Без заголовка |
|
Без заголовка |
Пока варила мыло, вспомнилось, как в детстве делали корзиночки из мыла и атласных ленточек.
И тут случайно наткнулась на похожий мастер-класс на сайте:
www.floraland.cz.it/Saponetta.htm
Оказывается, такие корзиночки можно делать и из ниток.
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Прежде всего, женщина – это цветок, дитя и ангел.
Женщина (неважно, знает она об этом или нет; впрочем, большинство наверняка знает) – это прежде всего цветок. Ее призвание – нежность и красота. Вот почему она требует бережливости и восхищения; и требует по праву. Нежно ее восприятие; нежна ее природная тайна, которую она в себе воплощает; нежна ее фигура; нежен её взор. Даже самая крепкая женщина по сравнению с самым крепким мужчиной кажется и нежной, и хрупкой. Женщина, не жалеющая ничего знать о своей нежности, изменяет своей сущности и протестует против собственной природы. Нежность обязывает ей быть красивой. Красивой может быть даже самая некрасивая из женщин. Потому что истинна не физическая, а душевная, духовная красота. Дух женщины, вселившийся в прекрасную душу, может сделать прелестной даже некрасивую на вид женщину: тогда внутренняя красота светится через незадавшуюся внешность, поет и излучает счастье; тогда с радостью замечают красавицу в особо не примечательном лице.
|
Без заголовка |
"КАК ОЧИСТИТЬ ПИТЬЕВУЮ ВОДУ"
Наступило лето, люди потянулись к водоёмам, кто-то уехал на дачу, в лес или живёт прежней жизнью, ходит на работу и тем не менее сегодня я затрону тему, которая касается каждого из нас. Сегодня мы поговорим о том, как очистить ПИТЬЕВУЮ ВОДУ.
Питьевой водой считается вода, которая в отличии от столовых и минеральных вод имеет пониженное содержание солей и пить её можно в неограниченном количестве без вреда для здоровья. И хотя в наших кранах «на бумаге» вода соответствует нормам СанПиН и обеззаражена хлором, на самом деле из-за изношенности систем водоснабжения, после муниципальной очистки вода проходит долгий путь по старым ржавым трубам и в следствии мы получаем грязную, тяжёлую для организма воду, которая без дополнительной обработки может навредить и вредит нашему здоровью. К слову сказать, для людей, страдающих аллергическими и астматическими заболеваниями даже малое содержание хлора в воде приводит к значительному ухудшению самочувствия.
Сегодня я хочу рассказать вам о нескольких простых методах очистки воды, которые доступны всем.
Заморозка.
Для удобства используйте пятилитровую пластиковую бутылку. Наполните её водой, но не под самое горлышко. Достаточно налить около 4,5 литров. А за тем закройте бутылку крышкой. Не секрет, что при замерзании вода расширяется. Если вы наполните бутылку до верху, при замерзании её напросто разорвёт на части. Затем поставьте бутылку в морозильную камеру и дайте воде промёрзнуть. Спустя сутки, когда вода станет сплошным куском льда, поставьте её в тёплое место (летом под открытыми солнечными лучами). Когда вода полностью растет, на дне вы обнаружите слой белого осадка. Слейте аккуратно чистую воду, а от осадка избавьтесь, тщательно промыв бутыль.
Помимо банального физического очищения, промёрзшая вода очищается энергетически. И это даже более важно! Особенности физических свойств воды в том, что её химический состав способствует созданию благоприятной возможности для образования особых структур-ассоциатов (кластеров), воспринимающих, хранящих и передающих самую различную информацию. Вода ПОМНИТ то, что происходило в ней самой либо рядом с ней. Вода реагирует не только на внешние раздражители, скажем, музыку, голос, либо электромагнитное излучение, но даже на мысль человека, на его внутреннюю эмоцию, которую он несёт в своей душе.
А теперь задумайтесь — тело новорождённого ребёнка состоит на 90% из воды. Взрослый человек на 70-80%... Мы ежедневно злимся, ненавидим, завидуем и тем самым отравляем свой организм негативной энергией. Мы отравляем свою душу. А за тем удивляемся, почему мы болеем и умираем.
Но, я отвлёкся. Научно доказано, что если воду заморозить, а за тем дать её оттаять, структура воды придёт в первоначальное состояние. Информационно и энергетически такая вода не несёт в себе ничего, кроме благотворного воздействия.
Очистка воды горными минералами.
Не буду широко освещать вопрос, так как на это может уйти не один десяток страниц, но скажу коротко, что использование таких минералов, как кремний, шунгит и горный кварц, так же благотворно воздействует на воду. Очищая её и насыщая жизненной силой.
Для очистки воды минералами налейте воду в кастрюлю или эмалированное ведро. Положите любой из минералов в воду и дайте воде настоятся некоторое время (не менее суток).
Настоянная на кремне вода по составу близка к родниковой. Такая вода нормализует уровень холестерина и сахара в крови. Ускоряет заживление ран. Усиливает рост волос и ногтей, а так же укрепляет их. Благотворно сказывается на сосудистой системе.
Вода настоянная на горном кварце по своему энерго-информационному состоянию приближена к эталону чистой воды — талой воде горных ледников. Кварцевая вода уравновешивает работу органов, способствует выведению токсинов, омолаживает тело и очищает энерго-информационное поле человека.
Шунгит — является универсальным сорбентом. На своей поверхности он адсорбирует до 95% вредных примесей и способен даже мутную грязную воду сделать прозрачной. Воду на шунгите можно не только пить, но так же использовать для полоскания рта, горла и носа.
Чтобы насытить воду минералами, прежде камни нужно хорошо промыть, а за тем на несколько суток положить на дно сосуда с водой. Камни можно приобрести в аптеке (но не всегда!), либо на специальных выездных выставках, а так же в специализированных магазинах.
Активированный уголь.
Нет ничего проще! Заверните в марлю 10 таблеток активированного угля и поместите свёрток в сосуд с водой на ночь. К утру вы получите очищенную воду. Активированный уголь не только удалит из воды неприятные запахи и различные примеси, но так же адсорбирует множество вредных веществ.
Очистка солнечными лучами.
Однажды я смотрел передачу о «водной» проблеме у жителей Африки, живущий за гранью бедности. Жителям племени, конкретно о котором шла речь приходится преодолевать несколько километров, чтобы из грязного источника набрать немного воды. Некоторым европейским учёным, оказывается, есть дело до этих бедных людей и они озаботились вопросом - как можно очистить воду, находясь в рамках, практически, первобытного существования. Учёные так ничего и не придумали. Но обратили внимание вот на что. Та вода, которая хранилась в прозрачных пластиковых бутылках под открытыми солнечными лучами, по своему составу была чище воды, не обработанной солнечной радиацией. Оказывается, солнце не только греет, но так же способно уничтожать вредные бактерии вызывающие расстройство желудка, а так же более серьёзные последствия. Если у вас на даче отключили воду, а вместе с ней и электричество, а рядом есть родник, дабы не умереть от жажды, но и не навредить себе, советую прежде, набранную воду очистить солнечными лучами в течении нескольких часов.
хаджи Базылкан Дюсупов — академик, почётный духовный народный целитель Казахстана, целитель международной категории, директор филиала ООО «Республиканская ассоциация профессиональных народных целителей».
Серия сообщений "как отмыть, почистить, очистить...":
Часть 1 - Хозяйкам на заметку. Как отмыть духовку
Часть 2 - Как убрать жёлтые пятна от пота с одежды
...
Часть 11 - Как почистить белые кожаные изделия
Часть 12 - Как очистить ручки у плиты?
Часть 13 - "КАК ОЧИСТИТЬ ПИТЬЕВУЮ ВОДУ"
Часть 14 - Домашние средства для очистки духовки
|
Без заголовка |
Итак, Салли — немолодая женщина сценарист, занята новым проектом, работой над новым фильмом. Но откуда черпать вдохновение, когда не дает покоя даже маленькое пятнышко на рабочем столе, маленькая трещинка на полу мешает закончить мысль! Нет легкости, того самого вдохновенного состояния, необходимого художнику для шедевра. Есть только цветные картинки в голове, но этого мало даже в черно-белом мире… Пабло — темпераментный танцор, в его мире танго можно найти необходимую динамику: знакомство, урок первый, урок второй… Сценарий готов, но уже не того фильма, который хочется снимать, и уроки танго уже учат гораздо большему, чем просто шагам.
Такая, на первый взгляд, невзрачная Салли превращается в настоящую грацию, надев каблуки, кружа в танце и проводя рукой по черным кудрявым волосам Пабло. Цветных картинок больше нет в голове — это уже другое кино.
Подумай хорошенько прежде чем ты сделаешь этот шаг, ибо как только ты его сделаешь, назад дороги не будет.
Ла Бока. Узкая аргентинская улица. Пустая темная комната, которую слегка освещает лишь тусклый свет прожектора. Вдали на старом проигрывателе играет знаменитая музыка маэстро Пьяццоллы — «Либертанго». Мужчина в шляпе и в черно-белых туфлях тихими шагами приближается к женщине с собранными волосами в узкой черной юбке и нежно берет ее в свои объятия. Медленный шаг назад… быстрый шаг вперед… поворот… прикосновение… нога на ноге… томный взгляд, чуть приподнятые брови… красные губы… черные бездонные глаза… плотно сжатые объятия… горящие страстью лица. Надрывные жесты и резкие откровенные движения чередуют один за другим… звуки аккордеона не перестают звучать… их тени переплетаются друг с другом в замершей тишине темной ночи…
Танго… танго… танго… Этот незабываемый танец. Каждое движение, каждый жест, каждый удар каблуком, каждый взгляд… Мужчина и женщина словно замерли в этом прекрасном миге и не хотят, чтобы он заканчивался, до последней клеточки вбирая ритм. И мир вокруг них исчез, растворился в пыль, словно табачный дым. Волны и колдовские ритмы танго поселились в их сердцах и не отпускают до конца последней прозвучавшей ноты.
- Вы работаете в кинематографе?
- Да.
- А вы даете уроки танго?
- Да, да.
Танго в переводе — это «касание». Оно начинается тогда, когда ты впервые прикасаешься к человеку, с которым ты собираешься его станцевать и заканчивается тогда, когда начинается равнодушие.
Париж. Салли, уже довольно взрослая женщина, которая всегда мечтала научиться танцевать танго, знакомится со знаменитым танцором аргентинского танго — Пабло. Этой встрече как-будто было суждено случиться. Этим холодным парижским вечером, как будто сам ветер отвез Салли на выступление Пабло. И, восхищенная его танцем, она решает начать брать у него уроки танго. Первый шаг сделан. Назад дороги больше нет. Сдержанная в своих эмоциях англичанка и страстный аргентинский танцор. Только он и она. И музыка.
Когда ты в первый раз вступаешь в мир танго, очень трудно описать все те эмоции, те ощущения, которые возникают у тебя. Но если ты решил станцевать танго, то ты должен быть готов на все. Ведь, как сказал один известный человек, танго — это постель на которой не стыдно обнажать душу. Оно содержит в себе бесконечный поток чувств, которые танцоры должны быть готовы передать друг другу. Здесь — в мире танго — жизнь в чувствах. Страсть и восторг. Здесь человеческая близость. Прикосновение и сладостный полет в никуда. Здесь контакт двух душ. Неповиновение и непристойность.
- Я всегда хотел сняться в фильме.
- Я всегда хотела быть танцовщицей.
В танго мужчина ведет, женщина следует. Здесь каждое движение является словом, а сам танец — их личным разговором. В нем отображается вся жизнь пары, где женщина ощущает себя женщиной, а мужчина — мужчиной. Танго дает возможность женщине почувствовать своего партнера, проникнуть в его внутренний мир. Мужчине же всегда приятно быть ведущим в отношениях и властвовать над женщиной. И когда двое танцуют танго, между ними происходит гораздо больше, чем видно снаружи.
- Что еще тебе нужно?
- Я хочу знать почему мы с тобой познакомились.
Танго стало причиной встречи двух сердец. Каждый из них принес в него что-то свое, единственное и неповторимое. Он стал их танцем страсти под непрерывным дождем на узких улицах Буэнос-Айреса… танцем любви на мостах вечернего Парижа… танцем ревности в многочисленных ресторанах… танцем печали на большой сцене… танцем мечты в огромной безлюдной студии.
Какова вероятность, однажды встретившись в танце, в какой-нибудь точке мира, Салли и Пабло не помешают ни разные языки, ни сложные характеры, ни противоположные темпераменты, ни часовые пояса… они просто во время осознают, что для танго нужны двое! Танго на вечерних набережных, под проливным дождем, в аэропортах, в танцевальных студиях, на кухне.
Поразительно, как много можно найти в этом фильме! Как органично все ниточки переплетаются, являя на свет легчайшую тонкую ткань. Удивительный, многогранный фильм.
В танго есть одна аксиома. Танго — это не один плюс один. Для танго нужны трое — мужчина, женщина и музыка… и именно эти три составляющих являют миру одно целое, объединясь в головокружении чувств.
Танго — это общение между мужчиной и женщиной, это общение без слов! Танго — это необыкновенная сила понимания друг друга и доверия. Танго — это не только страсть, как это может показаться со стороны, это диалог…
В танго женщина ничего не делает просто потому, что она захотела это сделать, будь это очо, болео или ганчос… она может только понять и ответить на предложение партнера. В этом и заключается вся сила эмоциональной связи между людьми или умения наладить эту связь. Поэтому Салли так важно, чтобы партнер не просто вел ее, но и общался с ней через танец, именно поэтому она говорит Пабло, что он на сцене как будто один и он отдает себя зрителям, а не ей.
Серия сообщений "Пабло Верон":
Часть 1 - ПАБЛО ВЕРОН: ''Люди, полагающие, что они танцуют танго ''нуэво'', используют все те же старые элементы''.
Часть 2 - ''Уроки танго''. Безумству дерзнувших на невозможное посвящается!
Часть 3 - Безумству дерзнувших на невозможное посвящается! "УРОКИ ТАНГО"
|
Аудио-запись: Музыка прикосновений_Колокола и флейта. |
Музыка |
![]() ![]() 18023 слушали 532 копий |
ivayana
![]() |
|
|
Комментарии (0)Комментировать |
О молчании |
***
Молчанье – щит от многих бед,
А болтовня всегда во вред.
Язык у человека мал,
А сколько жизней он сломал.
(С. Брант)
***
Притча о молчании
Несколько человек принялись как-то горячо и злобно оскорблять Будду. Он слушал молча, очень спокойно. Из-за этого спокойствия им стало как-то не по себе. Возникло неловкое чувство, и один из них обратился к Будде: «В чём дело? Ты что, не понимаешь, что мы говорим?» - «Ваше дело решать, оскорблять меня или нет», - ответил Будда, - «а моё – принимать ваши оскорбления или нет. Я просто отказываюсь принимать их. Можете забрать их себе».
***
Не существует полного молчанья.
У каждого из нас – своё звучанье.
Сердцебиеньем сути естества
Звучат поступки, мысли и слова.
Вибрация слышна и различима,
Как замысел Творца и результат.
Как следствие слышны и как причина.
Пред Ним прозрачны «с головы до пят».
(В. Бойку)
***
«Пусть твоя жизнь будет подобна розе – молча, она говорит языком ароматов».
(Шри Бабаджи)
***
«Молчание – особое искусство беседы».
(Уильям Хэзлитт)
***
«Мне часто приходилось раскаиваться в своих словах, но ни разу я ещё не пожалел о том, что промолчал».
(Пубилий Сир)
***
«Если однажды ты не захочешь никого слышать, позвони мне – я обещаю молчать».
(Габриэль Гарсиа Маркес)
***
«Не понимающий вашего молчания, вероятно, не поймёт и ваших слов».
(Э. Хаббард)
***
Лишь приближаясь к гармоничному звучанью,
Мы постигаем тайны, скрытые в молчанье.
(Платон)
***
«Нет ответа более унижающего, чем презрительное молчание».
(Монтень)
***
Говорят: молчание – золото…
Золотой ты мой человек!
Мне твоё молчание – молотом,
От которого свет померк.
Всё расколото этим золотом, -
Отмолчался…
А мне куда?
До чего же она тяжёлая –
Золотая моя беда.
И просила всего лишь слово-то…
А в ответ – одна тишина.
Ах, молчание, злое золото,
Дорогая твоя цена!
(Н. Мордовина)
***
«Любовь – это прежде всего упражнение в молитве, а молитва – упражнение в молчании».
(А. Сент-Экзюпери)
***
«Подлинное в нас – молчаливо, наносное – речисто».
(Джебран)
***
Говорю после смерти, на тризне.
Молчишь, ты осталась жива.
Лучшее в смерти и в жизни –
это бедные наши слова,
вслух не сказанные, завязанные
безмолвия крутым узлом.
Меж нами струна молчания,
дрожащий, тугой излом.
Двумя стальными мечами,
длинными до бесконечности,
отточенными в молчании,
в объятьях, в тоске и вечности,
наши тела отчаянно
вместе взлетают ввысь,
вместе падают вниз.
Терзаю тебя молчанием.
Пронзаешь меня молчанием,
Безмолвия сплошным звучанием.
(Мигель Эрнандес)
***
«Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие, и во многих случаях свидетельствует о высоком уме».
(Д. Аддисон)
***
«Знай, что ответ дуракам – молчание».
(Аль-Маали)
***
«Велик не тот, кто совершает великие дела, а тот, кто умеет о них молчать».
(Б. Паскаль)
***
«Молчание – это искусство, но это ещё и красноречие».
(Цицерон)
***
«Молчать всегда вернее – чтоб не слышали».
(Софокл «Электра»)
***
«Или молчи, или говори то, что лучше молчания».
(Пифагор)
***
«Многословие оступается часто, молчание никогда».
(Аполлоний)
***
В смятенья час молчанье - лучший друг.
Когда кружится тёмный вихрь вокруг
И голосов безумных хоровод
Сознание влечёт в водоворот, -
В молчанья храм тогда войди скорей,
Закройся там, не медли у дверей.
(Н. Спирина)
***
«Мудрец пребывает в молчании, зная, что через язычок свой сгорает свеча».
(Саади)
***
Silentium
Молчи, скрывайся и таи
И чувства и мечты свои –
Пускай в душевной глубине
Встают и заходят оне
Безмолвно, как звезды в ночи, -
Любуйся ими – и молчи.
Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймёт ли он, чем ты живёшь?
Мысль изречённая есть ложь.
Взрывая, возмутишь ключи, -
Питайся ими – и молчи.
Лишь жить в себе самом умей –
Есть целый мир в душе твоей
Таинственно-волшебных дум;
Их оглушит наружный шум,
Дневные разгонят лучи, -
Внимай их пенью – и молчи!..
(Ф. Тютчев)
***
Молчание
(Из М. Гармана)
Ни слова, о друг мой, ни вздоха…
Мы будем с тобой молчаливы…
Ведь молча над камнем могильным
Склоняются грустные ивы…
И, только склонившись, читают,
Как я, в твоём взоре усталом,
Что были дни ясного счастья.
Что этого счастья – не стало!
(А. Плещеев)
***
«Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово. Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения».
(Митрополит Антоний Сурожский)
***
Совсем не знак бездушья – молчаливость.
Гремит лишь то, что пусто изнутри.
(Шекспир)
***
«Молчание – золото, но только тогда, когда ты не можешь придумать достойного ответа».
(Мохаммед Али)
***
«Иногда полезно помолчать, чтобы тебя услышали».
(Ст. Ежи Лец)
|
Аудио-запись: Люсьен Шамбалани- сказка!!! |
Музыка |
![]() ![]() 56359 слушали 664 копий |
SIRENA_69
![]() |
|
|
Комментарии (0)Комментировать |
Без заголовка |
Просто смотрите!
Жизнь без очков Программа-тренинг для улучшения зрения. Будьте расслаблены, в первую очередь расслабьте мышцы лица. Жми на каждую из частей : ![]() ![]() Программа состоит из трех частей : * первая часть содержит большой набор разнообразных средств, которые работают через наше подсознание для улучшение зрения..; * вторая содержит упражнения для глаз; * третья содержит целительные древние мантры благоприятствующие исцелению глаз. Источник |
Серия сообщений "зрение":
Часть 1 - Техники восстановления зрения
Часть 2 - Лекция В.Г. Жданова: Естественный метод восстановления зрения
Часть 3 - Дальнозоркость (гиперметропия). Решение проблем с хрусталиком через точечный массаж
Часть 4 - Программа по улучшению зрения
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Спасение пингвинов. Человек с большой буквы.
|
Без заголовка |
|
Сергей Кричевский. Мне нравится - и я летаю! |
***
Давно то было: мы летали,
потом полёты разбирали.
Пилота командир ругал:
не так и не туда летал,
не то, мол, сделал и нажал.
Пилот всё слушал и стоял,
стоял, молчал и улыбался,
а командир всё распалялся:
конец терпению настал.
Разряд грозы предотвращая,
"Вас понял", - грешник отвечал,
своей улыбки не скрывая, -
"Ошибок я не отрицаю,
но что поделать, я не знаю, -
мне нравится, как я летаю!"...
И мне твердят: "Не так живёшь,
не так и не туда гребёшь!" -
А я иначе понимаю,
того пилота вспоминая.
Мне нравится, как я живу:
мудрею и не унываю,
в мечтах и снах, и наяву
держу удар, не отступая,
как укрепляю дух и веру
и не зациклен на карьере,
как из себя себя леплю,
и как жену и дочь люблю,
как по родным, друзьям тоскую,
и то, что Родина мне - Русь,
и в заграницу не стремлюсь.
Пусть иногда судьбу кляну,
но всё ж, улыбки не скрывя,
ошибок всех не отрицая,
я светлого не забываю:
мне нравится, как я летаю.
Мне нравится, что я живу,
мудрея и не унывая.
В мечтах и снах, и наяву -
мне нравится - и я летаю,
мне нравится - и я живу!
***
СЕДЬМОЕ ЧУВСТВО
(ассоциации к стихам Н.Гумилёва "Девушке" и "Шестое чувство")
Прямо в Солнце пуская стрелу,
Жизнь во всём уподобив полёту
И судьбу превратив в сверхработу,
Об удаче я Небо молю.
Все шесть чувств напрягая и мысль,
Дух и плоть я любовью сжигаю,
Возносясь, сам себя возрождаю,
Постигая божественный смысл:
Где свобода над рабством царит,
На основы основ посягая,
Человек всем рискует, дерзая,
Смерть презрев, и, горя, не сгорит.
Так, всесилье Любви сознавая,
Тварь Земли, в Небо крылья вонзая,
Для бессмертия орган творит.
***
Я здесь, на Земле, на планете Земля,
но в небе душа пребывает моя -
вместилище духа, чья воля - судьба,
по жизни несёт и любя, и губя.
И вновь устремляюсь далёко - туда,
где ярко сияет мечтою звезда.
Я в небе: ярчайшей звездою - планета.
На Землю родную волшебной ракетой
умчалась душа, среди ночи и дня
оставив летящим по небу меня.
И снова я с небом высоким прощаюсь,
к душе улетевшей своей возвращаюсь.
И век этой жизни – вращение здесь:
С Земли в Небеса и на Землю – с Небес.
Стремится из тела Душа убежать,
А тело за нею – догнать, удержать!
И миг совпадения – счастья глоток,
Столь редкий и краткий, как молнии ток.
Движеньем Души управляющий Дух
Единое слить не дает мне из двух.
Но Дух мой созревший в назначенный срок
Вольется в Единый Духовный Поток.
Я здесь, на Земле, до известной поры –
Ждут в Небе бескрайнем иные Миры…
|
Голос чужого разума |
Космонавт Сергей Кричевский открывает сенсационные тайны полетов
В наше время многие земляне признают существование Творца или Высшего Разума, а следовательно, и наличие во Вселенной созданных им мыслящих существ, которых принято называть инопланетянами. Будучи разумными, в процессе эволюции они должны были найти способ обмениваться информацией не только с себе подобными, но и с представителями других форм жизни, которые встречаются в космосе. В силу своих ограниченных технических возможностей человечество пока не смогло это сделать. Но инопланетный разум уже вступил в контакт с нами в виде мысленных посланий.
В начале 90-х годов редакция журнала «Чудеса и приключения» поручила мне взять интервью у одного из космонавтов. Его фамилию я не называю, почему - станет ясно ниже. Пусть будет просто Владимир. Прежде всего меня интересовали НЛО, которые, возможно, он и его коллеги видели во время полетов, и вообще все необычное, что случается в открытом космосе. Владимир сказал, что знает заслуживающих доверия людей, видевших НЛО, но ему самому сталкиваться с «тарелками» не доводилось.
Что же касается непонятных сюрпризов, которые преподносит космос, то он поделился со мной загадочным случаем, который произошел с ним. «Только это не для печати», - предупредил космонавт. Выполняя обещание, все прошедшие годы я не писал о том, что поведал Владимир. Но теперь можно рассказать об этом, поскольку загадочное явление, с которым сталкиваются космонавты, перестало быть тайной.
- Во время полета при сближении с орбитальной станцией управлявший кораблем командир никак не мог выйти на расчетную траекторию, чтобы произвести стыковку. Запас энергоносителя для маневров у корабля ограничен. Его оставалось, как говорится, всего ничего. Если бы еще одна коррекция не удалась, мы пролетели бы мимо станции и вернулись бы на Землю, не выполнив задания, - начал свой рассказ космонавт.
Помочь я ничем не мог, поскольку управление кораблем является исключительной прерогативой командира. Мне, как бортинженеру, оставалось только молча переживать, сидя рядом в кресле. Вдруг в какой-то момент в голове у меня раздалась команда: «Возьми управление на себя!» Позднее, анализируя случившееся, я так и не смог точно определить, был ли это чей-то голос или нет. Просто я воспринял чужой мысленный приказ, не выполнить который почему-то не мог.
И что совсем уж удивительно: командир, не возражая, передал мне управление кораблем. Потом он сказал, что никаких команд не слышал, а только вдруг осознал, что должен вести себя именно так, хотя это шло вразрез со всеми «железными» инструкциями.
Сознания я не терял, но находился словно бы в каком-то трансе и послушно выполнял команды, возникавшие в моей голове. Только благодаря им стыковка была успешно произведена. Когда мы вернулись на Землю, то при разборке полета командира «продраили с песочком», да и мне досталось, хотя и не в такой мере. Но о «потусторонних» командах мы оба ничего не сказали, - закончил Владимир.
Признаюсь, я был поражен рассказом космонавта, но воспринял его лишь как пример мысленного зомбирования. Такие случаи уже были в моем досье. Правда, происходили они не в космосе, а на Земле. Совершенно неожиданно для себя люди вдруг совершали какие-то действия или, наоборот, не делали чего-то. Иногда в таких случаях они говорили о «внутреннем голосе», будто бы руководившим ими. Тогда я не придавал значения тому, кто же является индуктором, то есть посторонним субъектом, воздействующим на исполнителей его воли. Между тем, как я теперь считаю, это - главное, поскольку есть большое отличие между земным и космическим проявлением феномена «голоса извне». Позднее стало известно, что его слышал не только Владимир, но и другие космонавты.
ФСС - фантастические состояния и сновидения
Первым о загадочном космическом феномене в октябре 1995 года сообщил космонавт-исследователь Сергей Кричевский, старший научный сотрудник Центра подготовки космонавтов им. Ю.А.Гагарина и Института истории естествознания и техники РАН да к тому же кандидат технических наук и действительный член Академии космонавтики им. К.Э.Циолковского. То, о чем рассказал космонавт-ученый в Новосибирском международном институте космической антропологии, имеет огромное значение для постижения тайн, скрытых в космосе. Вот лишь несколько отрывков из его доклада:
«Начиная с 1989 года я готовился к полету в космос и непосредственно взаимодействовал в рабочей и неформальной обстановке со своими коллегами. В том числе и с космонавтами, побывавшими в космосе. Однако информацию о видениях - назовем их фантастическими состояниями-сновидениями (ФСС) - я получил только во второй половине 1994 года, что, скорее всего, было связано с приближением сроков предстоящего полета... Все сведения о космических видениях - достояние весьма узкого круга лиц...
Сведения о таких видениях космонавты передавали и передают исключительно друг другу, делясь информацией с теми, кому вскоре предстоит совершить полет...
Наблюдавшиеся в полете фантастические видения - новый, ранее неизвестный феномен, который можно отнести к классическому состоянию измененного сознания... Представьте себе: космонавт неожиданно быстро выходит из своего привычного исходного - человеческого облика-самоощущения и превращается в какое-то животное и при этом перемещается в соответствующую окружающую среду. В дальнейшем он продолжает ощущать себя в преобразованном виде или последовательно перевоплощается в иное сверхъестественное существо. Скажем, один коллега мне поведал о своем пребывании в «шкуре» динозавра. И заметьте, он чувствовал себя животным, перемещающимся по поверхности неведомой планеты, перешагивающим через овраги, пропасти, какие-то физические преграды. Космонавт достаточно подробно описал «свой» облик: лапы, чешую, перепонки между пальцами, цвет кожи, огромные когти и прочее.
Слияние его «я» с биологической сущностью древнего ящера было настолько полным, что все ощущения этого, казалось бы, чужеродного для него организма воспринимались им как его собственные. Кожей спины он чувствовал, как вздыбливаются роговые пластины на хребте. О пронзительном крике, вырвавшемся из пасти, он мог сказать: «Это был мой крик...» Более того: одновременно происходили соответствующие сценарии превращений, трансформации внешней окружающей среды. При этом возникали не только ощущения пребывания космонавта в «шкуре» тех или иных организмов, животных из предшествующих эпох, но человек как бы превращался в иную личность, а также он мог оказаться инопланетным существом - гуманоидом.
Что интересно: наблюдаемые картины-видения - необычно яркие, цветные. Слышались различные звуки, в том числе воспринималась и речь других существ, и она была понятна - усваивалась тут же, без обучения. Космонавт как бы переносился в иное пространство-время, в том числе и на другие, неизвестные небесные тела. И, оказавшись в абсолютно новом для него мире, в тот миг он воспринимал его как нечто привычное, родное.
Характерным свойством фантастических сновидений является резкое изменение ощущения времени и соответствующего потока информации... Космонавт начинает воспринимать идущий откуда-то извне поток информации. То есть возникает ощущение, что кто-то мощный и великий снаружи передает некую новую и необычную для человека информацию.
Случалось, причем с весьма подробным прогнозом, и предвосхищение грядущих событий - с детальным «показом» грозящих опасных ситуаций или моментов, которые как бы внутренним голосом особо выделялись и комментировались. И при этом «слышалось»: мол, все образуется, завершится хорошо... Таким образом, заблаговременно предвосхищались наиболее сложные и опасные моменты программы полета. И был случай, что если бы не такой «вещий сон», космонавты могли бы погибнуть.
Поразительна и точность, детализация опасных моментов. Так, «голос» предсказал смертельную опасность, которая поджидала космонавтов при выходе в открытый космос. В вещем сне эта опасность была показана несколько раз, прокомментирована «голосом». В реальном выходе, при работе вне станции, все это подтвердилось абсолютно: космонавт оказался подготовлен и спас свою жизнь (иначе улетел бы от станции). Ни с чем подобным раньше (вне полета) космонавты не сталкивались...
Проблема космических видений от научного сообщества упорно скрывается. О ней не говорят - ее как бы не существует. Никто из космонавтов никогда и никому официально о фантастических видениях не сообщал, такого рода информация никогда не включалась в официальные отчеты экипажей. Почему? Ответ очевиден: космонавты опасаются негативных последствий в виде медицинской дисквалификации, огласки с интерпретацией признаков психических заболеваний и тому подобного.
Один из космонавтов вел личные дневниковые записи, в которых описываются и его видения. Казалось бы, уникальный документ! Тем не менее на мои предложения и просьбы опубликовать его или хотя бы пообщаться с учеными, занятыми проблемами живого вещества, космонавт ответил категорическим отказом, полагая, что это еще преждевременно и опасно для профессиональной карьеры. Поэтому я не могу, не имею морального права назвать хотя бы одну фамилию или корабль».
Как объяснить сюрпризы космоса?
Космонавт Кричевский приводит несколько гипотез, не отдавая препочтение ни одной из них. Возможно, что при длительном пребывании в условиях невесомости в космическом полете возникают состояния, когда информация всплывает из глубины подсознания в виде фрагментов жизни различных организмов - дальних предков человека в процессе эволюции. Но тогда как объяснить поступление опережающей информации о грядущих событиях?
Вторая гипотеза говорит о «трансляции-считывании», то есть о прямом поступлении в мозг потока информации извне.
«Можно преположить, - указывает Кричевский, - что запускает эти сны некий нестационарный поток галактического излучения. Если при этом космический корабль попадает в этот «луч» и космонавт пребывает в расслабленной дреме, возникает феномен. Вышел из луча - все пропадает». Но космонавт Владимир, с которым я когда-то говорил, вовсе не дремал в критический момент стыковки, когда услышал «голос». И потом в таком случае остается без ответа вопрос о том, кто посылает эту информацию и откуда этот субъект знает, что произойдет в будущем.
«В конце концов, вполне возможно, что одна причина накручивается на другую - дают о себе знать их сочетания», - высказывает предположение Кричевский.
Конечно, чтобы сделать однозначные выводы относительно такого сложного и загадочного феномена, необходимо гораздо больше исходных данных. И все-таки, если проанализировать то, что обнародовано о космических «голосах», «шепоте» и видениях, можно выделить два главных момента.
Во-первых, ясно, что на космонавтов воздействует разумный субъект или индуктор. Причем не исключено, что их несколько. Если в одном полете «некто» пытался убедить землян покинуть космос, то в других случаях «посторонний» делал нечто прямо противоположное - помогал преодолеть опасности. Ведь именно чужой «голос» руководил стыковкой одного экипажа и спас космонавта от гибели при выходе в открытый космос. К тому же этот разумный субъект вел себя как терпеливый учитель, подробно рассказывая о грозящих опасных ситуациях и при этом вселяя уверенность в благополучном исходе.
Во-вторых, информация поступала прямо в сознание космонавтов. Физической основой всех мыслительных процессов в нашем мозге являются биотоки. Значит, поток информации извне по своей природе тоже был электромагнитный. Отсюда следует, что чужой разум, проявляющий себя в космосе, сходен с человеческим, а его послания - и «голос», и «шепот», и картинки-видения - в принципе можно принимать с помощью технических средств.
Очень важно, что развитие событий во время полетов подтверждало достоверность опережающей информации о них, которую получали космонавты. Поэтому то, что они видели, перевоплощаясь в монстров или путешествуя по другим небесным телам, можно считать тоже достоверным, а не плодом собственной фантазии. Другими словами, земляне мысленно перемещались во времени и пространстве без всяких ограничений. Это возможно только в том случае, если их сознание кто-то «подключал» к различным участкам информационного поля, в котором содержится все, что произошло, происходит или произойдет. Причем это поле вовсе не глобальное, как принято считать, а Вселенское!
И последнее. Нет смысла гадать, кто является разумным субъектом, вступающим в контакт с космонавтами. Для этого пока нет необходимых данных. Можно лишь привести слова одного из космонавтов, который слышал чужой «голос»: «Космос доказал нам, что он, безусловно, разумен и куда сложнее наших представлений о нем. И еще то, что наши знания не позволяют сегодня понять сути большинства процессов, происходящих во Вселенной».
Сергей ДЕМКИН
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Антон Мусулин
УЧЕНИЕ ПЛАТОНА О ДУШЕ
Бессмертие души
Смертна или бессмертна человеческая душа? Задать этот вопрос – значит спросить о смысле существования человека, о его природе, долге и надеждах. Ответ, который избирает человек – интуитивно, поскольку по-другому нам не дано выбирать, – предопределяет в дальнейшем его образ мышления и отношение к жизни. Поэтому вопрос о природе души является основным для каждого. Занимая ту или иную позицию, человек тем самым избирает формулу своего существования, ибо все, что с нами происходит, коренится в нашем мировоззрении, в представлении о том, что должно и ценно. Это также определяет его отношение к смерти как таковой. Во времена Платона, как и сегодня, существовали две основные точки зрения на этот счет. «Смерть – это одно из двух: либо умереть, значит стать ничем… либо, если верить преданиям, это какая-то перемена для души, ее переселение из здешних мест в другое место» («Апология Сократа», 40).
Если смерть – это конец всего, то, как говорит Сократ, она не страшна, ибо то, что следует за ней, подобно глубокому, крепкому сну без сновидений, когда никто и ничто не беспокоит человека. Если же душа бессмертна, то смерть является лишь переходом из этого мира в какой-то иной мир. Именно этой идеи придерживается Платон, и исходя из нее он ставит новые вопросы. Если душа бессмертна, если она имеет божественное происхождение, тогда почему она впала в зарождение? Каким является иной мир и что происходит там с душой?
Мир иной
Представления Платона о потустороннем мире оформлены в целостную и стройную картину, различные аспекты которой представлены в сочинениях «Горгий», «Федон», «Федр» и «Государство». Описывая иной мир, он опирается на произведения Гомера, Гесиода, Пиндара и Эсхила, на орфические учения и на древнейшие традиции.
«Аид – это незримый мир, куда душа уходит после смерти в сопровождении своего гения. Дорога, которая ведет туда, не простая и не единственная, и на ней должны иметься многие распутья и перекрестки» («Федон», 108a).
Иной мир – это мир, в котором над душой происходит суд, и судят ее сыновья Зевса Минос, Радамант и Эак, которые, оценивая ее образ жизни на земле с точки зрения божественного закона, выносят свой вердикт, тем самым определяя дальнейшую судьбу души. Это мир воздаяний, следовательно, там есть области, соответствующие чистой и духовной жизни, и области, в которых душа расплачивается за все свои прегрешения. Там душа проводит около тысячи лет, так что и награда и наказание в десятикратном размере превышают вызвавшие их причины. В ином мире время как бы удлиняется, течет более медленно, чем в мире проявленном. Этот мир многообразен и делится на уровни, а движение, которое там осуществляет душа, является движением по вертикальной оси, на одном конце которой находится Тартар, а на другом – Олимп.
Иной мир имеет и свой ландшафт: горы, реки, озера, огненные области и пустыни. Там протекают реки, среди которых особо выделяются четыре, соответствующие четырем стихиям и сторонам света: Ахеронт, Перифлегетонт, Кокит и Океан. Там же находятся и озеро Мнемосины и река забвения – Лета. Есть и границы, отделяющие мир иной от мира видимого. В мифе об Эре, которым Платон завершает «Государство», невидимый мир четко разделен на правое верхнее пространство – небесное – и левое нижнее – подземное. В одном душа очищается от всего телесного и чувственного, в другом она вознаграждается согласно ее заслугам (созерцает истину). Таким образом, посмертное существование является процессом очищения от прошлого опыта и возобновления сил для того, чтобы, вернувшись снова на землю, продолжить долгий путь узнавания самого себя, своей подлинной природы.
По истечении назначенного срока души выбирают свою следующую жизнь, и при этом выборе большинство душ исходит из опыта и привычек предыдущей жизни; этот выбор, утвержденный Мойрами – богинями судьбы, после нисхождения души в тело становится для нее реальностью.
В каком-то смысле география потустороннего мира – это география самой души. Сколько людей – столько и незримых миров. И в каждом из этих миров есть свое нижнее и верхнее небо: пространство четырех стихий личного опыта и эфирное пространство духа. В это духовное пространство душа поднимается окрыленная вдохновением, чтобы, пользуясь внутренним зрением, созерцать высшую реальность, которая не имеет ничего общего с чувственными переживаниями и интересами преходящей личности.
После смерти душа должна снова пройти по тем же дорогам, по которым ходила в течение своего земного существования. Знание, как говорит Платон, есть воспоминание о том, что душа видела раньше (в Аиде), а ее земная жизнь – результат выбора, который она совершила в ином мире до своего рождения. Подобно этому, все, что происходит с душой после смерти, должно быть воспоминанием о прожитой жизни, беспристрастной оценкой и судом над всеми выборами, которые были сделаны здесь, в этом мире. Выбор судьбы – это свободный выбор. Но если в течение земной жизни человек имеет возможность воздействовать на себя, меняться, делаться лучше, то после смерти на душу воздействует только правосудие. Мы не выбираем сны, они нам просто снятся, являясь следствием прошлого опыта. Подобно этому, переживания души, когда она уже находится в потустороннем мире, уже не выбираются, их выбор осуществлялся в течение всей земной жизни. Каждый человек создает и несет внутри себя свой Тартар и свой Олимп. Первый соответствует чувственному аспекту жизни, а второй – результат его духовных исканий.
Жизнь – это развертывание души изнутри наружу; посмертные переживания являются ее свертыванием. Свободная от тела душа встречает в ином мире себя и свои деяния.
Смерть – обнажение души
По преданию, в древние времена суд над душой осуществлялся в последний день жизни человека, перед его смертью. Одни люди приходили на этот суд в лучших одеждах, украшенные своим знатным происхождением, славой, властью и богатством, и, к тому же, приводили с собой свидетелей, подтверждающих правдивость всех их слов. Другие, не имея таких возможностей, приходили такими, какие есть, – не нарядные, некрасивые. Были и те, которые многим не нравились и против которых могли быть обвинительные выступления. Все это создало путаницу, поскольку внешний вид часто обманывал судей, и те, кого по заслугам должны были отправить в Тартар, попадали на Острова Блаженных, и наоборот.Чтобы решить проблему, Зевс приказал вершить суд над душой после смерти, чтобы на суде она представала обнаженной. С тех пор люди не знают день своего ухода и приговор над душой выносится на основании не внешних признаков, а ее внутренних качеств.
После смерти «делаются заметными все природные свойства души и все следы, которые человек оставил на душе каждым из своих занятий» («Горгий», 524d).
Значит, смерть обнажает душу, отделяет от нее все, что человек имел, с чем отождествлял себя в течение жизни: от имущества до положения в обществе. Она убирает все ложные опоры и все то, что по своей природе не является частью самой души.
Смерть оставляет человека наедине с самим собой – таким, каким он себя сделал при жизни, и для него, как и для судей, становятся видимыми все достоинства и недостатки, которыми он наделил свою душу. Они и есть нами приобретенное имущество, то, что всегда несем с собой.
Если человек жил несправедливо, его душа покрыта рубцами ложных клятв и поступков, искривлена самолюбием, и в ней нет ничего прямого, потому что она не стремилась к истине и не знала истины. А справедливой душе присуща красота. Оставаясь равнодушной ко всему тому, что ценит большинство людей, стремясь найти истину и делаться лучше, человек, думающий о смерти, живет жизнью, которая будет полезна не только здесь, но и в Аиде («Горгий», 525а–526а).
Суд над душой является своего рода психостазией, которая включает в себя разделение всего, что прожили, по двум признакам; все, что с нами происходит, мы психологически воспринимаем как единое, неделимое целое, как одну жизнь, хотя на самом деле она является смешением двух форм существования человека. Этим формам соответствуют две дороги, которые от распутья, где происходит суд над душой, ведут к двум областям иного мира. Распутье напоминает священную для пифагорейцев букву Y, символизирующую весы, на которых взвешивается душа. Одной из дорог, ведущих от распутья, соответствуют титанические деяния, а другой – дионисийские. Одна удаляет душу от Блага, другая приближает. Одна является дорогой Венеры земной, а другая Венеры небесной. Все, что происходит с душой, либо наносит ей раны, либо очищает и возвышает ее. В пифагорейской школе психостазия практиковалась ежедневно. Перед сном ученики оценивали прожитый день, отвечая на вопросы: «В чем согрешил сегодня?», «Что сделал?», «Что должного не исполнил?»
Как говорит Платон, на душу надо смотреть глазами судей мира иного, и это значит вести внутренний диалог со своей совестью, не оправдывая и не обманывая себя. Лишь возвысившись над собой, мы обретаем это ясное видение, дающее ответ на вопрос: стали ли мы сегодняшние лучше нас вчерашних?
Воспоминание
Прежде чем покинуть невидимый мир, после длинного и изнурительного путешествия душа приходит на равнину, где нет никакой растительности, и там пьет воду из реки Леты, которая приносит ей забвение всего, что происходило с ней в ином мире. После этого она отправляется в новое тело в сопровождении своего гения судьбы, который должен сопровождать ее в новой жизни.
В ином мире находится также озеро Мнемосины – матери муз и всего того, что возобновляет и укрепляет воспоминания о Небе. Воды этого озера по праву могут пить лишь души героев-философов, родственные Эросу и движимые им в их страстном стремлении к божественному образу жизни.
Павсаний пишет, что, приходя к пещере Трофония, которого считали сыном Аполлона, паломник, желавший услышать совет или узнать свое будущее, сначала пил воду из источника Леты, а потом, когда выходил, из источника памяти. Обращаясь к божественному, он должен был забыть все земные заботы и волнения, мучающие душу, а уходя от него, закрепить в своей памяти все, что видел и созерцал в пещере.
Но в пещеру можно войти не только забыв все, что отягощает душу; можно забыть также все, что связывает ее с небом. Это символическое значение она принимает в «Государстве», где Платон чувственный мир сравнивает с пещерой, в которой живут люди, прикованные цепями к своему месту. Они не могут двигаться, и все, что они видят и изучают, – это тени вещей, которые отражаются на стенах. При этом они не догадываются, что их знание является знанием теней, а не подлинной реальности, которая находится снаружи и является причиной существования иллюзорного мира.
Как узнать эту другую реальность, если она недоступна чувствам? Как научить добродетели, если она относится к этому другому, сверхчувственному знанию? Отвечая на этот вопрос, Платон отождествляет знание с воспоминанием. Познание идей возможно потому, что истина изначально существует в душе, она созерцала ее еще до своего нисхождения в круг необходимости и в той или иной мере помнит истину, и настолько, насколько ее помнит, является мудрой, а значит – свободной.
В «Федре» Платон сравнивает душу с крылатой колесницей. Если в случае богов и кони, и возничие благородного происхождения, то у смертных один из коней прекрасен, добр и послушен, а другой наделен противоположными качествами: он тяжел и тянется к земле. Совершая путешествие по небесному своду, души богов и души людей созерцают мир идей и истину, которая является амброзией, пропитанием души. В силу своего несовершенства человеческие души то поднимаются, то опускаются, и в конечном итоге их крылья ломаются и они входят в цикл перерождений. Те из них, которые видели больше, больше и помнят, им легче восстановить утраченную способность летать. Находясь в теле, душа посредством вещей чувственного мира, являющегося отражением мира идей, может вспомнить то, что раньше созерцала. Пребывание в чувственном мире имеет задачу восстановить те знания, которыми она обладала, а не превратить ее в своего узника. Говоря иначе, чувственный мир должен для души играть роль символа или знамения другой реальности, быть для нее посредником и мостом, который от видимого, известного ведет в невидимое, неизвестное.
В душе изначально заложено все, что находится в мире идей, хотя в меньшей степени и в непроявленном виде – так же, как в семени заложено знание того, чем оно может и должно стать. Рост и проявление скрытых потенциалов и есть процесс припоминания. А это значит, что душа может вспомнить ясно лишь то, чем она уже стала, и интуитивно предчувствовать то, чем может стать в дальнейшем. Способности, которыми мы уже владеем, это те знания, которые приобрели раньше – в течение предыдущих воплощений. В той мере, в какой мы ими владеем, они предшествуют опыту, являются тем, что знаем априори. Подобное мы встречаем в глубинной психологии, где архетипы обозначают врожденную способность души расти в определенном направлении, они подобны имеющим один и тот же исток руслам рек, по которым движется душа в процессе своего роста, и в своей сумме являются суммой всех потенциальных возможностей человеческой психики.
Подлинное знание – это умение выбрать подлинное благо, и этим оно отличается от неведения, которое, выбирая, не знает природу того, что выбирает. Именно поэтому при выборе образа жизни душа выбирает худшее, считая его лучшим.
Вспомнить значит, подобно Зевсу, родить в душе Афину во всем ее боевом облачении, это значит прозреть и видеть то, чего раньше не видели, и это прозрение приходит внезапно, подобно вспышке света, которая делает видимыми те слои души, которые раньше находились в темноте самозабвения.
Забота о душе
Принимая идею бессмертности души и понимая, что в таком случае смерть отнимает у человека все, кроме души, Платон приводит нас к мысли о том, что основной заботой человека в жизни должна быть забота о душе.
Эта забота означает очищение души, освобождение от чувственного в стремлении соединения с духовным – умопостигаемым миром.
Объясняя природу души, то, какова душа сейчас и какой была до своего нисхождения в мир чувственный, Платон символически отождествляет ее с морским божеством Главком, к телу которого за долгое время пребывания в морских глубинах прикрепилось много грязи. Он весь покрыт ракушками, водорослями и песком, а тело его изломано и изуродовано волнами, так что он больше похож на чудовище, чем на божество. Душа пребывает в подобном состоянии, и она должна стряхнуть с себя все лишнее – все, что, делая ее тяжелой и бесформенной, не позволяет ей узнать самое себя. Она нуждается в очищении от всего, с чем срослась в течение многих перевоплощений.
К душе прикрепилось много «землистого и дикого», ее терзают внутренние противоречия. Платон говорит, что внешне душа кажется одним существом, но на самом деле она является соединением троих: человека, льва и химеры, которые накрепко срослись друг с другом. Неразумный человек кормит своего многоголового зверя, а внутреннего человека морит голодом; разумный, напротив, стремится в своей душе наладить справедливость. Он укрощает льва, облагораживает в химере все кроткое и препятствует развитию ее диких качеств, которые губят душу. Каждой из трех частей души присущ свой тип совершенства, своя добродетель: разумному началу – мудрость, яростному – храбрость, а вожделеющему – умеренность.
Платон неоднократно подчеркивает, что душу портят несправедливость, невоздержанность, трусость и невежество и другие пороки, делающие ее узником тела. Ко всему этому нужно добавить эгоизм или чрезмерное себялюбие, которое ослепляет душу человека, так что ему собственное невежество кажется мудростью, свои представления об истинном он считает истиной. Такой человек слишком горд и самоуверен, чтобы учиться у более мудрых людей («Законы», 732 а).
Очищение души у Платона связано с телесной и умственной дисциплиной, которая внутренне трансформирует человека и уподобляет его божеству. «Благоразумие, справедливость, мужество и мудрость являются средствами такого очищения» («Федон», 69 с). Все эти достоинства являются целью философского поиска, и по мере очищения мы открываем их внутри себя.
Очищение подобно восстановлению зрения души, ее способности видеть ясно, созерцать Благо и творить благо. Благодаря этому внутреннему зрению человек способен различать добро и зло, добродетель и порок, как и то, что не является ни тем, ни другим. Значит, добродетель очищает, и для Платона она является подлинным знанием. Но она также и легкое передвижение, а затем и вечно свободное течение и полет доброй души («Кратил», 415 d). Этот переход от легкого передвижения к полету соответствует выходу души из пещеры, ее восхождению в область света, которое она осуществляет, движимая желанием совершенства.
Правда, Платон говорит и о добродетели-привычке, которая не является внутренним достоянием человека. Если человек действует хорошо лишь по привычке, а не исходя из знания, его поведение будет лишь рефлексией на окружение, так как этот образ действия является не достоянием самого человека, а достоянием окружения. Другими словами добродетель, приобретенная воспитанием, нестабильна, она легко ускользает из души вместе с «правильным мнением», на которое она опирается. Добродетели необходимо привязать к душе посредством диалектики, которая для Платона является не чисто логическим упражнением, а в первую очередь средством внутреннего преображения.
Опираясь на мнения, человек действует и ведет себя подобно слепому, который все, что его окружает, познает и узнает лишь на ощупь. Для такого человека характерна экстраполяция своих представлений о частях на целое и наоборот, этот человек часто не улавливает, что то, что он знает как отдельное, на самом деле является частями единого целого. Кроме того, такой человек свободно движется лишь в пространстве, к которому он привык, и если поменять его пространство, он начинает спотыкаться и всеми силами пытается все новое свести к тому, что он уже знает. И так же, как слепой, чтобы обрести зрение, должен сначала осознать свою слепоту, так и неведающий, чтобы обрести знание, сначала должен осознать свое неведение. Это признание является началом философской дороги, которая возвращает человека к самому себе и дает власть над самим собой.
Философ должен упражняться в добродетели практической, ведущей к нравственному образу жизни, и добродетели созерцательной, приводящей человека к знанию. Таким путем он приближается к мудрости, которая уподобляет его богам.
Утраченная целостность
Очищение души осуществляется под покровительством Аполлона – божества, которое олицетворяет единство и целостность (человека и мира), гармонию и порядок. Согласно Платону, он является носителем врачебной, стрелковой, мусической и мантической функций, каждая из которых по-своему связана с воссозданием изначальной чистоты и целостности души. В качестве предводителя муз вместе с ними он является символом страстного стремления и поиска философской мудрости («Кратил», 405 а–406 b).
Стремление к единому, поиск общего во множественном, восхождение от мнимой к подлинной добродетели, из мира чувственного в мир идей и к их причине, Благу – все это является основной задачей философа и залогом его освобождения.
В орфической традиции этому соответствует воскрешение Диониса, спасителем и воссоздателем которого является Аполлон. Он собирает Диониса в единое целое и оживляет его. Нисхождение божественного в материю, утрата изначальной чистоты и целостности описывается символически как разделение тела Диониса титанами на части.
Душа человека создана из пепла уничтоженных Зевсом титанов. Она внутри себя несет два начала: титаническое и дионисийское, которые необходимо отделить друг от друга. Первое символизирует стихийные, терзающие душу силы, все то, что является причиной ее дробления. Дионисийское начало роднит человека с божеством и делает его бессмертным, но оно нуждается в очищении и восстановлении утраченной целостности.
Подобная мысль встречается в «Пире», где один из собеседников Сократа рассказывает миф, согласно которому каждый человек является лишь половиной одного целого. В древние времена люди имели круглое тело, четыре руки, четыре ноги и два лица. Обладая огромной силой, они начали посягать на власть богов, которые, не желая уничтожать человеческий род, решили разделить их пополам. С тех пор каждый человек находится в поиске утраченной половины.
В одном из ключей этот миф указывает на присущее человеку чувство ущербности, разделенность сознания и его двойственную природу. Внутри нас есть то, чего мы не осознаем и чем не владеем, то, что можем назвать сверхсознанием, той частью души, которой присущи творческие способности и которой мы достигаем благодаря вдохновению, тем моментам, когда поднимаемся над собой в сферу чистой духовности и, возвращаясь, создаем творения, превышающие их творцов.
Философский Эрос
Душа занимает промежуточное положение между чувственным и умопостигаемым мирами, и это сближает ее с Эросом – одним из гениев, которые осуществляют посредническую функцию между богами и людьми. Если Эрос является сыном Пороса – богатства и Пении – бедности, то душа в каком-то смысле их дочь. Так же, как и Эрос, душа бедна, и поэтому она стремится найти то, что могло бы осмыслить ее существование, будь то богатство, слава, счастье, истина или что-то другое, что с точки зрения человека обладает ценностью. Она движется от одной цели к следующей, от одного счастья к другому, и это движение не имеет ни начала, ни конца. Но душа также и богата, ибо то, что ищет и к чему стремится, она в конечном итоге находит внутри себя.
Подобно Эросу, она является бездомным существом, не знающим покоя и всегда в чем-то нуждающимся. Но она любит, и ее любовь – это стремление овладеть прекрасным. И эту красоту она открывает в первую очередь в чувственном мире, а потом, по мере прозрения, – и в мире духовном. Подобно Эросу, она и «смертна» и «бессмертна», в один и тот же день то умирает, то возрождается. Умирает, когда опускает свои глаза к земле, стремясь осуществиться посредством преходящих, материальных благ, либо попадая под власть тела. Она возрождается, просыпаясь и бодрствуя в сфере духовного.
Слово «порос» (poros), кроме богатства, означает мост, переход через что-либо, путь и средство достижения какой-то цели. В «Пире» Порос является сыном богини Метиды – разума, а, как известно, Афина, олицетворяющая мудрость, является дочерью этой богини. Вместе они представляют мудрость и путь, ведущий к этой мудрости.
Философия – это любовь к мудрости, а философ – человек, любящий мудрость. Он занимает промежуточное пространство между неведением и мудростью. В отличие от невежд философ знает, что его душа еще не обладает ни красотой, ни добротой, ни справедливостью, и это знание своего несовершенства превращается в жажду, в страстное желание мудрости – самого прекрасного из всех вещей, которые существуют.
Любовь – это всегда движение к тому, чем мы не обладаем, желание вечно обладать предметом нашей любви. Она то, что не дает покоя душе и поглощает ее все сильнее по мере приближения к избранной цели. Она окрыляет и возносит душу к той сфере, где она была до своего нисхождения в тело, когда вместе с богами могла созерцать мир идей.
Но любовь это не только стремление к вечному обладанию Благом, ее природе присуще желание увековечить себя, порождая в физической и духовной плоскостях. Как говорит Платон, она должна родить в прекрасном как телесно, так и духовно. И так же, как есть люди, беременные телесно, есть и те, кто беременен духовно.
Разрешаясь от бремени, смертное приобщается к бессмертному: тело – продолжением человеческого рода, а душа – порождая в духовной плоскости, как внутри, так и вне себя. Философский Эрос – это способность забеременеть духовностью и родить духовность, освободить изнутри наружу прекрасное, доброе и справедливое, эманировать их из центра души, подобно тому как солнце эманирует свет, освещая и придавая жизнь всему, что существует.
Каждый сам должен пройти через роды и сам породить собственное бессмертие. Но родить можно только в прекрасном и находясь рядом с прекрасным. Атмосфера духовности побуждает душу разрешиться от бремени, и поэтому немаловажен мир, который нас окружает. Приближаясь к прекрасному, беременная душа проникается радостью и порождает то, что несет внутри себя. Если же ее окружает безобразие, она сжимается и замыкается, мрачнеет и вместо того, чтобы родить, тяготится задержанным в утробе плодом («Пир», 206 с-d).
Близость духовности обращает душу к самой себе. Смотря на внутреннюю красоту, она порождает красоту и делает жизнь красивой. То же самое можно сказать о справедливости, доброте и мудрости. Таким образом, духовный поиск не является каким-то теоретическим исследованием или чисто внутренним переживанием. Созерцая прекрасное, душа порождает истинную добродетель. Поднимаясь по ступенькам от красоты вещей к красоте нравов и законов и дальше – к красоте учений, а потом к самому Благу, она постепенно преодолевает ту пропасть, которая отделяет ее от божественной мудрости («Федон», 211 е). Она любит, и ее любовь возвышает ее к Богу, совершенствует ее, формирует подлинного человека в человеке, подлинного философа, который становится посредником между богами и людьми, Эросом, который соединяет начало поиска и его цель, смертное и бессмертное, который в одинаковой мере любит и Бога, и человечество.
Философ перед лицом жизни и смерти
Для Платона философия не профессия, а призвание, не формальное и фрагментарное исследование тех или иных вопросов, а сосредоточение на главном. Она не бегство от жизни в мир мыслей или уход от проблем общества, а страстное стремление преобразовать и индивида, и общество.
Философия - это также узнавание самого себя, своей бессмертной природы, которая по мере очищения начинает все сильнее просвечивать сквозь то, что срослось с душой. Она – поиск ответа на вопрос «что такое человек?», но ответ на этот вопрос нельзя найти ни в книгах, ни анализируя самих себя, какими являемся сейчас. Ответ этот приходит по мере восхождения к истокам, которые находятся за гранью жизни и смерти, но при своем восхождении философ должен всегда помнить и о том, и о другом.
Те, кто подлинно предан философии, как говорит Платон, по сути вещей заняты только умиранием и смертью (Федон, 64 а). Таким образом, жизнь философа, являясь и познанием самого себя, и поиском правильной меры, и памятованием о смерти, осуществляется согласно трем советам, которые были написаны на стенах храма Аполлона в Дельфах.
Размышления о смерти и бренности жизни занимают важное место в духовных практиках разных философско-мистических и религиозных учений. Философ помнит о смерти, и это превращает ее в союзника, а не врага его изысканий. Помнить о смерти в действительности значит сосредоточиться на жизни как на возможности облагородить и наполнить смыслом свое существование. Не бояться смерти значит не бояться и жизни, и всевозможных испытаний, которым подвергает нас судьба. В конечном итоге, единственное, что человек может потерять, это не жизнь, ибо она продолжается и после смерти; можно «потерять» самое ценное, чем он обладает, – душу, и этого надо бояться больше всего.
Сегодня, когда философия очень осторожно приступает к метафизическим вопросам (ибо метафизика невозможна как наука), мы боимся разговаривать о душе, смерти или Боге и всех вещах, выходящих за пределы пещеры чувственного мира и его истины. Если в XIX веке атеизм и материализм были более теоретичны, то сейчас они стали образом жизни. Человек, живущий чувственной истиной, не интересуется ничем сверхчувственным. Для него такой интерес является заблуждением и пережитком прошлого. Здесь мы не будем обсуждать следствия такого подхода, они у всех на виду. Лишь отметим, что все, что сегодня является заблуждением, может завтра стать истиной, а то, что считается истиной, может стать ложью. Скептицизм и цинизм, относительность этических и эстетических ценностей, индивидуализм и неверие не впервые исполняют главные роли в театре жизни. Все это в меньших масштабах мы встречаем и в Афинах в эпоху Сократа, противостоящего софистам, которые утверждали, что человек является мерой всех вещей и что истина одного является не менее истинной, чем истина кого-то другого.
В отличие от Древней Греции, сегодня нет философских школ, и большинство философов ищут в одиночку. Сегодня мы нуждаемся в более практичном подходе, который смог бы приблизить философию к человеку, не владеющему сложными понятиями и определениями академической философии, превратить ее в образ жизни, который опирается на пример и воспитывает посредством примера.
Как говорит Платон, одной из задач философа является воспитание, и это воспитание не должно основываться н а внушении. То, что мы желаем разбудить в душах других, мы должны осуществлять в собственной жизни. Лучшее воспитание – это воспитание, основывающееся на примере, которому можно подражать. Следовательно, хорошим воспитателем и индивида, и общества может быть лишь человек, который ведет строгий и мудрый образ жизни. Если юная, ищущая душа не будет обучаться умеренности у умеренных, храбрости у храбрых, мудрости у мудрых, она, предоставленная самой себе, будет расти, часто попадая в плен своего неведения и чувственной части души.
В течение всей своей жизни Сократ призывал сограждан к заботе о душе, и основной целью его разговоров было желание воздействовать на их душу, внести в нее беспокойство и заставить человека сделать что-либо для самого себя. Мало сомневаться, необходимо сделать шаг, который от неведения ведет к более глубокому пониманию. Признание того, что наши представления ошибочны, что мы не знаем истины, должно вести к ее поиску. Истина освобождает человека, и лишь она может сделать жизнь счастливой. Она не является формальным понятием, чем-то существующим вне человека, к чему он не причастен внутренне. Человек приближается к истине по мере того, как она внутри него самого приобретает более четкие очертания и форму. Как говорит Прокл, Бог присутствует во всех вещах в одинаковой мере, но не все в одинаковой мере присутствует в Боге. Подобным образом истина присутствует во всем, нет двух истин, но каждый должен приложить усилия, чтобы открыть ее внутри и вокруг себя. Познавая себя, мы познаем мир. Познавая вселенную, мы узнаем самих себя.
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
=Коты блокадного Ленинграда=
В 1942-м году осажденный Ленинград одолевали крысы. Очевидцы вспоминают, что грызуны передвигались по городу огромными колониями. Когда они переходили дорогу, даже трамваи вынуждены были останавливаться. С крысами боролись: их расстреливали, давили танками, были созданы даже специальные бригады по уничтожению грызунов, но справиться с напастью не могли. Серые твари сжирали даже те крохи еды, что оставались в городе. Кроме того, из-за полчищ крыс в городе возникла угроза эпидемий. Но никакие «человеческие» методы борьбы с грызунами не помогали. А кошек — главных крысиных врагов — в городе не было уже давно. Их съели.
|
Без заголовка |
|
Серия сообщений "НОВИЧКАМ - ПОМОЩЬ":
Часть 1 - Памятка начинающим блоггерам
Часть 2 - Мои шпаргалки
...
Часть 17 - Как расположить несколько элементов на страничке рядом друг с другом.Урок для начинающих!
Часть 18 - Уроки по Оформлению дневника для Лирушников
Часть 19 - ИНСТРУКЦИЯ ПОЛЬЗОВАНИЯ РАМОЧКАМИ
Часть 20 - Шаблон сообщения. Новичкам самым новым.
Часть 21 - де подписать отправляемую симпатию?
...
Часть 23 - Новичкам и чайникам. Поговорим просто о сложном.
Часть 24 - Делаем баннер
Часть 25 - ДОРОГИЕ НОВИЧКИ, ДРУЗЬЯ И ПЧ -ПРОЧИТАЙТЕ О СИМПАТИЯХ!!!
|
Без заголовка |
ХРИСТОС НА КАМЕШКЕ ИЗ КАРПАТСКОЙ РЕЧУШКИ.
Иконы на камне.
Львовский повар-богослов Игорь Юрий пишет лики святых на камнях.
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
С праздником 8 марта!
...Быть женщиной - условие задачи.
Душой и сердцем жизнь свою решать,
Учиться свет дарить - и не иначе,
А значит всё любить, прощать и очищать.
|
Хуан Рамон Хименес (любимое) |
***
Ночь
устала
кружиться...
Сиреневых ангелов стая
погасила зелёные звёзды.
Под фиалковым пологом
даль полевая
проступила,
из тьмы выплывая.
И вздохнули цветы и глаза разомкнули,
и запахла роса луговая.
И на розовой таволге -
о, белизна тех объятий! -
полусонно слились, замирая,
как жемчужные души,
две юности наши
по возврате из вечного края.
***
Под ветром растаяла туча сырая,
деревья подобны искрящимся кладам,
и первые птицы вернулись из рая -
и вырос закат заколдованным садом.
Зажги, о закат, мою душу и тело,
чтоб сердце, как ты, пламенело и крепло,
и жарче любило, и ярче горело.
...а ветер забвенья избавит от пепла...
***
Женщина рядом с тобой...
Музыку, пламя, цветок -
всё обнимает покой.
Если с тобой её нет,
сходят с ума без неё
музыка, пламя и свет.
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
История картины
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Современный французский художник Симон Бек (Simon Beck) создает свои удивительные узоры прямо на снегу. Занимается он этим на замерзшей поверхности Савойских озер, в округе Haute-Savoie (Высокая Савойя). Здесь расположено множество горнолыжных курортов, но по причине болезни ног, Simon не катается на лыжах и сноуборде, в отличие от остальных отдыхающих. Ему удалось совместить приятное с полезным.
Каждый зимний день Саймон Бек надевает снегоступы и идет гулять по замерзшим озерам Савойи. После 5-9 часов брожения по снегу его следы складываются в четкий геометрический рисунок. Размер каждого такого изображения достигает величины размером с три футбольных поля. Удивительная особенность рисунков на снегу заключается в том, что они приобретают 3D-эффект, если смотреть на них с высоты. Время существования шедевра на снегу определяет погода. Первый же сильный ветер или снег разрушает эти творения. Иногда Саймон Бек восстанавливает заметенную снегом картину, иногда приступает к созданию новой.
|
Без заголовка |
***
Тише, тише… Не судите, это грех…
Вы порадуйтесь душою за успех…
Вы поплачьте над чужою — над бедой…
Сострадание — ручей с живой водой…
Тише, тише… Не ругайте сгоряча…
Чья-то жизнь, возможно, гаснет как свеча…
Не задуйте кривотолком тот огонь…
Поддержите, поднеся к нему ладонь…
Тише, тише… Не врывайтесь в жизнь людей,
Наблюдая с высоты судьбы своей…
Потому что жизнь — сплошные этажи…
Там, вверху, возможно, просто больше лжи…
Тише, тише… Ведь слова острей ножа…
Нужно жить, на сердце злобы не держа…
Много мнений, только помнить нужно впредь,
Что на всех свою рубашку не надеть…
Тише, тише… Там где слухи — правды нет…
Лишь Всевышний знает правильный ответ…
И от глаз его не скрыться, не уйти,
Вот поэтому живи и не суди!
(Ирина Самарина)
|
Любимое "из Высоцкого" |
Певец у микрофона
Я весь в свету, доступен всем глазам,
Я приступил к привычной процедуре:
Я к микрофону встал как к образам...
Хотя, как знать, быть может, - к амбразуре.
И микрофону я не по натру -
Да, голос мой любому опостылет, -
Уверен, если где-то я совру -
Он ложь мою безжалостно усилит.
Бьют лучи от рампы мне под ребра,
Светят фонари в лицо недобро,
И слепят с боков прожектора,
И - жара!.. Жара!.. Жара!
Он, бестия, потоньше острия -
Слух безотказен - слышит фальшь до йоты.
Ему плевать, что не в ударе я,
Но пусть я честно выпеваю ноты!
Сегодня я отчаянно хриплю,
Но изменить тональность не рискую:
Ведь если я душою покривлю -
Он ни за что не выпрямит кривую.
Бьют лучи...
На шее гибкой этот микрофон
Своей змеиной головою вертит.
Лишь только замолчу - ужалит он -
Я должен петь до одури, до смерти.
Не шевелись, не двигайся, не смей!
Я видел жало - ты змея, я знаю!
А я сегодня заклинатель змей:
Я не пою - я кобру заклинаю!..
Бьют лучи...
Прожорлив он, и с жадностью птенца
Он изо рта выхватывает звуки,
Он в лоб мне влепит девять грамм свинца.
Рук не поднять - гитара вяжет руки!
Опять!.. Не будет этому конца!
Что есть мой микрофон - кто мне ответит?
Теперь он - как лампада у лица,
Но я не свят, и микрофон не светит.
Бьют лучи...
Мелодии мои попроще гамм,
Но лишь сбиваюсь с искреннего тона -
Мне сразу больно хлещет по щекам
Недвижимая тень от микрофона.
И если я до сей поры пою
И не фальшивлю, в том его заслуга:
Он выполняет миссию свою -
Жестокого, но искреннего друга!
Я освещён, доступен всем глазам.
Чего мне ждать - затишья или бури?
Я к микрофону встал, как к образам...
Нет-нет, сегодня точно - к амбразуре!
***
Люблю тебя сейчас, не тайно - напоказ.
Не "после" и не "до" в лучах твоих сгораю.
Навзрыд или смеясь, но я люблю сейчас,
А в прошлом - не хочу, а в будущем - не знаю.
В прошедшем "я любил" - печальнее могил,-
Все нежное во мне бескрылит и стреножит,
Хотя поэт поэтов говорил:
"Я вас любил, любовь еще, быть может..."
Так говорят о брошенном, отцветшем -
И в этом жалость есть и снисходительность,
Как к свергнутому с трона королю.
Есть в этом сожаленье об ушедшем
Стремленьи, где утеряна стремительность,
И как бы недоверье к "я люблю".
Люблю тебя теперь - без обещаний: "Верь!"
Мой век стоит сейчас - я вен не перережу!
Во время, в продолжение, теперь -
Я прошлым не дышу и будущим не брежу.
Приду и вброд, и вплавь к тебе - хоть обезглавь!
С цепями на ногах и с гирями по пуду.
Ты только по ошибке не заставь,
Чтоб после "я люблю" добавил я "и буду".
Есть в этом "буду", как ни странно,
Подделанная подпись, червоточина
И лаз для отступленья, про запас,
Бесцветный яд на самом дне стакана,
И, словно настоящему пощечина, -
Сомненье в том, что я люблю сейчас.
Смотрю французский сон с обилием времен,
Где в будущем - не так, и в прошлом - по-другому.
К позорному столбу я пригвождён,
К барьеру вызван я - языковому.
Ах, разность в языках! Не положенье - крах!
Но выход мы вдвоём поищем - и обрящем.
Люблю тебя и в сложных временах -
И в будущем, и в прошлом настоящем!
Баллада о любви
Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.
И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...
Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что "я люблю",-
То же, что дышу, или живу!
И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...
Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули...
Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!
Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...
Их голосам дано сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
***
Ну вот, исчезла дрожь в руках —
Наверх, наверх!
Ну вот, сорвался в пропасть страх
Навек, навек.
Для остановки нет причин —
Иду, скользя...
И в мире нет таких вершин,
Что взять нельзя!
Среди нехоженых путей
Один — пусть мой,
Среди невзятых рубежей
Один — за мной!
Кто не доплыл и в волны лёг,
тем Бог судья,
Среди непройденных дорог
Одна — моя!...
|
Читая "Таис Афинскую"... |
***
***
***
...зачем же рыдать под звездой, которую всё равно не снять с неба? Она совершает начертанный ей путь. А ты совершай свой.
|
Райнер Мария Рильке ЭЛЕГИЯ ДЛЯ МАРИНЫ |
|
C Рождеством! |
|
Без заголовка |
Снежные валики – одно из редких погодных явлений. Они формируются ветром, сдувающим снег, таким образом заматывая его в многослойные рулоны. Снежные валики, как правило, формируются в форме цилиндра, оставаясь внутри полыми. Первые слои, как правило, самые хрупкие, но с каждым последующим они становятся толще.
Образование снежных валиков происходит при наличии одновременно нескольких условий: открытое пространство, покрытое рыхлым снегом (он должен быть не очень мокрым и не очень сухим) и ветер, скорость которого будет закручивать валики по поверхности, но не срывать их с места.
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Начало здесь.
4 декабря 1875 года родился австрийский поэт Рене Карл Вильгельм Иоганн Йозеф Мария Рильке.
Когда-то Рильке считался у нас чуждым буржуазным поэтом. Известно мнение Фадеева 1950 года: «А кто такой Рильке? Крайний мистик и реакционер в поэзии». По одному-двум стихотворениям Райнер Рильке постепенно просачивался к русскому читателю. Сейчас число его переводчиков перевалило за сотню. У нас наиболее известны такие хрестоматийные стихотворения Рильке, как «Осень», «Осенний день», «О фонтанах».
Листва на землю падает, летит,
точь-в-точь на небе время листопада,
так падает, ропща среди распада;
и падает из звездного каскада
отяжелевшая земля, как в скит.
Мы падаем. И строчки на листы.
Не узнаю тебя среди смещенья.
И все же некто есть, кто все паденья
веками держит бережно в горсти.
( Перевод В. Летучего)
Я вдруг впервые понял суть фонтанов,
стеклянных крон загадку и фантом.
Они как слезы мне, что слишком рано –
во взлете грез, в преддверии обманов –
я растерял и позабыл потом...
(Пер. А. Карельского)
О святое мое одиночество – ты!
И дни просторны, светлы и чисты,
Как проснувшийся утренний сад.
Одиночество! Зовам далеким не верь
И крепко держи золотую дверь,
Там, за нею, желаний ад.
(пер. А. Ахматовой)
Или вот великолепное стихотворение «За книгой» в переводе Б. Пастернака. Послушайте его в исполнении Давида Аврутова:
http://natalia-cravchenko2010.narod2.ru/lektsii_o_poetah_audio/-_Rilke_ya_zachitalsya.mp3
Путешествие в Россию
С Россией Рильке связывало многое.
В 1897 году (в 22 года) он встретился в Мюнхене с женщиной, вошедшей в историю как русская Муза поэта. Это была уроженка Петербурга, обрусевшая немка Луиза Андреас Саломе или, как её звали, Лу. Дочь русского генерала, рано уехавшая в Западную Европу, близкая подруга Ницше, жена депутата парламента Германии, впоследствии любимая ученица Фрейда, писательница, эссеистка, литературный критик — она была одной из наиболее ярких фигур своего времени.
Рильке увлёкся этой блестящей женщиной настолько, что стал на несколько лет её тенью. Он боготворил Лу (она была старше его на 15 лет), ловил каждое слово, не говоря уже о стихах — всё творчество Рильке с 1897 до 1902 года так или иначе обращено к ней. Вот один из самых сильных его сонетов тех лет:
Нет без тебя мне жизни на земле.
Утрачу слух - я все равно услышу,
Очей лишусь - еще ясней увижу.
Без ног я догоню тебя во мгле.
Отрежь язык - я поклянусь губами,
Отрежь мне руки - сердцем обниму.
Разбей мне сердце - мозг мой будет биться
навстречу милосердью твоему.
И если вдруг меня охватит пламя
И я в огне любви твоей сгорю -
Тебя в потоке крови растворю.
По совету Лу Рильке изменяет своё подлинное имя Рене на более мужественное Райнер. Под влиянием Луизы Саломе он полюбил Россию, куда она впервые привезла его в 1899 году. В ту поездку они побывали только в Москве и Петербурге, но на следующий год, в 1900-ом, они объездили чуть не всю Россию: побывали у Толстого в Ясной Поляне, посетили могилу Тараса Шевченко, побывали в Харькове, Воронеже, Ярославле, Саратове. Из письма Лу: «Приехав в Саратов, мы должны были сразу пересесть на пароход, но мы опоздали, и нам пришлось провести в этом городе весь день».
Вот как описывает Райнер их путешествие по Волге: «Путешествие по Волге, этому спокойно катящемуся морю. Широкое течение. Высокий-высокий лес на одном берегу, а с другой стороны — глубокая равнина, на которой большие города стоят как избы или шатры. Всё видишь в новом измерении. У меня такое ощущение, как будто я увидел работу Творца».
В России они встречались с Чеховым, А. Бенуа, Репиным, Леонидом Пастернаком, который тогда рисовал Рильке на глазах двухлетнего Бориса.
Тогда и завязалась их многолетняя дружественная переписка, в которой много позже примет участие и Борис Пастернак. Спустя много лет уже после смерти Рильке Л. Пастернак напишет его портрет, лучший из всего многообразия существующих. Никто ещё не сумел так психологически тонко и глубоко передать суть личности этого поэта.
Рильке влюбился в Россию, что называется, до беспамятства. Потом он даже своё жилище в Германии обустроит на манер русской избы. Райнер пишет стихи о России, в том числе и на русском языке, переводит русских поэтов: Лермонтова, З. Гиппиус, Фофанова, перевёл даже «Чайку» Чехова, но перевод был утерян. В 1901 году он собирался в Россию в третий раз, но произошёл разрыв с Лу, а вскоре Рильке женился на скульпторе Кларе Вестгоф.
Жена Рильке Клара
Бюст Рильке работы его жены К.Вестгоф
У них родилась дочь Рут. Они переезжают в Париж. Но семья вскоре распалась. С тех пор Рильке живёт в Европе. Россия для него воскреснет в 1926 году, когда бурная эпистолярная дружба с Мариной озарит последний год его жизни.
Реквиемы Рильке
Б. Пастернак перевёл и опубликовал в России «Реквиемы» Р. М. Рильке. Один из них под названием «Реквием по одной подруге» был посвящен памяти талантливого скульптора Паулы Модерзон-Беккер.
Некоторые биографы считают, что Рильке был влюблён в эту женщину. Этот реквием пронизан ощущением большой личной утраты.
Я чту умерших и всегда, где мог,
давал им волю и дивился их
уживчивости в мёртвых, вопреки
дурной молве. Лишь ты, ты рвёшься вспять.
Ты льнёшь ко мне, ты вертишься кругом
и норовишь за что-нибудь задеть,
чтоб выдать свой приход.
Приблизься к свечке. Мне не страшен вид
покойников. Когда они приходят,
то вправе притязать на уголок
у нас в глазах, как прочие предметы.
Я, как слепой, держу свою судьбу
в руках и горю имени не знаю.
Оплачем же, что кто-то взял тебя
из зеркала. Умеешь ли ты плакать?
Не можешь. Знаю...
Но если ты всё тут ещё, и где-то
в потёмках это место есть, где дух
твой зыблется на плоских волнах звука,
которые мой голос катит в ночь
из комнаты, то слушай: помоги мне.
Будь между мёртвых. Мёртвые не праздны.
И помощь дай, не отвлекаясь, так,
как самое далёкое порою
мне помощь подаёт. Во мне самом...
Портрет Рильке работы Паулы Модерзон-Беккер
Дуинские элегии
В начале 1912 года Рильке начинает писать нечто в европейской поэзии невиданное — цикл из 10 элегий, который назвал «Дуинские элегии» - едва ли не вершина творчества Рильке и, безусловно, самый смелый его эксперимент. Названы так элегии были по имени замка Дуино на Адриатике, где они были начаты.
Это имение княгини Марии Турн-и-Таксис, дружески относившейся к поэту. Бедствовавший всю жизнь Рильке нуждался в помощи меценатов. Хозяйка замка, с которой Райнер переписывался целых 17 лет после проживания в Дуино, вспоминала, что начальные строки "Дуинских элегий" возникли в день, когда дул бора – сильный, почти ураганный ветер. В его шуме поэту послышался голос, выкрикнувший первые слова.
В этих элегиях Рильке стремился развернуть новую картину мироздания – целостного космоса без разделения на прошлое и будущее, видимое и невидимое. Прошедшее и будущее выступают в этом новом космосе на равных правах с настоящим. Вестниками же космоса предстают ангелы – «вестники, посланцы», ангелы – как некий поэтический символ, не связанный – он подчёркивал это – с представлениями христианской религии.
Вильманн Михаэль Лукас Леопольд. Пейзаж со сном Иакова. Лестница ангелов.
Ангелы (слышал я) бродят, сами не зная,
где они – у живых или мёртвых.
Гюстав Моро. Ангел
Поэт воспевает здесь ключевые моменты человеческого существования: детство, приобщение к стихиям природы и — смерть, как последний рубеж, когда испытываются все ценности жизни:
Правда, нам странно знакомую землю покинуть,
все позабыть, к чему привыкнуть успели,
не разгадывать по лепесткам и приметам,
что случиться должно в человеческой жизни:
не вспоминать о том, что к нам прикасались
робкие руки, и даже имя, которым
звались мы, сломать и забыть, как игрушку.
Странно уже не любить любимое. Странно
видеть, как исчезает привычная плотность,
как распыляется все. И нелегко быть
мертвым, и ждать, покуда еле заметно
вечное нас посетит. Но сами живые
не понимают, как зыбки эти границы.
В 2003 году замок Дуино был открыт для туристов, проведения концертов и других мероприятий.
«Тропа Рильке». Она тянется на 2 километра, на ее обзорных площадках есть скамейки для отдыха. Именно по ней любил гулять знаменитый австрийский поэт, черпая вдохновение в окрестной природе.
Сонеты к Орфею
С 1919 года и до самой смерти Рильке почти безвыездно живёт в Швейцарии, где друзья покупают ему скромный старинный дом — замок Мюзо.
Здесь в 20-е годы Рильке переживает новый творческий взлёт: он создаёт прекрасный цикл «Сонетов к Орфею». Орфей — образ Бога-певца, к которому обращены все 55 стихотворений. В какой-то степени они могут считаться автобиографической исповедью поэта.
Читает Давид Аврутов: http://natalia-cravchenko2010.narod2.ru/lektsii_o_poetah_audio/-_Obliki.mp3
Облики мира, как облака,
тихо уплыли.
Все, что вершится, уводит века
в древние были.
Но над теченьем и сменой начал
громче и шире
нам изначальный напев твой звучал,
Бога игра на лире.
Тайна любви велика,
боль неподвластна нам,
и смерть, как далекий храм,
для всех заповедна.
Но песня — легка и летит сквозь века
светло и победно.
(Г. Ратгауз)
Стефан Цвейг, хорошо знавший Рильке, оставил в своей книге воспоминаний «Вчерашний мир» замечательный портрет поэта: «Никто из поэтов начала века не жил тише, таинственнее, неприметнее, чем Рильке. Тишина как бы сама ширилась вокруг него... он чуждался даже своей славы. Его голубые глаза освещали изнутри его лицо, в общем-то неприметное. Самое таинственное в нём было — именно эта неприметность. Должно быть, тысячи людей прошли мимо этого молодого человека с немного славянским, без единой резкой черты лицом, прошли, не подозревая, что это поэт, и притом один из величайших в нашем столетии...»
Слова, всю жизнь прожившие без ласки,
непышные слова — мне ближе всех, -
писал Рильке. И эта несуетная скромность, непышность, неброскость, целомудренность слова были ему свойственны и в творчестве. Рильке, пишет Цвейг, принадлежал к особому племени поэтов. Это были «поэты, не требовавшие ни признания толпы, ни почестей, ни титулов, ни выгод и жаждавшие только одного: кропотливо и страстно нанизывать строфу к строфе, чтобы каждая строчка дышала музыкой, сверкала красками, пылала образами». «Песня есть существование», - читаем мы в его сонетах.
Рильке в своём кабинете
"Я принял тебя, Марина..."
Его невозможно было представить себе несдержанным. В каждом движении, в каждом слове — сама деликатность, даже смеялся еле слышно. У него была потребность жить вполголоса, и поэтому больше всего его раздражал шум, а в области чувств — любое проявление несдержанности. «Меня утомляют люди, которые с кровью выхаркивают свои ощущения, - сказал он как-то, - потому и русских я могу принимать лишь небольшими дозами, как ликёр». Это отличало его от стихийной, шквальной природы Марины Цветаевой. Но у них было и общее: оба были поэтами тоски, общим было отношение к религии, далёкое от ортодоксального, канонического христианства. Рильке был влюблён в Россию, а Марина с детства была очень близка немецкой культуре («Во мне много душ, но главная моя душа — германская», - писала она).
Рильке послал Марине свои книги «Дуинские элегии» и «Сонеты к Орфею». Они потрясли Цветаеву. Она пишет в своём первом письме о том, что Рильке для неё - «воплощённая поэзия», «явление природы», которую «ощущаешь всем своим существом». В своей коленопреклонённости (как некогда перед Блоком) она незаметно перешла с поэтом на ты, не как с равным, а как с божеством:
«Я жду Ваших книг, как грозы, которая – хочу или нет – разразится. Совсем как операция сердца (не метафора! каждое стихотворение (твое) врезается в сердце и режет его по-своему – хочу или нет). Знаешь ли, почему я говорю тебе Ты и люблю тебя и – и – и – потому что ты – сила. Самое редкое».
Цветаева стремительно сокращает дистанцию в разговоре, не смущаясь, что пишет малознакомому человеку. Она убеждена: сильные смотрят с улыбкой на переступающих границы — оборонительные тревоги им неведомы. И Рильке не только не смущён тональностью цветаевского письма — он зачарован им. С готовностью принимает он и перенимает её «ты» и делает со своей стороны огромный шаг навстречу.
« Сегодня я принял тебя, Марина, принял всей душой, всем своим сознанием, потрясённым тобою, твоим появлением... Что сказать тебе? Ты протянула мне поочередно свои ладони и вновь сложила их вместе, ты погрузила их в мое сердце, Марина, словно в русло ручья, и теперь, пока ты держишь их там, его встревоженные струи стремятся к тебе... Не отстраняйся от них! Я открыл атлас (география для меня не наука, а отношения, которыми я спешу воспользоваться), и вот ты уже отмечена, Марина, на моей внутренней карте: где-то между Москвой и Толедо я создал пространство для натиска твоего океана».
Элегия для Марины
Рильке посвящает Цветаевой элегию, в которой размышляет о незыблемости равновесия космического целого.
Послушайте фрагмент из неё в исполнении Давида Аврутова (перевод З. Миркиной) (не обращайте внимания на предупреждения в рамочке, это формальности, смело включайте ссылки: http://natalia-cravchenko2010.narod2.ru/lektsii_o_poetah_audio/-_JElegiya_posvyaschennaya_M._Cvetaevoi.mp3
О, эти потери вселенной, Марина! Как падают звёзды!
Нам их не спасти, не восполнить, как бы порыв ни вздымал нас
ввысь. Всё смерено, всё постоянно в космическом целом.
И наша внезапная гибель
святого числа не уменьшит. Мы падаем в первоисточник
и в нём, исцелясь, восстаём.
Так что же всё это?.. Так что же тогда такое наша жизнь? Наша мука, наша гибель? Неужели это просто игра равнодушных сил, в которой нет никакого смысла? «Игра невинно-простая, без риска, без имени, без обретений?» На этот риторический вопрос Рильке отвечает не прямо, а как бы пересекая его внезапно вторгающимся новым измерением:
Волны, Марина, мы – море! Глуби, Марина, мы – небо!
Мы – тысячи вёсен, Марина! Мы – жаворонки над полями!
Мы – песня, догнавшая ветер!
О, всё началось с ликованья, но, переполняясь восторгом,
мы тяжесть земли ощутили и с жалобой клонимся вниз.
Ну что же, ведь жалоба – это предтеча невидимой радости новой,
сокрытой до срока во тьме...
То есть мы суть то, что наполняет нас. И если мы наполнились жизнью до края, она не исчезнет с нашей смертью. Она есть. Она накапливалась и зрела в нас, как цветок в бутоне, как плод в цветке. Бутон лопнул, но есть нечто иное – весь смысл жизни бутона – цветок, разливающий благоухание далеко за свои пределы. В нас тоже зреет этот благоухающий дух жизни, если мы наполняемся небом и морем, весной и песней. И любить в нас надо именно это, а не оболочку этого.
Любящие – вне смерти.
Только могилы ветшают там, под плакучею ивой, отягощенные знаньем,
припоминая ушедших. Сами ж ушедшие живы,
как молодые побеги старого дерева.
Ветер весенний, сгибая, свивает их в дивный венок, никого не сломав.
Там, в мировой сердцевине, там, где ты любишь,
нет преходящих мгновений.
(Как я тебя понимаю, женственный легкий цветок на бессмертном кусте!
Как растворяюсь я в воздухе этом вечернем, который скоро коснется тебя!)
Боги сперва нас обманно влекут к полу другому, как две половины в единство.
Но каждый восполниться должен сам, дорастая, как месяц ущербный, до полнолунья.
И к полноте бытия приведет лишь одиноко прочерченный путь
через бессонный простор.
Это трудно понять и трудно принять. «Каждый восполниться должен сам...» Сам? А не вместе? Значит, ему не нужно её рядом, слитой с ним воедино? Но что же тогда нужно?!.
Но это и есть тот самый огонь любви, в котором сгорает твоё малое «я» дочиста. Любить, ничего не присваивая. Сказать любимому не «будь моим!» - а «будь!» - и только. Мне не нужно ничего от тебя. Мне нужно только, чтобы ты был. В твоём бытие — моё.
Пропитанная мощным философским зарядом, элегия эта была близка Цветаевой всем своим духом. На долгие годы она станет её утешением, тайной радостью и гордостью, которые она ревниво оберегала от чужих глаз.
«Твоя Элегия, Райнер. Всю свою жизнь я раздаривала себя в стихах — всем. Поэтам — тоже. Но я давала всегда слишком много, я всегда заглушала возможный ответ. Я упреждала отклик. Потому-то поэты не писали мне стихов — и я всегда смеялась: они оставляют это тому, кто придет через сто лет. И вот твои стихи, Райнер, стих Рильке, Поэта, стихи — поэзии. И моя Райнер, немота. Всё наоборот. Всё правильно. О, я люблю тебя, я не могу это назвать иначе, первое явившееся и все же первое и лучшее слово".
.
Свиданье душ
Райнер жил уже теперь не в Мюзо, а в курортном местечке Рагац. Здесь его безрезультатно лечили в санатории от лейкемии. Ни сам Райнер, ни врачи и друзья не подозревали ещё, что жить поэту осталось всего полгода. Оттуда были написаны его последние письма Марине: «Последнее из твоих писем лежит у меня уже с 9 июля. Как часто мне хотелось написать! Но жизнь до странности отяжелела во мне, и я часто не могу её сдвинуть с места...»
«Райнер, я хочу к тебе, - откликалась Цветаева спустя два дня, - ради себя новой, той, которая может возникнуть лишь с тобою, в тебе». Она совершенно уверена, что их встреча принесёт Рильке радость. Тяжести состояния поэта она явно не понимает. Она вся во власти любви к нему, такой идеальной и такой земной, такой бескорыстной и такой требовательной, её чувства, изливаемые на бумаге — как стихи в прозе: она творит литературу из своей жизни, из своих переживаний.
«Райнер – не сердись, это ж я, я хочу спать с тобою – засыпать и спать. Чудное народное слово, как глубоко, как верно, как недвусмысленно, как точно то, что оно говорит. Просто – спать. И ничего больше. Нет, еще: зарыться головой в твое левое плечо, а руку – на твое правое, и ничего больше. Нет еще: даже в глубочайшем сне знать, что это ты. И еще: слушать, как звучит твое сердце. И – его целовать».
Эта мечта об идеальном соединении душ, когда ей хочется видеть его — спящим рядом, это поэтическое видение, образ — он не отпугнул Рильке, а встретил у него благодарное понимание. Ибо ничего «плотского» в этих строках не было. Нечто вроде заоблачной влюблённости, небесной страсти, её дано выражать только поэтам, и они прекрасно понимают друг друга с полуслова.
«Я всегда переводила тело в душу, - писала Цветаева Рильке. - Почему я говорю тебе все это? Наверное, из страха, что ты увидишь во мне обыкновенную чувственную страсть (страсть – рабство плоти ). «Я люблю тебя и хочу спать с тобою» – так кратко дружбе говорить не дано. Но я говорю это иным голосом, почти во сне, глубоко во сне . Я звук иной, чем страсть. Если бы ты взял меня к себе, ты взял бы les plus deserts lieux . Всё то, что никогда не спит, желало бы выспаться в твоих объятьях. До самой души (глубины) был бы тот поцелуй. (Не пожар: бездна.)»
Она непреложно знала, что в жизни не встретится с Рильке, что на земле нет места для «свидания душ» - об этом она написала поэму «Попытка комнаты» - и всё-таки ждала этой невозможной встречи, и требовала от поэта места и времени её.
«Райнер, этой зимой мы должны встретиться. Где-нибудь во французской Савойе, совсем близко к Швейцарии, там, где ты ещё никогда не был. В маленьком городке, Райнер».
…Я бы хотела жить с Вами
В маленьком городе,
Где вечные сумерки
И вечные колокола.
И в маленькой деревенской гостинице —
Тонкий звон
Старинных часов — как капельки времени.
И иногда, по вечерам, из какой-нибудь мансарды —
Флейта,
И сам флейтист в окне.
И большие тюльпаны на окнах.
И может быть, Вы бы даже меня не любили…
«Скажи: да, - пишет она ему — чтобы с этого дня была и у меня радость — я могла бы куда-то всматриваться...»
«Да, да, и ещё раз да, Марина, - отвечает ей Рильке, - всему, что ты хочешь и что ты есть — и вместе они слагаются в большое ДА, сказанное самой жизни... Но в нём заключены также и все 10 тысяч непредсказуемых «нет».
«Попытка комнаты» оказалась предвосхищеньем не-встречи с Рильке, невозможностью встречи. Отказом от неё. Предвосхищеньем смерти Рильке. Но Цветаева осознала это, только когда над ней разразилась эта смерть.
Их переписка неожиданно оборвалась в августе 1926 года. Рильке перестал отвечать на её письма. Кончилось лето. Марина с семьёй переехала из Вандеи в Бельвю под Парижем. В начале ноября прислала Рильке открытку со своим новым адресом: «Дорогой Райнер! Здесь я живу. Ты меня ещё любишь?» Ответа не было.
Впоследствии, в своём письме на тот свет, к своему вечному и, может быть, самому истинному возлюбленному — Рильке — она напишет — и это будет ещё один «вопль женщин всех времён»:
Верно лучше видишь, ибо свыше:
Ничего у нас стобой не вышло,
До того так чисто и так просто -
Ничего, так по плечу и росту
Нам - что и перечислять не надо.
На земле, на этом свете — ничего не вышло. Но...
Или слишком разбирались в средствах?
Из всего того один лишь свет тот
Наш был, как мы сами - только отсвет
Нас - взамен всего сего - весь тот свет.
Великое Ничего. Всё или ничего. Всего нельзя в жизни. Значит — ничего. На этом свете, в мире тел, в мире страстей, желаний — всё разорвано на части и надо выбирать. И вот в одном случае она сама выбрала — ничего — с Родзевичем («Поэма Конца»), в другом — судьба выбрала. Смерть выбрала.
Письмо на тот свет
Рильке умер 29 декабря 1926 года. Последнее стихотворение позволяет понять, как мучительно протекала его болезнь.
Пусть завершит мученье тканей тела
последняя губительная боль.
Умирающий Рильке
Он был похоронен на маленьком кладбище неподалёку от замка Мюзо.
Цветаева узнала о смерти Рильке в самый канун Нового года. Её первыми словами были: «Я его никогда не видела. Теперь я никогда его не увижу».
В ту новогоднюю ночь она пишет ему письмо. Письменное слово – её спасательный круг в самые тяжкие минуты жизни – даже тогда, когда нет уже на земле человека, к которому оно обращено.
«Любимый, я знаю, что ты меня читаешь прежде, чем это написано», – так оно начиналось. Письмо почти бессвязное, нежное, странное. «Год кончается твоей смертью? Конец? Начало! Завтра Новый год, Райнер, 1927,7 – твоё любимое число... Любимый, сделай так, чтобы я часто видела тебя во сне – нет, неверно: живи в моём сне. В здешнюю встречу мы с тобой никогда не верили – как и в здешнюю жизнь, не так ли? Ты меня опередил и, чтобы меня хорошо принять, заказал – не комнату, не дом – целый пейзаж. Я целую тебя – в губы? В виски? в лоб? Милый, конечно, в губы, по-настоящему, как живого... Нет, ты ещё не высоко и не далеко, ты совсем рядом, твой лоб на моём плече... Ты – мой милый, взрослый мальчик. Райнер, пиши мне! (Довольно глупая просьба?) С Новым годом и прекрасным небесным пейзажем!».
Оплакивание. Заклинания. Предтеча будущих реквиемов – в стихах и прозе. Новый год Цветаева встречала вдвоём с Рильке. Она говорила не с умершим и похороненным Рильке, а с его душой в вечности. Она чувствовала его бездну своей бездной. Этого нельзя объяснить. Этому можно только причаститься.
Лучшие цветаевские произведения всегда вырастали из самых глубоких ран сердца. В феврале 1927-го ею была завершена поэма «Новогоднее», о которой Бродский скажет, что это «тет-а-тет с вечностью». Подзаголовком было проставлено: «Вместо письма». Это своеобразный реквием, нечто среднее между любовной лирикой и надгробным плачем. Письмо-монолог, общение «поверх явной и сплошной разлуки», поверх вселенной. Поздравление со звёздным новосельем, любовь и скорбь, бытовые подробности, которые А. Саакянц называет «бытовизмом бытия». Поверить в небытие Рильке для неё невозможно. Это значило бы поверить в небытие собственной души. Небытие бытия.
Что мне делать в новогоднем шуме
с этой внутреннею рифмой: Райнер – умер?
Если ты, такое око смерклось,
значит, жизнь не жизнь есть, смерть не смерть есть.
Значит, тмится, допойму при встрече!
Нет ни жизни, нет ни смерти, – третье,
новое...
Следом за «Новогодним», будучи не в силах расстаться с Рильке, Цветаева пишет небольшое произведение в прозе «Твоя смерть». «Вот и всё, Райнер. Что же о твоей смерти? На это скажу тебе (себе), что её в моей жизни вовсе не было. Ещё скажу тебе, что ни одной секунды не ощутила тебя мёртвым, себя – живой, и не всё ли равно, как это называется!» – строчки, почти дословно повторяющие строки стихотворения «Петру Эфрону»: «И если для целого мира вы мёртвы, я тоже мертва».
«С тех пор у меня в жизни ничего не было, - признается она потом в письме Борису Пастернаку. - Проще: я никого не любила — годы — годы — годы. На поверхности себя я просто закаменела».
Под впечатлением всей этой истории я написала стихотворение:
Райнер Мария Рильке
Старинный замок. Тихий сад.
В горах затерянная местность.
Светилась в голубых глазах
Таинственная неприметность.
Печаль полуприкрытых век.
Звучанье строк подобно флейте.
Кто – ангел? Богочеловек?
Орфей двадцатого столетья?
Их душ глубинное родство
Поэта сразу покорило.
На карте внутренней его
Была отмечена Марина.
Поверх барьеров и помех
О, как ей в грудь к нему хотелось!
Он был единственным из всех,
В котором всё сплелось и спелось.
Он был её живое Там,
Её заоблачное чудо.
И вновь несбыточным мечтам
Слепых надежд даётся ссуда...
Любви ненасытима суть.
Ей вечно платишь неустойку.
Сказать любимому: не «будь
Со мной», а «будь!» – и только.
Глаза в слезах, душа в цвету.
Длить даль и боль – её призванье.
Свиданье душ «на тем свету»
Без признаков существованья.
Ладони никогда уже
Не лягут на земные плечи.
Попытка комнаты в душе –
Предвосхищение невстречи.
В отчаянье во тьму одна
Глядит бессонными очами.
Куда? Зачем? За что?! Стена.
Власть рока. Далее – молчанье.
Растёт и ширится тоска,
Стремясь из тела, как из склепа.
Но из земного тупика
Есть выход: в беспредельность неба.
Пусть не дано им счастье двух,
Но даль всегда встречалась с далью,
Простор – с простором, с духом – дух,
Печаль вселенская – с печалью.
Горит в раю его звезда.
В зрачки светил глаза упёрты.
Но ни на миг она тогда
Его не ощутила мёртвым.
Где жало, смерть, твоё? Любви
Заоблачной сродни заочность.
Её небесный визави
Теперь читал её без почты.
И месяц, тайною томим,
Застыл в пространстве заоконном,
Как вечный памятник двоим,
Не встретившимся в мире оном.
Полностью мою лекцию о Цветаевой и Рильке можно послушать здесь: http://rutube.ru/tracks/3395425.html?
v=d5180f7cfd29ef7bda594a53567e1716&&bmstart=1000
Переход на ЖЖ: http://nmkravchenko.livejournal.com/51585.html
|
Без заголовка |
ВОСПИТАННЫЕ ЛЮДИ
Письмо это Антон Павлович написал брату-художнику Николаю, обеспокоенный его беспутной жизнью и частыми пьяными загулами.
…Ты часто жаловался мне, что тебя "не понимают!!" На это даже Гете и Ньютон не жаловались... Жаловался только Христос, но тот говорил не о своем "я", а о своем учении... Тебя отлично понимают... Если же ты сам себя не понимаешь, то это не вина других...
Твой талант ставит тебя выше миллионов людей, ибо на земле один художник приходится только на 2 000 000... Талант ставит тебя в обособленное положение: будь ты жабой или тарантулом, то и тогда бы тебя уважали, ибо таланту все прощается.
Недостаток же у тебя только один. В нем и твоя ложная почва, и твое горе. Это - твоя крайняя невоспитанность. Извини пожалуйста, но veritas magis amicitiae...( истина выше дружбы). Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди нее чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным....
Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять следующим условиям:
1) Они уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы... Они не бунтуют из-за молотка или пропавшей резинки; живя с кем-нибудь, они не делают из этого одолжения, а уходя, не говорят: с вами жить нельзя! Они прощают и шум, и холод, и пережаренное мясо, и остроты, и присутствие в их жилье посторонних...
2) Они сострадательны не к одним только нищим и кошкам. Они болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом.
3) Они уважают чужую собственность, а потому и платят долги.
4) Они чистосердечны и боятся лжи, как огня. Не лгут они даже в пустяках. Ложь оскорбительна для слушателя и опошляет в его глазах говорящего. Они не рисуются, держат себя на улице так же, как дома, не пускают пыли в глаза меньшей братии... Они не болтливы и не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают... Из уважения к чужим ушам, они чаще молчат.
5) Они не уничижают себя с тою целью, чтобы вызвать в другом сочувствие. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. Они не говорят: "Меня не понимают!" или: "Я разменялся на мелкую монету! Я [...]!..", потому что все это бьет на дешевый эффект, пошло, старо, фальшиво...
6) Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомства с знаменитостями.
7) Если они имеют в себе талант, то уважают его. Они жертвуют для него покоем, женщинами, вином, суетой... Они горды своим талантом.
... Таковы воспитанные... Чтобы воспитаться и не стоять ниже уровня среды, в которую попал, недостаточно прочесть только Пиквика и вызубрить монолог из Фауста…
Тут нужны беспрерывный дневной и ночной труд, вечное чтение, штудировка, воля... Тут дорог каждый час...
... Иди домой, разбей графин с водкой и ложись читать... хотя бы Тургенева, которого ты не читал...
Жду... Все мы ждем...
Твой А. Чехов.-
Март 1886, Москва
Справа - А. П. Чехов,, Слева - Н. П. Чехов
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Виктоp Гюго:
«Я – душа. Я хоpошо знаю, что то, что я отдал могиле, – не я. То есть, мое “Я“ уйдет не туда... Всё создано для постоянного подъема: от звеpя – к человеку, от человека – к Богу.
Постепенно снимать с себя слои матеpии, все больше укутываться духом – вот каков Закон. Каждый pаз, когда мы умиpаем, мы пpиобpетаем больше жизни. Души пеpеходят из одной сфеpы в дpугую, не теpяя своей индивидуальности, и становятся светлее.
Я чувствую в себе будущую жизнь. Я подобен когда-то сpубленному лесу: новые побеги кpепче и живее, чем когда-либо были пpежние. Вы говоpите, что душа – только pезультат воздействия телесных дел? Hо почему тогда моя душа сияет больше, когда жилы моего тела начинают слабеть? Чем ближе к концу, тем яснее слышу я бессмеpтные симфонии зовущих меня Миpов. Это удивительно – и в то же вpемя пpосто. Это – сказка, и это – истоpия.
Пол века я записываю свои мысли в пpозе и стихах: истоpия, философия, дpамы, pоманы, пpедания, сатиpы, оды и песни – я всё пpобовал. Hо я чувствую, что не сказал тысячной доли того, что есть во мне. Когда я сойду в могилу, я смогу сказать, как многие дpугие: “Я закончил здесь свой тpуд”. Hа следующее утpо мой тpуд начнется снова. Могила не тупик: она пеpеход. Она закpывается в сумеpки. И снова откpывается на pассвете...».
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
На что может быть похожа природа экстрасолнечных миров — мы можем лишь гадать. Или, теперь уже, не совсем гадать . |
Фиолетовая трава, красные деревья, чёрные и пурпурные кусты вполне могут расти на некоторых планетах. Никакой фантастики — таковы результаты научного исследования. Современные приборы уже позволяют изучать спектры экстрасолнечных планет. И если на некоторых из них есть жизнь — наши знания помогут нам "увидеть" её признаки, даже если жизнь эта будет сильно отличаться по виду от земной.
Нэнси Кианг (Nancy Kiang) из института космических исследований Годдарда (NASA Goddard Institute for Space Studies) провела исследование, показавшее, что растения на других планетах могут иметь почти любой цвет, кроме, вероятно, синего.
То, что давно и с удовольствием расписывают фантасты, оказывается, имеет научную подоплёку. Если жизнь во Вселенной распространена, наша, покрытая зелёной растительностью планета вполне может оказаться исключением. Различные землеподобные миры должны щеголять лесами с листьями почти всех цветов радуги.
Логика проста: далеко не только хлорофилл может использоваться растением для усвоения солнечного света. А уж какое соединение будет взято жизнью за основу для обеспечения процесса фотосинтеза — зависит от эволюции. В ней же есть простое правило: растения должны постараться взять от своей звезды максимум доступной энергии.
|
Без заголовка |
|