол, удивительно талантлив, прочитай обязательно. Отец тогда жил в Риге, я в Москве и уже начинал работать как автор, пишущий для эстрадных артистов, в частности для многих известных даже сегодня. Я настоящая звезда, ну и читать не стал. Через два года папа сказал: «А ты знаешь, развивается этот молодой писатель. Я просто удивлён, какой писатель появился в Сибири».
Алексеев жил тогда в Томске. Потом прошло много лет, все эти перестройки, политика… А у меня уже начало созревать стремление к познанию глубинной сути нашего языка, пришло свежее его ощущение… Однажды с богатыми сидел за столом и обнаружил, что они даже природу, закат – не видят. А природа – проявление Бога на земле. И у меня тогда запараллелились слова «богатые» и «бог». Когда впервые сказал об этом со сцены, вдруг приходят ко мне письма, где расшифровываются многие другие слова. И у меня открылся слух к языку. Например, «извините» – из вины выйти. И я стал говорить со сцены об этом. В 2000 году подходит ко мне молодой человек, официант в ресторане «Волга». А сегодняшний официант гораздо более умный, чем его клиентура. И говорит мне: «А вы знаете, такие мысли, как у вас про Арину Родионовну, есть в романах Алексеева. Вы читали?» Я говорю: «Нет». Он мне говорит: «Прочитайте». И когда я взял первый роман «Стоящий у солнца», прочитал залпом, взахлёб. То, что люди читают до 5 утра, это бывает.
Но вот чтобы проснуться в 5 утра и начать читать – это редкость. Пошёл, купил второй роман из «Сокровищ Валькирии». Читал и удивлялся количеству совпадающих мыслей. Поразился тому, как люди, живущие как в параллельных мирах, думают одинаково. Значит, ещё много людей так думает, не может быть, чтобы нас всего двое было. Кстати, читая Полякова, испытал то же самое. В «Грибном царе» – абсолютное совпадение, единомыслие совершеннейшее. А мы разные: я – на сцене, Поляков – в литературе. Про Алексеева я тогда сестре рассказал, а она мне: «Это же тот Алексеев, о котором отец тебе говорил! Познакомься с ним». А об Алексееве ходили легенды, будто найти его невозможно, где-то на заимке живёт, в тайге...
Сергей АЛЕКСЕЕВ:
– Да, у меня было несколько заимок. Скрывался, когда начался творческий запой. Первую книгу «Сокровища Валькирии» начал писать ещё в 89-м, но бросил, не готов был. Вернулся в 91-м, когда начался мрачный период, когда всё рухнуло, когда казалось, что человеку не во что верить. Полный разлад – экономический, духовный, государственный. Нет философии, нет идеологии, ибо отменили существующую, марксистско-ленинскую. Вторая попытка открыть «Сокровища…» началась вместе с разрухой в России. Она получилась лишь потому, что понял – надо дать какую-то надежду выбитому из колеи человеку. Чтобы в смутное время было чем гордиться, за какую соломину держаться. Во-вторых, мне и самому надо было за что-то ухватиться, дабы не утонуть в пучине девяностых, когда поменяли исконно русские и вечные ценности в виде стыда, совести и общинной жизни на ваучер, бизнес и индивидуализм. Прежде всего я пытался убедить сам себя, что ещё не всё потеряно. Это одновременно было самолечением, если хотите. А иначе нужно было плюнуть на всё и запить горькую, замолчать, обидевшись на весь свет, что и происходило тогда со многими писателями. Были, конечно, моменты отчаяния, но я всё время помнил: уныние – грех великий. И вот как только я начал писать тогда ещё первую книгу «Сокровищ…», понял: в этом будет смысл и моего существования, и существования читателя, если донесу то, что задумал. Писал и лечился, вытягивая себя из смуты, поэтому переписывал трижды, чего никогда не делал раньше. Это было своеобразным тренингом.
М. Задорнов. Может, тогда расскажешь о своей концепции истории?
С. Алексеев. У меня есть свой взгляд на все исторические эпохи, связанные как с русской историей, так и с мировой. Ещё со школы думал, например, что же это было – монголо-татарское нашествие. Помните? Золотая Орда, Батый, ярлыки на княжение. Русь покорена, а в это время Александр Невский сражается с Ливонским орденом, со шведами. Получается так: покоряет нас Восток, которому уже платим дань, а мы сражаемся в это время с Западом. Казалось бы, раз под игом, пусть оккупанты и защищают тех, с кого дань берут. Ничуть! Александр Невский ведёт себя, как будто ничего не случилось, защищает северные земли, с которых тоже взимают дань. Батый не вмешивается, а покоряет тем временем Силезию и Венгрию. Когда нам в школе говорили об этом, я думал, почему же так. Если мы находимся под игом, значит, нет уже полновесной государственной власти, но почему-то есть огромное, отлично подготовленное войско Александра Невского, которое даже не пытается сразиться с Батыем? Это при нашем-то исконно русском стремлении к партизанщине? Да и во время нашествия мощное сопротивление оказали лишь Рязань и «злой город» Козельск, а остальные что, добрые были? Почему за такой короткий срок Батый покорял по тем временам огромные и хорошо заселённые и обороноспособные пространства? Почему его дед Чингисхан, высокий беловолосый и голубоглазый Темучин, ни разу не тронул Русь, а только ходил вдоль границ, покоряя Среднюю Азию и Кавказ? И вообще, кто они такие были, эти монголо-татары? Откуда взялись? Почему Русь вела себя легкомысленно и бездумно, когда Батый разорял пограничье – волжские народы? Почему, наконец, убили его первых послов, а этот яростный кочевник вытерпел это и прислал вторых? В общем, наша школьная история вызывала одни только вопросы. Но и позже у историков я не нашёл вразумительных ответов, наверное, поэтому за историю берутся даже математики, поверяя алгеброй гармонию. Вот это всё и послужило толчком, чтобы посмотреть на историю другими глазами. Начал читать первоисточники, то есть летописи, и обнаружил ещё больше противоречий, которые возбудили новые вопросы. Маялся, пока не понял, что наши летописные своды переписаны уже не один раз в угоду князьям, государям либо политическим, идеологическим событиям. И тогда начал выискивать и сопоставлять исключительно только неточности, разночтения или какие-то случайные оговорки. А ко всему этому присовокупил этимологию и топо-гидронимику. И вдруг история начала открываться, как ларец с сокровищами.
М. Задорнов. Какой метод интересный…
С. Алексеев. После этого я только так и читаю наши, так сказать, первоисточники. Последняя переписка истории была самая кардинальная, подгоняли под Романовых. Это ведь они Россию построили. Да? Историки Татищев, Карамзин, Ключевский, Соловьёв лишь закрепили эту подтасовку и преподнесли нам. Так вот, прорвавшись через романовскую переработку, можно обнаружить более раннюю, XI–XII веков, сделанную достаточно грубо, несообразно и с задачей омолодить историю Руси, показать Византии: мол, только что принявшие христианство славянские народы и племена девственно чисты, не замараны деяниями варваров, вандалов и скифов, коих очень хорошо помнили в Средиземноморье. Цель – оторвать Русь от скифского прошлого. Вот с тех пор мы и дурим Запад, выдавая себя за жертвенного ягнёнка. Пример – знаменитый поход Олега на Византию, когда он приколотил щит к воротам. Факт сохранился и в зарубежных хрониках. И тут летописец, недавно заверявший, что мы жили «скотьим образом», то есть дико и «само по собе», то есть без государственности, и что дань платили варягам и «козарам», вдруг называет численность войска – 80 тысяч на 2000 кораблях, которые ещё и посуху ходили. Учитывая даже десятикратное преувеличение, всё равно это могучая армия по тем временам. Откуда взялась? Когда воевать и строить корабли научилась? Летописец объясняет, перечисляя славянские племена, и когда надоело, проговаривается и заключает, в общем, «Великая Скуфь» пошла с Олегом.
М. Задорнов. Войско скифов.
С. Алексеев. Да, в то время ещё помнили, откуда есть пошла земля наша, от кого вышли все эти племена. Блок помнил и не зря сказал, что скифы мы. И вот в этом я узрел свою творческую задачу – вернуть связь Великой Скифии и Руси. Взглянуть на Русь «варварскую», глубинную, уже владеющую самым богатым, совершенным и могучим праславянским языком, который позже назовут русским. Языком, уже тогда вместившим в себя все представления о мире, мироздании и Вселенной. Кстати о варварах, вандалах, которые, захватывая «цивилизованные» римские и греческие города, почему-то первым делом жгли пергаментные свитки, «харатейные» книги с хрониками, сочинениями и прочими документами. Забава такая была у дикарей? Да нет же, всё проще – справляли обряд погребения, предавали огню плоть своих соплеменников, поскольку на пергамент кроме козьей шла человеческая кожа, содранная с убитых или живых ещё пленников. И самым лучшим, царским материалом была кожа детей, которых захватывали и угоняли из беззащитных славянских селений. Цивилизация! Потом эта же «цивилизация» в виде инквизиторских костров полыхнула по всей Европе, спалила и утопила в воде миллионы, особенно красивых женщин. И лишь потом, уже к XIX веку, закалившись в огне и воде, преобразилась в гуманизм. У нас-то инквизиции не было. У нас другой образ мышления. Мы совсем другие, очень уж не европейские и, наверное, всё ещё «варвары». В исторических романах я не открываю ничего нового, но связываю разорванную нашу историю. А связывается она нашим великим и могучим, поскольку язык – главный хранитель истории и этнической психологии. Это главный археологический материал сегодня. Если черепки, монетки и прочие изделия, в том числе и золотые, меркнут от времени, превращаются в прах, то слово, даже вышедшее из обихода, остаётся цельным.
М. Задорнов. Ты сказал про мир. Ведь действительно, вандалы – это наши предки. И Рим они ненавидели за их цивилизацию. Границы Рима, государства, пропиаренного на две тысячи лет вперёд, как раз и доставали границ славянских. Дальше их не пускали. И давали по римским мозгам, по сусалам именно наши предки. В их представлениях, юго-запад, как правило, – это лукавство, коварство, а север, северо-восток – это честь и достоинство. Ценности первого – золото, торгашеская психология второго – дух. Потребительство в Риме достигло своего апогея, как сегодня достигла его Америка.
С. Алексеев. С Западом у нас все войны носили идеологический характер. Всю историю. А с Востоком – экономический. Нашествие Батыя и последующее иго исключительно экономическое, монголо-татары в редких случаях зорили церкви и монастыри и никогда не стремились обратить нас в свою веру, что всегда делал Запад. Куликовская битва нанесла сокрушительный удар по Востоку, а случившаяся через 30 лет Грюнвальдская битва – удар по Западу. Умение держать два фронта – это не просто умение держать удар; способность противостоять соседним цивилизациям – признак самостоятельной, третьей цивилизации. Мы всегда стояли между Востоком и Западом. Получали то оттуда, то отсюда, но могли сопротивляться. Кстати, национальный набор наших войск, участвовавших в Грюнвальдской битве, говорит о том, что на Руси в то время уже зародилось имперское мышление: не прямым участием, а путём манипуляций Василия I в битве за наши интересы выступили поляки, литовцы и, самое главное, – татары! Мы столкнули напрямую Запад и Восток. И победил дух севера.
М. Задорнов. Но самые сильные в этом мире пока оказываются торгаши. Потому что они платят деньги за летописи. За деньги они могут экспортировать своё мировоззрение. И когда вандалы разрушали золотые храмы, разрушали всё, что связано с торговлей, с неправильным пониманием природоведческого мира, которым владели наши предки, на Западе развивалось мужское полушарие мозга, соответственно ему и язык развивался. Это уже доказано опытами учёных, по моим выступлениям, между прочим. А те, кто был ближе к природе, сохранил материнское чувствование мира. У говорящих на русском языке более развито женское, правое полушарие. Суть развития человечества – соединение одного и другого. Запад не может принять наше эмоциональное отношение к миру. А мы их рациональное – можем вполне. Я полагаю, человек разумный мог появиться только на Севере. И сегодня археологическими раскопками это подтверждается. Есть чудная русская пословица, мудрость: «Держи голову в холоде, ноги в тепле». На юге созревают ноги, а на севере созревает голова. Ни одна обезьяна не стала и не хочет стать человеком. Ей и так достаточно бананов. А где развивается разум, там и созревает первый язык, его звуковые, слоговые атомы, потом образующие молекулы-слова. Мы – носители природных знаний. Мы – корни дерева, а Запад – листва этого дерева. Листва всегда красивее, чем корни. Но если обрубить корни, человечество заглохнет.
С. Алексеев. Язык и выводит к этому пониманию. Когда начинаешь заниматься языком, тогда начинает приоткрываться мир прошлого. Словно книгу листаешь, по странице. Потом детали собираются в картинку, которая увеличивается и превращается в одну большую картину. Проникновение в глубинные пласты истории возможно только через язык…
М. Задорнов. Например, буквы «ч» нет в английском языке. Потому что «ч» – это интуиция, это чувства.
С. Алексеев. Чувственная мысль, чувственное мышление. Мы сохранили его, поскольку оно неистребимо. Существует в нас за счёт владения своим языком. Язык начинает формировать наше сознание. Глухонемые от рождения мыслят образами, не зная понятия слова. У говорящих и слышащих возникает цепочка, когда мысль рождает слово, а оно – мысль. В мгновение мы прокачиваем многие гигабайты памяти и анализируем. Да? Но пока мы не найдём соответствующего слова, выражающего нашу мысль, мы её не вытащим из своего подсознания. Так вот слово – это как раз ключ к собственным мозгам. Это делает нас умными, что называется. А человек образованный и умный – это разные люди.
М. Задорнов. Человек образованный – это память. А есть ещё разумные… Ни в одном языке мира нет слова «разумный».
С. Алексеев. Разумный – это светлый, солнечный ум. Ра – солнце, свет. То есть освещённый ум. Так вот, у нас основная масса образованных людей не имеет этого освещения. Кстати, освещение разума – это и есть способность мыслить с помощью языка. А вообще ситуация сегодня сложилась весьма плачевная. Самое главное, что пропало в современном русском языке, – это магия слова. Ведь что такое поэтический талант? Почему мы над одними стихами слезами обливаемся, а другие нас не трогают? Талант поэта – это природное умение расставить слова в магический ряд. Пушкин обладал потрясающей магией слова, вложенной ему Ариной Родионовной. Разговорный язык утратил не только магию, но и смысл слова. Если бы наши сограждане сейчас помнили значение слов «удовольствие» и «приятно», никогда бы их на людях не произносили. «Удовольствие» – воля уда, это мужской оргазм, где «Уд» – половой орган. «Приятно» от при яти, где ять, яти – овладеть женщиной. То есть слово это означало женский оргазм.
М. Задорнов. Даже в сказках Афанасьева кое-где это есть.
С. Алексеев. Смысл утратился, но магия по-прежнему существует. Все заговоры, обереги, молитвы ею обладают. Почему и нельзя менять слова даже местами.
М. Задорнов. Действие пропадает.
С. Алексеев. Совершенно верно. То есть мы должны сохранить в заговоре магический ряд.
М. Задорнов. «Ма» – это вообще первичная материя, а «га» – это движение. Движение первичной материи. То есть энергетики.
С. Алексеев. Слово «магнит» получилось от слова «магия». Магия первична.
М. Задорнов. Я приведу сейчас ещё один пример магии. Если утром с чувством произносить слова «ура», «жива», «папа», «мама», «радость», то весь день пройдёт в радости. Что это означает в вибрации? Самый сильный звук! Всякий зверь просыпается со звуком «р-р-р». Учёные после моего выступления провели эксперимент с вибрационным строем звуков, и это подтвердилось. Это же волновая механика.
С. Алексеев. Ещё пример. Слово «больной» произошло от слова «бальство», лекарство. «Бальствовать» – это лечить, ухаживать, заботиться. Отсюда «баловать».
М. Задорнов. А почему баловать? Потому что «бол-бол» означало действие. Ребёнок когда просит что-то, говорит «бо-бо». Боль – это «божья любовь», которая в современном языке превратилась в «боль», как муки страдания. «Бо» – это бог. А «л» – любовь.
С. Алексеев. «Бо» – указание, «этот», «он». Поэтому «боярин» – бо ярый муж.
М. Задорнов. Сначала возникает одно значение, потом другое.
С. Алексеев. Это как раз органическое наполнение слова. «Страда» – это буквально моление под солнцем. Оно сходно со словом «радость». «Ст» – стоять. Где есть земное «ст», обязательно будет «ра» следующее. «Страж», «страх», «стран», «странник». «Страдать» – это буквально молиться под солнцем. Праздник до сих пор сохранился, «Радуница». Вдувание солнечного огня, весенний праздник поминовения усопших, их воскресение, если хотите. И таких слов с утраченным значением у нас много. Современный человек, получивший школьное образование и даже окончивший технический вуз, владеет 2,5 тысячи слов – весь словарный запас. Людоеды, что Кука съели, владели большим числом. Разговорный язык потерял цвет, потерял внутренний смысл, стал сигнальной системой, как у первобытных людей. То есть мы возвращаемся к началу. Но самое потрясающее – при этом у нас более 50% молодых людей начиная со школьного возраста пишут стихи. Их нигде не печатают, но они пишут! А это значит, Россия выживет и останется сама собой. Потому что юноши слагают слова в магический ряд, чем и формируют своё сознание.
М. Задорнов. Тут важно намерение. Гоголь говорил.
С. Алексеев. Конечно, и качество.
М. Задорнов. Не надо на все 50% ориентироваться. Если из них 5% услышат правду, то это хорошо.
С. Алексеев. Многие повзрослеют и бросят, убоявшись графомании. Но ценна сама попытка.
М. Задорнов. У меня с Евтушенко был интересный эксперимент. К его 75-летию я начитал стихи и выпустил диск. Зная суть вибрационного строя русских слов, я стал выделять главные, обладающие самым сильным воздействием. И когда дал послушать своим одноклассницам, мало того, что все расплакались, одна ушла из комнаты и сказала, дескать, не могу, почему-то плачу, когда такое слышу. Эти стихи для молодёжи обладают удивительным качеством, если делать ударение на главное слово, знать в нём главный звук… Евтушенко прослушал и говорит, «У тебя голос вибрирует. Ты умеешь вибрировать голосом?» Я его не стал заморачивать, признался лишь, что это было сделано абсолютно сознательно.
С. Алексеев. Я не так давно раскрыл этимологию такого привычного слова «земля». Вот мы говорим о том, что наши предки были необразованными, да? Это ведь не значит глупыми, безмудрыми неучами. Когда не было школы, образовательным инструментом служил язык. Слово «земля», например, расшифровывается просто, но это потрясает. Тем, насколько были глубоки познания наших древних предков, когда формировался язык. Это действительно дар Божий. «Земля» с русского на русский буквально переводится как емлющая огонь. «З», «Ж» и «Г» – это знаки огня, «емля» – имать, брать. Более знакомое – водоём. Емлющая огонь! Какие познания о Вселенной! Другие планеты не емлели огонь, то есть не имели атмосферы. Только атмосфера отбирает солнечное тепло, и поэтому происходит фотосинтез. Сотню тысяч лет назад ещё знали, но к XV веку нашей эры деградировали и стали еретиков на костры сажать. Мы сейчас и вовсе глухие к собственному языку. Поэтому и говорю, что наше будущее начнётся с родного языка. Когда начнём осознанно говорить, начнём и мыслить осознанно.
http://www.stragasevera.ru[more/]