Цитата сообщения djoti
![1241183894_s_cham7 (300x450, 90Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/2/84/141/84141504_1241183894_s_cham7.jpg)
Впервые в новейшей истории России: полная мистерия Цам в исполнении 32 тибетских монахов монастыря Дзонкар Чоде
Незадолго до трагических событий 1959 года желтый глаз огромной белоснежной маски яка, считавшейся одной из главных реликвий тибетского монастыря Дзонкар Чоде, внезапно выпал из глазницы. Старшие ламы нахмурились, усмотрев в этом знак грядущей и неотвратимой беды. В тот год в Тибете во многих монастырях защитные божества посылали свои предзнаменования ламам-хранителям учения Будды.
Для монастыря Дзонкар Чоде маска белоголового яка, что хранилась в погруженной в полумрак комнатке, примыкающей к главному залу молитвенных собраний, вместе со священными изображениями и статуями защитных божеств, была не просто маской дикого необузданного зверя. В образе яка явился первому настоятелю монастыря, Чопелу Сангпо, просветленный защитник Ямантака, которого он долго созерцал в медитации и к которому обращал свои пламенные молитвы о Просветлении. Пребывающий в глубоком сосредоточении настоятель видел, как одно за другим появлялись перед ним просветленные божества в сопровождении свиты грозных защитников в коронах, увенчанных черепами …
Божества исполняли причудливый танец, каждое движение которого каким-то неведомым образом отпечаталось в сердце Чопела Сангпо.
Вскоре он решил воссоздать явленную ему мистерию, обучив своих монахов нездешним танцам просветленных божеств. Он так отчетливо помнил каждое движение, лязг железного трезубца в руках богини Цамуди, безудержные прыжки скелетов, взмывающий ввысь треугольный флаг защитника Махаякши и трубы, заполняющие своими низкими голосами все пространство на много миль вперед …
Эти трубы затем на протяжении нескольких столетий звучали у тибетско-непальской границы, в горной долине Дзонка, давшей свое название монастырю. В 1959 году, после кровавых событий в Лхасе, монахи Дзонкар Чоде ушли в изгнание в Индию, забрав с собой драгоценные монастырские реликвии и древние маски, в которых танцуют и поныне.
Мистерия Чопела Сангпо, воссозданная великим ламой в мельчайших деталях, по сей день остается главным событием духовной жизни монастыря Дзонгкар Чоде. В Тибете этот вид ритуальных служб называют «Чамом», в России он больше известен в его монгольском произношении «Цам». В Дзонгкар Чоде эта чрезвычайно сложная многочасовая церемония исполняется один раз в году, на 29 лунный день последнего месяца уходящего года. По вечерам, когда спадает нестерпимая индийская жара, громогласные звуки длинных труб возвещают о том, что ламы начали готовиться к самому важному дню года, когда накануне новогодних празднований будут отсечены все трудности и преграды.
Дата предстоящего ритуала хорошо известна всем жителям прилежащих тибетских поселений. Для них Цам - живое соприкосновение с миром буддийских божеств, которые в остальное время года неподвижно взирают на них с живописных изображений и храмовых фресок. Являясь мостом между невидимым миром просветленных божеств и миром людей, Цам требует многочисленных и тщательных приготовлений.
Ламы, исполняющие роли главных персонажей, проходят длительное затворничество, созерцая то божество, которое затем будут представлять в танце. Обращаясь к нему с молитвами, начитывая его священные слоги-мантры, представляя себя в его образе, они стремятся впитать его энергию и духовную силу, чтобы затем, облачившись в старинную маску и костюм из золотой парчи, стать божеством, явив людям его благословение.
Остальные участники церемонии в эти дни оттачивают свое мастерство, вспоминая разученные ранее па. Всевозможные технические приготовления также занимают немало времени – часто монахам приходится заниматься ремонтом старых и изготовлением новых масок, восстанавливать поврежденные костюмы и украшения.
Поскольку церемония Цам - одна из основных духовных практик Дзонкар Чоде, традиция ритуального танца сохраняется здесь с особой бережностью. Сегодня в монастыре около двухсот монахов, большинство из них – ребятишки 8-10 лет, которые пока лишь внимательно следят за танцующими старшими ламами, чтобы затем, незаметно для остальных, повторять непростые движения.
Они прыгают и веселятся, глядя на то, как натягивают в монастырском дворе белый тент, под которым завтра будут священнодействовать те, кого они каждый день видят в простых монашеских одеяниях, - молодые парни, коротко подстриженные, коротающие дни в бесконечной учебе и мечтающие о возвращении в Тибет. Завтра они сойдут со ступенек храма совсем в другом обличии. Пружинистыми прыжками спустятся они к пестрой толпе, и малыши-монахи замрут, испуганные силой и мощью этого немыслимого представления.
Чам монастыря Дзонкар Чоде называют «Чамом яка», поскольку выход из храма на монастырский двор белоголового яка - один из самых зрелищных моментов церемонии. Он - такой огромный, что под его мохнатой черной шкурой скрываются одиннадцать монахов! Ими руководит монах-дирижер, который в нужный момент подает им короткие команды, и огромное животное слажено и изящно спускается вниз по ступенькам, поворачивает то вправо, то влево, величественно обходя монастырский двор.
Его царственного выхода ждут с нетерпением, а в известный всем жителям близлежащих тибетских поселений момент к нему обращаются за благословением, поднося белые церемониальные шарфы-хадаки. Первыми подходят к волшебному яку самые пожилые и уважаемые беженцы из Тибета, чья связь с монастырем Дзонкар Чоде исчисляется десятилетиями – многие из них до 1959 года жили Дзонке, где монастырь стоял до вторжения китайцев. Сегодня они не только поддерживают связь с монастырем, но и самым активным образом участвуют в Чаме, где все роли расписаны и выполняются с безукоризненной точностью. Они следят за танцорами, чтобы в нужный момент успеть поправить костюм, разносят напитки для лам и угощения для гостей, снимают с танцующих божеств шарфы-хадаки, которые во множестве возлагают на них собравшиеся зрители.
Монастырь Дзонкар Чоде принадлежит к школе Гелуг тибетского буддизма, поэтому центральным персонажем монастырского Чама здесь является Каларупа, главный защитник этой школы. Танец Каларупы и его супруги Цамуди, а также многочисленных божеств царственной свиты составляет костяк Чама, в повествовательную канву которого изящно вплетены появления и других героев – трехметровой Палден Лхамо (охранительницы Тибета и Далай-ламы), молниеносных снежных львов, скелетов-охранителей кладбищ и «черных шапок».
Танец черных шапок уходит корнями во времена небуддийского царя Ландармы, который благоволил последователям шаманской религии Бон и беспощадно разрушал буддийские монастыри и храмы. Он был убит буддийским монахом, которому удалось скрыться с места преступления целым и невредимым, используя простой трюк с переодеванием.
Вымазав сажей собственное лицо и свою белую лошадь, облачившись в черный плащ с белой подкладкой и черную шапку, спрятав в широких рукавах своих одежд лук и стрелы, он отправился ко двору. В таком облачении он скорее походил на злобного духа, нежели на служителя Дхармы. Представ перед дворцом, он принялся исполнять неистовый ритуальный танец бонского мага-колдуна. Когда же царь, заинтересовавшись, приблизился к нему на расстояние выстрела, то тот тотчас же поразил его стрелой, вскочил в седло и помчался к реке. Переплыв реку и смыв сажу с себя и коня, он вывернул плащ и шляпу белой изнанкой кверху - преследователи уже не могли обнаружить на другой стороне реки черного колдуна…
Эту историю тысячелетней давности хорошо знают в Тибете, ведь она - напоминание о том, что и прежде на долю страны Снегов выпадали тяжелые времена. После жестокого правления Ландармы в стране осталось только три буддийских монаха. По счастью, сегодня их несколько тысяч, и они сохранили для нас танцы и образы просветленных миров.